Проигравший огню

Не привет, а здравствуйте, не брюки, а юбка, не 4, а 5. Аккуратные волосы, один к одному учебники и оценки в ряд, все на отлично, листочек к листку, все на зубок, под корку, газа врозь. Страшила! Горький ком проглоченных слез. Одинаково серая одежда. Мешок! Страх знакомств и любых контактов с людьми. Тихоня! Отличные оценки и прилежание. Зубрила! Не имение общих интересов со сверстниками. Душнила! Не скрытые синяки от побоев. Слабачка! Сон на книгах, ночи напролёт, попытки ровно держать осанку. Шпагу проглотила!? Уронила вилку за столом или ненароком заболела. Позор всей семьи, смываемый слезами и болью. Безупречный аттестат. Громадные пропасти под глазами, называемые людьми мешками. Ты можешь лучше! Последняя крупица серы, собранная на спичке, поднесённой к коробку. Время пришло. Резкий черкаш. На поверхности мелкозернистой бумаги, остаётся яркий светлый свет, а чёрная головка, разогретая до предела, вспыхивает, химическая реакция запущена и теперь не в силах обернуться вспять. Жар касается тонких пальцев, древесный обрубок, начинающий скручиваться, поддаваясь пламени, как в замедленной съёмке падает на листок в клеточку с безупречной оценкой, лист прожигается насквозь и спичка оседает глубже. Тонкие струйки расползаются по тетради словно почище насекомых, поедающих аккуратные письмена. Первая слеза падает на щиплющий недавний порез. Шипение, схоже со змеином, сбивается шипение прогорающих один за другим листов. Ничего, их ещё много, спички уже не видно, но химической реакции уже не важно, лижущие языки, заглатывают все больше бумаги. Струйки горькой жидкости безпомощно бегут по щекам Холодный воздух, вместе с ветром залетает в окно, погоняя и раздувая ярость. Расчёты как всегда верны. Куча скомканных и изорванных, словно нервы листов ползает с жаром, ища следующие цели для съедения. Зверь крепчает. Ветер вновь влетает, подхватывая лёгкий тюль. Крохотная искра мелькает в воздухе, перед тем как с новой силой впиться в прекрасную некогда ткань, идеально белую и чистую, как непорочная душа, полыхающая пламенем ярости и мести. Огонь ползёт вверх по гардине, стеля густой чёрный дым, режущий глаза. Пламя перекидывается на плотную штору, подпирая и её. В воздухе тянет плавлением линуема. Гарь поднимается выше. Едкая как ухмылка на надменном лице. Пора. Кухня уже полыхает. Ключ, провернутый в замке, дважды, как и учили и металлическое спасение летит в щель в полу. Ненавижу. Звон стекла. На пороге растекается лужа прозрачной, сильнопахнущей жидкости. Хорошие девочки не пьют, вторая бутылка крепкого напитка летит в то же место, разлетаясь серебряным дождём осколков. Обувь должна быть начищена до блеска! Снесённая резким выпадом ноги обувная тумба с хрустом приземляется на пол, много пар идеальной обуви летят вокруг. Мы не хлопаем дверью! Открытая мощным ударом железная дверь распахнулась на лестничную площадку, с оглушительным грохотом эха ударяясь об стену. Только умалишённые катаются на перилах! Рычит она, с остервенением налёта на поручни лестницы для спуска. А бандитки не носят бантиков! Рвутся белоснежный банты в виде роз и густые волосы разлетаются по плечами. Слезы смешанные с потом на вкус как лекарство. Первый этаж встречает писком домофонной трубки. Холодный ночной воздух охватывает горячее тело и путает волосы, о брошенные неверным движением руки. Вовремя. «Our shou is starting!» - шипит изменённый до неузнаваемости голос. Голова поднята наверх, а глаза устремлены, на знакомое окно в ряду девятого этажа. Яркие всполохи по добрались к окну. Секунда. Щелчок пальцев, растягивается в мили секунде, грохот, одающийся всем районом и стекло тут же разлетается в дребезги, при помощи мощной ударной волны. Горящий газ вырывается наружу с клубами чёрного дыма, устремляясь наверх, осыпая землю пеплом и поднятым остатками бумаги. Смех. Высокий и устрашающий, победоносный, завершенный диким воплем. Миссия выполнена! Пора уходить. -Ты единственный кто заслужил спасения – тихо погладила она котёнка, висящего за пазухой – нам пора. .