одна сигарета на двоих

Начало нового учебного года и невыносимая жара. Этих двух фактов хватает, чтобы ненавидеть этот день. Так думало большинство учеников. Хотя, конечно, есть и плюсы – новые одноклассники и учителя, которые редко, но появляются в любом классе. В этот раз к второгодникам старшей школы присоединился новый странный ученик. Его рост, загадочность, глубокие карие глаза и прекрасные речи привлекали всех девушек. Что ж, теперь девушки разделились на два лагеря. Те, кого привлекает рыжий парень на байке и те, кого привлекает тот самый загадочный шатен. У остальных парней просто не оставалось шансов, да и не всем это было нужно. К примеру, Мичизо, которого девушки не особо интересовали, его интересовали только тачки и социальные сети. Так же этот парень был другом Чуи Накахары. Именно у Чуи был мотоцикл и мягкие рыжие волосы, которые он давал пощупать только избранным. Своей дерзостью и привлекательными мышцами он притягивал внимание девушек около школы рядом со своим байком. При этом он ни с кем не встречался, так как искал «ту самую и единственную». Тачихара помогал обслуживать байк, и друзья вместе подолгу застревали в мастерской Мори, который устроил их себе на подработку и который стал их наставником. А ближе к вечеру, когда они освобождались, шли гулять с другими парнями. Всего их было четверо. Кроме вышесказанных друзей, это были Ацуши и Акутагава. Акутагава был из их класса и отличался особой мрачностью. В то время как Ацуши наоборот, был единственным светлым, никем не оскверненным кусочком белой бумаги, который был так же чист и невинен. Как он попал в их компанию? Просто пошел за Акутагавой из параллельного класса, так и набрел на этих оторв. Акутагава сначала очень ругался, когда Чуя принял его под свое крыло, а потом просто привык к постоянному присутствию этого солнца. Вот и сейчас время поздние, и даже Акутагава с Ацуши уже ушли. Но Тачихара и Накахара продолжали гулять и курить одну сигарету на двоих. На улице спала вся жара и даже стало немного холодновато, но их это не беспокоило. – Как тебе новенький? – невзначай спрашивает Мичизо. – Странный он какой-то. Как девушки говорят – загадочный. Не нравится мне эта загадочность в нем. – Говорят, что он переехал из Токио. – Небось у сплетниц подслушал, а ты знал, что они не всегда правду говорят? – Конечно, но я готов поспорить с тобой на 5 000 иен, что это правда. – Хорошо, тогда по рукам, – они пожали друг другу руки. Но единственное, чего они не знали это как проверить эту информацию. Конечно, можно спросить у первоисточника, но навряд ли новенький – Осаму Дазай, скажет правду, так что ему верить себе дороже. Так они решили выкрасть его документы в школе и посмотреть, вдруг там будет нужная им информация. Вот только эти планы сломал их милый лучик света. На следующий день рыжие сидели на крыше, которая была вскрыта еще прошлым годом, курили одну на двоих и пытались придумать план. Они не то, чтобы часто попадали к директору, но у Чуи бывало. Когда он разбил окно, когда подрался с пацаном с параллели и когда он прогулял две недели подряд. К сведениям, что уже были добавились наблюдения и помощь старших. Теперь они знали, когда директор уходит на обед, куда кладет свой ключ и где могут располагаться документы всех учащихся, осталось только построить план, но все обломалось внезапным открытием двери. – Чуя-сан, Дазай-сан хотел с вами познакомиться, – с порога сказал Ацуши – Новенький? – Собственной персоной, – произнес также вошедший Осаму. – И что же конкретно ты хочешь от нас? – Я бы хотел просто подружиться с самым крутым в этой школе коротышкой. Не думал, что маленькие такие агрессивные. – Это ты кого сейчас мелким назвал?!.. – Чуя, тише. – попытался его остановить Тачихара. – Скумбрия фаршированная, – шипя, произнес голубоглазый. – Дазай, не хочешь погулять с нами этим вечером? – Если это приглашение, то я не против. Во сколько и где встречаемся? – Около школы, во дворах есть единственная карусель. Мы на них обычно часов в семь собираемся, – подал голос Ацуши, который был в небольшом недоумении после реакции Накахары. – Спасибо. Еще встретимся, вешалка для шляп – шатен мягко улыбнулся всем и пошел в свой класс. До самой мастерской Чуя молчал, но как только они переоделись и принялись за работу, у него сразу развязался язык. – Мичизо, какого хуя… – с другого конца помещения послышалось недовольное покашливание Мори – Извините. Так какого черта эта скумбрия будет сегодня гулять с нами?! – Потому что он лично нам не сделал ничего плохого. Чего ты так взъелся? – Ты не поймешь, – резко стушевался старшеклассник. – Что я могу такого не понять? Мы с тобой дружим с начальной школы, мы столько всего пережили вместе. Так что не думаю, что есть что-то, чего я не смогу понять. – Хорошо, да, возможно, я не прав. Только дай мне хотя бы денек, чтобы это обдумать, и я тебе скажу. Ок? – Хорошо. Вечер, их освободили, и они наконец-то пошли на старые, богом забытые карусели. Там все уже собрались и ждали их. По пути они зашли в ларек, который лично им пробивал без паспорта и купили пива. – Всем снова привет, смотрите, что мы принесли, – на губах Мичизо была счастливая улыбка, которая так или иначе передалась Накахаре после долгих часов грустной задумчивости. – Чуя-сан! Как вы? – Со мной все хорошо, Ацуши. Просто немного задумался, пока шел сюда. – Ага, уже несколько часов, – не удержался Тачихара, но выразительный взгляд Чуи остановил его. Так что позже у них будет разговор, не при всех. – Чу~, поделишься? – На скумбрий не было рассчитано. – Все было, Чуя. – стушевался рыжий и тихо сказал на ухо, – я конечно все понимаю, но можешь не срываться на нем? А когда расскажешь, что-нибудь придумаем. Хорошо? – старшеклассник кивнул, но это не всегда означало согласие. – Ладно, держи, скумбрия. И вы, ребята, тоже берите. – Я никогда не пробовал алкоголь, – смущенно сказал Ацуши. – Вот сейчас и попробуешь. Думаю, что для начала выпить такую банку тебе будет нормально. – Полностью согласен с вешалкой. И только Чуя было открыл рот, как получил локтем в бок и шипящие «Чуя» на ухо. Так они сидели на этих каруселей до самой ночи. Собрались расходиться только Акутагава, которого не было слышно всю прогулку, и Ацуши, которому немного дало в голову. Дазай и рыжие остались сидеть, тихо разговаривая то о уроках, то об искусстве, которое как-то проникло в их беседу. Чуя зажег сигарету, вздохнул, а после, как обычно передал ее Тачихаре. Так табак переходил из одних рук в другие. Осаму не выдержал и задал вопрос, который так мучил его уже целый день. – Почему вы курите одну на двоих? Вы не можете выкурить по одной? – Можем, – спокойно сказал Чуя и затянулся еще раз, – просто привычка. – Привычка? – Ага, еще два года назад у нас были жизни не очень, так что мы просто привыкли выкуривать одну на двоих, даже когда средств стало хватать на две пачки вместо одной. – Осаму очень хотел задать еще один вопрос, но подумал, что это будет не очень тактично, так что он промолчал. А вот Накахара, нет. – Ну и что про нас говорят другие? – На самом деле ходят слухи, что ты участвуешь в нелегальных уличных гонках. А другие говорят, что вы вандалы и по ночам занимаетесь всем этим. – С обоих сторон был слышен смешок. – Честно, мы так и думали, но как видишь мы просто заебаные подростки, которые уже устали от жизни. – Да, я это уже понял, но от этого прогулка не стала менее интересной. – Что ж, мы рады за тебя. Если хочешь, то можешь каждый день приходить сюда, мы здесь постоянно собираемся, – только Такихара договорил, как его телефон зазвонил. – Мори-сан, сейчас… Чуя, он просит меня прийти к нему, заходи после, я тебя дождусь. – Да, конечно. Когда рыжий ушёл, Осаму все-таки решил спросить у «злобной собаки» кто такой Мори-сан. – Он наш босс. Мы после школы не уезжаем делать домашку, или готовиться быть самой страшной бандой в школе, мы едем в мастерскую, где и работаем на пол ставки до вечера. Затем мне и нужен байк, чтобы добираться от дома до школы и до мастерской. – Тогда почему он позвал только твоего друга? – Мичизу более способный рабочий, он поэтому и получает чуть больше моего. Я вывожу только старанием и знанием, в то время как у него настоящий талант. – Вау. Можно тебе задать еще один бестактный вопрос? – Ты только что уже задал один вопрос. Но можешь попытать удачу. – Что вы имели в виду, когда говорили, что у вас были трудные жизни? – Мою историю в обмен на твою. По рукам? – Хорошо. Тогда начну я. Вообще я был в детдоме до своих десяти лет, потом меня усыновили, и мы жили на другом конце города. Сейчас отцу нужно было переехать, так как он не хочет ездить по три часа из одного конца города в другой. Если ты интересуешься детдомом, то это уже другая история и расскажу я ее тебе позже. – Хорошо, теперь моя. Моя мама умерла, когда мне было пять, но я хорошо запомнил это. После этого отец стал часто выпивать и такими темпами пропил все деньги. Когда я понял, что мне тоже нужно на что-то жить, мы с Мичизу, тогда еще моим единственным другом, нашли Мори-сана, который приютил нас. Теперь мы у него работаем и можем иногда там ночевать, когда у нас ухудшается ситуация в доме. Первое время денег было мало, а напряжения много, тогда-то мы и попробовали сигареты. Стали их курить, как я уже говорил, одну на двоих, так было экономичнее и для новичков в курении так было легче. Сейчас уже мы можем спокойно выкурить по одной каждый и все будет ок, но такие привычки быстро не проходят. – Понимаю. А что насчет Тачихары? – Во-первых, я не могу рассказывать его историю без его разрешения, во-вторых, такого уговора не было. – Ну и ладно. Может пойдем прогуляемся? – Давай. Встать было самой тяжелой задачей, но, когда у них получилось, они пошли по дворикам, думая о разном. Чуя вспоминал, как ему тогда было плохо, но смотря на сегодняшний день он понимал, что он сделал все что смог и у него получилось, что не могло его не радовать и не вызвать довольную улыбку на его лице. Тем временем Осаму смотрел и понимал, что не может отвести взгляд от такого прекрасного лица и такой превосходной улыбки. Ему стало от это так непонятно странно, что он не мог передать это словами. Единственное, на что он мог надеяться, так это на то, что его странные чувства пройдут. Но шли месяцы, а чувства к рыжему не проходили, зато проходили часы, которые они начали проводить вместе. Как-то раз он ночью после прогулки сидел на кухне, к нему подошел отец. – Осаму, чего ты такой задумчивый? – Я влюбился в парня, – произнести такие слова было трудно, как и признать, что у него есть эти чувства, но на удивление Фукудзава не был сильно удивлен. – Ты хочешь ему признаться? – Думаю да, в конце этого учебного года. – То бишь ты будешь ждать еще более трех месяцев? – Получается, что да. – Не хочешь его просто позвать на свидание? – Мне ему сказать: «Чуя, сходи со мной на свидание»? Он меня мгновенно пошлет. – Тогда просто предложи ему прогуляться с тобой, без остальных друзей. Это же не будет выглядеть странно, так? – Возможно. Спасибо, отец, я завтра обязательно попробую. И вот завтра, тот самый день икс. – Чу~, погуляешь сегодня со мной? – Я же просил меня так не называть, – раздраженно донеслось с другой парты. – Ну так что? – Так мы же и так сегодня встречаемся, вот и погуляем со всеми. – Нет, я про прогулку без всех остальных. Все равно Ацуши и Акутагава уйдут, а Тачихара будет ждать тебя, как бы ему не хотелось ехать домой. – Ну хорошо, тогда напиши пацанам, что мы сегодня не придем. И вечером они пошли не на место сбора, они встретились на пару дворов ближе к школе и медленно пошли в сторону набережной. До нее было идти примерно час, так что под ненапряженные разговоры и две банки пива они дошли до нее. Чуя закурил сигарету и передал ее Осаму. – Знаешь, я хочу тебе кое-что сказать, – начал Чуя. – Тачи, я готов к тому, что должен был тебе рассказать еще давно. – Ты сидишь на наркотиках? – Нет. Ну, короче, агх… – глубокий вдох, – я гей. – Так... а почему ты так злился на Осаму? – Это единственное, что тебя интересует?! – Нет, но сейчас это самое интересное. – Это единственной парень, который мне нравится из всех, кого я видел. – И тебя раздражало то, что он флиртует с девушками? – Есть немного, – замялся Чуя. – Но теперь он гуляет с нами, и ты успокоился, – краткий кивок это все чего добился Мичизу. – Мне тоже. – И кто первый? – Давай на камень ножницы бумага? Выигрываю я, ты первый, проигрываю, первый – я. – Давай, – в ходе ожесточенной схватки Чуя выиграл, – Ну давай. говори. – Чуя, я тебя люблю, и… вообще странно, что так вышло. – Глаза в пол и ожидание полного отказа. – Осаму, – мягкое прикосновение к руке, вот чего не ожидал брюнет, – я тоже в тебя влюблен. Но изначально я хотел сказать, что я гей, но что-то явно пошло не так, – Накахара усмехнулся, сплел их пальцы и потянул гулять по набережной, которая вся светилась и была пуста без единого человека. После прогулки и легкого чмока они разошлись. Домой Дазай зашел, светясь от счастья. Отец, который сидел на кухне, даже не стал ничего спрашивать, Дазай сам все рассказал. Чуя же записал голосовое сообщение своему другу, так как знал, что тот давно уже спит. Счастье длилось неделями, они учились быть в отношениях, учились понимать друг друга. Все это было так ново, но единственное, чего они боялись это неодобрения общества. Общество узнало само по их же ошибке. Когда они научились целоваться «по-взрослому» Осаму стал зажимать Чую по разным углам, а Чуя был и не против, но как-то раз они были настолько увлечены, что смогли оторваться только после свиста пацанов. Чуя сердито посмотрел на них, но Осаму видел, как тот боится их реакции. Увидев злой взгляд Накахары, они просто с улыбками подняли руки и ушли. Все быстро узнали про их отношения, но все знакомые и авторитеты не были против таких отношений. А те, кому что-то не нравилось, получали от Осаму, или от Чуи, если начинали нарываться. Их сердца были полны любви друг к другу и никто не мог их разлучить. Даже Мичизу (он пытался, но тщетно)