Любимый

Дикий пляж. Песчаная коса, уходящая далеко в море, подальше от суеты и шума людского муравейника. Шелест волн, крики чаек над волной, лёгкий свежий ветерок. Время после полудня, часа три-четыре. Очень тепло, но не жарко, солнце приятно согревает, не обжигая. Среди невысокой травы с куртинками песчаного цмина растут группами деревца серебристых маслин, отбрасывая уютную тень. Берег укрыт белым песком, у кромки воды высятся небольшие горки вымытых прибоем ракушек. Умиротворение. Уют. Дин сидит на большом камне, на расстоянии от прибоя. Ветерок играет в его волосах, ласкает открытые участки кожи. Солнце светит прямо в лицо неслепящим светом и играет бликами на воде. Он вдыхает солёный морской воздух, греясь под ласковыми лучами, и сонным взглядом наблюдает за Кастиэлем. Тот ходит по краю воды, что-то высматривая в ней. Пена прибоя омывает его голые ступни, ласкает щиколотки и вновь отступает, будто дразня. Солнечные зайчики, отскакивая от воды, пляшут на загорелой коже. Периодически Кас наклоняется, вынимая что-то из воды. Его отросшие волосы падают на глаза. Он снова выпрямляется, небрежным, но таким красивым жестом заправляя прядь за ухо. Ангел стоит к Дину то спиной, то вполоборота, но тот знает, что на лице Ангела спокойная, счастливая улыбка. Вот он оборачивается, машет Дину и что-то показывает, держа в руке. Вероятно, ракушку. Охотник ласково улыбается и машет в ответ. Ангел смеётся, снова отворачивается, заходя поглубже, до колена. Потом становится боком к Дину, набирает в ладони воды и резко вскидывает их вверх. Солёные капли бриллиантовым дождём осыпаются на него, образуя за спиной мерцающий образ сверкающих крыльев, а он стоит, раскинув руки, - счастливый, загорелый, - и смеётся. Красивый. Прекрасный. Любимый.