Пустой

Ночь

Столь жуткий период всегда отмечался, как нечто неблагоприятное для человека. Сколько сказаний и мифов построили людишки на основе старого доброго страха. Причём страх за всё подряд: то за себя, то за детей, то за свои богатства. Так могла до бесконечности скапливаться эра жутких выдумок. Были тогда люди, которые были за себя и за ближнего горой. Или так стало быть принято считать. Иродов всегда ведь было и будет полно. И если вернуться к вопросу об выдумках «Homo sapiens'ов», тогда можно смело отметить интересную легенду Финляндии. В Финляндии с древних времён «существует» особый род эльфов-призраков, обитающих на кладбищах. Буквально — «церковный народ» (так как церкви обычно строили около погоста). Именно из-за такого поверья стали говорить местные так: «Если эти мертвецы умерли «хорошей» смертью, то ни коем образом не вредят живым. Однако, если они погибли от колдовства или воздействия сверхъестественных сил, то они превращаются в аналог вампиров. Упырей, убивающих людей и скот, насылающих неурожай, разгоняющих дичь в лесах!» Правдивы ли эти слова? Или бред одного и страх общества породили настоящую легенду, которая устоялась на многие века? Вопрос хороший. Пока что, он останется без ответа.

***

1815 год.

В эту ночь разыгралась не шуточная гроза. Гром стоял такой, как на сенной площади в час пик, что в маленьком городе по-другому главной улицей, или же «базарной» зовут. Хотя общественная жизнь наоборот весела, но масштабы этого события не стали радостными. Лило, как из ведра, так и все дороги, каждая их протоптанная ямка, наполнялась водой, создавая лужи. А в одну из таких луж наступил какой-то тип в белых кожаных сапогах по колено, с блестящими на них серебряными вставками в виде мелких колец для шнуровки, а сбоку была крепко-накрепко вшита такая драгоценная звезда. Такой обуви уж точно у просто человека никоим образом не оказалось бы. Разве что воровство, да и то, были убеждения, никогда бы и никто не пошёл на такое. Сегодня сапожки, завтра мундир, а после что? Что красть? Или до пары явно богатых эких черевики, только не в традиционном стиле. Так что же всё-таки? Неужто красть нечего будет? Ответ прост: «И на миллиметр не вышло бы шагнуть чужаку к собственности их обладателя. Тот был слишком мрачен и вечно угрюм, все до единого боялись и не шли к тому во сближение.» Скоро хлюпанье затихло. В то же время мужчина остановился перед каким-то побитым человеком, скрещивая руки за широкой спиной. Нагло извивающийся урод кричал, старался драться, выбираться из чужой хватки и вот-вот преодолеть собственные слабости, как появляется вышеупомянутый господин. Пока он находится в собственных раздумьях, но вот руки стали неспеша стягивать в каждого пальчика сшитую с любовью и аккуратностью жемчужную перчатку.       «Мир так устроен, что чаще всего нет ни света, ни добра. Это всего лишь детские сказки подготовки ради к суровым реалиям нашей жизни. Однако даже там допущены ошибки, » — произнёс вслух высокий мужчина лет так тридцать на вид, с длинными шелковистыми светлыми волосами. Его голубые глаза пронзали своим неестественным холодом и омертвевшим спокойствием. Этого человека звали Адам.       Или не совсем человека. . . Сейчас проводилась казнь одного неверного. Подозревалась измена. Адам думал, что чуть раньше, будучи в роли «секретаря», он совершил, а вернее хотел, акт раскрытие секрета своего босса. Ох, как? Как же так? Почему всё обернулось неожиданно, словно по щелчку пальцев? Ведь тот бедолага уже шёл на встречу, уже почти передал информацию. Хотя. Почти ведь не в счёт. — Что же, есть что-то, что ты хотел бы сказать перед смертью? — зазвучал свойственно спокойный голос мужчине в белых сапогах. — Что?! Нет! Я не согласен! Не нужно, прошу! Прошу, не нужно! Адам, сжалься! Я!..— после воплей настало резкое затишье, сменяющиеся кряхтением виновного. Его тогда держали за руки по обе стороны не пойми откуда взявшиеся сообщники светловолосого. — Послушай сюда, парень, для тебя больше не «Адам». Ни хочу иметь с тобой ни грамма общего. Я простил бы тебе этот поступок, коль из вне поступали б угрозы. Однако ты вампир. И людишек явно бояться не должен, — сказал, как отрезал, Адам. Ещё несколько секунд тихой мольбы о прощении, а после этого вампира кидают на землю лицом вниз и пронзают совершенно обычным мечом его спину. Поступили ровно так же, как и этот парень. — За каждый свой поступок нужно отвечать. Ты ответишь своей головой, — Адам дёрнул меч из середины спины, медленно поворачивая его вдоль позвоночника, а после, словно разделывая, клинок пустился выше, до самой шеи. Жертва кричала. Билась в агонии. Но никто из присутствующих не прекратил этот обряд. Традиции и этик ни в коем случае нарушать нельзя. А того, кто не согласен, ждала смерть.       Кровь и грязь сильнее размыл дождь, а меч так и остался в спине того умертвлённого вампира. Но и эти действия Адама будут иметь в будущем свои последствия.

***

— Я дома! — зазвучал уже более ласковый и задорный голос мужчины. Он уже предвкушал семейные нежности, как выбежала маленькая девочка, которая с распрыжки влетела в руки отца, обнимаясь. — Папа пришёл! Наконец-то! — чуть ли не смеясь от радости прокричал ребёнок. А отец ему подхватил эту инициативу и стал радостно кружиться на месте с маааленьким грузом в руках, но таким драгоценным.. А пока в дверном проёме показался аккуратный женский силуэт. Эта девушка с рыжими волосами и ярко-зелёными глазами с мягкой улыбкой на лице покачала головой из стороны в сторону, а после выдала: — Пей, доченька, у папы одежда вся мокрая. Давай он переоденется, поужинает, а после поиграет с тобой, хорошо? — Ну, мааам! А если папа опять сядет за работу?! — стала возмущаться малышка. Мужчина кротко посмеялся. — Пей, я обязательно после ужина сразу переключусь на тебя. До самого полудня я буду с тобой, обещаю, — девочку пришлось мягко отстранить от себя. Только после удалось снять мокрую верхнюю одежду и отправиться делать всё вышеперечисленное. Только за ужином зашёл небольшой и, казалось бы, не страшный диалог.. — Дорогой, мы так скучаем по тебе. Последнее время ты всё чаще и чаще пропадаешь на своей работе. Ладно я, но Пей очень грустит без тебя.. Быть может, ты не надолго отойдёшь от дел? — как можно мягче предложила супруга Адама, а тот призадумался — Рута, дорогая, я всё понимаю, — рука мужа мягка укутала белоснежную кисть молодой матери, — но это исключено. Сейчас очень не спокойное время. Я даже не знаю, что будет завтра.. Возможно после королевского турнира всё проясниться, но сейчас я не могу быть таким беспечным. Буквально вчера меня чуть не отравил мой же советник Стивенсон. Ты можешь себе вообразить, как низко пал этот паршивец? — Да покарает его Всевышний.. — рыжеволосая дама сердца прикрыла свободной рукой рот от удивления и опаски, внимательно вглядываясь в чистые, будто у ребёнка, глаза мужа. — Не волнуйся, негодяя мы уже наказали. Больше опасности нет, но мне придётся нанять нового советника.. Завтра слушание после полудня. А сегодня я полностью буду ваш, — уголки губ поднялись в приятное и чуть более расслабленное выражение лица. По своей особенность мужчина допил кровь, оставляя там буквально пару капель в златом кубке, и поцеловал хозяюшку в щёку благодаря.       Как бы Адам не был расслабленным на вид его глаза ничего не могли скрыть. Он волновался, но прежде всего за семью. Его, если вдруг захотят сломить, тогда били бы именно по жене и дочери. Их безопасность должна быть в приоритет. — Я обещаю тебе, Рута, никто вам не навредит, — всё же проскользнули его излюбленные жилки серьёзности. — Ты, как кот без хвоста, со своим мраком на душе.. Знаешь ведь, что можешь со мной поделиться, и всё равно взваливаешь всё на собственные плечи.. — женщина поднялась и подошла со спины к супругу, став мягко разминать его плечи, — Позволь мне помочь. Я хочу облегчить твою ношу хоть на миг, мой правитель.. — лелея промурчала на ухо рыженькая аристократка Адаму. — Нет. Рута, я не позволю, пока жив, занимать тебе такой грязью, в коей приходиться возиться мне. Я всё сказал, — мужчина поднимается и уходит в гостиную комнату к дочери, исполнять обещание своё. — Адам, Адам.. Совсем не бережёшь ни себя, ни меня.. — зеркало души вдруг стало источать глубокую печаль.       Раньше, ещё до этой должности, блондин всегда был с семьёй. Но выиграв в тех турнирах он не только обрёл высокий статус, но и получил высший чин. Тогда-то и стали нарастать проблемы одна за одной..