sick love or crime

23. Апрель.

Яркие солнечные лучи пробирались в темную комнату, слишком сильно освещая её. Оба парня спали в обнимку, как можно плотнее прижимаясь друг к другу. Первым проснулся Тэхен, сказать то, что он не ахуел - ничего не сказать. Конечно, когда еще будешь лежать в одной постели, полностью обнаженный с ноющим задом и отекшим телом. Так это может еще обьяснимо, но то, что он в постели с парнем, чье имя вчера громко стонал на всю комнату, от переполняющей эйфории - вот что значит пиздец. Возможно, если бы они выпили алкоголь, то оправдать можно, а что делать сейчас? Они ведь знакомы всего пару дней, а Тэхен уже раздвинул перед ним ножки, как тяночка-семиклассница. Слава богу, что это Чон Чонгук, а не какой-нибудь Хун Пун Чуй, который просто нагло воспользовался им, а потом бы даже денег не дал. Так. Нет. Проституткой Тэхен точно не будет. Не в этой жизни. — С добрым утро, — послышался хриплый и сонный голос, — как спалось? «Хаха, как спалось…спасибо, прекрасно. Конечно, после того как ты меня отт…» — Доброе… — мямлит Тэхен и аккуратно переворачивается на другой бок, дабы увидеть того, с кем его ждет серьезный разговор, — послушай, Чонгук-и… — Прежде, чем ты что-либо скажешь, — быстрый чмок в губки, — я предлагаю поесть, как насчет тостов с лососем? — А… — И сок! — резко поднимается с кровати Чонгук и накидывает первые попавшиеся вещи, — Я знаю, что ты любишь гранатовый. — А как ты… — Я из семьи Чон, мальчик мой, для меня это пустяки, — ухмыляется тот и вновь чмокнув губки друга, поспешив в ванну, — если хочешь можем душ вместе принять, — смеется. — Да иди ты! — кидает подушку и промахнувшись, заваливается на спину, громко вздыхая. — Мать моя женщина, я серьезно с ним…аааа, нет, нет, нет! Это просто сон… — Значит это самый прекрасный сон! — Да иди уже, скорострел. — Мы переживем это… me and my broookeee… Не успевает закончить Чонгук, как Тэхен захлопывает дверь в ванну и облокачивается на стену, вновь тяжело выдыхая. Да, он явно согласен с тем, что это самый прекрасный «сон», который только можно было увидеть. Но это не сон, а реальность и с этой «реальностью» придется разбираться. Спустя минут двадцать, когда Чонгук наконец вышел и получил злой взгляд Тэхена (после предложения все-таки принять душ вместе), они уже сидели на кухне. Тэхен смирно выжидал пока его…друг(?) приготовит обещанный вкусный завтрак, ладно, признаваться он себе не хочет, но он пялится. Пялится, как течная девочка, которая по уши влюбилась. Нельзя сказать, что Тэхен влюбился, но симпатия явно была, а что насчет Чонгука? — Тэхен-и, завтрак почти готов. Можешь передать соль? — говорит парень, полностью отдавая взгляд готовке. — Тэхен-и, передай соль. А Тэхен, что? Тэхен молчит и смотрит. Он не в этом мире, нет, он где-то там, где-то, чье место называют «пиздец, я влюбляюсь». — Тэхен, ало, ты тут? — щелкает пальцами Чонгук и не сдерживает ухмылки. — Согласен, после душа я выгляжу лучше всего. — Да… — вздыхает Тэхен, а после резко трясет головой и поджимает губы, — то есть…да, тебе идет. — Соль-то передашь? — А, да, вот, — протягивает, — прости. Хорошенько посолив блюдо, Чонгук садится рядом с Тэхеном и оба принимаются завтракать. Для Чонгука данное блюдо уже хорошо известно, конечно, ест почти каждый день. Что не скажешь о Тэхене, который, видимо, специально ест медленно, дабы растянуть удовольствие. Такого раньше не ел, а когда просил маму купить что-то похожее, то она отказывала, поэтому мальчик уже с детства прекрасно знал, какие дорогие бывают продукты и насколько дорогая эта рыба. Ну, отказаться будет некрасиво, да и не хочется. Наконец тишину прерывает звук вибрации, доносящийся от телефона Чонгука. Парень извинился и ушел в другую комнату, только бы Тэхен не слышал. — Привет, Ханджи…да, он у меня…сидит ест…пф, да он таких вещей в жизни не видел…с тебя двадцать тысяч, придурок. — смеется парень. — да нет, нахуй надо, давайте лучше ко мне? Окей. Жду. — кладет трубку и ухмыльнувшись возвращается к мальчику. — Чонгук, все хорошо? Кто звонил? — интересуется Тэхен, продолжая есть бутерброд. — До сих пор ешь, серьезно? А медленнее можешь? — наливает себе воду из графина и выпивает, смотря на того. — Прости…я просто никогда такого не ел, вот и… — Еще бы ты такое ел, мамка хоть и работает проституткой — деньги только на себя, хах, — ставит стакан на стол и облокачивается на кухонный гарнитур. — Блять, как же меня бесит такой взгляд, жри уже. — Чонук-и…я…я что-то не т-так сделал? — наклоняет голову вниз чувствует, как по лицу стекает слеза. — Да, родился. Поплачь теперь, — смеется и закатывает глаза, — какой же ты доверчивый, пиздец. — Я… Тэхена прерывает громкий звонок в дверь и от неожиданности он слегка дергается, вновь лишь вызвав ухмылку Чонгука. На это раз вместе с Чонгуком заходит высокий парень, на вид, такого же возраста, как и Чон. Оба смеются и смотря на мальчика, который с недопониманием поднимает голову, встречаясь с их взглядами. — А ты оказался слабее той девчонки, которую Чон-и трахал в прошлый раз. Ну, что, Тэхен-и, потерял свою ненаглядную девственность? Как тебе? Понравилось? — Чонгук-и… — Тэхен смотрит толи с умалением, толи с растерянностью. — Да, — прерывает Ханджи парень и подходит ближе к Тэхену, склоняясь над его ухом, — спасибо, за легкие деньги, принцесса, а теперь, вали из моего дома, — Чонгук говорит шепотом, прикусывая мочку мальчика, от чего того начинает трясти. Тэхен резко встает со своего места, оставляя бутерброд на тарелке, а сам же, смотрит в пол, уже проходя в прихожую и надевая кроссовки. Чонгук выходит вместе с другом, смотря как мальчик с красным и опухшим от слез лицом, пытается завязать шнурки. наконец это получается и вот, он открывает дверь, но его резко останавливает голос Чонгука. — Выздоравливай. И вновь этот смех на весь дом, захлопнувшаяся дверь и какие-то прочие звуки. Гул машин, люди идущие на встречу. Только Тэхен их не видит, он видит лишь свои мысли, свои эмоции…да даже и их он не особо понимает. Он будто не чувствует ничего, лишь задыхается от слез, обнимая себя руками и вспоминая слова Ханджи всё снова и снова. Он просто игрушка, просто вещь, которой Чонгук воспользовался, ради собственной выгоды. Его действительно никто не любит, всем он противен, но жить ведь хочется, даже зная, что осталось ему немного. Сколько прошло? Неизвестно. Может час, может пять, может десять. Но Тэхен все еще сидит на том самом пляже, вспоминая, как поверил парню, кто в свою очередь просто использовал и выкинул. Тэхеном многие пользовались ради домашней работы или же ради уборки дома. Но никто не пользовался его телом, доставляя большое удовольствие и большую боль, затеняющую все это удовольствие. Мальчик всегда боялся темноты, поэтому как только солнце начало медленно заходить, он направился домой. Конечно, сложно сразу найти дорогу, через почти весь город, но он нашел. Дверь, как оказалось, была открыта. Дома никого не было, ни матери, ни других людей, которых Тэхен часто встречал. Лишь на столе лежала одинокая бумажка и небольшая пачка купюр. «Не знаю, где ты шляешься, но я уехала. Приеду минимум через неделю. Ps: Я оставила тебе деньги». Хорошо, хоть деньги есть. Значит, Тэхен вновь один, как и привык. — Если…мне всё равно осталось недолго, так почему я должен сидеть здесь и ждать…лучше я умру, проживая счастливую жизнь, чем умру - выживая. Пускает слезу Тэхен и сунув пачку денег, пишет на обратном стороне листка слова о том, что он любит и желает счастья. Не берет никаких вещей, выдыхает и выбегает. Будто из заточения, он бежит на автобусную остановку, зная, что он едет в другой город. Протягивает достаточную сумму водителю и садится на свободное место у окна. Наконец свободно выдыхает. Он больше не должен, больше не будет жить так, как жил раньше. Его ждет новая жизнь, хоть и недолгая, но новая. Голова болит, глаза влажные, лицо опухшее, а он счастливо улыбается уголками таких же опухших губ, чувствуя ка рядом с ним кто-то садится. — Простите, тут не занято? — улыбается достаточно высокий парень и смотрит на макушку мальчика. Тэхен поворачивает голову и встречается взглядом с милым парнем, который тут же перестает улыбаться, озадаченно смотря на мальчика. Тэхен в отрицание мотает головой и разрешает сесть тому. — У Вас что-то случилось? — чуть надувает губы и касается рукой коленки Тэхена, мальчик вздрагивает. — Начинаю новую жизнь. — переводит взгляд на него Тэхен и смотрит прямо в глаза. — Тогда позвольте мне быть первым, кто в ней появится, — протягивает руку, — Пак Чимин.