Непокорные

— Что он имел в виду? — Мэн Яо подался вперёд. — Что один из мальчиков уцелевший сын Цзян Фэнмяня, — шёпотом ответила женщина, прикрывая лицо рукавом. Мэн Яо закусил губу и очень тихо спросил: — Почему он не убил вас наутро, когда протрезвел? СыСы грустно улыбнулась. — Я сразу поняла — если он осознает, что проговорился, то убьёт меня. Когда Цзинь Гуаншань уснул, я просто сбежала и вернулась на то место, что мне полагалось при гареме. А утром мы все узнали, что одна из сестриц мертва. Оказалось, она проникла к главе Цзинь в покои, надеясь на его милость утром, и он подумал, что провёл ночь с ней. Лань Сичэнь стоял будто громом поражённый. Он знал, что глава Цзинь нечист на руку, но чтобы скрыть подобное! Да ещё и воспитать в Весеннем доме, а после… Прикрыв рот рукой, Цзэу-Цзюнь прошептал: — Для чего? Зачем ему так рисковать, да ещё и дарить после этого юношу нам. Вы не знаете, кто из них? Я не помню, как звали мальчика, но дядя точно знает имя. Мэн Яо, не менее шокированный происходящим, нахмурился и поднял взгляд на Лань Сичэня. — Он хочет вас уничтожить. Если Цзинь Гуаншань отправил к вам наследника клана Цзян, он хочет вас уничтожить. Если правда вскроется и выяснится, что вы держали наложником законного главу Ордена, это несмываемый позор. Если же он ещё и погибнет по вашей вине, то это повод отомстить за брата невестки. Лань Сичэнь резко выдохнул. — Но ведь это он воспитал мальчика здесь и подарил нам. — Он воспитал какого-то подобранного на улице мальчика, дал ему пищу и кров, профессию, отдал в благородный Орден. Сичэнь, ты понимаешь, как он всё выставит? А теперь Вэй Ин и Вэй Чэн сбежали, мы не знаем, кто из них наследник клана Цзян и что с ними будет. А ответ держать вам. Лань Сичэнь напряжённо думал, но разрешить подобную ситуацию в одиночку он был не в силах. — Спасибо, госпожа, — поклонился он женщине и посмотрел на Мэн Яо. — Нам пора уходить. Юноша кивнул и оставил тётушке небольшой мешочек с золотом в благодарность за помощь. Та ловко припрятала его в рукав и улыбнулась в ответ. — Будьте аккуратны, старый лис способен на что угодно. Они вышли из покоев и постарались исчезнуть как можно быстрее. Лань Сичэнь уже привычным жестом приобнял юношу за талию, и они взмыли в ночное небо никем не замеченные. Стоило отправиться прямиком в Облачные Глубины, но он направил меч туда, где оставил брата и Не Минцзюэ. Нужно было передать им этот странный разговор, а затем рассказать всё лично дяде. История, что, казалось, закончилась пятнадцать лет назад, приобрела неожиданные очертания. Его тревожила не только судьба собственного клана, но даже больше два юноши, что оказались втянуты в чужие интриги. — Это Вэй Чэн, я уверен! — Не Минцзюэ был на удивление спокоен. Лань Сичэнь даже успел удивиться, но названый брат вскочил на ноги и одним ударом перерубил пополам стол в таверне. — Этот проклятый интриган втянул в свои игры двух юнцов, а нас решил опозорить! А ты, — Не Минцзюэ сгрёб Мэн Яо за шкирку и как следует встряхнул, — какая роль была у тебя? Кто ты? Юноша потерял дар речи, глядя на главу Не в ужасе, и только рука Лань Сичэня, лёгшая поверх запястья Не Минцзюэ, привела его в чувство. — Дагэ, отпусти А-Яо. Сейчас же. Выполнив просьбу, больше похожую на приказ, Не Минцзюэ отступил. — Почему ты уверен, что сын Цзян Фэнмяня именно Вэй Чэн? — Потому что в нём заключён дух настоящего лидера, я сразу это почувствовал. — Но Вэй Ин тоже талантлив. Я бы сказал, что ещё более талантлив. Не Минцзюэ скрипнул зубами. — Нужно найти их, немедленно! Пока этот старый негодяй ничего им не сделал. Мэн Яо! Отвечай — зачем тебя послали ко мне? Кто ты? Вздрогнув, юноша прошептал: — Я должен был шпионить за вами, глава Не. — Кто ты?! Почему тебя? Если в орден Лань прислали наследника Цзян, то что получил я? — Вы получили… просто меня. Я никто. — А-Яо, — болезненно поморщился Лань Сичэнь, — я же просил не говорить так. — Простите меня, — он не смел поднять взгляд и не знал, как ему поступить. Правда могла убить его руками Не Минцзюэ, он не сомневался. — Хватит строить из себя слабого и покорного. Я знаю, что ты другой, — продолжал гневно и громко говорить глава Не. — Хуань, надави на него. Или мне придётся выбить это признание. — Нет, Минцзюэ-сюн. При всём моём уважении я не позволю тебе причинить вред тому, кто дорог мне, кого я считаю равным. — Не нужно, пожалуйста, — в ужасе прошептал Мэн Яо. — Я скажу, не нужно ссориться из-за меня. Не Минцзюэ опасно сузил глаза, но больше не пытался схватить его за одежду. — Говори! — Я… — Мэн Яо посмотрел в глаза Лань Сичэню, и тот увидел там столько боли, что впервые в жизни его охватило желание убить того, кто посмел причинить её. — Я всего лишь сын своей матери и… своего отца. — Очень расплывчато, — прорычал Не Минцзюэ. — Мой отец Цзинь Гуаншань, — прошептал Мэн Яо. Сабля Не Минцзюэ дрогнула, и Лань Сичэнь закрыл Мэн Яо собой, не давая старшему брату совершить непоправимое. — Не трогай его! Я всё знал, А-Яо на нашей стороне! Это он мне всё рассказал. Убрав Бася за спину, Не Минцзюэ отстранил Лань Сичэня и заглянул Мэн Яо в глаза. — Если решил быть с нами — иди до конца. Узнаю, что предал, — убью! Вздрогнув, Мэн Яо вцепился в руку Лань Сичэню и замер как испуганный оленёнок. — Минцзюэ-сюн, я прошу тебя никогда не повышать на А-Яо голос и не угрожать ему. Ты переходишь все границы дозволенного. — У дозволенного мне нет границ, но ради уважения к тебе я не стану продолжать. Уверен, что Мэн Яо понял меня с первого раза. Что вы ещё узнали? — Я не успел рассказать, что наставником мальчиков был Сяо Синчэнь. — Сяо Синчэнь? Тот самый вольный заклинатель, слава о котором разнеслась по всей Поднебесной? — Да. — Если они доберутся до него, то есть шанс, что выживут. Но если его начнут искать наши адепты, то люди Цзинь Гуаншаня быстро про это прознают и смогут напасть большим числом. Нам придётся действовать скрытно. — Я тоже так подумал. Поэтому собираюсь отправиться к дяде в Облачные Глубины, а вас с Ванцзи попросить искать Сяо Синчэня самостоятельно. — Это будет непросто, но я знаю кое-что о нём, — Не Минцзюэ качнул головой, словно соглашаясь сам с собой. — До нас доходили слухи, А-Сан любит их собирать у торговцев и бродячих артистов. Сяо Синчэнь давно бродит по свету, дав обет помогать простым людям, он снискал определенную репутацию. И у него есть близкий друг из храма Байсюэ, Сун Лань. Поэтому я отправлюсь туда и расспрошу его. — Это очень поможет нам, Минцзюэ-сюн. Надеюсь, Сун Лань знает, где может быть его друг. Я загляну к Ванцзи перед отлётом. Не Минцзюэ ушёл, не тратя времени на прощания, и лишь напоследок строго глянул на Мэн Яо. Юноша опустил голову и тихо спросил больше сам у себя: — За что он так меня ненавидит… Лань Сичэнь коротко обнял Мэн Яо и тихо прошептал: — Таков уж Минцзюэ-сюн. Осуждает зло, поощряет добро и ненавидит порок. — Ненавидит порок? Неужели я порочен? — Я не это имел в виду… — Не стоит беспокоиться, я не принимаю это близко к сердцу. Лань Сичэнь вздохнул, уверенный в том, что юноша лукавит. Но разбираться с этим сейчас не было времени, он успеет поговорить об этом с А-Яо после. Войдя в комнату к Ванцзи, Лань Сичэнь коротко рассказал ему обо всём, что узнал. Брат выглядел поражённым, но проявил это, лишь крепко сжав рукоять меча. — Я найду Вэй Ина. Он… если он сын главы Цзян, я оскорбил его вдвойне. Мне стоит просить прощения. — Ты не знал, а его происхождение не так уж важно для того, чтобы принести извинения. Тем более что это так гложет тебя. Прошу, будь осторожен. Я постараюсь вернуться как можно скорее. Не Минцзюэ вернётся к тебе, как только всё разузнает. Мы найдём их. Лань Ванзци согласно кивнул, и брат покинул его комнату. Впереди было столько дел, что он уповал только на свою молодость и силу. Мэн Яо ожидал его на улице, подставив лицо прохладному воздуху. Ему отчаянно хотелось расплакаться от невыносимой тоски, но он надеялся, что хотя бы один человек на свете верит ему и в него. Лань Сичэнь подошёл ближе и приобнял его за плечи, а затем развернул к себе лицом и мягко припал к губам. Эта нежность практически на людях захлестнула Мэн Яо до такого состояния, что он едва не лишился чувств. — Сичэнь, — прошептал он, когда их губы разомкнулись. — Я всегда буду на твоей стороне, помни об этом. Прикрыв глаза, Мэн Яо не стал озвучивать своих сомнений. Лань Сичэнь был тем человеком, ради которого хотелось стать лучше и сделать всё, чтобы он никогда не смотрел разочарованно. Прижавшись к нему, когда они на мече взмыли в воздух, Мэн Яо попытался очистить разум от дурных мыслей, а душу — от разъедающих сомнений. Когда-то он слышал, что ветер хорошо помогает, а его на высоте было в избытке.

***

— Странная тишина, вам не кажется? Вэй Ин остановился и огляделся по сторонам. Они втроём шли по горному ущелью, откуда приходила в деревню нечисть, и если ещё пару шагов назад было слышно, как ветер гоняет палую листву, то теперь всё стихло. Сяо Синчэнь одобрительно кивнул. Он вообще поощрял любые задержки, внимание к мелочам и вопросы. За это они его и полюбили с Вэй Чэном, пока обучались. Он давал им понять, что они способные, что им есть куда расти, развиваться. Вэй Ин засыпал его вопросами и на все получал ответы. Это было удивительно, ведь люди редко относились к его вопросам серьёзно. А некоторые холодные ледышки вообще игнорировали. Почему-то вспоминать Хангуан-Цзюня было болезненно и тоскливо. Наверное, поэтому он не замолкал ни на минуту, лишь бы не думать, не анализировать и не предаваться унынию. Что бы ни планировал Лань Ванцзи, ему стало легче без назойливого наложника. Вэй Ин был в этом уверен. Он раздражал невозмутимого юношу одним только своим существованием. Их по счастливой случайности не отослали обратно в Ланьлин, но Хангуан-Цзюнь тяготился его обществом, навязанной ему чужой жизнью. И это было понятно — он нарушал столько правил, которые Лань Ванцзи просто обожал. Но сейчас не время было отвлекаться, и он посмотрел на Сяо Синчэня, ожидая от него подсказки. Внезапно Сяо-лаоши замер и посмотрел на учеников обеспокоенно. — Нужно укрыться где-то прямо сейчас. Это люди, не нечисть. Пока Вэй Чэн пытался осознать эти слова, Вэй Ин уже тащил его к ближайшему большому камню. Сяо Синчэнь шёл позади, вытащив меч и прикрывая им спины. Наверху горной тропы начали появляться заклинатели в бело-золотых одеждах, и когда на солнце блеснули несколько десятков луков с натянутой тетивой, Вэй Ин понял, что дело плохо. — Сяо-лаоши, Сяо-лаоши, это за нами, я уверен! Цзинь Гуаншань точно не оставил наш побег просто так. Уходите, вас они не тронут. И… заберите Вэй Чэна, прошу. — Вэй Ин, неужели ты думаешь, я брошу вас? Ждите здесь, я поговорю с ними. Вэй Ин хотел возразить, предупредить, но он знал, что вера Сяо Синчэня в людей и их благородство очень велика. Даочжан выступил вперёд, обведя воинов спокойным взглядом, и те не посмели убить его. Однако они с Вэй Чэном крепко сжимали мечи в руках, ожидая подвоха в любой момент. — Это ни к чему хорошему не приведёт, — прошептал Вэй Чэн, осматривая такое количество лучников. Внезапно вперёд выступил какой-то тип и закричал: — Отдай нам мальчишек и иди своей дорогой, даочжан. Глава Цзинь закроет глаза на твою помощь им. — Самое нелепое предложение, что я слышал, — улыбнулся Сяо Синчэнь и покачал головой. — Нет. Вэй Ин вздохнул и услышал такой же вздох рядом. Им пришлось выбежать из укрытия, чтобы помочь лаоши, который виртуозно отбивался от полетевших в него стрел. Такой скорости они ни разу не видели, но любоваться было некогда. Из-за скалы выбежали мечники и отбиваться пришлось уже от них. Тот, кто руководил воинами, остался наверху, и Вэй Ин решил добраться до него, но силы были слишком неравные. Внезапно поднялся небольшой ветер и с небес спустились два воина в тёмных одеждах. Обернувшись, чтобы дать отпор, Вэй Чэн столкнулся взглядом с Не Минцзюэ, который смотрел так жадно, что кровь вскипела. — Я потребую подробный отчёт и наказание будет соответствующим, — пророкотал глава Не и вступил в бой, отбивая меч адепта клана Цзинь. — Будь внимательнее. Вэй Чэн только улыбнулся такой заботе и сосредоточился на сражении. Вэй Ин, охваченный азартом поединка, не сразу понял, кто к ним присоединился, тем более что второго мужчину он видел впервые. — Сун Лань? — удивлённо проговорил Сяо Синчэнь и вдруг улыбнулся так тепло, что, казалось, само время застыло, смолк лязг мечей и был слышен стук собственного сердца. Но это длилось меньше мгновения и битва разгорелась с новой силой. Вэй Ин ловил себя на мысли, что не понимает, почему их нашёл только Не Минцзюэ. Неужели братья Лань их даже не искали? Это было логично, но почему-то причиняло боль, хотя он сам хотел сбежать и отвадил от себя Хангуан-Цзюня. Едва не пропустив удара меча слева, он уклонился и отступил ближе к брату, который сражался с Не Минцзюэ плечом к плечу. Стало тоскливо и немного завидно. Сяо Синчэнь, сражаясь, старался никого не убивать, лишь вывести противников из строя, чтобы не могли больше держать меч. Когда перевес сил перестал быть очевидным, с горы спустился предводитель нападавших и, приказав оттеснить Сун Ланя, вступил в бой с даочжаном. Вэй Ин успел обратить внимание на его необычный двойной меч, прежде чем его отвлекла разгоревшаяся с новой силой битва. — Даочжан Сяо, какой же ты благородный. Не можешь не влезть в чужие дела. Эти мальчишки принадлежат не тебе… — Они принадлежат сами себе, — спокойно возразил Сяо Синчэнь, рассматривая противника. Тот был одет не в клановые одежды Цзинь и оружие у него весьма примечательное. Сун Лань встал рядом с другом и смерил врага внимательным взглядом. — Сюэ Ян, — произнёс он, и юноша ему лучезарно улыбнулся. — Знаешь моё имя? — Знаю твоё оружие и помню преступление, которое ты совершил. Атака была внезапной и весьма хитрой. Сун Лань отбил её, но не успел предупредить Сяо Синчэня о том, что враг будет пользоваться грязными приёмами, однако этого и не потребовалось. Даочжан отбил атаку и сам пошёл в наступление. Ряды воинов Ордена Цзинь начали пустеть. Раненые отползали кто куда, а кучка уцелевших воинов решила бежать, тогда как их предводитель со смехом и радостью сражался сразу с двумя противниками. Не Минцзюэ схватил Вэй Чэна за плечо, когда он хотел рвануть за отступающими. — Стой. Хоть это и недостойные крысы, но они считаются людьми, не нечистью, и судить их будет совет кланов, который я соберу. Были бы они на моих землях, не сносили бы головы. Вэй Чэн грязно выругался и убрал меч в ножны, пытаясь отдышаться. — Их нельзя отпускать! Они всё донесут этому мерзавцу! — И что же? Кто из нас бился, чтобы защитить свою жизнь, а кто нападал исподтишка! Моё слово имеет вес, пусть кто-то посмеет обвинить меня во лжи. Глядя на Не Минцзюэ во все глаза, Вэй Чэн едва скрывал совершенно мальчишеский не совсем здоровый восторг. — Никто не посмеет, Глава Не! И если моё слово будет иметь вес, я скажу всё как было на любом собрании! — Может, нам стоит прийти им на помощь? — поинтересовался Вэй Ин и указал на троицу, что самозабвенно билась, не обращая внимания на происходящее. — Не стоит, парень и так в меньшинстве, — Не Минцзюэ посмотрел вверх. — А вот и он. На мече летел Лань Ванцзи, и у Вэй Ина неприятно кольнуло сердце, а затем появилось острое желание сбежать. Одному, и желательно подальше, так чтобы не видеть этих презирающих его глаз. Внезапно сквозь лязг мечей донёсся громкий возглас и хлопок. Сюэ Ян воспользовался ранением Сун Ланя и применил талисман перемещения, оставив поле боя и своих воинов. Сяо Синчэнь успел подхватить друга и не дал ему упасть, а Лань Ванцзи меж тем спустился на землю. Вэй Ин тут же отвернулся, сделав вид, что занят чем угодно, но не приветствием Лань Ванцзи. Вэй Чэн же, глядя на его глупое поведение, захотел треснуть брата изо всех сил. — Хангуан-Цзюнь, — юноша поклонился и удостоился кивка в ответ. После же Лань Ванцзи пошёл прямо к брату, и у Вэй Чэна сердце ушло в пятки. Он сжал рукоять меча, готовый в любой момент прийти на помощь и защитить родного человека. — Вэй Ин. Медленно развернувшись к Лань Ванцзи, Вэй Ин нагло ему улыбнулся и отвесил шутливый поклон. Минуты, что была ему дана, оказалось достаточно, чтобы взять себя в руки. — Хангуан-Цзюнь, вот вы и нашли меня. Что дальше? — Вэй Ин. Я… — слова явно давались Ванцзи с трудом, — приношу извинения за своё недостойное поведение. Больше подобного не повторится. Вернись со мной в Гусу. Когда… когда придёт время, ты можешь уйти. — А? — глупо приоткрыв рот, уставился на него Вэй Ин. — За что ты просишь прощение, Лань Чжань? Я не понимаю. Но от объяснений Лань Ванцзи избавили подошедшие к ним Сяо Синчэнь и Сун Лань. — Приветствую вас и очень рад знакомству, но простите мне спешку, мой друг ранен, и я бы предпочел более спокойное место для разговора, — очень учтиво обратился ко всем Сяо Синчэнь. — Мне тоже кажется, что нам лучше убраться отсюда, пока не появились другие воины клана Цзинь. Мы далеко от Цинхэ или Облачных Глубин, но храм Байсюэ совсем близко. Сун Лань согласно кивнул. — Да, это самое близкое убежище на данный момент. — Шуанхуа выдержит двоих, на мечах будет быстрее. — Сяо Синчэнь будто извинялся перед Сун Ланем, и тот после недолгой паузы кивнул, согласившись на предложение друга. Вэй Чэн же с Вэй Ином встали на свои мечи, едва скрывая гордость от своих успехов в заклинательстве. За то время, что они странствовали с наставником, он многому сумел научить их. Не Минцзюэ смотрел на Вэй Чэна с гордостью, тогда как Лань Ванцзи будто боялся смотреть в сторону Вэй Ина и постоянно отводил взгляд. Путь до храма Байсюэ занял всего полчаса, и, спешившись, Сун Лань и Сяо Синчэнь вошли в его ворота первыми. Остальные же немного задержались, ожидая приглашения. Первым тишину нарушил Не Минцзюэ. — Отдохнём здесь и до возвращения в Цинхэ заедем в одно место. Но сперва я хочу услышать от тебя, Вэй Чэн, почему ты сбежал? — Потому что не мог бросить брата. Он, конечно, способен сам за себя постоять, — тут он откровенно намекал на Не Хуайсана. — Но кем бы я себя потом чувствовал? — Понимаю, — действительно понял его Не Минцзюэ и кивнул. — Но ты мог хотя бы оставить мне письмо. — Прости, всё получилось спонтанно. Да и что бы я написал? — Вэй Чэн старательно гнал от себя мысли, что во взгляде Не Минцзюэ читалось нечто большее, чем простая тревога. — В двух словах не объяснишь. Вэй Ин смотрел на этих двоих и чувствовал себя лишним. А переведя взгляд на Лань Ванцзи, ощутил это ещё острее. Его ни о чём не спрашивали, даже не смотрели в его сторону, а он и не лез. — Идёмте, наставник Сун Ланя просит вас рассказать о произошедшем, — пригласил их Сяо Синчэнь. Во дворе уже не было раненого, его проводили в покои, где оказали помощь, промыв рану и перевязав. Наставник же пригласил их в трапезную, где они расселись и Не Минцзюэ вкратце рассказал о положении дел. — Нам не стоит задерживаться у вас слишком долго, дабы не навести беду. Кто знает, не захочет ли Цзинь Гуаншань отомстить. — Он, может, и не захочет, а вот Сюэ Ян вполне, — вышел к ним Сун Лань. — Я останусь с вами, — читая между строк, ответил Сяо Синчэнь. — Если юноша так мстителен, как считает мой друг, то храму потребуется защита. — Хорошо. Нам предстоит во многом разобраться, и если будет нужно, я пришлю сюда своих воинов. — Не Минцзюэ поднялся из-за стола и остальные тоже встали. Вэй Ин открыл было рот, чтобы предложить и свою помощь, но потом вспомнил, что, собственно, он и оказался причиной всего этого, и промолчал.