Ненормальности

Да уж. Ночь задалась не очень. Не только потому-что Соня, выпившая половину клюковки со своим пиздец опьяняющим секретом, таки подумала обо мне не как об игрушке, а о человеке. Сейчас она лежит себе, там же где и уснула. Руку уже как-то неловко доставать, хотя с одной стороны уже светлеет, а ещё она точно пожалеет он вчерашнем вечере, очень. Толстовка до сих пор от слёз не высохла, да и негде особо, она всё так же жадно держится за руку и не выпускает из хватки. Нус, я успела за тот злополучный момент хорошенько морально загнаться. Понимать то я понимала, что стоило таки сказать "Хватит" гораздо раньше, но что-то оттягивало меня от этих слов, да и горло с лёгкими не слушались, мог разве что давиться одним лишь словом и чуть не задыхаться от жара и... обмана? Помню как она тем утром извинилась за свою странную выходку, но вот эта точно вышла из под контроля, её контроля. Ну и вину алкоголя тоже отрицать нельзя. Ещё раз переживая этот момент в голове, мне казалось будто выхода и не было из этого. Позиция снизу, плюсом наши ноги чередовались и... даже сам не до конца понимаю почему, попал в ловушку, ещё и такую уязвимую позицию занял... Руки опустились именно в тот момент, когда кофта уже задрана, но слово таки выбралось из недр глотки, только почувствовав горячее дыхание на коже, ещё и такой... Вообщем, я сделал правильно, это зашло слишком далеко, пускай она будет сверху всегда, а я снизу, плевать, мне не хочется вести себя так, как это делают перекачанные мясные банки с миниатюрными девушками. В отличии от этих идеалов (странных, но не мне судить), мы почти в равных условиях, и мне даже как-то стыдно что именно у меня член. Им же обычно и делают всю работу, оно даёт преимущество и чуть ли не говорит кто и кого. Наверное. На деле же она куда активнее чем я, куда извращённее меня, да и... живее что-ли. Соня не дала мне и шанса закончить внутренний монолог, она простонала что-то несвязное, и явно не от хорошего сна. Спустя долгое время рука таки ощутила прилив крови и некоторое время понемела, затем отпустила. Она же, потянувшись в силу возможностей и стены, не давшей ей вытянуть руки назад, потому она немного потупив выпрямила их вверх. Не очень сладко зевнув, скорее устало, она глянула на меня. Заметив меня рядом она кажется уже начинает что-то подозревать, или даже вспоминать! В ответ последовал кивок, всё ещё крутивший шестерёнки в уме и окончательно пытаясь прикинуть где она, что и когда. В обувной коробке покрывшаяся пылью и с кривоватой надписью "Аптечечка :3", злополучные таблетки нашлись быстро, ну и на всякий прихватил от головы (тётя часто говорила что это идеальный рецепт похмелья, не считая водки), вот только поиск был не очень аккуратным, тоесть теперь тут требуется сортировка на пару минут. Вылив достаточно воды из чайника в рядом стоящую кружку после кофе, оставалось только дать всё это Соне чтобы уже оклемалась по-быстрому. Ну и желательно чтобы узнать как там насчёт аниме, посмотреть всё же хочется...

***

Соня

Поставила она это всё на тумбу, где стоит неоткрытая кола и засохшие вафли. Зачем я только полезла, зачем я такая, фети... – Ты как? – присел он рядом на край кровати, всё пытается ещё и в глаза смотреть.... Ахуеть вопрос! На все сто, дорогая, я хочу к тебе поближе, но не могу. Ты бы знала как я сейчас хочу избавиться от всех этих замашек, от всего что хочется закрыть в могилу, или в секретную яму куда прячут деньги на случай выходки на свободу. Вот только я бы не выкопала, я бы и дальше несла эту яму с собой и не смогла бы отвязаться от этого, никак... Но мне хочется всё это дать разом, весь груз которым меня заваливает мозг со своими осуждениями, сожалениями, но так нельзя ведь, да? Поэтому, не найдя ничего лучше, не спросив разрешения которое я бы очень хотела сейчас получить чтобы не чувствовать ещё больше вины, снова взяла Ден за руку как ночью, и уткнулась в плечо. Дальнейшие минут двадцать точно, мне было уже так по барабану что там мне нельзя или можно, мне хуево. И ему хуево. Ещё и шептал что-то непонятное, может он пытался успокоить? Или сказать что-то важное? Моя головушка сейчас вообще не алё, она штурмует саму себя и поливает грязью. Не меня ведь звали по неизвестной причине и потом загнала в угол! Не мне сейчас должно быть тошно, страшно и тревожно... Я итак не фанат сюжетов с вынужденным или шантажным сексом, не моё это, мне хочется чтобы мне и ей нравилось, ведь так и работает секс, да? Когда оба получают кайф? Друг от друга? Но также хочется всё инициировать, импровизировать, сколько ночей я провела придумавая от заурядных до откровенно "даже думать стыдно" сюжетов, и один из таких "стыдно" было что-то на подобии того вечера, или утра. Но там ещё всякая артибутика, названия которых я не знаю и даже не запомнила бы. Напомнило один такой, но там всё куда лучше было. Она была под, также одета, кокетничала и всё не умолкала сыпля комплиментами и пожеланиями, а на тот момент мне просто хотелось подрочить уже побыстрее и лечь спать; в ванной уже нельзя было находиться так долго, а настроиться никак не получилось. Подсознательно ли я предложила именно этот костюм? Да кто его знает этот мозг, он мудила сложная, сам себя наёбывает чтобы не париться. Когда слёзы закончились, а Ден сидела уже колено к колену, всё ещё рассматривая себя и... меня? Затем, неожиданно, чмок в лоб, как только я отлипла и посмотрела на неё. Мозг всё ещё не протрезвел, а реакция сама себя выдала: глаза округлились, а дыхание пропустило вдох. Неужели он снова мне простит это? Так невинно целует то в щеку, то в лобик, да что с этой дурой не так? Неужели не хочет как-то чтобы я это искупила? – Я... Я ведь так поступила, как ты хочешь чтобы я извинилась? Глаза нервно гуляли по её лицу лишь с одной целью – она должна понять что я имею в виду. Я готова хоть в постыдный roleplay сыграть, хоть что, главное чтобы неприятно было мне, и чтобы этого было достаточно для неё, для прошения. Мне не хочется с этим грузом ходить каждый день. Каждое чёртово утро видеть её, или его, на кухне и вспоминать что я, вообще-то, сделала кое-что неприятное к этому человеку, и мне будет не зашкварно забить на некоторые хотелки и пожелания, чтобы готовить к примеру, чтобы уже утихло это мерзкое облако внутри и не кололо так яро, только покажись это создание. И всё? Может она не правильно поняла? Или может как раз и поняла и не хочет этого? Да, знаю. Просто попросить. Не бери как вещь, если это не графин, иль чашка фарфоровая. Но как мелкую, милую букашку, которую ради собственного любопытства возьмёшь на палец и переправишь его на другой листочек. Но она, не хочет к листьям, она хочет остаться на руке и, пускай голодая, но быть рядом. Всегда на руке. – Знаю, но на всякий запомни: попроси что хочешь – и я сделаю это. И имела ввиду я не только секс (и его тоже), но тоже что-то выбивающиеся из рамок... чего-то там. Морали это вроде называется. Она чуть придвинулась, и дотронувшись коленями, мне показалось что она только ещё больше хочет меня убить своими действиями, глянув на мою руку и положив на неё свою, спросила: Она глядела на меня не стесняясь, в глаз ей попадал солнечный свет, а гирлянд таки сглаживали углы, пускай и слабо. Тыльную сторону ладони поглаживают её пальцы, а волосы таки слохматились. Нелепая, но пиздец милая и не хочется даже себя ругать за ускоренные удары сердца и почему так вышло. Впервые за день сменив лицо на более радостное, мне с особой уверенностью хотелось сказать "Да!", ожидая чего-то..! Странно это всё: такие разноплановые шаги. То ношение чужой одежды, затем и исцелование по телу, и только потом поцелуй в щёку. И ведь никто из нас не был так втянут в такие игры, но вот мы здесь, только сейчас, впервые поцеловались. Ничего выбивающегося из картины не было, не мягко и игриво в другие места, и не жадно с нотками страсти. Обычно, но с флёром "первый раз". Мягкие губы мне мерещились ещё секунд пять, даже десять! Так мгновенно это произошло, рада что это произошло по канону, с закрытыми глазами: так лучше запомнишь момент. Открыв глаза после сего маленького праздника в животе, мне хотелось ещё. Как мои любимые пирожные Крем-Брюле, которые я покупала каждую неделю ранним утром, при открытии магазина по одной коробочке. Сейчас ровно то же самое, тот же момент, ужасный день когда в такую же расслабляющую субботу приезжала фура, заранее выгружала товар и, в момент когда пошла к знакомому холодильнику – их не оказалось. Не было ничего стоящего и что было так же дёшево как пирожные. Я не хочу топиться в надеждах что их однажды привезут, хочу сейчас, наесться до рвотных позывов. Его поцелуй сейчас важнее дешёвой коробки непонятно чего, он может быть последним, хотя и понимала что это даже звучит глупо. – Можно ещё? Можно? – чуть ли не жалобно, прося милостыни как бродяга, хочется ещё. – Всегда, – неуверенно прозвучало его так нужное мне сейчас "Да", меня не волновало. Как... Нет, ошибку прошлого я не совершу, хотя-бы сделаю по другому чтобы никому не было обидно. Обняв её и повалив её вместе с собой на кровать, мы были на одном уровне, лежали на боку, а она посмеивалась каждый раз когда мне хотелось ещё, ещё и ещё... Так мило и лениво уворачиваться не умеет похоже никто! Затем потянуло на близость, хотелось ещё больше прильнуть к ней и забиться в то же самое плечо. Но вспомнив про нижнюю часть тел, немного пораскинув ими, нашла такую странную позу для них что могла поглаживать её, пускай через ткань. Но сейчас всё не так: не было той тяжкой, моральной давки на её лёгкие, не было терпящего горячие от нежелания и неприятия лица, и лежащих как труп рук. Теперь она даже повеселела, тоже не прочь потереться и смешно пытаться почмокать что получиться. Люблю.

***

Ден

Соня, как оказывается, не врала про: "Моё – Твоё". По первой же просьбе она достала и нашла искомое. Никогда бы не подумал что можно купить столько всего и не носить! Кощунство по отношению к вещам! Выходя из комнаты с несколькими вешалками одежды и стопкой подозрительно похожих на трусы, мне тонко намекнули что я буду носить всё лето. А я собственно и не против, кондиционер был, вентилятор дул прилично, а если уж совсем солнцепёк и духота, то и льдом по телу не стыдно пройтись (от этого мурашки по коже, но это того стоит!). Чем порой мы и грешили время от времени, порой и по друг дружку ездили этими холодными подушками, конечно если мы оба были не против (чаще всего). Эту неделю можно назвать "Пока без происшествий", ведь максимум на что мы пока друг другу позволяли, так это лезть под футболку, так же беззаботно и игриво заигрывать с "Кто выглядит самым смущённым того ждёт дождь из меня", тоесть из теплых, местами мокроватых от слюны (точнее от сухости воздуха) губ. Ну и конечно, мы оба время от времени, не сразу, и немного по краснев просим о личном – Соня поиграться с ногами, а я – с руками. Сначала даже и не знал об этом, но в один из таких дней она хотела меня взять за щёки и поцеловать явно с нетерпением. Тогда, я взял её за руки и хотел их убрать, но что-то щёлкнуло и мне сначала было просто занятно на них посматривать, а когда Соня легла рядом и включала что-то для мимолётного развлечения, я попросил о "кое-чём". Она сразу оживилась и согласилась, будто ожидая чего-то серьезного, но взяв её ладони и начав бережно, как ткань, исследовать каждый гладкий уголок кожи, меня потянуло ближе и... Дальше она смеялась достаточно долго, чтобы мне стало уже достаточно неловко и обидно от этой реакции. Потом она конечно извинилась, и смущённо протянула из как чай наполненный до краёв. Целовал и тёрся лицом я о них долго... В дальнейшем и я пристрастился к ногам, к их гладкости и форме, труду чтобы выглялили так как они выглядят и, если это что-то ещё прячется под ткань, неважно какую, но длинную – я всё, сплю хоть в обнимку. Так вот, затем начался мой новый этап привыкания к такому себе, а именно гигиена. Мне пришлось обзавестись бритвой, пеной и временами давала попользоваться чем-то из своего. Пару таких вещей я всё же изучил: гель для душа и мыло для мест по деликатнее. Сам я везучий, родители наверное не из Бигфутов, раз так много волос на мне нет, да и те бесцветные. Но по словам Сони: "Лучше гладко, чем нормально", с чем я позже согласился. А если точнее... Спустя неделю как Соня извинилась, дав мне возможность на что угодно (которой я постыжусь воспользоваться) и начав спрашивать разрешения на касания, мы она мне предложила одну простую, но долгую авантюру: Ну окей, собравшись с одеждой (Соня опять дала что-то из своего, о чём я не знал), сначала сбрив всё что ниже ляшек (Соня попросила сделать именно так), затем помыться как обычно, подумать о том как же всё таки это необычно и о всём, что за последнее время мне хотелось бы в голове уложить. К примеру весь этот странный круговорот с ней, и есть ли что-то особенное в этом... Дальше уже идёт неприятная часть ибо порой фиг ты растянешь место для бритья, да и сама бритва говорит в таких моментах: "На этом мои полномочия всё". Но не я. Пробыв не один час в ванной и таки проверив места на оставшиеся волосики, вылез с облегчением, вытерся, переоделся во что нужно. Сегодня она дала мне всё чёрное: что юбка, что чулки с подтяжками, что топик, разве что красными линиями могли порой похвастаться. С каждым таким переодеванием, мне на пару секунд всегда приходила мысль, по началу казавшаяся чем-то абсурдным: "Теперь ты другой человек", и так каждый раз когда мне было достаточно увидеть себя всего. Сейчас это звучит как действительно логичная мысль. В редкие моменты, когда я нахожу возможность одеться в свои изначальные шмотки, отражение становится ничем иным как просто отражением, ничего в груди не ёкает. Не разрастается буря, с сильными ветром и кусками пепла в животе. Ничего. Но и не только в зеркале дело. Та же самая ехидная улыбка воспринимается либо как причина хмыкнуть с мыслью: "Классный всё таки сосед", либо как знак к чему-то в будущем, намёк. И ведь так чаще и происходит! Закончив и с этим, я таки вышел. Было наудивление прохладненько, перепад температур работал на ура, а попав под струю вентилятора показалось что меня сейчас облили водой из под льда. Соня встретила меня так как я и предполагал: охнув и всю разглядев, с неподдельным интересом в глазах, и желанием уже увидеть меня перед собой в другом виде. Сама она была одета по другому, подозрительно очень просто: чёрная юбка и свободная белая майка. Та же прическа с бантом, которую она носит днём, но никак не ночью или вечером, чаще ей проще распустить волосы и всё замотать в хвост, также оставляя две передние пряди. Да уж. Попахивает чем-то очень странным. Огни сегодня были холодно-белыми, а Соня всё теребила край юбки, нервничает. В голову пришла, нет блин приплыла, идея. Как согласиться, не говоря слова "да". Немного подойдя ближе, взял её за пальцы, продев и только потом, держась замочком наши руки на уровне груди, ответил: – Хорошо, ложись на кровать, но сначала, – она подошла к тумбе и взяла повязку и протянула её мне, – завяжи глаза, пожалуйста. Ткань на кровати была совершенно другая, словно для особых случаев, махровая что-ли? Глаза завязанны, даже не просвечивает. Со стороны носа тоже ничего, перед повязкой была ещё натянута маска для сна, мягкая на ощупь, а кожа кажется и не против; она то и не давала попасть ни единому фотону к моим зрачкам. А так как мне было скучновато лежать как бревно, начал сначала пробовать одежду на ощупь, словно я её в жизни ни разу не брал в руки. Шершаво. Затем подтянула ноги к себе, подняв колени, а дотронувшись до мест, где ещё можно было потрогать кожу, мне хотелось гладить и дальше, гулять пальцами везде и больше. Решила остановиться, потом понаслаждаюсь. Всё это время были слышны тихие хлопки Сониных ног по тем участкам комнаты, где не было ковра, а если и был, то слышен был только тихий тихий "бум бум бум". Слышны были и различные открывания шкафов, ячеек и всего что издавало гладкий или протяженный звук колёсиков. По-тихоньку становилось не по себе, ведь такое чувство будто меня сейчас либо привяжут, или нагнут, или более вероятное и желанное: секретные вкусняхи и ноутбук, соседка прилагается. Это бы объяснила такое странное покрывало поверх всей кровати и всего того чем любила иногда кидаться Соня: мягкие игрушки. От нечего делать легла на живот, всё равно ждать придётся долго, не факт конечно, но уже хочется узнать чего она там так стыдилась и зачем упомянула стоп слова..? Через кровать почувствовался вес другого человека, залезшего поближе, сбоку от меня. – Выпячивай зад, говорю, – шутливо она попросила, но затем нервный смешок, что-то мне это не нравится... Но я сделала так как попросила Соня.

***

Соня

Ден неподдельно волновалась, не расслаблялась ни на секунду. Даже с самой щадящей игрушкой мне хочется быть осторожной, и как можно нежнее попытать удачу: может она таки не против будет продолжить? Если конечно вообще захочет... Но страшно было и мне тоже, тоже всё это кажется только более пугающим, с такой то долгой подготовкой! Всё никак не могла найти эти бусы, я же их не ношу чтобы класть в ящик для аксессуаров! А большие брать не хотелось, первый раз всё таки... Ладно, покрывало на все случаи пролитых жидкостей – есть, смазка присутствует, а главный экспонат конечно же Ден. Ну хорошо; мой любимый, красивый и милейший экспонат. Найдя момент, взяла её за руки и связала их. Не сзади конечно, чтобы не выглядело это (по крайней мере в моей голове) как в БДСМ, или чём-то подобном. Но спереди, так хотя-бы... Фантазии про дрочку сразу всплыли в голове, так внезапно и навязчиво что аж противно; не люблю идеальное, оно как пластмасса, там же нет ничего живого, да и то, недавно только открыли бактерии которые могут их есть, а идеалы пока живы... А вспомная о размерах некоторых таких приборах, хочется как-то и ручной работой обойтись, ну его... И сняла с неё трусы. Тут теперь точно можно догадаться что к чему. Интересно, быстро ли у неё сейчас бьётся сердце? – Хорошо, – и чуть подобравшись к её лицу, чмокнула в щёку, – только расслабься... Мне хотелось передать у этих словах больше чем получалось, что я не посмею сейчас, так поступить когда мне доверили вот такую... Хотелось сказать возможность, но быстро себя одёрнула, мне доверились. Вообще. До такого уровня. Вернувшись, мне оставалось только взять бусы, смазать как следует и не жалеть хоть капли. Между той самой дырочкой прослеживались волосинки, коротенькие и раздражительно заметные, портящие всю картину. Надо научить её бриться. Сувая наконечник я была крайне осторожна, никогда в жизни мне не приходилось вставлять хоть что-то тааааакк медленно. Ладно, лгу, мне хотелось одновременно это сделать достаточно быстро чтобы это не начинало вызвать дискомфорт, и так же медленно, чтобы не было такого что сначала говорят одно но делают "немного" другое. Честно, мне хотелось стонов от неё, мне до сих пор было непонятно почему в порнухе хотя-бы это не обыгрывалось, но справедливости ради я и не смотрела настоящую гей порнушку, самую мужицкую и маскулистую, и нет я не про гачи, но тоже бы подошла под это описание. Там как никак но стонать будешь, не каждый день же тебе в зад суют член, да и сама суть в слове "суют", у меня то с этим проблем нет, хехе. Затем пошёл второй, уже шарик а не наконечник. Немного перепугавшись внутри и подумав о недостатке увлажнения, немного таки добавила смазки, но большая часть попала прямо у анального отверстия... В ответ послышался громкий вдох и выдох, на грани чего-то, но пока мне трудно понять от чего... – Всё окей? – спросила я, искренне переживая за Ден, но и не забыв про нежность. Хочу его, но кажется уже не только внешне. – Мхм, – голос повысился, всё больше напоминая меня когда дело доходило до невозможного контролировать – постанывая, так даже приятнее рукоблудствовать. Значит можно продолжать. Пошёл второй шарик, это сантиметров пять если правильно помню. На что неожиданно послышалось глухое "Мммххх~~". В этот мне было настолько сложно себя контролировать что я не могла отправить в узкий путь и третий шарик, хотелось услышать ещё голосочка Ден, ну же... Ровно такой же, но длиннее и чуть громче прошлого. Здесь самоконтроль таки вспомнил о своей работе, и мне посчастливилось не вставить ещё два к ряду пока моя "эгоистичная хотелка" не вспомнила что было в прошлый раз когда мне "захотелось большего". И чтобы не чувствовать себя ужасно на протяжении всей пенетрации, спросила: Вот только не подумала том, что придётся смотреть ей в глаза, точнее желательно бы. Или нет..? Осторожно спустившись на живот и избавляя себя от нужды быть в такой извивающиеся позе, она аккуратно и стараясь ничего не сделать с тем чтобы как либо помешать бусам или всё усугубить, легла на спину, руки в этом мало помогали, спасибо мне! У ведь встретились глазами, как и ожидалось! Вот только она очень этого избегала, будто факт того что я её связала таким образом – её разоружил, и не оставил ничего что могло хоть как-то скрыть то смущение которое она точно испытавает. Гирляндам бы сейчас точно не помешало бы выключиться, или перекраситься в красный. Но и на что-то мягкое и светлое тоже можно. Мне безумно приятно смотреть на такие беспомощные глаза, горят страстью и похотью, и сама она боится сделать лишний выдох. Ненадолго прервавшись, подползла к ней, обойдя её башенки ножки в чулочках. Лицо Ден всё ещё излучало страх который мне ещё хочется разрушить, но кажется ей так же интересно всё это, так же волнуется и дышит при таких ощущениях. А губы мягенькие, особенно по краям, но не везде, это нужно поменять, хочется. На что она выставила свой язык, так и хочется назвать это "ахегао", но кажется она просто не может дышать через нос или сквозь зубы, уже никак, другие ощущения. Но от такой забавы не смогла удержаться и хмыкнула со смеху, когда как её уголки рта приподнялись, а глаза закрылись. Идеально. Не могу поверить что она такое творит, может идея в голову ударила и сразу решилась сделать это потому-что "почему бы и нет"? Я бы тоже так сделала. И убрав предательски мешающие волосы с лица моей любимки, я отдала свой первый французский поцелуй. Был он чем-то с чем-то. Мокрее ничего на языке никогда не было, будто вода обрела физическую форму, и выработала настоящий вкус слюны, причём уникальный! Прослеживался ещё и вкус зубной пасты, и сука, она точно о чём-то догадывалась, может стоило лучше мысли формировать? По загадочнее там... Но всё это не важно, главное что теперь она точно не останется с засушливым ртом, не позволю. Это будет хоть чем-то похожим на идеальность. Урвав язык из жадных и мокрых губ, напоследок пока что лишь поцеловала. Теперь не сухо. Ден открыла глаза на это, на что получила мою любимую улыбочку, а я – её. Глуповатую и почти напоминающую ту, уставшую после долгой работы, но сделанной, и нажав заветный "Enter", просто откидываешься в кресле и радуешься через безсилие. Глазки она снова закрыла, ротик тоже и получилось она, моя личная мысленная картина Ден, которую хочется видеть всегда. Но мокрые губы конечно разбавляют эту милоту неряшливостью, и чтобы исправить это недоразумение слизала то что выбивалось из моего понятия "мокрые губы". Чмокнув на последок в носик, улизнула обратно к тому, зачем я её сюда завела... Четвёртый шарик ознаменовался восемью сантиметрами, а тело Ден ответило чуть небольшой волной мандража на пару секунд, а изо рта так и лился единственный в своём роде, длиннейший полустон и полупостанывание. Признаться, мне самой сейчас захотелось что-нибудь куда-нибудь сунуть. Уши сразу поняли что к чему, и не упускали и килогерца информации, я хотела его запомнить на как можно больший срок, и вспоминая о нём глубокими ночами в кровати, с гладкой палочкой в руке гуляющая по сокровенным местам, я могла только что ускориться. Перед пятым была ещё одна добавка жидкости, и она приближала меня ещё ближе к моей, давно несбыточной фантазии и не один раз проигранной в голове... После пятого пошло сразу несколько реакций в одном: изгиб спины на секунды три стал самым что ни на есть "как же ахуенно, я щас кончу" моментом, мне он напоминает только это, затем громкие вздохи, а далее пошёл высунутый язык. Навязчивая мысль хотела мгновенно отправить меня взяться за него губами, поиграться с ним и все такое, но нет. Моя воля сильна, и я её выебу однажды. А теперь и приоткрытые глаза, не пытающиеся прикрыться или закрыться при очередном проникновении глубже, а только говорящие о том что хочется ещё... В дело пошёл шестой, говоря об отметке в одиннадцать сантиметров, но спустя один очень противоречивый, голосом то высокий, то обычный, протяжный, будто на вдохе, приглушённый стон, Ден сказала то что всегда было по-началу обидно услышать, но лишь затем это отрезвляет: – Мхм... – даже согласие с моим выводом прозвучал как стон, да что с ней не так, я же сейчас как передумаю! Вру, я слишком боюсь её потерять... Медленно, шарик за шариком (а не за роликом), доставая их мне было всё больше непонятно и интересно: что будет когда она достаточно привыкнет ко мне? Может не постесняется и что-то будет просить так же как и я? Стояк у неё был долгим, размером он не пугал, в голове пролетело "в самый раз", а мне даже неловко стало от такой в миг пропавшей мысли. На протяжении всей моей веселухи он время от времени подергивался, а мешочек с яйичками так вообще будто... Растянулся? Как там говорил один мем из старой игры пятнадцати летней давности? "Яйца набухли от тестостерона", что-то на уровне "А я в шкафу прячусь". Хорошо конечно обыграли заставки видосиков по Контер Струке, но вот мужики зачётные, понятно почему их называют "buffed mercenaries". И коротко намекнув на всё ещё стоячий вопрос, она сразу прикрыла лицо от стыда и послышался писк, милее ситуации не придумать! Но думаю это можно расценить как "Да"... Правильно ведь?