zelus

      Муджин делает вид, будто рассматривает картины. Скучающе, лениво и совершенно не заботясь о том, что происходит вокруг; безусловно, Король Перемен — отличный пианист, и музыка из-под его пальцев льётся как мёд, и стоило бы сделать комплимент, как обычно это было, вот только… Вот только что тот юнец себе вообще позволяет?       Он слишком близко сидит с Королём Снега, слишком вольно ведёт себя с остальными (хотя они уже давно короли, а этот свалился на них с грозовой тучи, заявив, будто бы облака теперь спокойными не будут). Он слишком близко пододвигается к Айвану, что-то ему шепчет и улыбается так, будто это он является его ближайшим другом, будто это он готов составить компанию в любой момент и вовсе не странна ему натура Короля Снега. Только Муджин знает, что в самую холодную зиму именно он, Король Цветущей Вишни, готов покинуть теплоту своего королевства и, завернувшись в пять пледов, слушать об очередных ледовых забавах Айвановского народа (как, в общем-то, и произошло предыдущей зимой, и зиму до); что это к Муджину Айван согласен приезжать каждую весну ради очень краткого мига красоты, в честь которой назвали его королевство, и что Айван только к нему приезжает с опозданием, потому что хочет выглядеть лучше всех (как и Муджин постоянно приезжает чуть позже, чем договаривались. Но Айван к этому привык и теперь специально называет время за несколько часов до нужного). А этот Хвон… да как он смеет?!       Муджин сжимает бокал так сильно, что вот-вот треснет ножка, а за ней рассыпется и остальное стекло. Айван выглядит слишком заворожённым, словно в трансе смотрит перед собой и обдумывает услышанные слова. Вот что ему сказали?       Муджин почти скрипит зубами от злости.       Прибудь Король Цветущей Вишни на час пораньше, и сейчас бы с Айваном сидел именно он. Обсуждал бы очередные опусы многословных прозаиков Королевства Снега или часовые музыкальные пьесы; как мастерски его народу даётся гармония с животной культурой и что ещё было изобретено для удобства людей, что не мешает природе; и как хорошо, что он вообще смог приехать. Это бы Король Цветущей Вишни сейчас каждому в комнате безмолвно говорил о трепещущей между ними близости. А Хвон смотрел и перенимал бы их правила. Но сейчас Хвон сидит рядом с ним, неслышно делится чем-то, что практически Айвана гипнотизирует. Вылить бы на этого Хвона вино да в окно швырнуть, чтобы не зазнавался и не наглел.       Но вместо этого Муджин берёт себя в руки, делает вдох и встаёт, чтобы произнести тост. В конце концов, если Муджину нужно внимание Айвана, он всегда, всегда его заполучит.