Просьба.

— Я один из высших убийц, я с детства оттачивал своë мастерство ожидая подходящего момента чтобы показать его, я пролил немало крови, и ты, обычное смертное создание, просишь меня о такой низшей отвратительной вещи? Ты киваешь и падаешь на колени складывая руки вместе, умоляя. — Это… отвратительно! Это совершенно неописуемая дерзость. Я могу прямо сейчас лишить тебя жизни! Ты согласен на смерть лишь бы твоя просьба была исполнена. Руки начинают дрожать, а со лба капал пот. Ты ненавидишь себя за то что действительно сказал эту просьбу ему. Асан смотрит на тебя сверху вниз осуждающе и с полной неприязнью. — Сядь! — Командует он. Ты тут же вскакиваешь, выполняя. В твоей голове уже вырисовывается образ, как он вытащит свой клинок и одним движением перережет тебе горло. Глаза зажмуриваются от этой мысли, а губы начинают дрожать, но ты понимаешь, что сам виноват в выборе своей судьбы и тем, что ты такой извращенец. Но вот проходит мгновение и ты чувствуешь, как что-то прикасается к твоему паху начиная медленно двигаться. Ты тут же открываешь глаза и видишь, как его нога пытается сделать тебе приятно. — Так вот какое лицо ты строишь, когда слаб. — На секунду тебе показалось, что он смутился. — Не смей на меня так смотреть! Жалкое существо, у тебя одни мерзкие мысли в голове! Ты не веришь, что он согласился. Хоть и таким незаметным способом, но в глубине души тебе показалось, что он и не хотел отказывать. Возможно, тебе просто хотелось верить в это. Его пятка давила на ткань доводя тебя до покалывания чуть ли не во всëм теле. В этих движениях не было ничего особенного, но от понимания, что это делает именно он, ты возбуждался. Асан двигал ногой плавно, держа еë ровно. Ты был не удивлëн его стойкостью, ведь он обученный убийца для которого малейшая ошибка была равна цене его жизни. Даже в таком деле он показывал всë своë мастерство. Твои ноги невольно начали раздвигаться давая больше пространства для прикосновений. Асан надавил на пах и ты шумно выдыхаешь. — Извращенец. Ты даже не удосужился прикрыть рот. Хочешь, чтобы я этим занимался? — Он резко встал одним движением завалив тебя на землю, наступив ещë сильнее из-за чего по телу прошла приятная дрожь. — И не думай. Будешь стонать до тех пор, пока сам не убедишься насколько жалко это выглядит со стороны. Асан, всë также пяткой, схватил за край твоих штанов и резко стянул оголяя дряблый полу вставший член. Ты почувствовал стыд, но разве не это чувство преследовало тебя с самого начала? — Ты омерзителен мне. — Ты вдруг замечаешь как его щëки покрыл румянец. — Даже мои противники не были такими беспомощными. А ты… ещë и убогий. Он касается своей пяткой твоей обнажëнной коже. Ты чувствуешь каждый его палец, каждое его движение намного лучше чем когда это было через мешающую ткань. Ты и представить не мог, что всë так далеко зайдëт. Конечно, в мыслях у тебя было и не такое, но то были лишь влажные мечты, а сейчас Асан вполне реальный, а ты очень возбуждëн. — Хм? — Он осуждающе на тебя смотрел. — Мне даже не пришлось стараться. Ты и не заметил как твой член уже колом стоял. Прикосновения и мысли сделали своë дело. — Я бы хотел прямо сейчас тебя прикончить, но смотря на это безобразие, не могу так всë оставить. — Казалось, Асан искал оправдание, румянец на щеках было теперь не так легко спрятать. Тебе очень хотелось верить, что ему на самом деле это нравится. Он начал гладить твой член на всю длину, иногда давил и оттягивал назад из-за чего твой рот издавал пошлые звуки. Теперь Асан их не комментировал, а лишь изредка прикусывал нижнюю губу. Ты уже не можешь этого терпеть. Ты как самое жалкое создание хватая ртом воздух начинаешь умолять его сделать это быстрее, закончить его и твой стыд. — Как ты смеешь?! — Неожиданно он рассердился. — В начале умолял меня сделать это унизительное действо, а теперь просто решаешь прекратить?! Я не позволю тебе так пользоваться мной. Асан сел напротив и принялся использовать вторую ногу что всë это время держала его позволяя возвышаться над тобой, показывала, кто здесь главный, а теперь… она также доставляет тебе удовольствие. Пальцы ног теперь гладили головку твоего члена и одновременно продолжали трогать всю длину. Ты чувствовал что вот-вот кончишь, но как только ты выдавал эту мысль, Асан останавливался, сжимая пальцами плоть, усмиряя твой пыл. Ты смотрел на его лицо и видел уже не раздражение, а скорее интерес. Возможно, ему правда понравилась эта игра и он внимательно следил за твоей реакцией. Он убийца и у него нет времени на жалость и сострадание, но сейчас у него не было причин тебя убивать. Он впервые делал подобные действия и хотел лишь развлечься, особенно с таким ранимым извращенцем как ты, что согласен на любые исходы. И вот ты наконец кончаешь, с его разрешения, конечно. Жалобно всхлипнув, прикрыв рот и закатив глаза. На столько убогую картину и вообразить нельзя. — И что ты собираешься с этим делать? — Асан смотрел на сперму что осталась у него на ногах после всех извращëнных действий. — Я не собираюсь прикасаться к остаткам человеческого тела. Ты, ещë не до конца отойдя от оргазма, медленно поднимаешься и тянешься к его ногам начиная облизывать пальцы. Ты чувствуешь их запах, их тяжесть от ежедневного бега и сражений. Возможно в тайне ты действительно хотел прикоснуться к ним своим языком. Вкус собственной спермы волновал тебя в последнюю очередь, лишь бы ноги Асана стали чистыми. Мельком ты бросаешь взгляд на его лицо. Ему точно нравится видеть в каком положении ты находишься. — Ты закончил? — Говорит он явно не в восторге от того, что ты позволил своей ещё одной извращённой стороне вытечь наружу. Ты не охотно встаёшь. — Мерзость. — Он вытирает ноги об траву. — Оставил свои слюни между моих пальцев. Ты знаешь что я могу убить тебя за это? Ты киваешь и полностью соглашаешься с его словами, прося исполнить это прямо сейчас. Асан явно не ожидал такого ответа. Его удивлённое лицо показалось тебе милым. — Сегодня ты мне достаточно потрепал нервы. — Он отвёл взгляд, сложил руки на груди пытаясь казаться грозным. — Поэтому я не в настроении. Уходи пока я не передумал. Считай что это моя милость. Ты пятишься назад и убегаешь прочь. В мыслях у тебя лишь приятное чувство удовлетворение и немного гордости, что ты показал другую сторону мира обычному убийце.