Чистый источник.

— То есть, даже шисюн Вэй не знает, чем была вызвана активность Сюансу? — Лорд Цанцяо с удивлением осмотрел скрытый ножнами меч Главы школы. Если Цинвэй, глава пика Тысячи мечей, оказался в затруднении, то случай действительно из ряда вон выходящий. Юэ Цинъюань, вздохнув, покачал головой. — Нет. И после этого больше Сюансу сам не пробуждался. Му Цинфан задумался, а затем протянул руку. — Чжанмэнь-шисюн, позволите? Глава Юэ кивнул, и лекарь привычно обхватил его запястье, считывая пульс. С каждым мгновением его лицо становилось всё более озадаченным. — Что-то произошло между вами? — вдруг спросил целитель, а после поспешил уточнить. — На занятии с шичжи Лянем? Густые брови Главы школы дрогнули, сдвинувшись к переносице, а в серых глазах отразилось возмущение. — Лянь Чжунши — мой ученик, — укоризненно ответил заклинатель. — Этот Лорд не делал ничего, что выходило бы за рамки парной медитации! Глава Цанцяо быстро взглянул на Цинъюаня, покивал, но, судя по виду, не сильно поверил. — Что бы вы не сделали — сделайте это снова, — сказал целитель, вводя Чжанмэнь-шисюна в ступор. Пока тот с лёгкой растерянностью смотрел на него, Му Цинфан разлил по пиалам бодрящий чай и только после этого продолжил. — Лянь Чжунши совершил прорыв. Его уровень значительно вырос с прошлого раза, а совершенствование в конце построения фундамента. Ещё немного — и он образует собственное золотое ядро. Более того! Лорд пика целителей сделал многозначительную паузу, отпивая из пиалы. — В вашей системе меридиан тоже есть изменения. Та старая рана… знаете, которую может нанести собственное духовное оружие, сейчас выглядит лучше. Этот Лорд не вправе делать какие-либо прогнозы, но полагает, что курс подобных, кхм, «парных медитаций» крайне благоприятно скажется на самом Главе Юэ, а не только на его ученике. В кабинете главного целителя школы повисло молчание. Му Цинфан спокойно пил чай, пока Чжанмэнь-шисюн пытался в полной мере осознать слова своего шиди. — То есть, связь с Сюансу… — потрясённо начал Лорд Цюндин. — Да, стала крепче, — подтвердил лекарь. — И этим можно объяснить реакцию меча на воздействие. Без понятия, что шичжи Лянь смог провернуть, но оно явно пошло на пользу. — Это «вмешательство», — всё-таки решился спросить Глава Юэ после некоторых раздумий. — Не повредило меридианы самого Чжунши? Му Цинфан покачал головой. — Нет, — ответил он. — Но его духовные вены всё ещё нуждаются в поддержке извне. А теперь, когда шичжи стал способен управлять большим потоком ци — тем более! С такой «взрывной» природой духовной энергии, необходимо укрепить меридианы как следует, ведь, если они вдруг резко сузятся, когда в даньтянях будет бушевать ци — последствия будут фатальны. Увидев, как Глава Юэ задумался, рассматривая остатки чая в своей пиале, целитель снова вздохнул. — Предложение этого скромного всё ещё в силе, — рискнул напомнить он. — На плечах Чжанмэнь-шисюна и так лежит ответственность за благополучие школы. Пик Цанцяо может помочь адепту Ляню с укреплением духовных вен, если Глава решит… — Исключено, — перебил его Юэ Цинъюань, одним глотком допивая свой чай. — Этот Лорд сам займётся помощью своему ученику. К тому же, разве не шиди Му только что советовал и этому Главе пройти курс «парных медитаций»? Цинфан моргнул, а после слегка улыбнулся. — Верно. Ох, простите этого ничтожного, — повинился целитель, хотя в его глазах не было ни грамма раскаяния — только хитрые искры. Лекарь вздохнул, поднимаясь с места. — Что ж, кажется, нам нужно к ученику Лянь. Его состоянию ничего не угрожает, так что он вполне может вернуться к своему обучению. Это обнадёживало. Глава Юэ кивнул, вставая с кресла и следуя за Лордом Цанцяо. * — Ты говорил, что у тебя всё под контролем! — Чунь-чунь… — Не зови меня так! — вспыхнул целитель, буравя Макса полным праведного возмущения взглядом. — Этот Хуан просил, небожители видят, просил не вляпываться ни в какую историю! И что же?! Этим же вечером шисюн снова на Цанцяо! И в компании Главы Юэ!!! Хуан Чунь от гнева стукнул ладонью по столу, отчего пиала с укрепляющим отваром опрокинулась, а Макс, сидящий на койке для пациентов, весь подобрался. Лекарь раздражённо цыкнул языком и взмахнул рукой, одним импульсом ци убирая терпко пахнущую лужу. — Но этот Лянь использовал эликсир по назначению! — воскликнул парень, в попытке оправдаться. — И шишу Му сказал, что всё в порядке!.. Адепт Цанцяо долго смотрел на него нечитаемым взглядом. — А могу ли я теперь верить этому шисюну? — Хуан Чунь поднялся со стула для посетителей. — Знаешь, что? Плевать! Этот Хуан никогда и ничего не просил у Лянь-сюна за свою помощь. Было бы достаточно просто следить за своим здоровьем. Прислушиваться к рекомендациям. Но нет! Парень направился к выходу, раздражённо чеканя шаг. У самых дверей он обернулся. — Раз шисюн ни во что не ставит Хуан Чуня, то и этот лекарь больше не считает этого Чжунши другом! — Шиди Чунь! — воскликнул Макс, вскакивая с места, но адепт Цанцяо стремительно вышел прочь, громко хлопнув дверью. Перед глазами с тихим «дзинь!» тут же вспыхнуло системное уведомление: «Было активировано негативное последствие от употребления «эликсира лунного света»! Ученик Цанцяо — Хуан Чунь. Статус изменён: «друг» — «знакомый из прошлого». Используйте сюжетные предметы с умом, Пользователь!» «Блять, Система!» — мысленно взвыл Макс, сжимая руки в кулаки. — «Какого хрена?! Я думал, твоё «негативное последствие» — это последствие для моего здоровья после этого эликсира!» «Негативные последствия бывают разные» — уклончиво ответил ИИ. – «Хосту следует тщательно взвешивать свои решения!» Не успел парень возмутиться, как дверь палаты снова открылась, на этот раз впуская Главу Юэ и Лорда Цанцяо. Чжунши поспешно поднялся, почтительно кланяясь. — Шицзунь! Шишу Му! Главный целитель окинул его оценивающим взглядом. — Отрадно видеть, что шичжи в бодром расположении духа, — кивнул Лорд Цанцяо. — Кажется, нет необходимости задерживать вас. Чжанмэнь-шисюн… Му Цинфан вежливо поклонился Главе Юэ, а затем вышел, оставляя их наедине. В помещении повисло неловкое молчание. Наконец, Глава школы вздохнул, подходя ближе. — Полагаю, нам с этим Чжунши стоит кое-что обсудить. Лорд Цюндин неспешно сел на стул для посетителей, жестом приглашая Макса вернуться на кушетку. Парень неловко примостился с краю, выжидающе смотря на Учителя. — Сегодняшняя медитация зашла… дальше, чем планировалось, — начал Цинъюань, слегка кашлянув. — Что принесло неожиданные результаты. Этот Лорд обговорил детали с шиди Му, и тот посоветовал… перейти к более интенсивным занятиям для лучшего прогресса. Макс моргнул. Глава Юэ казался спокойным и невозмутимым внешне, но паузы в речи и лёгкая растерянность выдавали то, что заклинатель нервничал, обсуждая с учеником такую щекотливую тему. А затем до парня дошёл и смысл сказанного, заставив сердце бешено застучать в груди. — Учитель?! — выдохнул Чжунши, в шоке смотря на Лорда Цюндин. Тот вздохнул. — Вероятней всего придётся задействовать верхний даньтянь, — невозмутимо, будто о погоде, заговорил он. — Если для адепта Лянь это слишком, шиди Му предложил помощь Пика Цанцяо. Юэ Цинъюань перевёл взгляд в окно, а затем поднялся с места. — Этот Лорд подождёт Лянь Чжунши снаружи, чтобы отправиться на Цюндин. Адепту стоит хорошо обдумать, какой метод совершенствования для себя выбрать. С этими словами, заклинатель медленно вышел из палаты, оставляя Макса в одиночестве. Но ненадолго, ибо почти в тот же миг активизировался Система. «Дзинь! Пользователю доступна цепочка заданий: «Затяжные прелюдии» — бодро отрапортовал он. — «Награда за прохождение: 2000 баллов (суммарно), очки привязанности Главного Любовного Интереса (опционально). Доступ к функции: «малый двигатель сюжета». Принять?» Чжунши ощутил, как жар заливает его лицо. Одно только название предстоящей цепочки миссий его бросало в дрожь от предвкушения. Даже расстройство от ссоры с Хуан Чунем отошло на второй план перед открывшейся ему перспективой. Макс нервно облизнул пересохшие губы и решительно нажал кнопку «Принять». Половину палочки благовоний спустя парень вышел к ожидавшему его Главе Юэ. Тот, до этого рассеянно любовавшийся закатным солнцем, обернулся, приветствуя ученика мягкой улыбкой. — Адепт Лянь обдумал предложение учителя? — спросил мужчина, слегка наклонив голову набок. Зарево уходящего светила очертило его силуэт, золотыми искрами оседая в чёрных волосах. Засмотревшись, Макс не сразу нашёлся с ответом. — Д-да, Шицзунь! — спохватившись, выпалил он, когда молчание слишком затянулось. — Этот ученик… хочет продолжить занятия с вами! Парень почтительно поклонился, сложив перед грудью руки. -Хорошо, — Юэ Цинъюань, казалось, тихо выдохнул с облегчением. Когда Макс поднял взгляд, заклинатель уже открепил от пояса меч в ножнах. Сюансу замер в воздухе в чи от земли, Глава встал на него, делая приглашающий жест рукой. — Обратно полетим, а то вскоре стемнеет, — пояснил он. Макс кивнул, поспешив встать на ножны впереди Учителя. Цинъюань положил руку ему на плечо, позволяя прислониться к себе, а затем Сюансу оторвался от земли. Они летели быстро, но в этот раз парень не чувствовал страха перед высотой. Смотря на приближение главного горного пика, Лянь с замиранием сердца наслаждался близостью с учителем. Он плотнее прижался к широкой тёплой груди заклинателя, чувствуя себя в полной безопасности. Макс даже вздохнул с сожалением, стоило им приземлиться у поместья Главы Юэ. — Этот Лорд будет ожидать адепта Лянь на очередное занятие через два дня, — сказал мужчина, убирая меч на место. — Да, Шицзунь! — ответил Чжунши с поклоном, а после поспешил в сторону общежития. Заклинатель некоторое время провожал его задумчивым взглядом, прежде, чем направиться к себе. Погруженный в мысли Лянь не заметил, что в этот момент за ним наблюдал ещё один человек. * В следующие два дня, кроме общих уроков с мастерами залов, Макс старался наладить отношения с Хуан Чунем. Но все его попытки были тщетны — адепт Цанцяо был занят, посылая к Чжунши младших учеников. Парню так и не удалось встретиться с ним, не то, что поговорить. Система неизменно показывал статус: «Знакомый из прошлого», оставляя в груди тяжёлый ком сожаления. Именно поэтому на новое персональное занятие с Главой Юэ Макс пришёл в смешанных чувствах. Его состояние не укрылось от Главы школы. — Этого ученика что-то беспокоит? — спросил заклинатель после того, как Лянь подошёл и поприветствовал его. Парень замялся, отводя взгляд. Ему не хотелось говорить шицзуню о том, что он рассорился с близким другом, да ещё чуть не подставил его, при этом читерским способом подняв уровень ци. — Нет… ничего особенного, Учитель, — помедлив, ответил Макс, смущённо глядя на мужчину. Глава Юэ пару мгновений мягко смотрел на него, а затем лишь кивнул, не став расспрашивать далее. Он повернулся к стойке с тренировочными мечами и взял один из них. — Ничего так не убирает плохие мысли, как физическая нагрузка, — пояснил Цинъюань, кивком предложив ученику последовать его примеру. — Заодно это поможет разогнать ци перед медитацией. Макс просиял, хватая своё оружие. Впервые на тренировке Учитель тоже взял в руки меч! Это значило, что он воспринимает его всерьёз? Взгляд парня засверкал от энтузиазма и, едва Глава Юэ дал сигнал, Лянь бросился в атаку. Как выяснилось, заклинателю почти не пришлось использовать меч. Ради приличия он всё же отбил пару ударов Макса, с такой лёгкостью, словно отмахнулся от мошки. Но, пусть с виду удары казались небрежными, первый отбросил Чжунши на целый чжан, а второй опрокинул его на землю. Помотав головой, парень прикусил губу от досады — он снова не устоял на ногах! — Уже лучше, — невозмутимо похвалил его Глава Цюндин, подходя ближе и подавая руку. — Этот Чжунши делает успехи. — Не издевайтесь, пожалуйста, — пробубнил Макс, принимая помощь. Ладонь заклинателя как всегда была широкой и тёплой. — Этот ученик безнадёжен. — Мощная сосна не вырастает за одну ночь, — ответил Юэ Цинъюань. — Чтобы стать деревом, любому семечку нужно время. Бессмысленно тянуть росток, что лишь набирает силу. Макс вздохнул. Он и так понимал, что ему ещё расти и расти, но от слов заклинателя стало немного легче. — Спасибо, Шицзунь! «Дзинь! Плюс 5 очков привязанности Главного любовного интереса!» — тут же вклинился Система, отвлекая Макса от размышлений. — Пойдём, — Глава Юэ положил ему ладонь на плечо и кивнул в сторону беседки. Щёки парня вспыхнули, стоило ему осознать, что они сегодня будут не просто медитировать. Как во сне он вернул тренировочные мечи на стойку, механически направился следом за Учителем, неловко примостился рядом с ним на деревянные доски, нервно сжимая руки. — Всё хорошо? — уточнил Лорд Цюндин, внимательно посмотрев на нервничающего парня. — Ещё не поздно передумать. — Я… этот ученик в порядке, — ответил Макс, а затем решительно поднял взгляд на заклинателя. — Всё хорошо, если рядом будет Учитель. Брови Главы Юэ слегка дрогнули, но после тот кивнул, принимая ответ. — Адепт Лянь, закрой глаза, — сказал мужчина, и Макс тут же крепко зажмурился, мельком облизнув губы. Он уже мог ощущать отголоски чужой ци — от Юэ Цинъюаня исходило лёгкое тепло, пробиваясь как солнечные лучи сквозь плотные тучи. Заклинатель сместился, но вместо того, чтобы почувствовать поцелуй, Лянь вздрогнул, когда золотая энергия проникла в его меридианы через точку между лопатками. — Адепту Чжунши следует успокоиться, — вполголоса проговорил Глава Юэ совсем рядом. — Сосредоточься на течении ци. Совет был хороший, и Лянь поспешил ему последовать. В этот раз он не пил эликсир и у него не было так много духовных сил, поэтому солнечная энергия заклинателя не встретила сопротивления вовсе. Серебряные ручейки энергии Макса обтекали светящийся поток, распадались на нити, привычно вплетались в него. Особенно ярко стала ощущаться искра в области среднего даньтяня. Она вспыхнула, начав мерцать, и стала испускать ещё больше накопленной серебряной ци. Погрузившись в наблюдение, парень упустил момент, когда тёплая, яркая энергия Главы Юэ коснулась верхнего даньтяня. Лянь вздрогнул, на миг выныривая из медитации. Юэ Цинъюань сидел вплотную к нему, касаясь губ в лёгком, целомудренном поцелуе. Ни о каком буйстве страсти, как в прошлый раз, не было и речи, от чего Макс ощутил лёгкую досаду. Тем не менее, он снова погрузился в созерцание. Тёплые волны спокойно текли по духовным венам, искра в груди разгоралась всё ярче. Вскоре, серебряные нити уплотнились достаточно, но, прежде чем Макс смог коснуться меридиан Юэ Цинъюаня, тот прервал поцелуй. — А?.. — удивлённо моргнул парень, растеряно смотря на учителя. — На сегодня достаточно, — улыбнулся Глава Цюндин, поднимаясь с места. — Шиди Му был прав — адепт Лянь на грани формирования ядра. Этот Лорд ждёт ученика здесь же, через два дня. Макс не сдержал вздоха, тоже вставая на ноги. — Слушаюсь, Шицзунь! — парень поклонился на прощание, а после покинул тренировочную площадку совершенно растерянный. Той ци, которую он мог запасать, было недостаточно. Недостаточно, чтобы проникнуть в меридианы Главы, да ещё и через такой тонкий поток! Чжунши тяжело вздохнул, выходя из особняка Лорда. Похоже, придётся уделить время самой нелюбимой части тренировок — спокойным медитациям. «Система, а у тебя нет никакого чит-кода на этот случай?» — спросил Макс, шагая через рощу в сторону общежития. «Пользователь обязан справиться сам», — тут же возникло информационное окно. - «В случае жульничества этот искусственный интеллект снимет с Хоста пятьсот баллов, и сто очков привязанности Главного любовного интереса!» «Ладно-ладно!» — тут же отреагировал Лянь, с содроганием представив разочарование на лице Главы Юэ. — «Зачем угрожать-то сразу?» Парень тяжко вздохнул. Пусть близнецы Вэй и подсказали ему удобный способ, но для того, чтобы как следует раскачать свой фундамент придётся сильно постараться. Может быть часть тренировок по фехтованию с совсем младшими учениками отдать своим шиди, чтобы освободить время? От размышлений Макса отвлёк удар колокола, заставляя поторопиться, чтобы не опоздать к отбою. Парень был так увлечён планированием, что вновь не заметил следившего за ним пристального взгляда. * — Не такой уж он и бесполезный, этот шиди Лянь! Линь Тао нервно дёрнул бровью, пытаясь сосредоточиться. Он в пятый раз старался вычленить стратегические ошибки императора Юньвэня в поздние года его правления, но чёртовы шисюны, собравшиеся почесать языками в общей комнате, постоянно сбивали его с мысли. К сожалению, для занятий в библиотеке было слишком поздно, а после «инцидента» Шицзунь забрал у него жетон-пропуск на уединённую тренировочную площадку, поэтому приходилось выкручиваться. Соученики, увы, не думали облегчать ему задачу. — Ха, а то! Он вчера прикрыл меня, когда я нарвался на патруль Старейшины Дана, — продолжил другой. — О, так это шиди Ляня мы должны благодарить за спасение заначки с «Благословением Небес»? — Твоё «Благословение» разбавленная бодяга, — фыркнул первый юноша под одобрительные смешки остальных. — Не мог притащить что-то вкуснее? — Не нравится — не пей! — отрезал шисюн, а после вернулся к прежней теме. — И вообще, без Чжунши возился бы целый день с мелкими, а не за сестричками бегал. Помещение вновь огласили ехидные смешки, а Линь Тао стиснул зубы. Вот, значит, как, Лянь Чжунши. При мастерах залов и старейшинах строишь из себя паиньку, а потом покрываешь этих разгильдяев?! — А вообще, зря мы его сначала ругали, нормальный он, — отмахнулся первый юноша, после небольшой паузы. — А Гун-сюн тогда действительно перешёл черту. Так ему и надо. По общей комнате разнеслись одобрительные возгласы. Линь Тао слишком сильно дёрнул рукой, и на его идеально выверенном конспекте расплылась уродливая клякса от туши. — Вы делаете поспешные выводы, — вдруг вклинился он в общий разговор. — Этот шиди не так прост, как вам кажется. Главный ученик отложил кисть. Он редко позволял себе встревать в праздные разговоры, обычно отдавая чёткие распоряжения или объявляя всем волю Главы школы. — Хм-м… Линь-сюн так говорит, потому что больше не любимчик у Шицзуня? Тао вскинул голову, гневно сверкнув глазами. Адепты постарше смотрели на него со скучающим интересом, ровесники — со снисходительным пониманием. Главный ученик сжал челюсть, сдерживая злую отповедь. Нельзя позволять им вывести его из себя! — Этот Тао всё ещё Главный ученик Пика Цюндин, — ледяным тоном напомнил он. — Советую следить за языком. — Надолго ли? — протянул один из шисюнов, лениво развалившись на стуле. — Кажется, Шицзунь нашёл подходящую замену. — Мда, обидно, наверное, когда даже «увечный» Чжунши лучше тебя, — тихо фыркнул адепт по-младше, но это услышали все, и по помещению вновь пронёсся рой шепотков и смешков. Линь Тао не смог больше это терпеть. Он резко встал, убирая набор для каллиграфии и учебник обратно в цянькунь. — Пойду прогуляюсь, — сухо бросил Тао, игнорируя донёсшееся следом: «Скоро отбой, Линь-сюн, поблажек больше не будет, не опоздай!». Прохладный вечерний воздух встрепал волосы и остудил голову. Главный ученик Цюндин, неспешно ступая по аллее, тускло освещаемой лишь стационарными ночными жемчужинами, сам не заметил, как добрался до особняка Главы Юэ. По-хорошему, ему следовало не обращать внимания на подколки соучеников. Нынешнее поколение шисюнов скоро закончит основной курс и разъедется по своим богатым поместьям, пару человек, может быть, станут младшими мастерами залов, или уйдут в странствие. Ранее Линь Тао, стараясь сохранить положение, забыл, что в один рот двух ложек не впихнёшь. Потакая старшим ученикам и замалчивая происходящее перед шицзунем, он знатно испортил свою репутацию. Даже, если Глава Юэ задумывался о том, чтобы когда-нибудь сделать его своим преемником, теперь в это верилось с трудом. Скорее уж, он был «временно исполняющим обязанности» главного ученика, пока Шицзунь не найдёт кого получше. Внезапно, из поместья вышла знакомая фигура и торопливо направилась в сторону учебных общежитий. Повинуясь странному порыву, Линь Тао отступил с тропы, скрываясь в тени высоких кустов. Стоило только подумать о замене, как вот он! С растущим в груди раздражением юноша провожал взглядом Лянь Чжунши, несомненно идущего с личной (!) тренировки с Шицзунем. И чем, скажите пожалуйста, он заслужил такую честь?! Тао несколько лет упрашивал учителя хотя бы пару раз с ним потренироваться, но всё, чего он добился — это снисходительный взгляд! А этот… шиди Лянь даже ощутить его ци поблизости не способен! Вечерний колокол отвлёк Главного ученика от безрадостных мыслей. Направляясь обратно, Линь Тао размышлял о том, что некогда маленький шиди, которому он покровительствовал, оказался белоглазым волком, и теперь самым наглым образом метил на его место! С этим нужно было срочно что-то решать, в первую очередь, следовало испортить репутацию самому Лянь Чжунши, чтобы Шицзунь даже не думал сделать его Главным учеником. * «Солнце сияет в потоке серебряных вод, Взявших небесную высь как своё отраженье. Чистый источник спасёт от сердечных невзгод, Манит нырнуть с головой оставляя сомненья…» Макс задумчиво прикусил кончик кисти и нахмурился. Выходило как-то слишком по-детски и пафосно, но лучше рифмы он, к сожалению, пока подобрать не мог. Ну, он не Ло Биньван, и не Ян Цзюн, или любой другой поэт, которых разбирали на цитаты. Хоть адептов и обязывали изучать поэзию, чтобы производить правильное впечатление и доносить собеседникам сообщения скрытыми метафорами, но всё же с адептами Цинцзин им было не сравниться. Лянь глубоко вздохнул, прикрывая глаза, и прислонился спиной к стволу лиственницы. Медитации по методу близнецов Вэй дали свои плоды — совсем скоро Макс смог чётче ощущать движение природной ци вокруг, и резерв у него значительно вырос. Маленькая искра теперь чувствовалась каждый раз во время медитации, и энергия лучше поддавалась контролю. Правда, во всей этой бочке мёда находилась и ложка дёгтя. Вместе с накоплением ци, голову парня не покидали мысли о Главе Юэ. Снова и снова всплывали воспоминания о той ночи в Хуафэне, отчего сердце заходилось в бешеном ритме, не желая успокоиться. Эмоции требовали выхода, потому Лянь нашёл уединённое место на восточном склоне, чтобы никто ему не мешал… медитировать. Нет, его самостоятельные занятия вовсе не заканчивались в купальне (по крайней мере, не все). Чаще юноша выражал свои чувства в виде неловких стихов и набросков, изображающих Главу школы. Альбом со своим творчеством Чжунши прятал в подаренный шицзе цянькунь. "…Сердцем желаю коснуться холодной воды, Но осквернить чистоту серебра не осмелюсь. В жажде погибнет душа и завянут цветы, Лишь созерцая источник, напиться надеюсь…" Макс вздохнул, откладывая кисть и рассеяно поднимая голову. Лёгкая дымка поднималась между горными вершинами, скрывая радужный мост и виднеющийся с этой стороны Пик Ванцзянь. Небольшая площадка, скрытая среди дикорастущих побегов бамбука и нескольких лиственниц, была оборудована лишь старой каменной скамьёй на полуразрушенном постаменте. Похоже, раньше здесь располагалась полноценная беседка, но её давно забросили. — Лянь!.. Шиди Лянь! — донеслось из-за деревьев. Макс вздрогнул, узнав голос Линь-шисюна. Он подскочил с места, но тут же пожалел о своей импульсивности — альбом и набор для каллиграфии упали на траву, оросив её чёрными каплями разведённой туши. Чертыхнувшись, парень бросился собирать рассыпанное добро. Из-за деревьев показался Главный ученик, и тут же наткнулся взглядом на ползающего по кустам Чжунши. — Шиди? — удивлённо окликнул он. — Ты что это тут делаешь? — Эмм… ничего, этот адепт просто… медитировал, — быстро ответил Макс, торопливо запихивая альбом в свой цянькунь. — И немного упражнялся в каллиграфии, да… Отмазка была так себе, но это хотя бы могло объяснить улетевший в траву чернильный камень и лежащую в пыли кисть. Тао вскинул брови, наблюдая, как суетится Чжунши, но не спеша помогать. — Если шиди хотел заняться каллиграфией есть более удобные места, — заметил он. — Например, свободные классы или стол в библиотеке. Не обязательно убегать в самые дебри, знаешь ли. Мастер Юй ищет тебя уже целый сяоши, даже шисюнов на уши поднял. Макс запечатал цянькунь и, поднявшись, неловко поклонился. — Спасибо, шисюн, в следующий раз последую твоему совету, — не моргнув глазом, соврал он. — Пошли уже, — вздохнул Линь Тао, напоследок ещё раз скользнув взглядом по хранилищу на поясе парня. «Дзинь!» — вдруг отозвался Система, пока Макс пробирался по заросшей тропинке вслед за Главным учеником. — «Открыто событие: «Всё тайное станет явным»! Возможность избежать события — 43%!» «Чего?» — не понял Чжунши, удивлённо моргнув. — «А что за событие хоть? Штрафы или награды предусмотрены?» Виртуальный экран моргнул, словно пропуская через себя помехи. «Штраф: минус 100 очков репутации. Риск появления у персонажа «???» статуса «???». Риск подвергнуться смертельной опасности в будущем» — отчитался ИИ. Макс мгновенно покрылся холодным потом. Но экран моргнул, и надписи на нём сменились. — «Награда: 200 очков привязанности Главного Любовного интереса. Повышение уровня владения ци — завершение фундамента.» Лянь нахмурился, непонимающе смотря на Систему. «Так это хорошее событие, или плохое?» — уточнил он. — «И как его избежать?» Виртуальное окошко пошло помехами, а затем исчезло, оставляя парня без ответа. Макс помотал головой, ощутив лёгкое головокружение. Вот это да. Не хватало ещё, чтобы его «искусственный интеллект» заглючил на ровном месте! А что вообще случается с попаданцами, когда их ИИ глючит?.. Не найдясь с ответом, Лянь решил обдумать это позже, тем более, что они с шисюном уже поднимались к учебным корпусам. * Это… это было слишком просто. Уже наступил Час Быка, большинство учеников, вымотавшись за день, крепко спали в своих кроватях. В комнате, в которой находился искомый адепт, тишину нарушало лишь сопение и сонное похрапывание. Отыскать нужную среди шести кроватей не составило труда. Лянь Чжунши лежал, разметавшись во сне. Откинутое одеяло открывало вид на тощие плечи под тонкой нательной рубашкой, в открытом вороте виднелись ключицы. В тусклом свете луны, проникающем через окно, кожа парня казалась бледной, словно листы рисовой бумаги. Лицо Главного ученика исказила гримаса презрения. И вот это вот тщедушное создание Шицзунь решил сделать его заменой? Линь Тао неслышно фыркнул, переводя взгляд на низкий прикроватный столик, где располагались личные вещи адепта. Он раскрыл свою ци, и тут же тихо обезвредил несколько слабых защитных печатей. Сложив на пол книгу по техникам медитации и сборник поэзии, Тао недовольно цыкнул — больше ничего интересного сверху не было, кроме нескольких рабочих тетрадей. С замком на ящике долго возиться, вопреки ожиданиям, не пришлось. Открывая его, адепт Линь закатил глаза. Да многие шимэй свои вещи прячут лучше, чем этот дурень! Между сложенными кистями разной толщины, за мешочком элементарных целебных настоев, Тао наконец нашёл то, что искал. В самом углу ящика лежал дурацкий, расшитый бисером, девичий цянькунь, который Чжунши постоянно таскал с собой. Наверняка подарок какой-то шицзе, сжалившейся над этим слабым идиотом. Но Главного ученика интересовал не этот нелепый предмет, а то, что было внутри. Как он подозревал, шиди Лянь не просто так в последнее время уходил подальше с целью якобы «медитации». Явно он хранил что-то запрещённое, возможно, весенние картинки, или какой-нибудь нелегальный стимулирующий совершенствование эликсир с Цанцяо, не зря же его дружок там учится! Сгорая от нетерпения, Линь Тао тихо выскочил за дверь, решив открыть цянькунь в коридоре. Сегодня он помогал старейшине совершать ночной обход общежитий, поэтому не опасался, что его кто-нибудь застукает за этим действом. Старые печати защиты от воров, наложенные, кажется, ещё прошлой владелицей мешочка, оказалось вскрыть быстрее, чем ящик. Мельком оглядев пустой коридор, Главный ученик просунул руку в пространственное хранилище. Очень скоро его ждала удача. Пособие по парному совершенствованию, да не по простому! Тао издал сдавленный выдох, стоило ему пролистать книгу и узреть множество бесстыдных картинок с «обрезанными рукавами». Да это прям настоящий Сборник Лунъяна! Линь опять шумно выдохнул, торопливо закрывая развратное чтиво и чувствуя, как предательски горит его лицо. Он едва не отбросил от себя эту мерзость, но нельзя, нужно было оставить её как важное доказательство. Следующей находкой парня стал потрёпанный альбом, и тут Тао чуть не издал ликующий вскрик. Листы были исписаны странными стихами, и рисунками, изображавшими, пусть и схематично, Главу школы! «Так вот, что ты так старательно скрывал, мелкий извращенец!» — торжествующе думал Главный ученик. Он быстро спрятал компромат к себе в цянькунь, намереваясь следующим же утром отправиться к Шицзуню, чтобы открыть ему глаза. Хватит уже носиться с этим увечным, пора бы вытолкать его из школы взашей! И Глава Юэ наверняка так и сделает, стоит ему узнать о настоящей сущности этого змеёныша! Стараясь не разбудить шиди, Линь Тао как можно тише вернул цянькунь Чжунши на место и закрыл ящик, восстанавливая защитные печати. Адепт Лянь не должен раньше времени узнать о том, что его грязные секреты скоро раскроют. В последний раз бросив полный брезгливости взгляд на ворочающегося в кровати шиди, Главный Ученик тихо хмыкнул и покинул помещение. Завтрашний день обещал быть весьма насыщенным.