Крыша

Он стоял на краю. Всего один шаг, один, и всё. Всё это наконец-то закончится. как долго он этого ждал. Он прямо сейчас избавиться от всех своих проблем. И вот одно мгновение, он уже делает шаг вперед. Но почему то он не падает. Ему кажется, что его что-то схватило не давая упасть. Может галюцинации (?) и он уже давно умер, или ему кажется.. Но нет. Его что то останавливает, точнее кто-то держит. И главное так крепко. Только вот кто. кому он нужен? Он сделал так много дерьма в этой жизни, и кажется уже совсем скоро сам превратится в него. да и кому он может быть не безразличен? Может быть куникида? хаха, смешно выглядит. Может он пришёл чтобы тот дописал отчёты, а уже потом пусть умирает, где хочет, и когда хочет. Но нет. Это был не он. Кто. Кто это мог быть. Этот вопрос не давал ему покоя. Он оборачивается. И видит чую. чую. Он не может поверить своим глазам. как это мог быть чуя? он ожидал увидеть кого угодно, но этого человекав последнюю очередь. точнее, он хотел увидеть его больше всего, но знал что это невозможно. Ему казалось что накахара сам возьмёт, и пинком толкнет Дазая с крыши, а тут всё совершенно наоборот. Все мысли будто бы смешались в одну большую кучу, его голова кажется сейчас взорвётся от такой нагрузки. Накахара держит Осаму за талию так крепко, как только может, его руки слегка дрожат. Да даже не слегка, любой дурак заметит то, как дрожат руки чуи. Накахара не смотря на это, притягивает дазая поближе, чтобы они ненароком не упали вместе, и отходит вместе с ним в более безопасное место. И вот они уже стоят за бортиком крыши. И Накахара наконец то прерывает это напрягающию тишину, которая обычно как не странно, должна успокаивать. Осаму. Ещё раз я увижу тебя на этой крыше, я закопаю тебя живьём. Дазай молчал. Можно было заметить как он слегка улыбнулся. Он не знал что ответить, он просто стоял и молчал. смотря куда-то в сторону. Он только лишь и смог выдавить из себя немного хриплым голосом, еле слышное. Спасибо.. Чуя молча обнял его, и так они стояли на этой крыше ещё некоторое время, пока один из них не замёрз, и не поежился от холода.