твоя любовь на вкус как персики

хёнджину 17. хёнджин одинок. детство джинни было наполнено счастьем. он всегда знал, что его родители — самые потрясающие люди на земле. мама хёнджина работала бухгалтером, в то время как у его отца был нехилый бизнес, но переезжать из своего уютного домика семья хван не намеревалась. джинни был веселым, даже непоседливым ребёнком, но не славился общительностью. у него был всего один друг, его сосед чан, который был старше на четыре года. для хёнджина он был синонимом к слову счастье. с чаном он чувствовал себя, как за каменной стеной, пока навзрыд рыдал ему в плечо из-за какой-то глупости. пока нёсся изо всех сил с дырявым пакетиком вишневых конфет, которые то и дело вываливались из него, в то время как джинни судорожно подбирал их и вновь сломя голову бежал, после чего те снова падали, а чан не мог сдержать смех, видя эту картину. они всегда были вместе. делили и горе, и радость на двоих. для хёнджина чан был всем миром. пока чан не переехал. хён вырос. он закончил школу, и сказал, что эта, по его словам деревня, сильно ему наскучила. оставив семью здесь, он уехал к себе на родину — в австралию. посчитал, что там его ждёт счастливое будущее. в ответ на это хённи лишь промямлил что-то про то, что искренне счастлив за чана, пока соленые слёзы катились по его лицу. — джинни, наше общение не заканчивается! я обещаю, я буду звонить! не расстраивайся сильно, ладно? так бывает, что люди взрослеют, интересы меняются. ты и сам когда-то почувствуешь это на себе — говорил ему чан, вытирая своими ладонями щёки младшего. хёнджин понял, он боится взрослеть. прошло около трёх лет с момента переезда чана. он и правда звонил, но только первые две недели, позже всё чаще стал ссылаться на подработку и университет, откладывая хённи в дальний ящик, а вскоре и вовсе перестал отвечать. было больно. неимоверно больно. будни джина превратились в серое облако, он просыпался, уходил в школу, по возвращению делал уроки, не отрываясь даже на небольшой перекус, после чего всё свободное время смотрел в окно. он словно видел себя и чана там. воспоминания то и дело накрывали его, словно они отпечатались у хёнджина под веками. он видел себя, пятилетнего мальчишку, и чана, чуть старше его самого. они бегали, играли в догонялки под окнами своих домов, изредка забегая попить воды. а то и вовсе убегали на детскую площадку, лишь бы покачаться на качелях, пока родители не увидели, что детей и след простыл. ему было больно. так больно, словно его сердце разбили на маленькие кусочки. в последнее время хёнджин закрылся даже от собственных родителей, чего не позволял себе все эти годы. матушка сильно переживала за него, но лишний раз не лезла. знала, что если захочет, то расскажет. 7 сентября, 2014 год двигаясь словно по плану своих серых будней, хённи вновь вглядывался в окно. ветер то и дело щекотал кроны деревьев, от чего те метались из стороны в сторону, словно пытаясь увильнуть. хёнджин рисовал. акварелью, маслом, гуашью, карандашами, мелками. он рисовал всем, что было у него дома. и эти самые деревья, вид на которые открывался с его окна он рисовал каждый день. у него даже была отдельная папка. первые желтые листочки стали появляться на кроне одного из деревьев, и джин тут же взялся за работу. вытащив из ящика кисти, акварель и пододвинув стакан, с когда-то питьевой водой брюнет был уже готов окунуть кисть в воду, но какого было его удивление, когда он увидел парнишу, который на велосипеде подъезжал к некогда дому чана. светловолосый, в синем растянутом свитере, который казался больше, чем весь этот хрупкий мальчишка. со шлемом на голове, который нелепо скатывался то вправо, то влево, и пакетом персиков в корзине велосипеда. у хёнджина буквально пропал дар речи. парниша завёз за калитку свой велосипед, снял шлем и взял с собой пакетик фруктов, после чего зашёл в дом. джин даже глаза потёр, думая, что ему мерещиться. дом семьи бан пустовал уже около года, ибо родители уехали в след за сыном по работе. почему тогда этот мальчик так по-свойски вошёл внутрь? кто он вообще? хённи даже не догадывался. быстро вылетев из комнаты, хван рванул по лестнице вниз, забегая на кухню — мама! в доме чана новые жильцы? я только что видел, как какой-то парниша заходит к ним в дом! — да, сынок. родители чана сдают дом в аренду своим близким друзьям, они из австралии. совсем недавно переехали, но мне показались хорошей семьей. а ты чего себе навыдумывал? — с некоторой насмешкой теребя волосы сына сказала мама, попутно оставляя перед ним тарелку с кимчи, надеясь, что хотя бы сейчас её любимый сын нормально поест. юноша умял всю тарелку примерно минут за семь, то и дело копаясь в своих мыслях. ему было невероятно интересно. что же это за мальчик, какой он на самом деле. оставив тарелку в раковине, хёнджин поблагодарил матушку за вкусный ужин и поднялся к себе, почти тут же падая на кровать, и решая для себя, что сделает всё, чтоб узнать таинственного незнакомца поближе.