Близко к сердцу

***

Антон в течение всего дня, как пришлось на работу, разговаривал на чистом английском. Сначала, когда он только зашел в офис, у него была встреча с заказчиком, который по-русски мог вымолвить только «здравствуйте», затем он занимался переводом статьи, из-за чего его мозг трудно перестраивался на родной язык. Антону очень нравилось, что он работал в месте, где у всех людей была профессиональная деформация, и никто из его сотрудников не обращал внимание на то, что он разговаривал на английском. Более того — его понимали. В повседневной жизни таким умением могла похвастаться только его мама — с такой же профессиональной деформацией. Естественно, она понимала только его английский язык. Когда же он случайно переходил на немецкий, то даже она просила перевод. Иногда проскакивали слова из французского, который он знал очень поверхностно, иногда — из испанского, но тоже очень редко. Это была проблема всех людей, которые владели несколькими языками. — Макс, что у тебя со сроками? — Антон разговаривал с одним из своих сотрудников. Им срочно подкинули один документ, который нужно было перевести с русского на французский к вечеру, а все работники, кто владеет этим языком, были загружены. Когда Макс перечислил Антону все, что нужно было сделать, тот тяжело вздохнул. — Английский перевод есть у тебя? — Спросил Шаст. — Да, как раз срок сдачи завтра. Я только им занимался последние два дня, но там работы еще часов на десять. — Объяснял работник на чистом английском, на котором с ним разговаривал Антон. — Отправляй мне на почту все то, что у тебя есть по этому переводу. Я им займусь. А тебе на почту я скину документ и все подробности, нужен перевод на французский до конца дня. — Понял, все будет. — Кивнул Макс. — Спасибо. — Антон расслабленно выдохнул. Когда Шастун получил на почту ту самую статью, ему пришлось полностью прочитать ее, а затем проверить перевод Макса, чтобы вникнуть в суть. Он никогда не любил браться за переводы, которые уже были начаты другим человеком или доделывать чью-то работу, но тут у него не было выбора — сроки горели. Именно этим переводом Антон и занимался после встречи с заказчиком вплоть до обеда. И то — он настолько увлёкся, что про встречу с Арсом вспомнил только тогда, когда тот написал, что скоро будет. Выругнувшись на великолепном немецком, Шастун убежал, предупредив секретаря, что будет через час. В кафе он пришел, когда Арсений уже был там. Присев к нему за столик, Антон быстро проговорил: — Привет! Прости, что опоздал. У нас работы больше, чем молока в магазине, и сроки просто горят. Я заработался и совсем забыл о времени. — Арсений уставился на него, будто он говорил на латыни — не меньше. Антон тяжело вздохнул и заставил свой мозг переключиться на русский. — И на каком языке я сейчас говорил? — Кажется, это был немецкий вперемешку с английским? — Вопросительно сказал Арс. — Отлично. — Закатил глаза Шаст. — Прости, не успел переключиться на русский. Такое бывает. — Антон понял, что Арсений еще ни разу не сталкивался с тем, что у Шаста шарики за ролики заехали из-за разных языков. — Это было забавно. — Лицо у тебя тоже было забавное. Ты уже что-нибудь заказал? — Нет, я тебя ждал. — Улыбнулся Попов, но его улыбка почему-то не коснулась его глаз — они будто бы были потухшие. Когда пришел официант и Арсений начал делать заказ, вежливо улыбаясь и хихикая, Антон немножко залип. Он смотрел на мужчину и думал, что хотел бы видеть его улыбку чаще — не такую наигранную, неестественную, а настоящую, искреннюю. Чтобы эта улыбка была не только на его губах, но и глаза светилось от радости или счастья. Шаст осознал, что не видел Арсения действительно светящимся с тех пор, как вернулся в Питер — в нем будто бы пропал тот огонь, что горел и буквально сжигал и Антона тоже. — Шаст, ты что будешь? — Спросил Арсений, и Антон понял, что пришло время делать заказ. Выбрав привычный салат «Цезарь», капучино и пасту Болоньезе, Шаст отдал меню. — Пойдем на свидание? — Резко спросил Антон, когда официант ушел. Арсений посмотрел на него, будто он снова заговорил на немецком. — Я же на русском это спросил? — Да. — Заторможенно ответил Попов. — Я просто удивился. Так просто? — Ничего не просто, Арс. Нам многое нужно обсудить. — Улыбнулся Антон. — Но я действительно приглашаю тебя на свидание. — Давно я не был прям на свиданиях, если честно. — Я вообще не помню, чтобы я кого-то приглашал на свидание. Так что скажешь? — Хорошо. — Кивнул Арс. — Это значит, что ты согласен попробовать? — Это значит, что я готов дать шанс. Но пойми, что этот шанс не тебе, а именно отношениям, которые у нас могут получиться. — Пояснил Антон. — Я много думал о том, что ты мне сказал, о наших прошлых отношениях, о возможных будущих. И единственное, что я понял, что, конечно, я тебя люблю, и я всегда буду любить тебя, но… Антон вздохнул, потому что не знал, как сформулировать свою мысль правильно. Арсений смотрел на него преданными глазами, будто бы сейчас решается его судьба, и Шаст растерялся. Он много думал о том, что скажет этому человеку, но когда действительно пришло время, у Антона будто бы пропали все слова на всех языках мира. — Мы расстались больше десяти лет назад. Я с тобой пережил, наверное, лучшие годы своей подростковой жизни, и именно поэтому я буду любить тебя. Но это все было так давно, и сейчас я не знаю тебя. — Ты знаешь меня, Шаст. — Я знал тебя десять лет назад. Но и ты, и я изменились. Мы уже не те подростки, у которых в голове играли гормоны, а взрослые состоятельные мужчины. И у тебя, и у меня поменялась жизнь. — Пояснил Антон свои мысли. — У нас уже есть история, хорошая история с плохим концом, но если ты действительно готов начать все с чистого листа, будто бы мы просто люди, испытывающие друг к другу симпатию, я согласен. — Но я же не могу забыть все то, что было между нами. — А я и не прошу. Мы просто будем узнавать друг друга заново, постепенно, кирпичик за кирпичиком. — Антон замолчал, давая Арсению время подумать над тем, что он сказал. Как раз в этот момент официант принес их салаты и напитки, и он предпочёл обратить внимание на это. Попов, кажется, заказал себя Греческий салат, и Антон поморщился — он никогда не любил его. — Хорошо, я понимаю, о чем ты говоришь. — Всё-таки сказал Арс, когда Шаст уже съел половину салата. — Я об этом не задумывался, пока ты не сказал. Но я понимаю и согласен. — Рад, что мы пришли к этому. — Я понимаю, что я предлагаю отношения человеку с ребенком, у которого и так много забот. Мы действительно уже не те подростки, у которых в головах были только секс, алкоголь и веселье. — Тяжело вздохнул Арсений, будто бы желая вернуться в то время. — И если выстраивать какие-либо отношения, то только с полным осознанием этого. — Да. — Согласился Антон. — И еще, Арс, я буду требовать от тебя честности, понимаешь? Если у тебя есть проблемы, любые проблемы, ты рассказываешь. Ты не бережешь мои чувства, не решаешь ничего за меня, а просто говоришь мне, и мы с этим разбираемся. — То же самое касается и тебя, дорогой мой. — Улыбнулся Арсений. — Я понимаю, почему ты ставишь такие условия, правда, но ты, как и я, привык справляться сам со своими проблемами. И, кажется, что для нас обоих трудно будет перестроиться. — Не отрицаю. — Антон вытер рот салфеткой и отовинул пустую тарелку в сторону. — Будем работать. — Тогда начнём со свидания? — Начнём со свидания.

***

Когда Антон сказал родителям про свидание, те только улыбнулись и пожелали удачи. Шаст, если честно, не знал, как мама и Олег относятся к Арсению после их истории в одиннадцатом классе, будучи в курсе отношений, поэтому пока не стал говорить, с кем именно будет это свидание. Он решил, что сначала они попробуют, пообщаются, проведут время вместе, а потом он уже сообщит подробности своим близким — и познакомит Василису с Арсением уже не как с другом, а как со своим молодым человеком. Дима, который в целом хоть и уважал и ценил Арсения, как человека, не очень хорошо относился к их отношениям в школе, сейчас тоже не воспылал энтузиазмом и попросил Антона быть осторожным. — Я почти сразу понял, что ты решишь, Шаст. — Сказал тогда Дима. — Я тебя знаю, как облупленного. И знаю, что пока ты не любил никого сильнее, чем Арсения. Поэтому для меня не было удивлением, что в конце концов ты лично пригласил его на свидание. Просто не бросайся в омут с головой, как ты сделал это в школе, и будь осторожен. — Я не могу броситься в омут с головой, ты же понимаешь. Антон действительно не мог это сделать. У него была работа, которая занимает большую часть его будней, и была Вася, которая в целом была его жизнью, поэтому Арсению придется постараться, чтобы вырвать хоть какой-то кусочек. Так как на свидание позвал Антон, то на его плечи легла организация. Банальные кафе и рестораны сразу были отброшены до лучших времен — Арсения хотелось удивлять и радовать. Конечно, он понимал, что Попов в принципе уже был рад тому, что они к чему-то движутся, но их свидания он планировал делать особенными. Именно поэтому, оставив Василису с родителями субботним вечером, Антон отправился за Арсением, чтобы отвезти его в Планетарий. Антон долго думал, честно. Думал о свидании на крыше, в парке аттракционов, около Финского залива. В конце концов он решил посоветоваться с тем, кто часто водил людей на свидания — с Сережей. Матвиенко, естественно, уже был в курсе того, что Антон и Арсений решили начать все заново, поэтому спустя пару минут подъебов и подстебов он все-таки посоветовал одно место, в котором ему особенно понравилось. И он был уверен, что Арсений тоже оценит по достоинству. — Конечно, если ты готов выложить приличную сумму. — Уточнил Сережа. Разузнав все, Антон все-таки связался с представителями планетария и договорил о свидании. В этом самом месте по индивидуальной программе для каждой пары там могут организовать необычное свидание. Влюбленным не только зажгут звездное небо, но и расскажут о том, как располагались планеты в день знакомства, первого поцелуя, начала отношений или других значимых дат и как соединяются созвездия влюбленных. Все это под красивую музыку и только для двоих — других посетителей не будет. Стоило это удовольствие не из дешевых — Антону пришлось выложить около двадцати тысяч за один сеанс. Ради этого Антону пришлось высчитать точную дату их знакомства — это не составило особого труда, ведь познакомились они первого сентября. С датой первого поцелуя и начала тех самых отношений возникли проблемы — Антон в душе не знал, какого числа это было, поэтому этот момент был отброшен. Шастун решил также посмотреть даты их встречи спустя десять лет и поцелуя, которым Арсений обозначил свои намерения. С этим тоже не возникло проблем. В общем, сотрудники планетария с удовольствием выслушали все его пожелания и пообещали сделать все в лучшем виде. Также им будет организован небольшой столик после сеансе в прилегающем ресторане — с десертами и кофе. — А куда мы едем? — Спросил Арсений, когда сел в машину Антона. Парень хмыкнул, но ничего не сказал, заведя машину. — Серьезно, интрига? Я оделся хоть подходяще? — Я не могу тебе сказать, потому что ты в куртке. — Засмеялся Шастун. — Но если ты в смокинге, то я удивлюсь. Там не нужно ничего сверхъестественного, поэтому не переживай на этот счет. Как видишь, я сам в толстовке. — Антон не любил водить машину, когда куртка сковывала его движения, поэтому он всегда снимал ее и бросал на заднее сидение. До планетария они доехали достаточно быстро — Антон удивился, как он точно подгадал по времени. Сеанс у них должен был начаться в шесть часов вечера и продлиться три часа. Увидев здание планетария, Арсений действительно удивился. Он попытался выяснить что-то у Антона, но тот только отмалчивался, паркуя машину на стоянке. Затем, взяв Попова за руку, он повел его в планетарий, все еще не отвечая на поступающие вопросы. — Здравствуйте, у нас забронирован сеанс на шесть часов. — Сказал Антон, подходя к окошу с билетами. — Шастун Антон Андреевич? — Поинтересовалась она, мило улыбаясь. Когда парень кивнул, девушка кому-то позвонила и попросила подождать несколько минут на диванчиках. — Почему планетарий? — Спросил Арсений, когда они присели на мягкие диваны. — Я думал, что мы поедем в какое-нибудь кафе. — Потому что я захотел тебе показать звезды. — Просто ответил Антон, осторожно целуя мужчину в щеку. Арсений разулыбался и засмущался, а в глазах впервые за долгое время появился тот самый огонек, который Антон так сильно любил. Девушка, которая должна была проводить их в зал, подошла, точно также сияя улыбкой. Он не была удивлена, что пришли двое мужчин, так как Антон сразу поинтересовался, будут ли с этим проблемы. Сотрудники в этом месте сказали, что они не первые и точно не последние такие посетители, и он уже много раз организовывали свидания для однополых пар, поэтому никаких проблем не было. Мария отвела их в зал, где было всего два кресла — мягких, с опущенными спинками, чтобы удобно было рассматривать звездное небо под куполом. Антон в целом не ожидал от тебя восторга от этого сеанса. Однако восторг он все-таки испытал. Когда Арсений, поглощенный рассказом о звездах при их первом знакомстве, взял его за руку, поглаживая по косточке, когда он с улыбкой слушал про то, как переплетаются их созвездия и когда он шмыгнул носом при первом упоминании того поцелуя на кухне в квартире Антона. Попов был настолько поглощен рассказом, что не замечал, как Шастун пялился на него весь сеанс, как улыбался и светился. Во мраке планетария Антон наслаждался тем, как звезды отражаются в глазах Арсения. Весь сеанс Арс не отпускал его руку, от чего Антон испытывал те самые пресловутые бабочки в животе — ему было хорошо, тепло и уютно, потому что мужчина был рядом. Эти чувства нельзя было сравнить с теми, что он испытывал когда-то рядом с Ирой, потому что они были другими. Рядом с Арсением все, что чувствовал Антон, было другим — более ярким, свежим, сильным. Шастун признался сам себе, что влюбился в Арсения заново. — Спасибо. — Сказал Арс, когда над ними снова зажегся свет. Попов поцеловал его в щеку, поднимаясь с места, и Антон последовал за ним. Дальнейшее свидание Арсений не замолкал — он пересказывал все то, что говорили на сеансе, поедая пирожное, делился своими впечатлениями и даже добавлял несколько других фактов о звездном небе, о которых не говорили на сеансе. Антон внимательно слушал, кивал головой и иногда комментировал, но по большей части просто наблюдал за мужчиной. — …никогда бы не подумал. — Антон настолько засмотрелся, что совершенно пропустил примерно пять минут монолога Арсения. Когда он пришел в себя, то мужчина уже сам смотрел на парня, ничего не говоря. — Ты меня слушал? — Последние пять минут нет. — Честно ответил Шаст. — Я так и понял. — Усмехнулся Попов, допивая кофе. Тарелка и чашка Антона уже давно опустела. — Поехали? — Да. В машине, когда они немного согрелись после пробежки по холоду без курток, так как их они не брали с собой, Арсений поцеловал Антона — крепко, сминая то нижнюю, то верхнюю губы, поглаживая щеку. Шастун отвечал не менее резво, полностью поглощенный поцелуем и теми чувствами, что бурлили внутри него. — Целуешься ты все также хорошо. — Сказал Арс, отрываясь. Шастун громко засмеялся, откидываясь на спинку сидения и качая головой. — Поехали уже, убийца романтики.