Скрип

      Ярк никак не могла понять причину, по которой Аме так резко покинул дом в утреннее время суток. Возможно, ему просто было стыдно за проведённую ночь.       Понежившись в кровати ещё несколько минут, русская всё же решила встать и спуститься на кухню. Мимолётно взглянув в зеркало, она со вздохом оглядывала своё отражение. Пухлые щёки, грудь и живот, как у беременной сразу четвернёй. Бёдра были широкие, упругие, толстые ягодицы будто сами просили, чтобы их сжали и облапали. Чуть встряхнув головой, Ярк отпрянула от зеркала и вышла на кухню. В нос сразу ударил приятный аромат лаванды и корицы, что исходили из двухлитровой кастрюли с чаем. Следом нос уловил и другие запахи, множество. Глаза русской удивлённо пробежали по овальному столу, полностью заваленный всякой едой. Ярче всех выделялся именно карамельный трёхярусовый торт с медовой начинкой, стоявший в центре. Темноволосая нервно сглотнула, когда её живот громко и протяжно заурчал. Понимая, что она поддалась, триколор вздохнула и подошла к столу ближе. Первым делом она погружала в себя все мелкие десерты: иклеры, рулеты, пирожки, пряники - всё это беспощадно пережёвывалось и проглатывалось. Живот урчал, чуть вибрировал и вытягивался, поскрипывая. Кожа натянулась, став из красной в нежно-розовую, особенно это было заметно в области пупка. Майка окончательно задралась вверх, отчего был виден низ груди. Впрочем, её это не особо волновало. Закончив с мелкими десертами, Ярк взяла кастрюлю и принялась выпивать чай. Пузо начинало ходить ходуном, жидкость внутри бультыхалась, создавая встряску. Русская с особой нежностью погладила чрево, улыбаясь и выдав из уст вздох удовольствия. Наконец, оставался только торт. Десерт изначально был разрезан на идеально равные кусочки, так что всё, что оставалось триколору это лишь запихивать всё это в себя. Однако она замерла, когда послышала в коридоре звон связки ключей и хлопок входной двери. Зашедший ничего не говорил, лишь прошёл к проёму на кухню и замер, загадочно ухмыляясь.       — Вау, что я вижу~– довольно протянул американец, неспешно сокращая расстояние.       — Привет, Аме. А я тут...– покраснев невнятно начала темноволосая. Однако к её губам приложили указательный палец, заставив умолкнуть.       — Чтож, я полагаю что тебе хочется самое главное, не так ли?– с усмешкой догадался шатен.— Позволь мне тебе помочь.       И ничего не добавив, Аме принялся брать в руки кусочки торта и по несколько штук запихивать в подругу. Та с трудом их прожёвывала и проглатывала, толком не успевая перевести дыхание, как в её рот снова и снова погружали куски. Кожа сильнее натянулась, живот стал идеально круглым, равномерно увеличиваясь со всех боков. Ягодицы также теснили друг-друга, и было слышно, как начала рваться ткань джинсов. Не сразу, резко и в определённых участках. Щёки выглядели как опухшие, губы казались просто маленькими. Ярк мысленно удивлялась тому, как она всё ещё не упала. Постепенно появлялся дискомфорт, а следом за ним и боль. Скрип стал громче и не прекращался, урчание и вовсе утихло. Кожа была настолько сильно натянута, что выглядела белой с оттенком розового и было видно, как внутри бультыхалось жидкость малинового цвета, из-за чего живот ходил ходуном. Ярк мычала как и от некого облегчения, так и от боли. Ей скорее хотелось, чтобы это закончилось и жалела, что поддалась соблазну. Наконец, на тарелке остался последний, самый большой и жирный кусок. Было видно, что в него вмешали и значительное количество авокадо, а также приправили кленовым сиропом. Глотнув и его, темноволосая вздрогнула, услышав резкий звук рвущейся ткани позади. Обрывки бывших джинс окружили её ноги и русская почувствовала, как ей стало легче. Она выжидающе глядела на Аме, однако последний всё также загадочно улыбался, то и дело аккуратно проводя пальцами по тонкой коже. Следом, обойдя подругу и встав из-за спины, американец начал мять её ягодицы. Ярк простонала, когда чужие пальчики вошли между двух «холмов».       — Какая же ты... Большая...– задумчиво проговорил Аме, отстранившись.— Ты не знаешь, я придумал кое-что.       Он начал раздеваться, после чего без лишних прелюдий начал вставлять подруге. Та всё также стонала, обессиленная и не в силах уже как-то сопротивляться. Ей просто хотелось, чтобы это скорее закончилось.       Когда всё закончилось, русская с трудом дошла до своей комнаты, легла на кровать и раздвинула ноги. Американец к этому времени ушёл, оставив подругу отдыхать. К слову, та была только рада этому. С неё и этого хватило...       Однако уже через неделю были странности. Грудь начала увеличиваться, соски вытянулись и из них стекала непонятная фиолетовая жидкость. Только потом стало известно, что это лирколии - редкий сок, который выделяется у тех представительниц женского пола, у которых жировое количество начало принимать определённую форму.       Постепенно её пышные формы стали меньше, однако не сказать, что след от них простыл. Как уже было сказано выше, лирколии дают знать о том, что количество жиров стало постоянным. И так вышло, что широкие бёдра с ярко выраженными ягодицами лишь на небольшое количество килограмм уменьшились, всё ещё оставаясь большими и упругими. Живот размером был в два раза больше шара для йоги, а грудь вернулась в первоначальный размер. Такое событие весьма сильно сказалось на Ярк, ведь теперь от её талии не осталось и следа, да и ходить с такими-то формами не очень приятно. Тем не менее, с трудом, но она смирилась - прикупила новой одежды, если и выходит на улицу, то только в сад. Большего, как она сказала, ей и не нужно.       — Ого, Ярк!– восхищённо промолвила Риллт, ощупывая живот подруги.— Он очень мягкий и тёплый на ощупь!       — Нравится?~– промурлыкала триколор, глядя на белоснежную сверху вниз.       — О-очень!       — Тогда советую ощупать ягодицы!– Ярк подмигнула ей, после чего села на колени, чтобы Риллт было проще ощупывать.       — Скажи, как ты со всем этим спишь-то?       В ответ лишь усмешка и лукавый взгляд, брошенный через плечо.       — С полным удовольсвием.