Любимый лагерь

Очередная порция идиотизма)) Наслаждайтесь))) Утро началось с противного писка будильника. Чёрт бы его побрал. Вылезаю из-под одеяла и смотрю на часы. Семь утра. Пора вставать и идти на планёрку в домик директрисы. Будет давать указания на сегодняшний день. Как будто я без неё их не знаю. Встать, собрать оболтусов на зарядку, потом отвести на завтрак и идти украшать линейку. Вчера же всё сказали. Ну, правила есть правила, придётся вставать. Кошусь на соседнюю кровать, где мирно посапывал Джонни. Везёт ему, на час подольше поспит. Эх, как же я люблю эту работу. Кряхтя как поломанная кляча встаю с кровати и одеваюсь. Беру блокнот, ручку и тихо, чтобы не разбудить друга выхожу в коридор. Умоюсь потом, а то если опоздаю, придётся выслушивать недовольное ворчание нашей директрисы по поводу разленившихся вожатых, и то, что она зря платит нам зарплату. Так что лучше мне поторопиться. Вытаскиваю из шорт ключи от корпуса, открываю дверь и выхожу на улицу. Какая красота. Что может лучше, чем утренний свежий лесной воздух. Вдыхаю полной грудью и иду на планёрку. - Адам, подожди, – поворачиваю голову и вижу Майкла. - Привет, как спалось? – дожидаюсь своего однокурсника и в знак приветствия обнимаю его за плечи. - Хорошо, но мало, - недовольно бурчит тот. – Ну что, на пробежку идёшь? Погода шепчет. - Ага, только детей на зарядку отведём. И ключи нужно от душевой спросить. - Само собой, оставь это мне. Просидев на планёрке около двадцати минут и выслушав все последние новости, мы вновь разбрелись по отрядам. Смотрю на часы. До подъёма ещё десять минут, но Джонни уже наверняка проснулся. Он же у меня такой пунктуальный, что иногда даже противно. Решив покурить, я сел на крылечко и достал пачку из кармана шорт. Курю я редко, можно сказать, так, под настроение. А сегодня наверняка будет напряжённый день, так что лучше полечить нервы заранее. Провожу большим пальцем по колёсику зажигалки и вдыхаю едкий дым. Хорошо. Если бы ещё кто-нибудь кофе принёс, то вообще было бы отлично… - Адам, вот ты где. Ты чего тут сидишь? – поворачиваю голову и вижу заспанного друга. Улыбаюсь и показываю сигарету. - Опять куришь? Тебе же нельзя, весь голос посадишь, – Джонни ворчит как заботливая жёнушка, но всё же садится рядом и берёт у меня пачку. - А сам-то – усмехаюсь и протягиваю ему зажигалку. - Мне можно, я петь не собираюсь. - Я пока тоже. Если ты не забыл, то мы здесь на всё лето, так что выступать мне ещё не скоро. К тому же у меня группа не полная, забыл? – грустно усмехаюсь и точным щелчком отправляю бычок в неподалеку стоящую урну. Да, петь я обожаю. Начал с детского сада, выступая в различных спектаклях и пьесах. Успешно участвовал в некоторых известных конкурсах, обзавёлся продюсером, а вот с группой возникли проблемы. Клавишник и бас-гитарист нашлись довольно быстро, а вот с остальными пришлось помучиться. Нет, конечно, были временные, но это всё было не то. Хотелось что-то действительно стоящее, а не тупоголовых мальчиков бренчащих на гитаре, которым всё надо было разжевывать по нескольку раз. А ещё эта учёба, из-за которой времени на поиски практически не было. Радует только то, что этот год последний и можно будет всё своё время уделять творчеству и группе. - Адам, ты, где летаешь? – Джонни пихнул меня в плечо, заставив меня вздрогнуть от неожиданности. - Задумался просто, не бери в голову, - улыбаюсь другу и встаю с крылечка. – Иди детей буди, а я отведу их на зарядку. Захожу в вожатскую и переобуваюсь в свои любимые кроссовки. Смотрю на свою кровать и усмехаюсь. Он уже и застелить её успел, но точно как жёнушка. Плюхаюсь на стул, беру какой-то журнал, но не успеваю, и открыть, как в комнату влетает чересчур уж взволнованный Джонни. - Ты не представляешь, что произошло в шестой палате. - И что же? Кого-то измазали пастой? Или кто-то не выдержал ночью твоего громкого храпа и застрелился? – насмешливо смотрю на своего друга, а он только качает головой и хватает бутылку с минералкой. Какой же он смешной, когда волнуется. Кадр ходячий. - Нет, - отпивает немного и вытирает рот рукавом. – Там двое мальчиков ночевали в одной кровати. Спали вместе, понимаешь? Если кто-нибудь об этом узнает, нам же крышка. - Так, понятно, - отшвыриваю журнал куда-то в сторону и встаю со стула. – Успокойся, я с этим разберусь. Шестая говоришь? - Ага, это Томми и ещё один,…как там его,…Чак вроде… - Ну, кто бы сомневался, – усмехаюсь и выхожу в коридор. Не успел день начаться, как эта сопля уже что-то натворила . Ну, получит он у меня сейчас. Захожу в палату и осматриваюсь. Этого белобрысого дьявола нигде нет, значит, ещё умывается. Ничего, подождём. Не теряя времени даром, поторапливаю ребят строиться на зарядку и помогаю некоторым застелить кровати. А вот и он. Смотрю на него, и меня пробирает от смеха. Растрёпанный, с торчащими в разные стороны волосами, он выглядел как после неудачного знакомства с розеткой. Подзываю его к себе, а он делает вид, что не слышит. Захотел поиграть, мальчик? Хорошо, давай поиграем. Подхожу ближе и ловлю его рассерженный взгляд. Какие мы сердитые. Ещё и огрызается. Но нет, надо его немного проучить, может, хоть так дойдёт. Хватаю его за футболку, рывком притягиваю к себе и на повышенных тонах учу уму-разуму. А он испугался. Правильно, малыш, бойся меня. Начинает оправдываться. А мне его даже жалко. Всё ещё не отпуская, блуждаю взглядом по его лицу. А он красивый. Даже слишком. И что интересно, он нашёл в этом Чуке, или как там его. Хотя мне какая разница, пусть общается, с кем хочет. Наконец, отпускаю и, поторопив его на зарядку, выхожу из палаты. Захожу в вожатскую за телефоном и иду на улицу. Пересчитав ребят и убедившись, что эта белобрысая салага встала в строй я повёл их на стадион. Отдаю их на попечение тренера, нахожу Майкла и мы идём на пробежку. Со спортом я не дружу, но от хорошей пробежки никогда не откажусь. Тем более в хорошей компании. И к тому же нужно же хоть как-то следить за фигурой, а то растолстею как бегемот, со стула встать не смогу. - Как ребята? Придурков много? - Да есть парочка кадров, - прыскаю от смеха и стараюсь бежать наравне с другом. – Хочешь, к тебе переведу? А то наверняка закис от скуки. - Мне своих девать некуда, а ты мне ещё суёшь. Хочешь, чтобы меня в клинику отправили? - Ну, там уже наверняка по тебе соскучились. - Придурок, - Майкл швыряет в меня шишкой и громко смеясь, несётся вперёд. – Догоняй. - Смотри не упади, Шумахер, а то подорожника не напасёшься на твои болячки, - в два счёта догнав друга, я помахал ему ручкой и скрылся за поворотом. – Где же ты, дохляк? Батарейки сели? - Ну, держись у меня… Пробежав ещё парочку кругов, мы взмокшие, но довольные, вернулись на стадион, забрали ребят и повели их по отрядам. Так, а теперь в душ. Надеюсь Майкл уже там, ключи то у него. Захватив из вожатской чистую одежду и всё необходимое, я вышел из корпуса. - Ну, что ты как барышня на свидание собираешься, жду, тебя уже чёрт знает сколько времени, – дойдя до места, я обнаружил моего уж чересчур угрюмого друга. Быстро же он. Ну, конечно, его отряд находится в двух шагах отсюда, а до моего пять минут шлёпать. - Молодец, чемпион, я тебе за это грамоту напишу и повешу на главный стенд, чтобы все видели, – хлопаю его по плечу и широко улыбаюсь. - Идиот… Быстренько приняв душ и поплескавшись, мы переоделись и вышли на улицу. Так, теперь бегом в отряд собирать детишек на завтрак, а потом украшать линейку к открытию смены. И ещё эта чёртова песочница. Чувствую, плохая это была идея отдать её в распоряжение Томми, учудит ещё чего-нибудь. Хотя ему полезно, пусть приобщается к общественной жизни, а не справится, будет у меня сам в ней сидеть вместо украшения. После завтрака оставляю половину ребят в корпусе на попечение Джонни и Рокси и, забрав остальных, иду с ними на линейку. Она представляла собой небольшую площадку, вымощенную белой плиткой. По центру стояла табличка с именем основателя лагеря и флагшток, на котором будут поднимать флаг, означающий открытие смены. А завершал всю эту красоту белый кораблик, стоящий на помосте рядом с площадкой. Работы не много: убрать ветки, еловые шишки, написать цветными мелками на плитке «Здравствуй лагерь» и повесить на столбы и кораблик, воздушные шарики. Кстати, о последнем, кто будет этим заниматься? Их же ещё и надуть надо. Я бы и сам конечно смог, но уже вызвался помогать, мальчикам расчищать площадку от мусора. А девочки заняты тем, что рисуют надпись. На моё счастье к нам подошло воспитательница. Обрадовшись такой удаче, я схватил из коробки пакетик с шариками и пошёл к своей спасительнице. - Рокси, не поможешь, мы тут не успеваем немножко, – улыбаюсь как последний кретин и протягиваю ей разноцветные изделия. - Я не могу, у меня лёгкие слабые, - та поправляет очки и тяжело вздыхает. Вот ведь зараза. – Можешь поручить это кому-нибудь из ребят, что остались в корпусе. - Хорошо, отдай это,…Томми. И скажи, чтобы половину повесил около корпуса, за остальными я сам приду. Вручаю ей пакетик и возвращаюсь к работе. Опять этот чёртов блондин. И зачем я ему это поручил, он же занимается песочницей. Ну, ничего страшного, не развалится. А откажется, будет у меня в столовой неделю дежурить. Я сделаю из него человека. Через полчаса приведя площадку в более или менее божеский вид, я отправил ребят отдыхать, а сам пошёл в корпус за шариками. И Джонни надо проверить, наверняка его там наши спиногрызы уже с ума свели. - Адам, как дела? – опять эта ботаничка, и чего ей в своей библиотеке не сидится. И вообще, зачем её вообще к нам взяли, помощи от неё никакой. - Всё в порядке, Рокси, почти всё сделали, – выдавливаю, из себя самую что ни есть милую улыбку и подхожу ближе к отряду. – У вас тут всё хорошо? - О, у нас всё просто замечательно, - воспитательница привычным жестом поправляет очки и, достав непонятно откуда книгу, садится с ней на крылечко. Отворачиваюсь в сторону и из-за всех сил стараюсь не заржать. Интересно, она и во сне тоже читает? – Джонни помогает Чаку с плакатом, а Томми занимается песочницей. И да, я передала ему твоё поручение. И знаешь, ему это очень не понравилось. - Кто бы сомневался, – усмехаюсь и иду к другому концу корпуса. – Пойду, проверю его. Еще издалека я увидел очень даже неплохой кораблик, покрашенный в приятные цвета и с красными парусами. А он молодец, справился. Надо бы похвалить его, заслужил. А этот паренёк удивляет меня всё больше, вот уж не ожидал от него такого… Подхожу ближе. А он даже название отряда камушками выложил, какой молодец. Поднимаю глаза на сам кораблик и с интересом рассматриваю паруса. Что-то они мне явно напоминают. Это же,…твою мать. Сорвав эту красную тряпку вместе с палкой, разворотив тем самым добрую половину корабля, я ломанулся в отряд. Убью эту сволочь. И никто меня не остановит. Врываюсь в его палату, и натыкают на две пару удивлённых глаз. - Где он? - Кто? – Джонни отложил кисточку и передал плакат Чаку. – Адам, что случилось? - Ты ещё спрашиваешь. Да я,…его,…мать твою, - вылетаю из комнаты и иду в туалет для мальчиков. - Выходи засранец, я знаю, что ты здесь. Что ты прячешься как сопливая девочка? - Да расскажешь ты мне в чём дело или нет? Не обращая никакого внимания на взволнованного друга, я одну за другой проверил все палаты, напугав при этом всех находившихся в данный момент там ребят, и вновь направился в шестую. - Где твой друг? – громко хлопнув дверью, заставив тем самым Чака подпрыгнуть от неожиданности на месте и пролить на уже почти готовый плакат пол баночки краски и стакан с водой. - Томми? Я н-н-незнаю, сэр… - Адам, что ты творишь? – Джонни схватил меня за руку и вытащил из палаты в коридор. – Что с тобой? Ты же перепугал его до смерти. - Ты знаешь, где он? - Да кто? Остынь уже, - друг затащил меня в вожатскую, толкнул на кровать и закрыл дверь. – А теперь ты успокоишься и расскажешь мне что случилось. Вместо ответа, я нервно усмехнулся и кинул в него эту чёртову красную тряпку, которую до сих пор держал в руке. Тот, посмотрев, что это, удивлённо поднял на меня глаза. - И не смотри на меня так, - я вскочил с кровати и подошёл к окну. Нужно успокоиться, чёрт знает что. – Этот белобрысый дьявол каким-то чудесным образом стащил их с нашего шкафа и повесил на свой грёбанный корабль в песочнице. - Что? – Джонни с минуту ошарашенно смотрел на мою злую физиономию, а потом прыснул от смеха и чуть не свалился со стула. – Ты хочешь сказать, что Томми повесил на кораблик,…твои трусы? - Хватит ржать, - глядя на захлёбывающего смехом друга, я сам не удержался от улыбки. – Ничего смешного, он у меня за это будет всю ночь в своей песочнице торчать, пока не сделает то, что мне действительно понравится. А потом ещё раз переделает. - Адам, - смешно хрюкая, Джонни вытирал выступившие от смеха слёзы. – Боюсь, что у тебя на это трусов не хватит. - Твои одолжу… - Нет уж, у меня они маленькие, а у тебя задница большая, вот пусть и берет твои,…парашюты. - Иди ты, – смеюсь и пихаю друга в лечо, от чего тот не удержался и громко заржав, грохнулся со стула на пол. - Ой, я не могу, хотел бы я видеть твою прифигевшую физиономию, когда ты увидел это художество. Может, повторишь на бисс? - Обязательно… - Помоги мне встать, я сам не смогу… - Давай уже старая кляча, – протягиваю ему руку, а он, ухватившись, резко дёргает меня на себя и с диким смехом уваливает на пол. - Ну, вот что ты делаешь? – смеясь, отбираю у него трусы и одеваю их ему на голову. - Адам, от них воняет, что ты ешь? Постирать не пробовал? - Хотел тебе отдать, ты же у нас прачкой подрабатываешь, – тот икая, пытается стянуть их с головы, но я не даю ему этого сделать, натягивая их ему до самого подбородка. В итоге он каким-то чудесным способом повалил меня на спину, усаживаясь сверху и стянул, наконец, с себя эту чёртову тряпку откидывая её куда-то в сторону. В этот момент открылась дверь, и раздался женский голос, который тут же затих. Одновременно подняв головы, мы увидели остолбеневшую Рокси с трусами на лице. Из-за всех сил сжимая зубы, чтобы не заржать, я уткнулся носом в шею друга, которого уже просто трясло от беззвучного смеха, и смешно хрюкнул ему на ухо: - А она так гораздо симпатичнее, правда? - А то...