Уроки живописи

      Часы в аудитории раздражающе тикали.       Селена старательно выводила каждую линию, сосредоточенно прикусив кончик языка. На ее щеке красовался мазок зеленой краски, а за ухом торчал простой карандаш.       – Осталось пятнадцать минут.       Мисс Жозефина чинно расхаживала между мольбертами, то и дело отпуская замечание очередному студенту.       Когда-то Селена услышала, что рисование помогает снять стресс и чувство тревоги. Что вождение мягкой кисточкой по бумаге успокаивает нервы. Что творчество – лучший способ отвлечься от проблем. Сказавший такую глупость явно никогда не занимался академическим рисунком!       Десять минут. Она должна успеть. Нельзя потерять стипендию в первый же семестр из-за дурацкого кувшина, который никак не желает получаться ровным.       Последний штрих… по закону жанра, рука дрогнула в самый неподходящий момент.       – Вот черт!       Крик эхом отразился от стен мастерской, вмиг привлекая к девушке внимание всех присутствующих. Повисла неловкая тишина: даже часы на мгновение перестали тикать.       Селена бросила кисть в сторону. Стоящий за соседним мольбертом одногруппник едва успел увернуться.       – По-моему, очень неплохо, – заметил тот, взглянув на ее творение, и тепло улыбнулся. – Еще пара штрихов – и будет импрессионизм.       – Ненавижу! – девушка метнула злой взгляд на одногруппника – кажется, его зовут Лиам. Сорвала с себя фартук и швырнула его на пол. Лиам пожал плечами и вернулся к своей картине.       – Что ты устроила?!       Мисс Жозефина подошла к Селене и недовольно сложила руки на груди. Ее и без того тонкие губы превратились в ниточки.       – Кажется, оценка по моему предмету будет решающей при назначении стипендии?       Селена сжала кулаки и с вызовом посмотрела на женщину. Сморщила веснушчатый носик и надула губы.       Ох, как ей хотелось выговориться! Высказать Жозефине все, что она думает лично о ней и о живописи в целом! Выплеснуть накопившиеся за время учебы эмоции! Если рисование и снимает стресс, то именно так!       Теплая ладонь коснулась ее руки. Селена вздрогнула.       – Не надо, – прошептал Лиам. – Сделаешь только хуже.       Девушка зло сверкнула на него зелеными глазами и выбежала из аудитории, хлопнув дверью.              Лиам застал ее в библиотеке. Селена дремала за столом, обложившись книгами по живописи. Рядом стоял стаканчик из-под кофе.       Парень сел в кресло напротив и кашлянул. Селена медленно подняла голову и сонно посмотрела на одногруппника. Растрепавшиеся рыжие волосы лезли в глаза, и Лиам едва удержался от порыва заправить непослушную прядь за ухо.       – Чего тебе? – почти без грубости.       – Пришел узнать, как дела, – Лиам говорил спокойно, внимательно изучая лицо девушки. Ее это ни капли не смущало.       – Хреново, – Селена откинула волосы назад и зевнула. – Можешь идти.       Лиам покачал головой и достал из сумки скетчбук. Протянул его Селене. Наблюдал, как меняется ее лицо и напрягаются плечи, пока она пролистывает эскизы.       – Откуда это у тебя? – Селена захлопнула скетчбук и быстро спрятала его в рюкзак.       – Ты оставила в мастерской.       – Надеюсь, не смотрел?       Лиам покачал головой, а затем добавил:       – У тебя потрясающие эскизы, – он обезоруживающе улыбнулся. Щеки Селены вспыхнули, и она отвела взгляд. – Почему ты не поступила на архитектора? Живопись явно дается тебе с трудом.       Селена усмехнулась:       – Не прошла. Оказывается, у сирот не так много преимуществ.       Поняв, что сболтнула лишнее, Селена закрыла рот ладонью. Она давно взяла за правило сообщать как можно меньше подробностей о себе. А Лиам и вовсе был темной лошадкой в группе. Некоторые студенты всерьез полагали, что он может оказаться психопатом, и потому избегали его.       – Ты можешь перевестись. Я узнавал. Но сначала надо сдать экзамены.       Селена вздохнула: сейчас начнется очередная лекция о поведении и важности живописи. Она вскочила так резко, что ножки стула неприятно заскрежетали по полу. Селену передернуло, но она быстро пришла в себя и схватила рюкзак.       – Что ж, спасибо за информацию. Я пойду, а то мне еще кувшин дорисовать надо, если старая карга позволит.       Лиам встал следом и подошел к Селене. Протянул ей табель с оценками за занятие. Девушка недоверчиво взяла листок в руки. Бегло просмотрела его и удивленно вскинула брови.       – Что за черт?! Я не могла получить «отлично»! Я даже не дорисовала! Если это шутка, то очень жестокая!       Лиам загадочно улыбнулся.       – Ну, почему же. Я ведь говорил, что у тебя неплохо получается. А я лишь добавил пару штрихов, пока Жозефина не видела. Она поверила, что ты – почти талантливый импрессионист. Как видишь, я умею убеждать.       – Зачем ты мне помогаешь? – Селена напряглась, прижала рюкзак к груди и посмотрела на парня.       Лиам пожал плечами.       – Мне кажется, в твоей жизни и без того слишком много проблем. Не хочу, чтобы к ним добавилось отчисление. Может, выпьем кофе? Обсудим твои эскизы – они правда мне очень понравились.       Селена несколько секунд вглядывалась в его лицо, пытаясь уловить подвох. Затем смущенно кивнула. Представляла ли она в тот момент, во что это выльется?       

***

             – Папа, папа! – светловолосая девчушка заерзала на плечах отца. – А скоро салют?       Лиам улыбнулся и крепче сжал ладошки дочери.       – Как всегда, принцесса, в конце праздника.       Девочка радостно взвизгнула:       – Смотри, мама!       Мужчина кивнул и посмотрел на сцену.       – Селена Солсбери, генеральный директор «Бридж Корпорейшн». Победитель в номинации «Архитектор года»!       Селена с благодарностью приняла награду из рук мэра и спустилась со сцены.       – Вот вы где!       Ей понадобилось несколько минут, чтобы найти в толпе любимых.       – Мама! – девочка спустилась на землю и обняла Селену. Девушка погладила дочь по голове и улыбнулась.       – Поздравляю! Ты снова получила эту награду!       Лиам поцеловал жену: так же трепетно, как и в их первый раз. Удивительно, что за десять лет их отношения стали только крепче, не утратив легкости и нежности.       – Без твоей поддержки этого бы не было, – прошептала Селена в его губы. – Спасибо, что поверил в меня тогда и не позволил сдаться.       Лиам обнял Селену:       – Я буду с тобой до конца.