Песнь о Рювии Светлобородом

Стих 7

Недолгою печаль была — на завтра началась война Угроза с юга подошла, и время всё отобрала Пока домчался Рювий до границы — Враги едва ли не добрались до столицы Им нужен торф с каполом, девки и рабы Такому вряд ли были б рады вы. Но, впрочем, бросив много сил, Король стан неприятеля разбил. И никого при этом не убил: И недругов, и другов — живы все Каким-то чудом (Ефаиной в том числе) Однако рано пыл смерил — Ведь неприятель подкреплением грозил. Пять сотен, тыща и ещё одна. Такая вражеская армия плыла, И враг решил Равильцев взять измором. Но Рювий тут хитрее был: В переговоры он вступил, Продемонстрировал весомый аргумент, И неприятель отступил в момент: Увидев гидру, враг промолвил «понял», И больше к ним не заходил. Но это только с юга — справа-то прибыло: Сто сумеречных эльфов, все прекрасны, как один И каждый хоть разок, но по сердцу девичьему схватил. И сто девиц отправились к востоку, оставив бравых воинов ни с чем. «Мда… Вот засада» — молвили тогда-то. «Хоть Ефаина тут осталась насовсем» — Подумал было Рювий, но осёкся: Он позабыл, что вот уже полгода Ни разу с ней не говорил Её не видел, и не знал, кто что с Любовью сотворил. И смел надеяться, что та хотя б жива. Но, впрочем, Ефаина знать дала, мол: «Государь, со мною всё в порядке» В ответ на его робкое письмо. «Надеюсь, дело ваше идёт гладко, А я на севере. Лечу» «Кого ты лечишь, Ефаина?..» «Ах, да: на склонах гор живут арахны, вы не знали? Так вот, у них какие-то проблемы. Так что лечу, В обмен на пленных» «В обмен на пленных, говоришь?!» «Метафорически, малы… *зачёркнуто* мой государь» «К тебе я выезжаю, знай» Но пленных средь снежных гор и вправду мало было Всего-то человека три. Возможно, пять. А все пленённые — попавшие под власть Любви треклятой к паучьим созданьям, Которых поразила та напасть, Кою «проблемами» назвала Ефаина. А Рювий когда прибыл — та уж долечила. «Как вам соседи наши?» — говорит. «Ни Юг, ни Север нам не страшен. Восток и запад лишь опасен. Там на одном все сердцееды мира, А на втором эльфийской знати пруд пруди. Но им болота наши не нужны» «Все сердцееды мира… ну вы и сказали» «А, к слову: почему мы не на «ты»?» «Надеюсь, эльфы сумерек забавным вас нашли» «Ты не ответила…» «Я просто беспокоюсь, не начнётся ли война на разоренье» «Я говорю: болота наши не нужны» «А кто сказал, что те пойдут к болотам? Они ведь горные, и гордые они Так что ты с ними осторожней говори Иль девиц посылай — то понадёжней» «Так поздно, Ефаина» «Ещё не поздно: ты на будущее знай»