Where is my shirt?

where is my shirt Десять часов утра. Но ещё не все проснулись, точнее как не все? Проснулись как раз таки все, кроме Бан Чана, он ещё спал.  — Ну же, когда он проснётся? Его еда скоро остынет,— Минхо переживал за блюдо, которое он приготовил для своего единственного хёна.  — Господи хён, успокойся пускай он поспит,— а Джисон наоборот волновался за Чана,— он же всю ночь не спал, дай ему отдохнуть.  — А он сам виноват, что не спал,— перебил того Чанбин,— надо спать тогда, когда все спят,— уже как бабка бубнит.  — Я полностью согласен с Чанбин-хёном,—сидевший за столом Хёнджин поддержал старшего,— из-за Чани-хёна, я выспаться не могу.  Пока эти все старики сидели на кухни за столом и бубнили, в это время три солнышка сидели и смотрели телевизор.  — эй,— послушалось со стороны комнаты,—я сейчас не понял, где моя майка?— это был Бан Чан, и он, видимо, был не в духе. Парень вышел из комнаты полуголый только в шортах.  — Оу-оу-оу, хён поосторожней,— Чанбин посмотрел на обнаженный пресс старшего. Да что тут Чанбин, все парни, сидевшие в этом общежитии, посмотрели на торс старшего,— здесь есть дети, — Со указал на трёх парней, сидевших на диване.  — Чанбин, не перебивай меня,— а Чану было всё равно на то, что он стоит полуголый перед всеми,— ещё раз спрошу, где моя футболка? — Хён,— Хан встал со стула,— а у тебя что ли больше нет маек? — Вот именно, — старший скрестил руки на груди, — все мои майки на стирке, а это последняя была.  — Она чёрная?— первые слова Чонина за этот день.  — Да,— Чан грозно посмотрел на него.  — А, я её стираться поставил,— младший опустил голову вниз виновато. — Чонина, кто тебя просил это делать?— Сан уже не на шутку разорался,— ты у меня даже не спросил, и сам пошёл взял мою вещь и сделал с ней то, что хочешь.  — Прости,— после этого Чонин встал и пошёл к себе в комнату. Он не хотел дальше слушать крики хёна.  — Ну и кто тебя просил на него орать? — Встал Чанбин на защиту младшего.  — А что мне оставалось делать? Я блин даже не принял душ, а уже тут такая неразбериха.  — Чан,— Минхо поставил стакан с кофе на стол,— он теперь обиделся. Ты должен извиниться, — начал командовать как старший.  — Ладно,—Бан правда перегнул палку и сам это понял,— я приму душ и извинюсь. И вправду почему я на него наорал из-за какой-то майки? После этого Чан пошёл в душ, он помылся, умылся, надел шорты, а наверх - ничего, потому что ему в принципе нечего надевать. А после он вышел из ванны и направился в комнату младшего… …  Чонин обиделся и ушёл в свою комнату, так подумали другие, но на самом деле младший пошёл по другим причинам в свою комнату. Пресс хёна - это его слабость. После того, как Ян увидел этот шикарный торс, у него сразу внизу живота завязался узел, неужто он возбудился из-за какого-то обнажённого мужского пресса. Да именно так всё и было.  Чонин зашёл в свою комнату и лёг на кровать, а дальше начал думать о Бан Чане и прощаться с этим возбуждением.  … Стук в дверь.  — Можно?— Чан приоткрыл дверь.  Младший сразу растерялся, он не знал, что делать. Ян решил быстро лечь под одеяло и натянуть на себя шорты, а с незаконченным делом потом закончить.   На свой вопрос Бан не услышал ответа, но он всё равно зашёл в комнату. Чан думал, что младший на него обижен и не хочет отвечать.  — Чонина, прости меня, я правда перегнул палку,— Чан начал подходит к кровати,— хотя я не так сильно перегнул её, но ты почему-то обиделся, так что, прости.  Никто не отвечал. Чан подумал, что тот не хочет с ним разговаривать. Тогда он решил лечь к младшему на кровать.  Чонин почувствовал, что тот сзади него. Он начал дрожать, ведь тело старшего было всё ещё мокрое, и капли воды дотронулись до Яна, что тот от этого начал больше дрожать, а его пах становился всё твёрже и твёрже.   — Чонина, — старший нагнулся к уху младшего, — прости,— тот начал шёпотом говорить и касаться своими губами уха Чонина,— ты же простишь?— на что Чан опять ничего не услышал в ответ. Но вот Яну было трудно держаться. Резинка шорт очень сильно давила, так что тот решил спустить её, и разобраться с этим стояком сейчас. Ну потому что он не может удержаться.  Чан на этом не останавливался, он хотел, чтобы младший в конце концов ему ответил. Так что Бан залез своей рукой под майку Чонина и положил свою руку на его талию. От чего младший втянул живот. Рука хёна мокрая, холодная, большая,.. как только чонин думал об этом, то в животе появлялись уже не бабочки, а птички.  — Так ты простишь меня?— Чан продолжал шептать на ухо и водить своей рукой по животу макнэ.  В ответ он услышал еле понятно «ага» вперемешку со стоном. — Эй, — старший убрал руку с живота Чонина и сел на кровать,— малыш, с тобой всё хорошо? У тебя что-то болит? — Нет~ах,— Чонин убрал руку с того, что мешало ему нормально говорить, — нет, хён, у меня всё хорошо. Просто нога зачесалась, — это всё, что мог придумать Ян. — Тебе почесать её? — вдруг сказал старший и поднял свою руку, чтобы положить её на бедро макнэ. Но тот сразу среагировал, он взял хёна за запястье и положил его руку на место.  — Нет, хён не надо,— Чонин начал потеть из-за боли внизу живота, — я-я уже почесал, больше не чешется.     — Ну ладно,— Чан не понял, что с Чонином, но одно он осознал точно,— так ты меня простил? — А? — младший даже забыл зачем хён сюда пришёл, — ну знаешь, — он медленно приподнялся,— хё-ён,— протянул Ян. Тт этого Чан посмотрел на Чонина и увидел не очень приятное зрелище на пахе и мокрое пятно там же.  — Чонина, что это?— вот сейчас Чан был в шоке. Как это? Почему? И очень много вопросов были в голове.  — Это из-за тебя! — Ян начал играть маленького ребёночка. Он начал психовать и показывать, что этим не доволен, но на лице была хитрая улыбка, было видно, что он играется.  — Из-за м-меня?— вот сейчас серьёзно ничего не понятно. Как? Когда? Стоп, опять много вопросов, но ответов ноль.  — Да-а,— передразнил Чонин,— теперь ты должен это исправить, и тогда я тебя прощу, — так вот к чему вёл этот хлеб-недоросток.  — Чонин, ты же.. я же.. ну.. э.. мы.— ничего непонятно, что хотел сказать старший.  — Да, Чан, знаю, ты - мой хён, я - твой младший брат, но я не виноват в этом. В этом как раз таки виноват ты, так что давай исправляй свою вину. — Пока до Чана доходило, младший начал действовать. Он медленно подполз, сидящему на краб кровати Бану и сел ему на бёдра. Провёл своим языком вдоль раковины уха старшего, а потом прошептал, — ну давай же, хён, возьми меня. — После этих слов, Чан понял, что хоть этот гадёныш маленький, но он так выделывается, что нужно показать, как это быть взрослым.  Старший резко кинул Чонина на кровать, а сам навис сверху,— раз вы меня так хотите, господин малыш-хлебушек, то покажите это,— тот в ответ только цокнул. Для этого деда не доходит, что он и так его хочет, или мозги уже заморозились?  Чонин провёл своим пальцем по бугорку Чана, а потом по своему. Начал трогать себя и стонать. Всё, для Бана это был знак «начать». Он медленно начал целовать лоб Яна, спускаясь вниз подсасывать виски, шею, ключицы. Посмотря на младшего, тот еле как дышал, он снял с него футболку. И начал обследовать весь торс Яна, что-то подсасывая и где-то оставляя метки, только не яркие, потому что он понимал, что за это их могут потом отругать.  Спускаясь немного ниже, Чан начал стаскивать шорты с Чонина, а вместе с ними и боксеры. Открылся вид на шикарный, длинный и красивый стоящий колом член. Он снова приподнялся к лицу Чонина и поцеловал нежно его в нижнюю губу. Оставив там поцелуй, Чан поднялся к верхней губе и начал её подсасывать, а пока он занимался таким интересным делом, то снимал с самого себя штаны с нижним бельём.  Закончив с этим, Бан посадил Яна обратно к себе на колени и начал медленно целовать. Младший просунул свой язык внутрь полости рта напарника и начал там командовать и управлять. Чану же это не понравилось, здесь он главный, значит он всем управляет. Из-за этого, парень решил показать кто тут главный. Он взял в руку член Чонина и погладил одним пальцем по головке. Отчего младший застонал, а потом с вопросом посмотрел на своего хёна.  — А нечего тут командовать,— это всё, что ответил Чан. Он продолжил действовать. Взял в руку теперь свой член и приставил его к органу младшего. Иот начал постанывать в поцелуе и мычать. Чан обхватил своей ладонью оба члена и начал водить вверх-вниз. Но из-за того, что у старшего член слишком большой, а ладони у него не такие уж и большие, то эти два органа не вмещались в его руку. Тогда Чонин решил распорядиться здесь. Он даже не обдумав взял два члена в руку и начал водить, так же как и Чан, ведь у него пальцы больше.  И так сделав несколько раз чонин кончил, а Чан ещё нет. Но он видимо и не собирался.  — Ну всё, я тебе помог, теперь ты меня прощаешь? — Бан Чан встал с кровати и начал надевать на себя одежду.  — Но хён, ты же не закончил,— Чонину было обидно и стыдно если честно, ведь ему сделали приятно, а он - нет.  — А это я оставлю на твои извинения, ты же за майку ещё не извинился.