Говори как есть

      Хан проснулся от стука дождя за окном. Слышать тяжёлые капли, что бьются о твёрдый материал стало обыденностью, ведь начало весеннего сезона порадовало жителей Кореи многочисленными осадками, и речь не только о дожде, а ещё и о снеге, что изредка продолжал падать на сырую землю. Многие ожидают подобного от весны: слякоть, грязь, болезни в связи со сменной климата. Всё это сопутствует «сезону цветения», но когда всё доходит чуть ли не до потопов, жители начинают сильно напрягаться из-за непредвиденных катаклизмов. Настолько непредвиденных. Из-за подобных перемен в погоде Хану вечно хотелось спать. Изменяя собственным привычкам и предпочтениям, парень стал чаще спать под одеялом, но сон к нему редко приходил надолго. Его не мучили кошмары, его устраивала кровать в больнице; вообще можно было бы списать всё неудобство на непривычную обстановку, в которой находился Джисон во время лечения, однако все эти домыслы развеяла очередная ночь с трёхчасовым сном, которую парень провёл в своей уже родной комнате. Несмотря на всю неприязнь Хана к больницам, они не были причиной недосыпа. Вся проблема в стрессе - первое, что пришло в голову. Хана часто знобило по ночам в больнице, и это не происходило в другие времена суток. Врачи всё списывали на то, что тело ещё отходит от передозировки и потому волноваться не стоило, но новый дефект мешал парню не с точки зрения физиологии, а с точки зрения психологии, а если быть точнее - с точки зрения его фобии. Хан и до этого сталкивался с частой тряской в руках, к которой он уже успел привыкнуть, однако подстроится под ночную дрожь, что словно по расписанию приходила и уходила в одно и то же время, казалось невозможным и было всё это непривычным и даже раздражающим. Два грёбанных часа в бессознательном состоянии: всё остальное время в голове метались нескончаемые мысли, витая облаками в сознании. Вся ночь пролетела совершенно незаметно. Время словно море - поглощало с головой, кутая своей теплотой и обволакивая тело странными ощущениями невесомости, погружая всё глубже и глубже на самое дно. Мыслить адекватно было сложно. Сон упорно старался взять контроль над телом, однако разум, словно защитник на посте, не давал поспать подольше, он лишь загружал уже уставший от стресса мозг. Хан ожидал подобного развития событий, что Сынмин будет ругаться и негодовать, но надеялся, что оно не случится в реальности. Он честно старался не думать о предстоящей встрече, заглядывая в более дальнее будущее. Например, в период через месяц. Как они всей группой будут проводить время вместе, как за это время поедут в мировой тур и в целом круто проведут время. Плюсов можно перечислить кучу, чего стоит фактор присутствия Сынмина. Джисон заснул с этим злосчастным блокнотом. Как Сынмин вообще нашёл его? Не то что бы эта книжка была хорошо спрятана, как какой-то клад из книг про пиратов, однако Ким никогда не лез в чужие вещи, он не отличался излишним любопытством по поводу личной жизни окружающих. Хан сам не мог понять своих эмоций. Безусловно он злился: как на себя, так и на Сынмина, хотя младшего Джисон клеймил намного меньше, чем себя. Старший списал всё это на недоразумение, а-ля Ким совершенно случайно нашёл тетрадь. Однако проблема в том, что читать её Сынмина никто не заставлял. Это и есть причина злости на него. Только вот Хан мог предположить такой исход событий. Даже будучи здоровым и дееспособным, Хан мог подумать о том, что риск нахождения дневника Сынмином был крайне высок. А там уже и не отвертишься от вопросов, ведь, судя по всему, уже вся группа заметила изменения в поведении одного из её участников. Джисон не смог утаить свои проблемы, и заставил всех волноваться, что уж точно не входило в его планы. Вся система разрушилась, точно так же как и желание стараться всё исправить. Только вот… Джисон хотел попробовать всё исправить ради Сынмина. Хотел попытаться перевернуть весь мир вокруг, только бы тот дал шанс исправиться. Да, накосячил, с кем не бывает, хотя учитывая масштаб косяка, неудивительно почему Хану неловко выходить за предел комнаты. Джисону стыдно смотреть в глаза лидеру. Мало того, что он устроил такой переполох прямо перед ответственным мероприятием, так ещё из-за него группа потеряла второго члена, который сейчас находится непонятно где, непонятно в каком состоянии. В список его проблем добавился ещё один пункт. Голова болит так, словно вчера была последняя пьянка в жизни Джисона. Обычно подобное явление можно описать по разному, в зависимости от ощущений человека, но сейчас внутри черепной коробки Хана словно смешались всевозможные звуки: она гудит, сверлит, в ней словно взрываются сотни атомных бомб. Недосып явно очень плохо влияет на организм, что приводит к очевидной мысли о том, что от него нужно срочно избавится, хоть и не самыми действенными способами. По ощущениям гравитация только усилила свой охват. Встать было тяжёлым испытанием, что со стороны выглядело забавно: Хан напоминал ученика младшей школы, который ленился вставать утром на учёбу, потирая всё ещё сонные глазки. Только поднимался он не с мягкой и тёплой кровати, а с холодного пола, что прикрывался небольшим, серым, немного пушистым ковром. Когда парень смог принять сидячее положение, в теле захрустело сразу несколько костей. Все волосы на голове вздымались к потолку, словно Джисон стал маленьким одуванчиком. Мысли были забиты одним Сынмином. Всю ночь Джисон клеймил себя за то, что не смог нормально разобраться со всеми проблемами без споров и истерик. Он наконец-то пришёл к выводу, к которому его подстрекал младший. Он не мог больше скрывать все чёртовы переживания внутри, стараясь обезопасить всех вокруг. Это и есть корень всех проблем. Он ничего не говорит, тем самым зарывая всех и себя всё глубже в яму недопонимания и трудностей, что усложняет жизнь всем. Сынмин был не прав - Джисон не эгоист. Если ты боишься доверять людям вокруг, можешь ли ты сто процентов знать нужно ли другому человеку удостовериться в том что ты в порядке из добрых побуждений? Джисон так не думал. Отсюда и проблемы с доверием. В его голове устаканилось мнение о том, что его загоны никому не сдались и не нужны. Для него резкие перемены в отношении к его проблемам было явлением необычным. Однако раз он не утратил способности привязываться к людям... Может оно того стоит? Сейчас смысла о подобном думать нет. Сынмина нет, и это и есть главная проблема на данный момент, которую Хан очень хочет решить. Чуть ли скрепя зубами, Джисон, облокотившись на кровать слева, начал вставать на ноги. Голова разболелась сильнее, но это только сильнее побудило парня поскорее выйти из комнаты и хоть что-то исправить. Весь помятый и сонный, с синяками под глазами, Хан вышел из комнаты, дабы найти кофе машину и постараться немного прийти в чувства. В глаза неприятно бросился свет из коридора, из-за чего Джисон недовольно поморщился. Кто в агентстве додумался, что оставляет свет включённым рано утром - хороша идея? Кстати, время. Часы на стене показывали десять минут одиннадцатого. Парня такое время не удивило совершенно, он знал, что вырубился около восьми утра. Ступая по прохладному полу, Хан задумался о плане на сегодняшний день. "Врач запретил заниматься некоторое время, но это касается только танцев, следовательно вокал никто не отменял. Хорошо было бы помочь Чану с Чанбином если им нужна помощь в плане продюсирования песен. Несмотря ни на что надо попробовать повторить хореографию. Интересно, Чанбин разобрался с тем оборудованием? Надеюсь я быстро с разберусь этими делами, мне нужно поискать Минни-" - Хан, ты проснулся? Как себя чувствуешь? - голос в конце коридора прервал все размышления о планах Джисона. Вымотавшийся после танцев Феликс сократил дистанцию между парнями и заключил старшего в объятья - Крис к тебе заходил сегодня утром, но будить не стал, хотел, чтобы ты хорошенько отоспался. Ты хорошо спал? - Ликс весь уставший, но всё равно напоминает яркое солнышко, рядом с которым сердце начинает биться менее учащённо. Феликсу врать не хочется, но и правду о своём двухчасовом сне Джисон не хочет рассказывать, поэтому выдавливает из себя более менее нейтральный ответ. - Меньше чем обычно, но в целом я чувствую себя нормально - для Хана это настоящая победа рассказать что-то не очень хорошее относительно своего состояния, хоть и в таком мимолётном ключе, на что он решился в ходе своих размышлений. Феликс - второй человек после Сынмина, которому Хан смог довериться чуть больше, чем остальным за долгое время. Ликс лишь неодобрительно фыркнул. - Тебе бы спать подольше, а то свалишься ещё в обморок от недосыпа - у Феликса предстаёт перед глазами образ того самого "спящего" Хана, который он увидел полторы недели назад. Лишь мысль о том, что подобное может случиться во время тура заставило мурашки пробежать по спине - нет, нет, такого не надо - сильнее прижав старшего к себе, Феликс уткнулся в чужой изгиб шеи. Только так он смог отвлечь себя от жутких мыслей. Хан на это ничего не ответил. Он не мог давать гарантий, что в итоге избавиться от постоянного озноба, жутких мыслей и участившихся кошмаров. Однако эти чёртовы таблетки, прописанные врачом он выкинет однозначно. - Что у вас вчера случилось? Почему Сынмин ушёл? Вы что-то не поделили? - Чан рассказал? - Хан сам знал ответ на этот вопрос, но посчитал нужным спросить. - Ага. Он вернулся вчера весь запыхавшийся. Ходил искать Сынмина. Сказал, что оббежал всю близлежащую округу, но ничего не нашёл - из уст Феликса исходит очень низкий из-за небольшой хрипоты голос, от которого у Хана мурашки по коже бегут - И, судя по всему, ты тоже не знаешь куда ушёл Минни. - Нет, не знаю... - Хан уже начал сомневаться в эффективности самостоятельных поисков Сынмина. Раз уж Чан не нашёл Мина в ближайших районах, то есть ли смысл идти искать его сейчас, когда он мог уже раз пять смотаться на другой конец города. Осознание, что Сынмин может быть где угодно в городе, и с ним могут сделать что угодно кто угодно, снова всплыло в голове Джисона, из-за чего в горле застрял небольшой ком. - Феликс, может стоит сообщить об этом компании? Что если с Сынмином что-то случилось? Может он умудрился наткнуться на неправильных людей или может ещё что похуже, чего я представить не могу - Хан начал откровенно говоря паниковать, ведь осознал масштаб случившейся трагедии - он же ещё и артист, за его каждым шагом могут следить левые люди по своим целям. Я уже ничего не знаю. - Стой, попридержи коней. Не переживай так раньше времени - Феликс сразу же отпрянул от Хана и взял его ладони - Я тоже боюсь, что с Минни что-то случится, но если Чан не нашёл его в местах, что недалеко от нашего агентства, значит он уже успел куда-то уехать. Звонить пока никуда не нужно, пусть немного остынет. Вы всё таки поссорились как-никак. Попробуй отвлечься - Хан иногда завидовал такой способности Феликса: младший всегда знает как успокоить человека, обязательно найдёт свой подход, даст дельный совет и поделится своей любовью с человеком, который в этом нуждается - Давай так, если до завтра Сынмин не объявится или хотя бы не даст весточку о своём местоположении, начнём бить тревогу. Ведь сейчас мы даже с точки зрения закона ничего сделать не можем, его никто искать не будет. Потерпи сегодняшний день, может всё разрешится в ближайшее время. Договорились, Хан? Не волнуйся так - Феликс всегда обращает внимание на мельчайшие изменения в поведении - Я думаю, что не смогу так быстро успокоится, но я хотя бы постараюсь - всё равно Джисон не сможет долго скрывать свою нервотрёпку, даже если бы и хотел, поэтому и эту информацию он рассказал Ликсу. Он хотел бы рассказать младшему и про переживания о том, что все проблемы начались из-за него, но стоило Феликсу улыбнуться, как всё желание рассказать об этом испарилось в одну секунду. Ёнбок тоже устал и видно как сильно он нуждается в отдыхе. - Ты сам то сколько спал, Феликс? Выглядишь измотанным - Джисон решил вернуться к началу разговора, ведь речь зашла только о его конфликте с Сынмином, а вот о самом Феликсе вопрос не заходил. - Немного, Чан сегодня тоже плохо спал, а если плохо спит он, то плохо сплю и я. - Это что, что-то типа ментальной связи, что ли... Как это работает? - Не знаю, наверное это связано с тем, что я хорошо чувствую переживания других и я умею проецировать эмоции людей. Эмпат я, если вкратце. "Эмпатия. А смог ли я действительно понять что испытал Сынмин в тот момент, когда я находился на границе жизни и смерти...?" Хан так и не нашёл свой повод отвлечься.