Одно сердце на двоих

Лето 1991 года. В жизни девушки ничего особенно не происходило. Каждый день ходила на работу, пахала как Папа Карло. Путь держала уже не в тот пыльный офис, находившийся на окраине Москвы, а в «Курс Инвест» на Цветном. Все таки этой бригаде не помешал Артур, поэтому они его загасили, как таракана из муравейника. Было уже более приятно сидеть в почти настоящем кожаном кресле, за дорогим деревянным столом перебирать текущую юридическую писанину. После ночевки у Гончаровой, Витя будто отрезал язык и молчал. Не здороваясь и не спрашивая ничего, молча заходил в офис и сразу направлялся в кабинет Белого. Там проходили как «важные» переговоры. Пчёлкин в мае месяце ушёл на дно с мыслью погорить с Катей. Но видел и слышал, что она разговаривала спокойно на темы с Вероникой о других мужчинах, якобы присутствующих в её жизни. Когда заходил этот разговор, он молча встав и уходил, громко хлопая дверью. Парень в прямом смысле этого слова, заебал Космоса с расспросами и просьба о том, чтобы Кос спросил у Макаровой нет ли никого у Кати. В один день из таких просьб Холмогоров далеко послал Пчёлкина. Поэтому Витя действительно пытался насрать на Гончарову с высокой высоты, заменяя её идеал в других ласточках. Вот именно, что ключевое слово пытался. Четыре подруги обсуждали своих парней. Ну точнее все трое, кроме Кати, так как в мужской компании у неё не было своего. Когда очередь подходила до обсуждения Пчёлы, каждая пыталась его настолько засрать, чтобы Гончарова поняла какие у неё хорошие подруги. А вот эти хорошие-пригожие дамы в тайне сватали её с ним, без конца и без края сводя их как только можно. Хорошие подружки.

***

— Мам, да все нормально, на выходных приеду, — говорила спокойным голосом Катя в трубку Вере Владимировне, которая находилась на своей даче. Девушка нарезала круги на своём крутящимся кресле с телефоном около уха, смотря на свои ногти. Неожиданно в её кабинет заходит Космос и слышит из уст подруги «Да возьму я на дачу свои теплые вещи, мам». Парень подошёл тихо сзади и резко отобрал телефонный аппарат из руки Кати, что та аж чуть не перевернулась на своём стуле. — Здравствуйте, тёть Вер! Да, Катька здесь. А вот не поверите, соскучился по вашим пироженным, — внимательно слушал он Веру Владимировну, а параллельно смотрел как закипает девушка и готова сейчас уже задушить друга, — хорошо, буду ждать. Да какой там Кате, пока она довезёт мне пирожные, сама все схомячит. Да, все до свидания. Нажав на кнопку сброса, Космос положил на стол телефон. Катя подскочила со стула и посмотрела из подлобья. — Мило поговорили? — Очень, вот тётя Вера обещала мне пирожные «Картошка» сделать, а тебе сказала взять тёплые шерстяные носочки, — уменьшительно ласкательно сказал он и добавил, — а вообще я зашёл сказать, что тебя Саня вызывает. — Ну ясно, скажи щас приду, — развернулась она и медленно пошла за папками бумаг, чтобы главнокомандующий оценил работу своего юриста. Люда никак не могла оторваться от своей игры на компьютере, даже не собиралась домой. Хотя время уже было около восьми вечера, когда обычно секретарша уже в это время она шла по лестнице по дороге домой. Зайдя в кабинет друга, чувствовался только один запах сигарет. На диване развалился Пчёлкин и курил свою сигарету, в попытках рассмотреть образ девушки сквозь дыма. — Отчёты за полгода я сложила все бумажку к бумажечке, — прихлопнула ладонями она, демонстрируя как лежали бумаги, и присела на стул. — Ни разу не пожалел, что взял именно тебя к себе, — довольно расплылся в улыбке Белый и закурил, — слушай, завтра у нас совещание и возможно подписание договора. — По поводу металла? — переспросил юрист и перекинул ногу на ногу, получив в ответ положительный кивок, продолжила, — Саш, я же тебе сказала, в этой сделки нету мазы. — Ты глянь каким словечкам то научилась! — воскликнул Витя сзади и все пары глаз уставились на него. — С вами поработаешь и не такое выучишь. — Гончар, я все понимаю, но надо выслушать людей, послушать чё хотят то, — продолжал гнуть свою линию Белов. Катя отмахнулась рукой и посмотрела в сторону. Космос уже накидывал на себя пальто и всем оставил в дверях пятюню. Фила уже в офисе не было как два часа, потому что он с Тамарой поехали смотреть обои в их новую квартиру. Ну точнее забирать обои, Тома уже с Дашей оплатила покупку ещё вчера. Ценник на них у Валеры вызвал истерический смех с недоумением.

***

«Мрачная холодная зима. Катя возвращалась со школы в сильный мороз. Сзади она слышит хруст снега под подошвой ботинок, приближавшихся к ней. — Катя, стой. Ну куда ты без меня пошла? — на голове у Пчёлкина была нелепая красно-белая шапка с помпоном такого же цвета. — Пчёлкин? Отвали от меня, — девушка толкнула парня чуть ли не сугроб. — Ты чего? Я же люблю тебя, — не успела Катя задать наводящие вопросы, как парень поцеловал её в губы. Вопрос «Что?» проглотил этот поцелуй. За спиной Витя послышалось «Ты мне изменила!» в исполнении Васьки Чуганина. Пчёлкин тут же оторвался от лица Гончаровой и повернулся к Чуганину. А тот в свою очередь подошёл к Кати и тоже поцеловал. — Ты мне изменила, Гончарова! — орал во весь голос Пчёлкин. Девушка судорожно смотрела то на одного, то на другого и не понимала, что происходит. — Ты нам изменила! — орали оба и надвигались все ближе и ближе к ней. А у Гончаровой как будто выросла стенка, упиравшаяся ей в лопатки, не давала пройти. Было стыдно и страшно. » — Ааа! — Катя резко открыла глаза и подняла голову с подушки, тяжело дыша. Это был действительно страшный сон. После такого даже не хотелось засыпать, ибо не видеть Витю с Васькой. Девушка кинула взгляд на часы, которые указывали своими стрелками 12:34. У неё в час дня совещание. Быстро подскочив с кровати он побежала в ванную.

***

— Алло, Космос, скажи Саше, что я немного опоздаю, — она даже не выслушала до конца все причитания друга, сбросила звонок, и завела машину. Слава Богу сейчас была не зима и ей не пришлось прогревать машину. Через двадцать минут доехав через подворотни по коротким путям, Катя выскочила из машины и побежала в офис. Сама же не могла терпеть, когда на встречу кто нибудь опаздывал и причитала, а сейчас бежит на своих каблуках уже по лестнице, на которой постелен красная дорожка. — Ну что, заседают? Привет, Люд, — тяжело дыша, ввалилась в холл девушка и с силой опёрлась о стойку секретарши. — Здравствуйте, Екатерина Сергеевна, да вот уже второй час сидят, только вас и ждут, — на лице Люде проявилась радостная улыбка. Катя уже направлялась на сделку в кабинет, как развернулась к девушке за стойкой: — И да, просто Катя. В кабинет Гончарова влетела, как колобок, который прикатился до лесных зверей. Два молодых человека плотного телосложения повернулись в её сторону. Она со всеми поздоровалась и присела на стул напротив двух представителей металлургической подпольной компании. — Дорогие гости, ещё раз расскажите ваши условия договора, — сказал Саша им, но смотрел на подругу, сидевшую расслабленно на стуле и внимательно рассматривавшая бумаги. — Мы вам продаём металл в два раза ниже цен на обычном рынке, — заявил один и нервно вытирал платком пот с лица. Катя долго вчитывалась в документы и пыталась увидеть хоть какую-то зацепку. Белов не отрывал взгляд от юриста и выжидал ответа. Потому что только от неё сейчас зависело. Да в принципе и на всех остальных сделках большую роль играла она. Если она скажет да, то можно даже не переживать и в дальнейшем они все возьмут большой куш. А вот если Катя заподозрит какую либо подставу, то с представителям можно было давать пинок под задницу. — Мы подумаем над вашим предложением, — после долгого молчание голос девушки прошёлся по кабинету, в котором не было никакой заинтересованности. — Екатерина, понимаете.. — Я все прекрасно понимаю, но не вижу здесь интересующего нам предложения, — вставая со своего место, она обратилась к самому нервному. — Но вы понимаете, что вы теряете?! — подсочил с платком в руках парень, переходя уже на крик. — Я сказала нет. У нас мало времени, нам ещё вашу лапшу с ушей снимать, — язвительно произнесла Гончарова и гордо вышла из комнаты. Пчёлкин проводил её своим взглядом. Именно в ней ему нравилась тот стержень, который находился у Гончаровой внутри души, в меру жесткий характер. Он ею восхищался.

***

Колесы Вольвы остановились около двухэтажного маленького кирпичного домика, находившийся за двадцать километров от Москвы. День был насыщен красками настоящего лета. Утром приятно щебетали птички, от чего на душе сразу становилось ещё радостнее. Катя с большой сумкой в руках открыла калитку и зашла на участок. Прямо около асфальтной плитки росли ухоженные крокусы, розы, среди которых была цветущая белая роза девушки, и остальные цветы. На веранде через тюль можно было разглядеть, как за столом сидела Вера Владимировна и пила чай из кружки. — А я тебе говорила, что приеду на выходных. Сюрприз! — Катя быстро поднялась по ступенькам и оказалась уже на веранде, упав в объятия матери. — Дочурка, за то ты не меняешься, все так же пугаешь маму из подтишка, — Гончарова старшая поцеловала свою дочь в щеку, оставляя на ней маленький след от помады. Обе присели за стол и начали делиться событиями из жизни. Так они продолжали разговаривать где-то два часа, но вдруг их прервал трель телефонного звонка. Мама Кати пошла к телефону, а Катя осталась сидеть с мягком кресле, попивая чай из кружки. — Катюнь, мне позвонили с работы надо срочно приехать в город, у них там что-то случилось, — вышла из комнаты мама, на ходу уже надевая свои серёжки. — Так давай я тебя довезу. — Нет, нет, нет. Сиди, меня отвезёт Федя.. — женщина схватила сумку и потом повернулась к дочери с растерянными глазами, — то есть Фёдор Иванович. — А, ладно. Только мам, — остановила девушка свою маму и лукаво улыбнулась, — ты мне обязательно рассказать про этого Фёдора Иванова. На это Вера лишь глупо рассмеялась и пошла к калитке. По дороге к деревянной двери мама Кати давала указания ей, что нужно будет сделать. Проводив маму, Катя вернулась домой и прошла в глубь дома. Этой даче было полтора года, но за этот маленький промежуток она так породнилась её хозяйкам, что Вера чуть ли не на целый сезон уезжает туда жить. Хорошо, что мама Кати купила себе Жигули, чтобы перемещаться по городу и не ездить поздно вечером в полном автобусе двадцать километров до дачи. В Москве того же дня. В Курс Инвесте все были на своих рабочих местах. Кроме юриста. Витя как всегда пришёл на работу в середине дня. — Здравствуй, Лелёк, — ухмыльнулся он секретарше и посмотрел на темно-коричневую дверь с табличкой «Главный юрист», спросил, — Екатерина Сергеевна у себя? — Нет, Виктор Павлович, она сегодня не пришла. Вроде у неё как отпуск, — спокойно ответила она и продолжила смотреться в маленькое зеркало. Витя быстро направился в кабинет друга, где собралась вся компания. — Белый, ты чё дал Гончаровой отпуск? У неё же было много отчетов, хуетов, куда все испарилось? — за парнем сильно захлопнулась дверь кабинета друга. — Тихо-тихо, Пчёл, щас мне дверь выломаешь. Да, я ей дал отпуск, в конце концов она заслужила, и так пашет здесь с утра до вечера, — Саша поднял свои глаза на друга, который не пойми из-за чего выпустил иголки. — И чё она на Бали укатила? Или вообще в Индонезию? — Витя доставал нервно из кармана брюк пачку сигарет. — Ну пока информации такой нету, сказала, что поедет на дачу к тёте Вере, — Фил встал с дивана и подошёл к другу, положив ему руку на плечо, — а ты чё так разнервничался? — Да ну просто интересно, чё сразу разнервничался. Может я тоже в отпуск хочу, — Пчёлкин выбрался из-под руки друга и отошел подальше. — Дача, если что, называется село «Майское», — усмехнулся Космос, а Витя посмотрел на него грозным взглядом. Странно конечно все принимать в серьёз, но он правда не мог работать, да даже находиться, в офисе, когда её не было рядом. Привык, что она над ухом ходит и без конца пищит, как надоедливый комар. Пчёла досидел до восьми вечера и свалил с компании, спокойно заводя машину. За то Катя копалась на грядках, окучивала цветы, работала тяпкой. Тогда то она и прочувствовала настоящую деревенскую жизнь. Сложно, но одновременно и легко. Гончарова стояла над цветами и поливала их водой из лейки, как заметила фары приближающиеся к дому. Машина остановилась, погасли фары, и из неё показалась голова Пчёлы. Девушка настолько оторопела, что чуть не залила растения водой из лейки. — Привет полевым работникам, — парень легко открыл калитку и стал подходить к ней. — И привет городским петушарам, — развернулась она на одних пятках к нему. — Даже в отпуске язвишь. Может гостю предложишь чаю? — Предложила бы, если бы этот гость не заявлялся так неожиданно, — Витя прошел вперёд в сторону входа во внутрь дома, а Катя за ним, — ты чё тут делаешь? — К тебе заехал, решил проведать наше золотце, — нахально улыбнулся тот и поднялся по ступенькам, — а у вас уютненько здесь. — Пчёлкин, ты идиот? Я не ждала вообще-то никого. — А гости они на то и есть, что бы влетать в дом неожиданно, — Пчёла ещё шире улыбнулся и уселся на кресло, на котором только днём сидела девушка. Она знала, что без чашки чая он точно не выкатится от сюда, поэтому пошла ставить чайник. Когда их сливного носика в кружку чайника стала литься горячая вода в кружку, Гончарова уселась за круглый стол и отпила немного чая. Они сидели мочла, даже не смотря друг на друга, но это прервал парень. — Я приехал правда проведать тебя, — и взял сушку в рот. — Верю, верю. И все? — И ещё поговорить, — произнес он, пожевывая сушку, — ты сама знаешь о чём. Девушка резко подняла глаза на него. Это был тот разговор. Тот, который должен был произойти на свадьбе. Нет, наверное ещё раньше. При их первой встречи после неизвестного местонахождения друг друга. Катя запила кусок печенья, застрявшего где-то посередине горла, чаем и всматривалась в Витю. — Ты же понимаешь, что между нами что-то есть, но большего не происходить блять, — он подорвался со своего места и чуть ли не кинулся около неё на колени. — Допустим ты прав и что я должна сделать? Кинуться на шею как в 87? Или как 89? — Что произошло, почему между нами образовалась какая-то стена? — Пчёла поднялся на ноги и посмотрел с высоты своего роста. — Просто надо посмотреть на ошибки юности в прошлом, — повторила его действие и посмотрела на парня. Сейчас где-то виднелась в его глазах боль, разочарование, как и в её тоже, поэтому она решила отвернуться, ибо он не видел. В комнате настала давящая тишина. Пчёлкин вскакивает со своего места и, разворачивая её к себе лицом, целует Катю. Он думал, что поцелуй именно тот самый подходящий цемент, который мог заполнить большую трещину в сердце каждого. На минуту Гончарова поддалась этому порыву и положила свои руки на его грудь, как пришло осознание того, что она возвращается. Та Гончарова, когда его прощала и горячо любила, а потом опять он резал ножом по её девичьему сердцу. Катя разорвала их поцелуй и отошла ближе к окну. — Вить, возможно нам правда не судьба быть вместе, давай не будем ухудшать наши отношения ещё больше, — она обняла себя за локти и смотрела в лесную рощу вокруг дома. Сказать, что Пчёлкин был убит, ничего не сказать. Он бегал глазами из стороны в сторону и понимал, что любовь видимо только у него осталась в сердце. — Да, прости, до встречи, — потерянно сказал он и быстро вышел из дома, направляясь к своей машине. Катя видела, как машина завелась и загорели фары прямо на дом. Увидеть, как Пчёлкин уезжает, помешали слезы, собравшиеся в глазах. — Вот и поговорили, — прошептала девушка и убежала на кровать. Она уткнулась лицом в подушку, захлебываясь в своих слезах.