Маленький городок. Люди большие.

— Привет Кейли. — Алекс плюхается на соседний стул рядом с Майлзом, и бесцеремонно забирает себе бокал. Тут же жадно отпивая всё это вкусно-ледяное на лимонад то и не похожее потому, что зелёное, а не желтое с тонко порезанными дольками лимона (как привык Ма), а тёмное, мутное, похожее на бурду непонятное пойло с тонкими паучьими листьями, уцепившимися намертво за край бокала. — Э-э. Не наглей. Это не тебе Джеймс заказал. — Возмущается девушка. — Майлз взрослый парень, а я ребёнок. Граждане Королевства обязаны уступать беременным, детям и старикам. Вот пусть и уступит. — Александр произносит всё это совершенно серьёзным тоном и только глазами хохочет из под упавшей на них вьющейся мягко, каштановой чёлки. — За что и получает лёгкий подзатыльник от официантки. — Кейли. Пожалуйста. Пусть он пьёт. Я…. Несколько…. Как бы не очень сейчас расположен к мутно-зелёному лимонаду… — Не пробовал никогда? — Прищурился Джеймс. — Да я пока ряд ассоциативный ни как не выстрою… — Замялся Кейн. — Это всего лишь…. Всего лишь свежий сок спелых яблок и груш и отдельно выжатый из тёмно-опалового базилика. Плюс сироп топинамбура. Всё смешать, но не взбалтывать. — Произносит Джи странным тихим голосом, просто впиваясь в Майлза взглядом, словно он Мудрый Каа гипнотизирующий Бандар‑логов. — Ма от неожиданности притих. — Алекс от души расхохотался и этим разрушил тягучее, накрывшее Майлза как во сне ощущение, что он уже не по эту сторону мира. — Ма. Послушай! Это его любимый коктейль. Вот он и ждёт, что тебе то же понравится. А по мне дерьмо редкое. Один плюс, что холодный. — И Алекс демонстративно вытягивает губами кусочек льда из бокала и с хрустом его разгрызает. — Знаешь что? — Майлз от Джеймса не отводит чуть замутнённый взгляд тёмных глаз. — Это моё. Мне и решать. — И Ма ловко выдёргивает недопитый бокал из ладоней оторопевшего от такого действия Алекса. Тот, похоже, от неожиданности чуть ли не льдом поперхнулся, а Майлз отпивает медленно из бокала, так от Джейми Нью взгляда не отводя. Глаза в глаза. Красный оттенок чёрного в океанные. Не шоколадные в не сине-зелёные, влюблённые в не одинокие. Всего лишь взгляд. Всего лишь глоток, но все притихли. И Алекс и Кейли затаили дыхание вдруг. Словно они в безвременьи вчетвером и нет никого. Только они. Джеймс губу прикусил и выглядит настолько изумлённым и даже испуганным, что Майлз улыбается. Майлз улыбается Джейми ТАК, что Кейли вдруг вздрагивает и шарахается от них, машинально прикрываясь подносом. — М-мм. Ну ладно ребят. Я пойду. Мне работать ещё. — И она как то заторможено возвращается к барной стойке, оглядываясь и продолжая оглядываться на парней. Тут же к ней прилепляется Морган, но девушка лишь отмахивается от него и уходит, куда-то в глубину необъятного паба. — Ты ни черта не добьёшься. — Александр спокоен и откинулся на высокую спинку резного массивного стула. И разглядывает Майлза, как будто позволяет ему «ОПРАВДАТЬСЯ»? А Джи молча отводит взгляд и теперь смотрит, куда-то в сторону. Майлз проморгался. Он очнулся. Он же сидит в кабаке в компании малоизвестных ему людей, а у него чувство, что он только что потерял очень многое. Не семью. Папа. Но… — Чего не добьюсь!? — Взрывается Майлз. — Хватит Алекс!! Оставь это! Я знаю, что не имею права! НО. Я всё равно БУДУ! Потому, что ХОЧУ. — Майлз неожиданно вытянув длинную и достаточно сильную (но конечно не такую сильную, как у Джи) руку, цепляет Александра за тонкую шею и прижимает его патлатую вихрастую голову прямо к груди, наплевав на присутствующих. Он прижимает, а Алекс не бьётся и не вырывается. — Забери его…. И меня забери. — Шепчет мальчик, куда-то между сосков на груди Майлза. — Только ты и сможешь. Я сразу понял. Ты сможешь… — Бред. Бред. — Есть хочу. — Произносит Джейми флегматично, словно ничего необычного вокруг не происходит. Он отставил бокал и уставился в потолок. — О. Можно вас угостить? — Майлз чуть растерялся. Он никогда не приглашал парней на обед. Ну, в смысле это не было привычным как тогда, когда он учился в Вестминстерской школе : «Хай гайс! Пошли, перекусим в Келлариум» или «Парни! Зажжем вечером в «Небесном стручке?». Это было свиданием? Майлз смутился. — Ну, наличные у отца, у меня карта. Я не знаю… — Нормально. Мне лобстера! — Хохочет носатое чудо. ***** — «Он даже не думает о волне». — С завистью, но больше со страхом думает Майлз, глядя на Джеймса ритмично и ловко пробивающегося сквозь толщу воды, что Майлза пугает до судорог. Ему кажется, что начался шторм, но на самом деле, как сказал Алекс, на море приблизительно пять баллов по Бофорту. Свежий ветер гонит барашковые волны высотой шесть или шесть с половиной футов. Солнце медленно садиться за горизонт и небо алеет закатом. Алекандр накувыркавшись с Джеймсом у берега, нахохотавшись и устав убеждать Майлза присоединиться уплыл, куда-то за выступ скалы и пропал из поля зрения Ма. В это сумасшедшее по красоте место они добирались достаточно долго. Майлз, по началу, ужасно нервничал и старался не отставать от братьев. Он с трудом справлялся со скутером, не имея достаточного опыта в его вождении, а потом как то освоился и стал получать удовольствие от поездки. ***** Они замечательно отобедали в ресторане при Русалочьей гостинице. Черно-белое здание с деревянным каркасом под двускатной крытой черепицей крышей, с темным дубом и резными каменными каминами, переделанными из потайных ходов, с потолками, украшенными толстыми темными балками из тикового дерева и окнами со свинцовыми рамами и ромбовидными стеклами оказалось весьма и весьма уютным внутри. «Историческое очарование и атмосфера» так бы ответил Майлз если бы его попросили описать своё ощущение от этого места. Карпаччо из черного хлеба с пельменями, винегретом из летних овощей и смесью листьев. Омар и морской гребешок с фасолью, томатным консоме, самфиром и обугленным луком-пореем. Корона из цыпленка, откормленного кукурузой с ножкой конфи и оладьями из сладкого картофеля. Седло ягненка с ризотто из гороха. И пудинг. Заказ делал Алекс и он не стеснялся. — В него влезет? — Майлз скептически окинул взглядом тщедушное тело кузнечика увлечённо тыкающего пальцем в меню и обернулся к Джеймсу. — Нет. Ты не подумай. Денег достаточно, но в куда это всё? — В туда. — Джи смеётся. — А ты ещё про карбюраторы мне говорил и считал, что мне должен. Поостережёшься в следующий раз приглашать Ала покушать. — Майлз лишь недоверчиво помотал головой. Он не поверил. А зря. ****** — Ты знаешь, что это третье место в мире по популярности среди самоубийц? — Пытается перекричать ветер Дежйми. — Майлз восхищён и не отвечает. Он лишь в изумлении смотрит на невероятной красоты скалы и на белые меловые утесы. Захватывающая дух высота обрыва над морем его завораживает. Зелёный, белый и голубой. Отсюда, кажется, можно увидеть край мира. Ну, или ты сам на этом самом краю? Воздух… Майлз вздохнул полной грудью и зажмурился. Нереальный. Простор, равнина с пасущимися на ней овцами, скачущими в разнотравье зайцами и высоченный обрыв. Так хочется подойти к краю и посмотреть вниз. Страшно. Но ТАК хочется. Джи смеётся и Алу кивает. Тот, улыбнувшись, понятливо брату в ответ соскакивает с мотоцикла и тянет Майлза, ухватив танталовыми пальцами последнего за предплечье. Кейн послушно идет за парнишкой. Ал подходит к самому краю и Майлз в ужасе начинает пятиться, утаскивая от края кузнечика, но тут в его спину вжимается пылающая солнечными лучами широкая и в своём спокойствии незыблемая грудь старшего Нью. Он обвивает обоих парней руками, тяжёлыми, полными уверенной силы, притягивая ближе к себе. И нет больше страха. Волнение есть, но страха нет больше. И они вместе делают шаг. И ещё. И ещё. Ветер в бешенстве рвёт их и воет. Треплет волосы, зло, обещая их наказать. Ну и что? Они вместе, обнявшись, смотрят на одинокий маяк и на каменистый пляж, что под ними и на огромное солнце, что уже обожгло это море спускаясь в него отдыхать. ***** Джи нырнул под набегающую лавину цвета его ахуенных глаз и пропал. Он пропал из виду, затянутый прибойной этой стихией и Майлз испугался. Он испугался теперь уже не за себя. — АЛЕКС!! — Майлз вскочил и ошарашенно наблюдает, как жадная пена тварью гиенной пожирает прибрежный песок, пытаясь лизнуть его ноги. Нагло. Сыто. Убийственно. Мёртво. — Аааал! — Майлз оглядывается судорожно, а рядом нет никого. Да и чем бы мальчишка помог? Черт. Блять. Чёрт. Чёрт. Сука. Чёрт. В голове Майлза луковичные часики в брюхе у пуделя отсчитывают мгновения. Крошечными микро-атомно взрывами его, наконец, накрывает сработавший будильник. Мозг вышел из ступора. Он судорожно дёрнувшись заработал. Сколько прошло? А столько можно? А люди могут? А Джей? Он может? А если… Майлз взвывает как раненное животное и прётся в воду. Не думая. Не размышляя. Он шагает как старый обшарпанный робот из древнего фильма, которого бьют и шатают жадные небесного цвета волны. Смешной и совсем бестолковый в своём неуёмном желании. Он шагает вперёд. Навстречу волне, которая не вернула обратно Джи. Не отдала Майлзу его любовь. Он плачет, но этого не замечает. Всего один день в его жизни так всё изменил. А эта тварь всё забрала. — Ненавижу тебя. Ненавижу. Ссука. — Майлз бьёт кулаком набегающую волну, что уже накрывает его почти с головой, понимая, что всё. Всё уже. Он не поможет. Он не найдёт. Не спасёт. Ни хуя он не сможет…. И тут его за волосы хватают и тащат и похуй, что ему больно и страшно и он нахлебался воды и дышать - это лёгкие лопнут. — Маа. — Ты чего? — Майлз открывает глаза и чувствует, как на него льётся стена ненавистной солёной воды. Он дёргается и пытается отстраниться, но его крепко держат жаркие ладони. Ему в лицо смотрит Алекс. Алекс. С волос которого, льётся эта мерзотная гадость. — НЕНАВИЖУ!! — Орёт задыхаясь Кейн, будучи почти не в себе, и почти в сумасшествии. — Тварь! Ссука! – и тут. Ал испугался. Он так испугался, словно Кейн ударил его, как будто то бы мальчик знал – как это, когда тебя бьют и по видимому бьют жестоко. Он заскулил и застыл столбиком суриката. Закачался и вдруг упал на бок, свернувшись в клубок. Майлз враз подскочив и не черта уже не соображая, бросился его обнимать. — Что? Мелкий? Что? Я напугал? Александр! Я Джейми хотел… — Тут Ма понимает, что Джи он так и не встретил в своём невьебически атмосферном таком путешествии в жопу моря. Он, психуя, оглядывается и о боги! Вдалеке видит неспешно шагающую по каменистому пляжу к ним фигурку койота. Майлз готов его придушить.