«Это не то, что я хотела»

Элис неподвижно сидела за столом, вглядываясь в него пустыми глазами. Эта поза была похожа на обиженного ребёнка после ссоры с мамой, когда та подаёт ему еду и желает приятного аппетита. Сегодняшний день выдался не очень хорошим, как представляла себе Элис, но сейчас она думала о диалоге с братом, который ещё не в курсах о ссоре с Венди. Элис знала, что брат не должен знать всё об личной жизни сестры, но ей некому было высказаться. Элис также было интересно выяснить, кто был прав, а кто нет, с точки зрения взрослого. Томас в это время топтался у кухонных полок. Он накладывала несколько ложек сахара в белую кружку и туда же чайный пакетик. Чайник моментально издаёт звук щелчка об окончании, и Томас одной рукой берётся за чайник и наливает кипяток в кружку, а свободной рукой перемешивает ложкой содержимое, заваривая ароматный чай. — Зелёный чай, — он ставит чай напротив сестры и вновь возвращается к кухне. — Спасибо, — кивает Элис и берёт чай обеими руками. Сначала она вдыхает невероятный аромат зелёных трав, а затем отпивает маленький глоток только что заваренного напитка его. — М-м, вкусный. Ты что, не будешь чаю? Томас открывает полку, в которую редко он залезает. Между прочем, они редко с мамой сказали туда нос, разве что по праздникам. Он достаёт оттуда бутылку белого сухого вина с брендированный этикеткой. Нынче этот бренд в шампанских был, довольно, хорошим, хотя Элис не знала о вкусе шампанского, но если прикинуть то, что обычно её мама всегда берёт только этой фирмы шампанское, значит маму вполне устраивает вкус. Карен достаёт бокал и полностью заполняет им алкоголем. Женщина затыкает бутылку пробкой и наконец, садится за стол с бокалом шампанского напротив дочери. — Мне нужно что-то покрепче, — съязвил Томас. — Нелёгкий день? — взволнованно спрашивает Элис. Она редко видела брата с бокалом шампанского после работы, а если Элис видит его таким, то значит что-то случилось. Ну, или просто таким образом отдыхает. — Да нет же, просто вымотался, хоть и освободился на целых два часа раньше. Отдыхаю, — он поднимает бокал на последнем слове и делает несколько жадных глотков, на что Элис поджимает губы и неловко кивает. — Мне не понять, — ехидничает Элис и тоже отпивает чай. — Рассказывай. Что случилось? — Томас наклоняет голову вбок и смотрит на неё с лёгкой улыбкой. — Забыл уже? Да мы с Ви поругались. Не знаю, — вздыхает Элис и трёт большим пальцем руки кружку. — Почему? Из-за чего? — он хмурит брови и отставляет бокал в сторону, полностью настроившись на серьёзный разговор. Элис теперь думала о том, что лучше было рассказать не сегодня, а, например, на следующий день, когда Томас будет в настроении. Хотя, она всегда думала, что рассказывать человеку новости что в хорошем настроении, что в плохом, реакция будет та же самая. Но раз она начала, то всё-таки надо дело довести до конца. — Помнишь, я давно отпрашивалась у мамы на ночёвку к Венди, когда её родители уехали отдыхать на несколько дней? — девушка хватается обеими руками за кружку и долго всматривается в неё, попытавшись собрать все нужные мысли. — Помню, — кивает он. — Я проснулась посреди ночи... — Зачем? — перебивает Томас и с хитрой улыбкой смотрит на неё. — Пописать, Томас, — исподлобья отвечает Элис. — Извини, продолжай, — Томас прокашливается и берёт с блюдца шоколадную конфету. Элис задумалась о чрезвычайно неожиданно глупом вопросе от брата. Может, он таким образом хотел поднять ей настроение? Скорее, у неё произошло недопонимание. — В общем, я услышала уведомления на её телефоне и решила заглянуть... — Зачем ты заглядываешь в чужие телефоны? — вновь перебивает Томас. Ему явно не понравился жест со стороны сестры к её лучшей подруге, и Элис понимает, что разговор идёт не по плану, и лучше бы вообще не продолжала разговор. — Я понимаю, что это некрасиво с моей стороны, но нам нечего скрывать от друг друга, мы доверяем. Тем более это были сообщения от её мамы, которые писала Ви ночью, — пытается выкрутиться Элис, и вроде, у неё получилось, судя по безразличному кивку брата. — И что дальше? Элис опускает глаза в стол и думает, а зачем она вообще рассказывает про ту ночь, когда впервые узнала о настоящей личности матери Венди, и о голодовке подруги? Если бы про Элис также рассказали, то она была бы не в духе. Впрочем, Элис могла бы и не рассказывать все детали той ночи и просто сказать, что Венди ненавидит себя и своё тело, из-за чего произошла ссора. Но если так подумать, вся эта только что выдуманная ссора – полный бред. Элис понимает, что обратного пути уже нет, и поднимает свой взгляд на брата. — Она сидит на диете, — спокойно отвечает Элис и замалчивает, но через секунду она бушует. — Да не на диете, а голодает неделями! А её мать – настоящее чудовище! — на последнем слове она отворачивает голову в окно, в котором виднелся вечерний вид города, и пыталась не дать слезам выйти наружу. Ей было очень жаль свою подругу до такой степени, что моментами она плакала за неё, хоть это были и проблемы подруги. Венди даже не может уединиться у себя в комнате, чтобы дать своим эмоциям выйти наружу. Боковым зрением Элис замечает, что Томас прервал распечатывание следующей конфеты, и безэмоционально кладёт её на место. — Чёрт, — шепчет он и пустыми глазами смотрит на стол. Когда Элис возвращает взгляд на брата, он продолжает. — Я всегда вижу её счастливой и весёлой девушкой, будто у неё вовсе нет повода грустить. Но на самом деле.. Бедная Венди, чёрт, — совсем удивлённый новости, грустным голосом заканчивает, скудно помешивая шампанское в бокале по кругу. — Не хотела бы я об этом говорить, — она смотрит на брата, чтобы понаблюдать за его реакцией. Томас был расстроен новости, это было очень видно по его мимике лица и махинациям с бокалом, хоть с Венди он сильно не общался и не был её хорошей подругой как для Элис, но эти двое хорошо общались и, даже, бывают на одной волне. — Мы решили после шоппинга пойти перекусить, а она только нечего не взяла. Тогда я поняла, что она вновь на диете по просьбе её мамы. — Поговори с ней, что она прекрасна в любом виде. Скажи ей, что не надо слушать маму. Для кого она живёт, для себя или для своей мамы? — серьёзным голосом заканчивает Томас, глубоко всматриваясь в сестру. — Том, я это миллион раз говорила и всегда буду говорить, но сегодня она ушла заплаканной. Впервые, за всю нашу дружбу случилась такая херня, — она упирается щекой в кулак и барабанит пальцами по кружке от безысходности. — Вы помиритесь, — с легкой улыбкой произносит Томас. — Просто дай ей время. Нелегко жить с такой матерью. А когда такая мать, то воспринимать себя такой, какая ты есть – вдвойне сложнее. Всегда говори ей, что она прекрасна. — Дело в том, что я всегда пытаюсь ей помочь, но она ловко выкручивается от моей помощи. Я ничего не могу с этим поделать, это зависит от неё, хочет ли она этого или нет, — Элис сейчас стала считать себя бесполезной подругой и начинает кусать губы в кровь. — Всё нормально. Ей самой надоела вся эта суматоха и случайно досталось тебе. Вы помиритесь, окей? — Окей, — слабо улыбается Элис. — Элис, ты не бесполезна, ты очень хорошая подруга. Знаешь, мне всегда не везло с пацанами... — У-у-у, а у нас, оказывается, есть гей в семье, — перебивает с хитрой улыбкой Элис. — ...в дружеском плане. — Поцелуй по дружбе? — А-а-а! Элис! — мычит от злости Томас, а сестра начинает смеяться от его реакции. — Не гей я! — Всё-всё, остынь! — продолжает посмеиваться Элис и выставляет руки вперёд. — В общем, я горжусь, что ты для Венди хорошая подруга. И Венди это знает, что ты для неё лучший человек, — доводит свою мысль мужчина и допивает шампанское до дна. — Окей, я поняла, — она нелепо быстро улыбается, а после, поджимает губы. — Ну всё, не грусти, — он встаёт и, пожимая крепко плечо сестры, улыбается ей, пытаясь отнять у неё всю боль в душе. — Ненавижу тебя. Элис усмехается фразе и кладёт свою руку на его, которая до сих пор находилась на её плече, ответила: — А я тебя ещё больше. Именно так они выражали любовь друг к другу, хоть и их мама считала это чересчур странно, будто они однокоренное также желали смерти друг другу. — Хочешь, вместе поедим мороженого за фильмом? — он убирает руку с плеча Элис и кивком указывает на холодильник с хитрым лицом. — И ты меня ещё спрашиваешь? — вопросом на вопрос спрашивает она. Настроение стало значительно подниматься, будто его никто и не портил, но осадок от сегодняшнего дня всё равно оставался. — Что будем смотреть? - щёлкает пультом Томас, рассматривая популярные сериалы и фильмы на Netflix. — Только не романтику, — умоляет он. — Только не ужастик, как «Оно», — тоже критикует Элис, когда уходит на кухню. В дверь постучали. Томас со вздохом встаёт с дивана и смотрит в глазок входной двери. За дверью стояла их мама. Он открывает дверь и открывает нараспашку, впуская Карен внутрь. — Чем занимаетесь, дети? — входит Карен, стягивая с себя весеннее пальто. — Решили фильм посмотреть, не знаем какой, — Томас возвращается к дивану и падает на него. — О, мама! Пошли с нами смотреть? — улыбается Элис, держа в руках две небольшие банки газировки разных вкусов. — Вы с фильмом определитесь, а там подумаю, — на что Элис кивает, когда расставляет на кофейном столике разные вкусности, и вновь уходит на кухню. — Как тот фильм называется? Блин, недавно показывали, — щёлкает пальцами Томас, пытаясь вспомнить название. — Ты его очень хотела посмотреть, — обращается он к Карен. — «Не смотрите наверх»? — тоже хмурится, пытаясь вместе с ним вспомнить фильм. — Да! Да, он, — он перестаёт щёлкать и указывает пальцем на телевизор. — Попкорн, — с этими словами девушка возвращается в комнату и ставит две полные миски попкорна разных вкусов. Тем временем, Томас наводит на фильм «Не смотрите наверх», где в главной роли играет Леонардо ДиКаприо и Дженнифер Лоуренс, и нажимает на него. Карен в это время вспоминала, что всё время откладывала просмотр этого фильма на потом, так как в график её дня входила только работа и сон, а о просмотре фильма даже и речи не должно быть. Томас ставит фильм на паузу на том моменте, когда показывая для всех знакомая заставка перед фильмами, и ждёт Элис. — Так, всё вроде, — рассматривает стол Элис, уперев руки в бока. — Давай, садись уже, — Карен хлопает по дивану рядом с ней, а сама устраивается поудобнее. — Кажется, что-то забыли, — она вновь бросает взгляд на стол. — Мороженое здесь. Всё, садись, — на этот раз Томас хватает сестру за руку и наконец-то усаживает её на диван. — Да всё-всё, сижу. — Что за жёлтый попкорн? — Карен берёт один попкорн этой странной еды и внимательно рассматривает его, а затем закидывает в рот. — Сырный попкорн. — Он так и должен вонять носками? — Томас тем временем нюхает запах попкорна и морщится от него, а затем берёт карамельный попкорн. — Гадость. — Ну и ешьте свой карамельный попкорн, — с усмешкой выделяет слово Элис, закидывая несколько штук сырного попкорна в рот, смакуя его с наслаждением. Томас берёт пульт и нажимает на «старт». Фильм продолжает идти. Элис сразу тянется к мороженому и открывает его, берёт печенье и обволакивает его в мороженом. — Кто ест мороженое со вкусом «печенья» с печеньем? — женщина бросает на дочь странный взгляд и усмехается данной картине. — Эх, мама, жаль, что ты не понимаешь этой странности, — с грустными фальшивыми нотками произнесла Элис и откусывает печенье, тщательно смакуя его на вкус. — М-м, вкусняшка. — Окей, молчу, — она вытягивает руки в качестве поражения и откидывается на спинку. — А попкорн бы я посоветовала со вкусом сыра. — Да уж, — вздыхает Карен. — Ой, да ладно тебе, — Элис запихивает в рот ложку мороженого с горкой. — Сладкий попкорн всегда будет для меня номером один! — Мама, ты не человек, - девушка скрещивает руки на груди, вглядываясь в меняющиеся картинки в телевизоре. — Это ж надо быть таким изгоем. — В отличии от тебя, я не ем мороженое «с печеньем» с печеньем, — Карен легонько толкает в плечо Элис с улыбкой, а потом кладёт голову на её плечо. — И правда, Алиса в стране чудес. — Мама! — Вы! Обе! Дайте фильм посмотреть! — повышает голос Томас, от чего Элис и Карен издевательски смеются и замолкают. Вся семья стала смотреть фильм.