Мой тигр

Глубокая ночь. Плотно зашторенные небольшие окна, в которые не проникал мягкий свет от луны. При свете свечей, которые были расставлены по всей комнате, почти ничего нельзя было рассмотреть. Однако даже без каких-либо деталей, она была по-своему уютна. Интерьер комнаты был выполнен в бордовых тонах, что так любил старший. В ней было все необходимое, начиная со стеллажей для книг, заканчивая большой кроватью. По периметру стояли так же крупный шкаф с одеждой, даже слишком большой только для двоих; к центру, у стены расположилась уютная двуспальная кровать, на которой было несколько больших подушек и такое же одеяло, которые, в такт комнате, были в бордовых тонах. Улыбка затронула губы парня, который все это время находился здесь. Он и не помнил, сколько времени пролежал на спине, с завязанными черной тканью глазами и руками, которые были прикреплены наручниками к изголовью кровати. Рот был закрыт кляпом, который мешал говорить. Мышцы уже давно затекли и отдавали неприятной тянущей болью. Запястья были слегка изодраны из-за попытки принять более удобное положение. Грудь медленно вздымалась, показывая, что он уже устал ждать, когда его любимый вернется. На парне были лишь спортивные серые штаны, которые через полчаса ожидания стали мешать. Сколько бы сейчас он отдал, чтобы оказаться рядом с Чаном. Иногда у брюнета проскальзывали мысли, что его использовали и никогда не любили; он даже пытался несколько раз убежать, но все его попытки были провальными, как и сама затея. Можно было сказать, что после этого его оставляли под домашний арест, где он сам себе возводил стены. Он никогда не был под арестом, это лишь уловка, замысел, злая игра, в которой он оставался проигравшим, и на кон шло его тело. Хотя зачем тело, ведь его душа уже давно перепала в руки дьяволу, тому, которого он ждал каждый день. Дьявол и сам влюбился в свою жертву без остатка, отдавал все, что у него было. По прошествии нескольких часов парень стал настолько чувствительным, что даже шорох за стенкой казался ему шумом. Казалось, он уже дышал через раз и готов был отключиться, как услышал звук открывающиеся входной двери. Брюнет уже знал, кто это и что сейчас с ним будет происходить. Тем временем, Гость прошел по такому знакомому коридору в комнату, где его ожидал сюрприз. Он и не пытался быть тихим, а шел в привычной ему манере. Все было до боли знакомо обоим: те же фразы, легкая поступь, положение вещей и то же ожидание, но как будто с каждым разом, с каждым новым днем было что-то еще. Что-то незнакомое обоим, такое приятное и волнующее одновременно. Зайдя в комнату, Гость усмехнулся. Он мог предположить что угодно, но не ароматические свечи с различными ароматами. Они смешивались в один, мешая мыслить трезво. Смотря на кровать, часто вдыхая, блондин немного ослабил галстук, который становился уже лишним, и от него уже давно надо было избавиться. Он не мог долго сопротивляться себе и своим желаниям, но и не хотел сдаваться так просто, поэтому остался на месте, продолжая наблюдать за любимым. Брюнет выглядел прекрасно: серые штаны, которые уже были мысленно сняты и скинуты куда-то на пол, наручники, которые доставляли дискомфорт, но и особое удовольствие, стоящему возле двери парню. Кляп, крепко застегнутый и обхваченный губами, дополнением ко всему стала черная повязка. Как бы не выглядел Бин, он всегда был прекрасен для такого искушеннного дьявола. Не в силах держаться более ни секунды, он все-таки медленно подошел к брюнету. Его шаги отдавались эхом по всей комнате и заставляли с каждым новым шагом дрожать тело парня. По крайней мере, громкими шаги казались только изведенному Чанбину. Остановившись около кровати, блондин залез на нее и, очертив губы своей жертвы большим пальцем, опустил руку на ремешок. Он знал, что нравилось ему любимому, и решил сегодня его порадовать. Сняв кляп и отбросив куда-то в сторону, он наклонился к влажным губам брюнета, которые тот успел быстро увлажнить языком, и улыбнулся. Оба знали, что это игра, и правила давно были негласно установлены, но они их нарушают, не говоря ни слова. Уже было известно, кто победит, но оба пытались продержаться как можно дольше, как можно ближе друг к другу. — Чан..., — чуть хрипловатый голос, разнеся по комнате, ударяясь о стены прежде, чем дошел до адресата. — Скучал? — намеренно насмешливый тон и ухмылка. Ведь именно это ознаменовало начало их игры. Игра, которую они установили уже давно. Кажется, прошла минута, потом вторая, позже третья, а затем и вовсе время замедлилось и перестало идти. А они все также как будто замерли, не смея шевелиться. Время возобновилось, когда Крис решил сократить расстояние и коснуться губ брюнета. Тут он сам сделался проигравшим, но получил награду, как и Бин. Это не было похоже на страстный или полный желания поцелуй. Он был наполнен любовью, которую так пытался показать тигр. Он не говорил об этом в лицо, но показывал, и, главным было, чтобы Чанбин все правильно понял и продолжал, как и раньше, отдавать свою любовь блондину. Касание было слишком нежным, манящим, сладким, чтобы быть реальным, но Бин не думал об этом и плыл по течению. Приоткрыв рот в знак разрешения, брюнет, конечно, наслаждался ситуацией. Вобрав в рот нижнюю губу Чанбина, Чан слегка прикусил ее и проник языком в чужой рот. Младший никогда не испытывал подобных ощущений с тигром. Когда все случилось впервые, он вел себя нежно, старался не причинить боли, но действовал резче, чем сейчас. В данный момент перед ним был другой тигр, который был нежен и ласков, который ни причинил бы боли, ни за что. Это чувство было сравнимо с самым желанным подарком на Рождество. С его ожиданием. Что-то теплое разливалось по телу и дарило тысячи мурашек, которые расползались по всему телу, даря незабываемые ощущения. Бину безумно хотелось сейчас обнять Криса, провести по широкой спине ладонью, забраться руками под рубашку, царапая спину небольшими ноготками. Пошевелив руками, он лишь промычал в поцелуй, наручники сильно стерли запястья, что приносило уже более сильную боль. Поведение Чанбина раззадорило тигра и он, углубив поцелуй, переместил одну руку на талию Чана, начиная вырисовывать на животе какие-то причудливые фигуры. Брюнет не мог сдерживаться, и с его губ слетел первый полустон, заглушаемый поцелуем. Улыбнувшись, Крис отстранился от своего парня, но увидеть его лицо было практически невозможно, потому что свет, исходивший от немногочисленных свечей, был слишком тусклым. А так хотелось увидеть его сейчас; проскользить взглядом по груди и торсу. Немыслимо сильно хотелось опустить взгляд ниже, а может, и выше, чтобы просто увидеть глаза брюнета, полные нестерпимого желания. Поднеся руки к повязке, он развязал ее и откинул. Казалось обоим, что они видят все, даже в этой тьме. Для Чана было привычным делом тянуть время, мучить, а потом уже переходить к самому главному на запланированный вечер. Блондин все-таки решил избавить себя от некоторой одежды. Сняв уже ставший ненужным галстук, а за ним пиджак, он кинул их на кровать. Бин наблюдал за этим зрелищем, часто моргая, чтобы привести в норму зрение. Чанбин безумно сильно хотел, наконец-то, коснуться теплой кожи. Это было неконтролируемое желание младшего, и если бы не наручники, он бы уже давно повалил Криса на кровать. Бин был на грани сумасшествия, как и сам блондин, но оба не сдавались. Поймав взгляд младшего, тигр, улыбнувшись, стал нарочито медленно расстегивать рубашку, смотря прямо в глаза брюнету. Он не мог проиграть так просто и, придумав небольшой план, Чан, расстегнув последнюю пуговицу на рубашке, направился к ожидающему парню. Рубашка все еще была надета, но открывала подкачанные участки торса. Он знал, как хочет к нему прикоснуться Бину, но лишь издевался над ним еще сильней. Подойдя к брюнету, он без раздумий впился ему в губы страстным поцелуем. Оторвавшись так же быстро, Крис перешел плавными касаниями на шею, оставляя бордово-алые следы на ней, а руки со слабовыраженной талии поднимались выше. Бин больше не сдерживался, он проиграл. Чанбин всегда был сильно чувствительным и когда ощутил дыхание Чана на мочке уха, застонал. Зная тигра, эти пытки могли продлиться очень долго. Блондин провел ладонью по груди парня, спускаясь ниже. Ненамеренно задев один сосок, его слух уловил шумное дыхание, но младший все еще делал попытки не сдаваться и прикусил губу. Следующие действия парня были просто выше его сил, когда Крис проник рукой под белье, обхватив достоинство Бина. Сам Чанбин зашелся в приступе неконтролируемого удовольствия. — Не сдерживайся, — это был именно тот Чан, которого он знал. Но обведя головку большим пальцем, блондин остановился и убрал руку. Послышался глухой щелчок и звон металла позади. Крис никогда не говорил, что с приходом этого парня стал другим, и теперь ему хочется любви и ласки. Хочется не только получать, но и делать что-либо для других. Тигр был готов к этому, но был ли готов к этому Бин? Младший открыл зажмуренные в удовольствии глаза и непонимающе посмотрел на старшего, который улыбался своей настоящей улыбкой, той, которая запала навсегда в сердце Чанбина, как только он ее увидел. Крис никогда не отстегивал наручники, но это то, чего ждал Бин и, повалив тигра, он оседлал его. Стал целовать его шею, спускаясь ниже. Руки блуждали по телу, задевая горошины сосков, вызывая волны мурашек и тяжелое дыхание у блондина. Совсем мешающая рубашка полетела в другой конец комнаты вместе с ремнем. Брюнет, закусив кожу на шее, стал спускаться ниже, ставя свои отметены. Чан ждал дальнейших действий младшего. Дыхание уже давно сбилось, а от прикосновений кожа пылала огнем. Он хотел, он желал заполучить его прямо сейчас. Хотел страстно, без каких либо прелюдий. Понимая все, Бин как назло делал все медленно, растягивая удовольствие. Проведя влажную дорожку от шеи до соска, Чанбин обхватил его губами. Крис не смог сдержаться и, откинув голову на подушки, издал что-то похожее на рык. Руками младший оглаживал живот, пройдясь по мышцам пресса и белой линии живота, но не заходя дальше. Опустившись, губами он провел по коже, и языком очертил впадинку пупка. Руки легли на ширинку и чуть надавили на выпирающий бугорок, а услышав такой желанный и непривычный стон блондина, он довольно опустился ниже. Найдя губами замок, он зубами взял "собачку" и расстегнул молнию на джинсах Чана, шумно выдохнул через нос, когда его достоинство было освобождено от оков плотной ткани денима и нижнего белья. Спустив джинсы вместе с бельем, Бин обхватил рукой член парня и обвел головку большим пальцем, как раньше это сделал блондин. Крис не мог уже сдерживаться, даже обычные прикосновения Чанбина выбивали все мысли из головы. Мурашки ходили по телу Чана с каждым новым прикосновением, с каждым новым вздохом, но брюнет не спешил приступать к самому главному. Губы Бина все также оставались на животе блондина, а рукой он немного сжал основание достоинства и сделал только несколько движений. Старший негромко застонал, как только почувствовал касания губ младшего на своем члене и подался бедрами вперед. Оторвавшись и немного помедлив, он размазал по всей длине выступившую смазку и заглотил полностью головку. Услышав стоны удовольствия, Бин сильнее заглотил член парня, который запрокинув голову и закрыв глаза от наслаждения. Крис комкал одеяло в ладонях. Он был уже готов завыть от такой мучительной пытки, но, как будто прочитав его мысли, брюнет начал совершать осторожные покачивания головой. Не выдержав, Чан переместил одну руку на затылок парня, хватая руками волосы и подмахивая бедрами, подстраиваясь под нужный ритм. Чанбин захотел отстраниться, но мешала рука блондина, которая крепко его держала. Прекратив попытки, Бин расслабился и предоставил право Крису делать все что угодно. Он и сам был возбужден до предела, что готов был кончить только от этих стонов. Сделав еще несколько толчков, Чан с тихим рыком излился в рот Чанбина и, откинувшись на подушки, он отпустил волосы брюнета. Младший выпустил член изо рта, облизавшись, поднимался поцелуями по телу к губам старшего, впоследствии впиваясь жадным поцелуем в них. Как бы случайно проводя по органу парня, слегка касаясь пальцами живота, он повел ими выше, задевая горошины сосков и обхватывая шею Чана, который переместил одну руку на голову, подтягивая Бина ближе к себе, а другую на талию, поглаживая спину. Чанбин был сильно возбужден и от любого прикосновения постанывал в поцелуй, принося удовольствие обоим. Все еще нависая над Чаном, Бин опустил свою руку на достоинство парня и провел по всей длине, показывая, чего хочет сейчас. Опустив руку на бедра младшего, старший забрался под белье, надавив на вход, но не проникая, услышал сладкий стон. Брюнет, не сдерживающийся на звуки, и откинул голову назад. Воспользовавшись этим, Крис осторожно уложил его под себя и впился губами в шею парня, оставляя еще один засос. Проделав влажную дорожку от шеи до груди, тигр прикусил один сосок и услышал стон наслаждения вперемешку с небольшой болью. Решив не заморачиваться, он опустился дальше, задерживаясь на животе парня, при этом руками снимая штаны, которые уже давно стали ненужными. Расправившись со штанами и нижним бельем, которые полетели в неизвестном направлении, Чан провел пальцами по члену Бина. Желание опять заполнило весь разум парня и, проведя по внутренний стороне бедер Чанбин, он аккуратно ввел в него один палец, предварительно смазав его в лубриканте. От неожиданности брюнет распахнул глаза, начиная ловить ртом воздух, пытаясь вздохнуть. Дав привыкнуть, Крис добавил второй палец, начиная медленно ими двигать и все так же аккуратно сгибать. Брюнету не было больно, ощущался только легкий дискомфорт, ведь все давно не впервые. Блондин ускорил темп, двигая пальцами внутри Бина, а младший, в свою очередь, с нескрываемым удовольствием поддавался на встречу. Чанбин не мог сдерживаться: кусал губы, выгибался, словно кошка, ногтями впивался в кожу на ладонях, подмахивая бедрами. Чан специально то замедлял, то ускорял темп, но он хотел ощутить всего Бина, каждой клеточкой тела, почувствовать его руки на своей спине, а губы на шее. Больше всего ему хотелось заглянуть в глаза брюнету, которые, к сожалению, были закрыты. Помучив немного своего любимого, тигр вытащил из него пальцы и сразу услышал недовольный вздох. Глаза Чанбина были так же закрыты, грудь тяжело вздымалась, а ноги разведены. Недолго думая тигр приблизился к брюнету, подставляя головку к входу Бина. Младший немного напрягся, ощущая напор снизу, но старший чувствовал это небольшое напряжение парня и решил его успокоить. Нашептывая разные нежные словечки и целуя в шею брюнета, Крис медленно вошел. Хоть это и не первый их секс, сегодня он хотел сделать все по-особенному. Чанбин открыл рот в немом стоне и, выгнувшись, хотел полностью насадиться на член блондина, но Чан остановил его. Придерживая за бедра, он так же медленно входил, пытаясь не сорваться. Он знал, чего хочет младший, но решил его еще немного помучить. Брюнет уже не мог здраво мыслить и хотел поскорее ощутить своего тигра полностью в себе. — Чан... ах... прошу, — не выдержав, прошептал Бин. В голове у блондина как будто что-то переключилось. Резко войдя полностью на всю длину, он выбрал нужный угол и попал по простате, вызвав у брюнета совсем несдержанный стон наслаждения. Сразу набирая скорость, тигр начал совершать быстрые движения в поддатливом теле парня. Чанбин уже не разбирал ничего, для него сейчас существовал лишь Чан. Брюнет стонал во весь голос, выгибаясь, пытаясь соединиться вместе с Крисом. Старший словно потерял голову, он точно знал, что на утро все мышцы будут отдавать неприятной ноющей болью, а младший будет жаловаться на боли в пояснице и не только. Но для них было важно то, что сейчас. И не важно то, что будет завтра. Казалось, что быстрее было уже не возможно, но тигр как будто смеялся над этим, и, как казалось брюнету, набирал темп все больше и больше. Бин обвил шею руками от переизбытка эмоций, царапая спину блондина. Чан выходил, пока не показывалась головка, а потом резко входил, заставляя брюнета выгибаться и выстанывать имя блондина. Голос уже давно охрип у обоих, но они продолжали изредка шептать имена друг друга. Редкие поцелуи в шею или губы, поглаживания по животу и бедрам, царапания спины и стоны друг друга уходили на второй план. Решив пересилить себя, Чанбин открыл глаза и посмотрел затуманенным взглядом на Криса, который не мог оторваться от пленящего взгляда напротив. Почувствовав скорейший оргазм, Чан взял в руку член Бина, который из-за прикосновений к своему достоинству громко застонал, откинув голову и закрыв глаза снова. Сделав несколько движений рукой, брюнет кончил, испачкав свой живот и руку тигра, непроизвольно сжав Криса внутри. Сделав несколько последних движений, он излился в Бина. Выйдя из него, тигр лег рядом на кровать, притянув к себе брюнета и зарывшись ему в волосы носом и укрыв одеялом. — Люблю, — уже находясь между реальностью и сном, Чанбин услышал хриплый голос Чана. Больше брюнет не будет просыпаться один на большой кровати, считая, что все произошедшее сон или ведение. Теперь он постоянно будет просыпаться, в ставших родными объятиях Чана, будет видеть искреннюю улыбку, и смотреть на спящего рядом человека. А самое главное, он будет постоянно слышать приятное слово: "Люблю" хриплым голосом блондина.