Падение

Метель за окном выла беспокойные мелодии, а теплое одеяло не чувствовалось. Я, кажись, вростал прямо в матрас, словно цветок, пустивший корни. Я падал туда, куда падать невозможно. И эти ужасающие силуэты во мраке больше не пугают меня, отнюдь. Это мои друзья. Они принимают меня за своего и больше не уходят. Я не чувствую тело, в котором я нахожусь. Словно оно никогда не было моим, а моя душа никогда не принадлежала ему. Я знаю, ты бы осудил меня. Ты бы сказал, что я безнадежен, но я знаю, точно знаю, ты бы волновался. Я чувствовал вибрацию твоего сердца, но сейчас её нет. И сейчас, не чувствуя тебя, я потерял и свое дыхание. Я потерял свой взгляд. Точнее нет, не мой. Он никогда не был моим, но теперь он ничей. Знаешь, чувствовать голод не так уж и плохо. Он не делает мне так больно, как в прошлые разы. А может я в принципе утратил это чувство, само понимание боли. Ты знал, что день и ночь можно различить не только по свету за стеклом? Первое время я прислушивался к звукам и даже смотрел в окно, представляешь? Я совсем забыл запах сигарет, их вкус. Мой рот издавал такие забавные звуки, когда я пытался громко дышать. Ты бы посмеялся. Ты всегда говорил мне, что считаешь нечеловеческим только существ из фэнтези и фильмов ужасов, но в глубине души ты не чаял в себе ни капли человеческого, но из нас двоих именно ты жил. Всю свою бренную жизнь я лишь существовал, жил только ты. Ты самый человечный из всех, кого я встречал когда-либо, и я так старался тебе это показать. Показать, что за твоими окровавленными руками есть душа. Наша расколотая некогда душа. Ты когда-нибудь наблюдал за собой со стороны? Чувствовать свое существование в обеих точках комнаты — это забавно, даже очень. Не так весело, разве что, понимать, что я обречен. Никто не заставлял меня гнить, ничто не подталкивало меня делать ужасные вещи, ничего не останавливало меня. Пыталось, но не останавливало. До того дня. Я так люблю ночное время. Оно помогает моему мозгу работать из последних сил, а глазам видеть. Я научился разглядывать в темноте самые разные вещи, и это так весело. Не жалею, что оставил тогда рядом на тумбочке стакан с водой. В первое время я растягивал глотки, а следом хотел покончить с собой, но, не подумав, бросил стакан в стену. Хехе, можем считать это за последнюю мою неудачную попытку. Осколки до сих пор лежат на полу. Не осуждай меня, я так хотел помочь тебе. Я видел, как твоя грудная клетка поднялась в последний раз, но не успел. Моя рука резала воздух слишком медленно по пути к твоему телу. Ты так завораживающе увядал на моих руках. Быстрее, чем я сейчас. Ты умер одиноким в тот день, когда мы познакомились. Воскреснул ты более живым. Воскреснул любимым. Призраки могут чувствовать. Они могут умирать. У людей не так много желания жить, сколько у признаков. Ты был единственным призраком, что презирал жизнь. Прошу, коснись меня снова. Я знаю, призрак не сможет пройти сквозь давно разлагающийся труп. Я чувствую твоё холодное дыхание, и это вовсе не ветер, пробравшийся в помещение. Я уже чувствую её долгожданную косу на своей шее. Она торопит меня, но как она глупа. Я не прощаюсь с тобой, я лишь оттягиваю время, когда снова смогу тебя увидеть. Я никогда не существовал на самом деле. Именно я, понимаешь? Был он, были они, но не я. Хотя раньше с тобой был именно я, не кто-либо ещё. Мне холодно. Кажется, я наконец упал. Добрался до конца. А может, это лишь конец начала, после которого начнется другая жизнь, где мы снова будем вместе. Жизнь без жизни. Смерть без смерти. Смерть без жизни, жизнь без смерти. Я больше не встану. Встану, только когда увижу тебя, но в такие моменты я понимаю, что я ещё не упал, я лечу, а ты летаешь рядом со мной. Ты тут, но там. Как то, о чем я говорил ранее. Существовать в обеих точках помещения. Ты больше не мой друг? Я больше не твой партнер. На самом деле я ошибся. Среди нас двоих, самой живой (скорее бессмертной) была наша связь. Но я не буду прощаться с тобой. Я дождусь твой голос вдалеке, что проводит меня до самого большого котла в этой преисподнии. Прощай.