Сладкое зло.

Глава семнадцатая. Грустная радость. И вновь я вижу всё ту же картину перед глазами. Особняк Сакамаки под яркими солнечными лучами, делающими это прежде гиблое место живее и внося в него новые краски. Тёмные облака, всегда царившие на небе, пропали, уступая место ослепительной голубизне. Приятный тёплый ветерок ласкает кожу, и кажется, будто ты утопаешь в чём-то мягком и тёплом. Будто тебя обнимает кто-то очень родной и знакомый. На моём лице отчего-то царила безмятежная улыбка. Я прекрасно понимала, что это иллюзия во сне. Но всё же даже этот кусочек счастья радовал меня. Приятно осознавать, что ты невидима для окружающего мира и существуешь независимо от кого-то. Мне нравится быть невидимкой. Так я ощущаю себя в абсолютной безопасности. Я медленно шла в сторону беседки, что стоит неподалёку от особняка. Обычно я туда не хожу, потому что Шу любит проводить там время. А мне не особо хочется его беспокоить. И ещё эти Муками, которые могут появиться откуда угодно. Моя жизнь за последние недели превратилась в сущий ад. Я всегда утешалась мыслями, что хуже уже не будет. Оказывается, я была не права. Сейчас я живу в три раза хуже, чем когда за мной охотились просто Сакамаки. Теперь ещё Муками добавились. Список желающих заполучить мою кровь стремительно растёт. Кто ещё может в него войти? Перед взором предстала открытая беседка без крыши. Сейчас она выглядела не такой разрушенной, как в реальности. Даже стены, увитые плющом, на месте. Удивительно видеть перед собой особняк в прошлом. К моему великому огорчению, в беседке уже были посетители. Они меня, скорее всего, не заметят, но я-то их замечаю. Так хотелось посидеть в одиночестве и подумать, но, конечно, теперь все мои планы полетели в тартарары. В беседке сидела какая-то незнакомая мне женщина с пряжей и спицами в руках. Её взгляд был предельно сосредоточен, и, казалось, она не замечала ничего вокруг, кроме своего вязания. Рядом с ней сидел мальчик в очках. Маленький Рейджи. Ну надо же! Так необычно видеть его ребёнком. И даже сейчас Рейджи читает книгу, изредка поглядывая на женщину. Он всегда читал что-нибудь. Даже в детстве. Со стороны леса послышался звонкий детский смех, и через пару секунд к беседке выбежал ещё один мальчик. Шу! Тоже маленький; ему лет одиннадцать, не больше. Я заметила в женщине и Шу поразительное сходство. Они были очень похожи. У обоих светлые вьющиеся волосы и холодные синие глаза. Совершенно очевидно, что эта незнакомка – мать Шу. Значит, и Рейджи тоже? Насколько я знаю, они кровные братья, и мать у них одна. Сам Шу когда-то об этом рассказывал. Рейджи поднял взгляд с книги и недовольно посмотрел на своего брата. Он по привычке поправил очки и, увидев угрожающий взгляд матери, снова уткнулся в пожелтевшие страницы. Шу, тем временем, свистел на каком-то деревянном, искусно вырезанном свистке в форме птицы. На лице старшего брата царила весёлая и радостная улыбка. Однако когда он столкнулся с взглядом матери, его пыл тут же поутих. - Шу, - холодно произнесла женщина ( теперь я поняла, в кого у Шу такой леденящий душу голос). – Где ты был? Шу секунду беспомощно смотрел по сторонам, а потом быстро выпалил: - В деревне. - Я же сказала тебе туда не ходить. Ты опять ослушался? – глаза незнакомки блеснули синим огнём. - Нет! То есть, да, но я хотел… - Ты же знаешь правила, Шу! – воскликнула женщина, перебивая сына. – Ты – будущий глава семьи. Ты обязан знать, с кем можно общаться, а с кем не стоит. Что ты держишь в руках? - Это… свисток, - промямлил Шу, пялясь в землю. - Свисток? – презрительно спросила женщина. – И кто его тебе дал? - Эдгар. - Я так и думала. - Мать Шу и Рейджи протянула руку и требовательно посмотрела на старшего. – Отдай. - Но он так старался, делал его почти пол… - Отдай, - властно повторила женщина. – Сейчас же. Не заставляй меня прибегнуть к крайним мерам. - Но это же просто свисток, - глухо прошептал Шу. - Вот именно. Просто дай его сюда, и мы не будем ссориться. - Впервые на лице незнакомки расплылась улыбка. Шу с минуту колебался, не зная, что делать. Он кинул мимолётный взгляд на Рейджи, но тот равнодушно читал книгу. В итоге, старший всё же подошёл к матери и отдал ей свисток. - Молодец. - Женщина улыбнулась и погладила сына по голове. – Не нарушай, пожалуйста, правила и не бери ничего у этих крестьян. Ты меня понял? - Да, мама. Картинка перед моими глазами стала медленно расплываться, превращая мир в расплывчатое пятно. Вскоре тьма заполонила пространство, и я почувствовала резкий толчок. Открыв глаза, я не увидела перед собой ничего, кроме темноты. Я лежала на чём-то мягком. Кровать. Я в своей комнате и должна спать в такое время. Занавески плотно задёрнуты. Я одна в кромешной тьме. Было немного страшно, учитывая, где я живу и с кем я живу. Когда ничего не видишь, то становишься очень лёгкой мишенью. Я потянулась к прикроватной тумбочке и нащупала электронные часы. Одно нажатие кнопки, и во мраке засветились зеленые цифры. Четыре тридцать утра. Очень рано; я обычно сплю до двенадцати, если мне, конечно, позволяют столько спать. Положив часы обратно, я легла в кровать, укутываясь одеялом. Перед глазами всё ещё стояло печальное лицо Шу и равнодушное Рейджи. Мне не понять, зачем так жестоко воспитывать детей. Внезапно кровать легонько накренилась. Что-то легло на мою талию. Чьё-то дыхание слышалось за спиной. О Боже, неужели за мной кто-то лежит? Этот кто-то из числа Сакамаки или Муками? Хотя, какая разница? И те и другие приходят с одной целью – выпить моей крови. Я попыталась встать, но меня тут же придавили обратно. Тишину ночи прорезал чей-то тихий хрипловатый голос: - Лежи спокойно, Юи – сан. Азуса! Это точно он. Его детский, но в то же время взрослый голос я узнаю из тысячи. В последнее время Азуса почти всегда спит со мной. Обычно я этого не замечаю, потому что сплю. Но однажды Азуса сам попросил у меня разрешения спать со мной. Ну что я могла ответить, когда он приставил нож к моему горлу? Конечно, я сказала «да». Разве у меня был выбор? - Знаешь, наблюдение за тобой – занятие увлекательное. Ты всегда такая напряжённая и осторожная, - тихо произнёс Азуса. Я чувствовала его дыхание в своих волосах. – Но ты можешь не бояться меня. Ты мне доверяешь? - Да, - с сомнением ответила я. - Вот и хорошо. Тогда если я сделаю так, ты не будешь сопротивляться? Азуса резко накрыл какой-то повязкой мои глаза, завязывая её сзади. Я попыталась его оттолкнуть, но он оказался проворнее. Привязал мои руки к изголовью кровати какой-то тканью. Всё это он делал со скоростью света и очень проворно. Шустрый. Хоть Азуса и кажется самым безопасным из всех, однако он наоборот самый страшный и жестокий. Его основная проблема заключается в том, что Азуса свято верит, будто боль – единственное, чем можно выразить свои чувства. - Всё-таки ты сопротивляешься, - задумчиво протянул Азуса. – Но так ты только привлекательней. Думаю, если бы ты ничего не делала, то не была бы уже такой интересной. Я хотела что-то сказать, но Азуса тут же заткнул мне чем-то рот. Я даже не знала, что это такое. Теперь я была абсолютно беспомощна перед ним. Лишённая движения и возможности закричать. - Ты так красива, Юи-сан, - прошептал Азуса. – С порезами ты станешь ещё прекрасней. Он провёл ножом по моей сорочке в области груди, оставляя неглубокие порезы. Тупая боль пронзила тело. На глаза навернулись слёзы. Я дёрнулась, но всё было бесполезным. Он надёжно привязал меня. Даже не шелохнуться. Азуса слизал образовавшуюся кровь и скинул отрезанный кусок сорочки на пол. Затем провёл ножом по бедру и спустился ниже, при этом слизывая образовавшуюся кровь. Ужасно. Просто кошмар. Хуже просто быть не может. Хотя тогда в церкви было ещё противней. Но там я была с Райто, а здесь Азуса. Неуправляемый и больной в своих диких желаниях. «Мелкий ублюдок» - прошипел голос в моей голове. Прозвучит странно, но сейчас я была просто счастлива, что он существует в моей жизни. «Что делать?» - в панике спросила я. Голос с секунду помолчал. «Сбежим от него, пока он не изрезал моё тело». «Твоё тело?» - мысленно возмутилась я. «Заткнись». Мои руки в ту же секунду самопроизвольно дёрнулись, и я оторвала ткань, которой была привязана к кровати. Азуса от неожиданности опешил и прекратил свои издевательства. Я не теряла ни секунды. Встала с кровати, содрала повязку с глаз и побежала вон из комнаты. Что мне нравилось в Азусе – это его нежелание преследовать. Он никогда не гонялся за мной, в отличие от остальных. Больной азарт для него не характерен. И сейчас это играет мне на руку. По большому счёту, мне было наплевать, как я сорвала повязки и всякое такое. Я просто хотела бежать. Как можно дальше от своей комнаты, которая раньше казалась мне относительно уютной. Теперь я не смогу там спать. Никогда. Сворачивая в правый коридор, я на кого-то наткнулась, упав при этом задним местом на пол. Посмотрев в верх, я увидела Канато. Он держал Тедди в руках, раздражённо смотря на меня. И опять в его взгляде мелькнуло что-то поистине дикое, пугающее меня до чёртиков. - Юи-сан, что ты тут делаешь? Разве ты в такое время не должна спать? – тихо спросил Канато. Я поднялась с пола и ощутила мгновенную усталость. - На тебе кровь. Почему? – требовательно спросил Канато. Его взгляд постепенно становился всё злее и злее. - Я просто… - но договорить я не успела. Канато схватил меня за шею и впечатал в пол. - Ненавижу тебя, - закричал он. Его крик эхом раздавался по всему особняку. – Как ты могла? С этим придурком? Ты просто дура, - Канато ударил меня головой об пол. На глаза навернулись слёзы. - К-Канато-кун, я не… - Заткнись, - взревел он. – Я тебя убью. Если не мне, то никому. Он наклонился к моей шее. У меня просто не было сил сопротивляться. Да и надо ли это? Меня всё равно убьют. Неважно, кто. Боль пронзила шею, а затем и всё тело. Я терпела, до крови прикусив губу. Покой… Я хочу на покой… Мне надоело чего-то бояться и жить в клетке своего страха. Я хочу свободы. Даже если она наступит после смерти. Я уже теряла сознание. Реальность расплывалась перед глазами, а слёзы тихо текли из глаз. Канато всё пил и пил… Он никак не мог остановиться. Ну и пусть… Лучше он, чем кто-то типа Райто. По крайней мере, я уйду чистой и непорочной. Сознание почти покинуло меня перед тем, как я услышала голос Канато сквозь тьму сона: «А знаешь, я, наверное, передумаю». Затем наступил долгожданный сон и покой…