Часть 1
24 сентября 2022 г., 07:52
***
"Все, что я понимаю, так это только то, что они должны были нас забрать ещё дня три назад. Всё это время, точнее тридцать дней, я участвовал в социальном эксперименте, честно, не помню, чтоб я углублялся в познания того, что они исследуют. Эксперимент, в котором у участника, есть: вода, еда, помещение для сна и нужд, но ты в комнате один. По крайней мере, такие условия у меня. Я не помню, что меня держит в этом месте, кроме того, что по окончанию всего этого эксперимента, должны были вручить пять миллионов, в здешней валюте. Но меня больше настораживает то, что я не помню, ни своего имени ни того, что было со мной до прихода сюда. Меня уже должны были забрать. Остаётся теперь, только выбраться отсюда самому. Почему же выбраться самому? Почему я думаю, что это не очередной эксперимент? Даже если так, мы явно не договаривались на подобное. И если они хотят от меня действий, пусть. Я им их преподнесу. Придётся понапрягать мозги. Думай. Моя комната состоит из двух отсеков, часть со спальней и с ванной, огражденные стенкой. Того, мы, как будто, получаем два помещения, но ни в одном из них нет двери, видимо проход заложили. Но, логично, думать, что он есть, как меня сюда запихивали, следовательно, в какой-то из стен, я услышу пустоту." Парень, прошёлся стуча по каждой стене, вслушиваясь в звуки за ней. Ожидаемо он нашёл, что искал, дело приобрело новую цель — убрать кирпичи. Он вновь прошёлся в поисках, чего-то острого, но единственное, что он нашёл — это уверенность в том, что полезного тут почти ничего нет. "Здесь нет ничего острого, колющего, режущего, а уж тем более огнестрельного. Но, здесь есть тумбочка и стул. Я не думаю, что этим я смогу выбить эту несчастную стену, но попытка и в моём случае, не пытка." Парень, решив всё для себя, понял, что стул тут явно не нужен и оставил, его дожидаться своего времени, но все же рискнул и попробовал пробить дверь тумбочкой. Как и ожидалось тумбочка лишь влетела в стену и упала, кирпич не сдвинулся ни на миллиметр. Второй раз. Тумбочка скосилась. Третий — покосилась ещё сильнее, а на четвёртый раз развалилась на детальки. "М-да. Чего я ожидал. Грубой силой тут не получится. Может тут, есть хоть что-то, что... Точно, здесь должна быть вентиляция, может я покричу и так хоть услышат, хотя это маловероятно, но может там хоть, что-то острое есть. Да, точно" Как и сказал, так и сделал, он нашёл вентиляцию, тут оказалось проще, сломать пластмассовую перегородку, гораздо и гораздо проще. В вентиляции, к глухому сожалению и великому счастью, была не только тьма и пыль. Там лежал какой-то лист, приглядевшись, больше похожий на конверт. Его повертели в руках, надписей не было. Распечатав, там было письмо. "На бумажке: Который день, не подскажите ли мне? Отблагодарю, и в долгу не останусь." "Что? Он... Оно, не важно, оно хочет узнать, какое сегодня число... Так и знал! Да. Это точно часть эксперимента. Так, число, дата... Мне нужен календарь. Тут у нас третье июня. Значит эксперимент начинался в мае. Надо запомнить. Что-то ещё нужно сделать с календарём? Логично." Парень отодвинул, висящий на стене календарь и нашёл, продолжение записки, что продолжала в подобии какой-то рифмы вести его дальше. "Надпись: Ох, спасибо, что помог с числом. Помоги же мне со сном. Сон. Кровать... Подвинуть кровать? Подвинем кровать. Тут у нас, под кроватью ковёр, чтож и его отодвинем. И тут надпись!" "Надпись: Как же так? Почему мы вдруг с кровати, да на пол? Не дело, не дело..." "Что-то не так? Записка оборвалась, ход ложный. Думаем дальше, что это, где можно что-то оставить на кровати, подушка не подходит, вывернуть могли раз двести, то же не идёт и с пододеяльником. Матрас. Матрац? Не важно." Перевернув матрас, парень обнаружил на другой стороне письмо, что уже без всякой рифмы вело его обратно к ковру, объясняя, какие тут чудесные деревянные полы. Ведомый экспериментов он прошёл к месту где раньше был ковёр и почти сразу понял, где предстоит вытащить доску, думалось, что это будет сложнее, но хватило и выковыривания с помощью пластиковой вилки. Нам предстала стекловата. По её состоянию можно было понять, что зданию не первый десяток лет. В помощь пошла вновь вилка. Ею отодвинули стекловату и нашли рычаг. При нажатии на него, механизм, гулко скрипнул и парень понял: проход открыт.***
Серость. Весь мир сер, как будто старый чёрно-белый телевизор. Чувство мрака и какой-то едва ощутимой холодной сырости уже давно не покидают эту местность. Или сам мир? Холодно. Остаётся только греть пальцы дыша и потирая их друг о друга. Холодно. Ничего не помогает. Отопление давно, во всём городе точно, шпарит на максимум. Холодно. По новостям крутят неутешительные новости о том, что учёные понятия не имеют, что стало с климатом. Говорят, как они трудятся на благо человечества стремясь придумать выход из этой ситуации. Холодно, а в голове лишь белый шум от телевизора. Как больно. Пальцы коченеют.***
Он прошёл по светло-серому коридору и оказался в просторной комнате. В ней было пусто, совершенно ничего. Он вновь начал обдумывать, что делать уже тут, но усталость взяла свое и он, на некоторое время, решил, что может подремать в этой комнате. Прошёл, то-ли час, то-ли минут тридцать, как послышался примерно знакомый гул и отворился проход. Не прошло и пары минут, как оттуда вышел человек. Парень лет тридцати? Тридцати пяти? В очках и в точно таком же белом костюме, как у него, состоявшего из футболки, штанов и обуви. – Да черт бы побрал эти ключи! Ну-да, ну-да, ещё и без еды оставили!! Ну как так можно вообще?! – выразился ясно и четко парень. – Так, стоп, а ты ещё кто такой?! – сказал парень в очках, когда заметил парня на полу. — Если б я помнил ещё, — выразился тот, что недавно лежал на полу и подремывал. – Ясно, значит мы в одной с тобой клетке, я так понимаю. В любом случае я в душе не чаю, что делать дальше, – отозвался парень в очках, оглядывая комнату. — Решать следующую загадку и идти дальше? – Логично, даже спорить не буду, – ответил парень в очках. — Да. Я тут наверное минут тридцать сижу, честно не думал, что здесь будет кто-то ещё. Ты ведь тоже здесь ради пяти миллионов? Как мне тебя прозвать? Ты тоже ведь своего имени не помнишь? — отозвался, парень, что продолжал сидеть на полу. – Прям в точку попал на счёт пяти миллионов и того, что я ничего не помню. Знаешь, называй меня просто парень в очках, а мне то тебя как называть? — Мне то даже ухватится не за что, чтоб меня прозвать как-то, — выразился тот, задумавшись над вопросом. – Значит пока буду звать тебя на ЭЙ, ибо других вариантов я сильно не вижу, так что без обид, что не придумал тебе достойную кличку, – сказал парень и пожал руками. — Ладно, я хотел сп... — прозвучал знакомый гул с двух сторон, оборвав на полуслове парня, что теперь будут звать "Эй". С разных сторон открылись проходы, с одной стороны девушка лет тридцати пяти, тридцати семи. А с другой стороны бабушка, что явно старше восьмидесяти. Обе в таких же белых костюмах. Тут же всё стало на свои места. Таких как они здесь явно больше чем двое и уйти не смогут, не дождавшись всех. — Э! Кто там, мать его? Парни вы знаете, какого фига тут происходит. Мы ведь на один эксперимент? Нас должны были забрать три дня назад! — крикнула девушка, подходя к парням ближе. – Да должны были, но походу эксперимент решили таким интересным образом продолжить, козлы, а ведь пропитания лишь на тридцать дней оставили, а уже тридцать третий, уроды, – отозвался максимально недовольно парень в очках. — Да, я тоже негодую с этого, но мне хватило еды на эти тридцать три дня, даже хлеб оставался ещё. — отозвался "Эй". — У меня как бы тоже, проблем с едой не было, — сказала девушка. – Ну вам точно просто больше оставили, зуб даю, – так же недовольно отозвался парень в очках. Подходящая к группе людей бабушка сказала: — Парень можешь зуб выкавыривать. Там явно еды дней на пятьдесят было, смотря сколько в день ты ешь, — заказав это бабушка кивнула людям в знак приветствия. – Ну что за наглость? Я тут главное без еды и воды сижу, а они ещё на меня бочку катят, ну что за люди? – сказал парень в очках и скрестил руки.***
