***
Шота не дает своим ученикам времени сесть, он швыряет пакеты с тестами на парту, и весь класс 1-А поворачивает головы в его сторону. — Поп‐викторина. Теория причуд. 29 вопросов, 5 развернутых ответов в конце. Если вы не закончите к концу урока, вы потерпите неудачу. Никаких пересдач. Никакого нытья. Начали. 30 пар глаз расширяются и начинаются жалобы. Замечательно. — Но, сенсей! — Это не справедливо! — Жизнь несправедлива, — самодовольно говорит он, потому что если он должен страдать, то и они. — Ну давай же! 5 развернутых ответов, хотя? Даже Мидория не может столько написать за такое короткое время, — хмурится Минета. — Не стоит недооценивать ботаника, — рявкает Бакуго. — Ой, Каччан! Ты веришь в меня? — Это не значит, что это будет разборчиво. Твой почерк говно, Деку — А вот и оно, — вздыхает мальчик. — Сэнсэй просто в бешенстве, потому что ему больше нельзя кофеин, — хмурится Каминари. — Откуда ты знаешь об этом? — требует Шота. — Вчера Мик предупредил нас, чтобы мы не злили вас, — говорит Каминари. Внезапно все взгляды устремлены на мальчика. — Он также сказал не поднимать этот вопрос, тупица! — Серо бьёт Каминари по голове. — Упс, — блондин потирает больное место и нервно смеется. Шота проводит рукой по лицу, а затем и вовсе останавливается. Стоп. Он мог использовать это. Шота мельком бросает взгляд на дверь и отправляет свое захватное оружие в полет, прежде чем его разум успевает взять верх. Он захлопывается с закрытием. — Ладно, все помолчим. Никто не в беде, — он прищуривается, — пока. Все разделяют коллективный озноб. — Как насчет этого. Тот, кто завтра принесет мне лучшую чашку кофе, которую я когда-либо пил в своей жизни, автоматически проходит тест. — Шота знает, что ему больше не сойдет с рук что-то подобное. Это слишком рискованно. Вот почему ему нужно самое лучшее, чтобы сохранить его в здравом уме до следующей недели. — Вау, сенсей сошел с ума, — шепчет кто-то. — Мне больше нравится эта сторона Айзавы, — ухмыляется Ашидо. — Какой кофе вообще пьет Айзава-сенсей? — спрашивает Мидория, но его никто не слышит. Иида выглядит противоречивым, а Яойорозу кусает губу. Шота особенно обращает свой взгляд на них. — И это останется между нами, понял? Даже если вы не участвуете. Если кто-нибудь узнает, вы все будете исключены. Почему-то все выглядят так, будто ему верят. И они должны, потому что на этот раз он имеет в виду это.***
— Итак, каков план? Шота притворяется спящим и слушает один из их разговоров. По правде говоря, он предпочел бы, чтобы они все восстали друг против друга, но это было бы слишком скучно. Ему любопытно посмотреть, что они придумают. Он уже знает, что завтра все они потерпят неудачу, так что в любом случае это не имеет значения. Они никогда не разберутся. — Забудьте обо всех! Каждый сам за себя, — первым говорит Минета. Предсказуемо. — Я думаю, что мы должны работать вместе. Айзава-сенсей никогда не уточнял, сколько может быть победителей, — заявляет Мидория, всегда голос разума. Тьфу, проблемный ребенок, — хмурится Шота. Он сожалеет, что не добавил больше правил. Хотя, зная Мидорию, он все равно нашел бы лазейку. — Вот так! Хороший улов, Мидория, — усмехается Серо. — Вот почему ты мой фаворит, — заявляет Очако. — Завтра я принесу тебе еще сыра, mon ami! — подмигивает Аояма. Мидория в панике. — Н-нет, все в порядке, Аояма. Я в порядке. 0 — Тц, как будто я бы охотно работал с вами, неудачниками, — ворчит Бакуго, без сомнения, завидуя всем похвалам, которые получает его соперник. — Я все еще не уверен в своем участии, — мягко говорит Яойрозу. — И я нет! Как студенты-герои, мы всегда должны поступать правильно, и это не так! — Иида бьёт рукой о стол. — Говорит человек, который пытался убить, Пятно, — кашляет Джиро ей в руку, а затем делает вид, что отводит взгляд. Шота вздыхает, потому что, конечно же, теперь все об этом знают. Он не ожидал, что они будут молчать долго. — Ах, кажется, Иида-сан все это время был одним целым с тьмой, — говорит Токоями. — Откуда ты знаешь об этом?! — спрашивает Иида. Его лицо краснеет, когда он осуждающе смотрит на Мидорию. — Н-не смотри на меня! — веснушчатый мальчик машет руками перед лицом. — Извини, — пожимает плечами Тодороки. — Это была игра в правду или действие. Они сказали, что я должен раскрыть свою любовь или разоблачить кого-то. — — Тодороки, как ты мог? — Но, Момо-сан, ты нам нужна! — неожиданно произносит Хакагуре где-то слева от Ииды. — Если кто и разбирается в хорошем кофе, так это ты. Ашидо кивает. — Ага! Нам нужен напиток, который поставит Айзаву-сенсея на колени, чтобы он простил нас. Девушка вздыхает и в конце концов сдается. — Посмотрю, что я могу сделать. — Это не сработает, — самодовольно думает Шота. — Да! — А пока давай попробуем выяснить, какой кофе пил Айзава, — предлагает Мидория. — Но это не значит, что он был лучшим, зайка. — А разве подпольные профи не живут за счет дешевого рамена? Хорошо, это больно. Это правда, но все равно больно это слышать. — Хм, наверное да, — хмурится Мидория. — Но я все равно попытаюсь поспрашивать. — Подожди, у меня есть идея, — взволнованно говорит Киришима. — У кого-нибудь есть номер Шинсо? — Чувак с промыванием мозгов? — тихо спрашивает Оджиро. — Зачем нам звонить ему? Каминари тоже стал ненормально тихим. — Разве он недавно не тренировался с Айзавой? Может быть, он знает, какой кофе сэнсэй считает лучшим. Айзава усмехается про себя. Как будто Шинсо предаст его. У них есть связь. Это вещь. Однако он откажется признать это, если кто-нибудь спросит. — Нам не нужна помощь этих ублюдков, — внезапно говорит Бакуго. — К черту его. — Ой, да ладно, Бакубро. Что не так с Шинсо? Он мог бы полностью помочь нам! — Киришима сияет, а хмурое лицо Бакуго с каждой секундой становится все больше. — Ни за что на свете! — Ребята, давайте все успокоимся, ладно? — Заткнись, Деку. — Бакубро… давай, чувак. — Послушайте, я знаю, что мы все на грани, но так быть не должно. — Мидория прав, — говорит Сато, вставая между двумя парнями. — Насколько нам известно, это может быть своего рода скрытым испытанием, которое мы должны пройти, чтобы стать лучшими героями. Это определенно будет оправданием Шоты, если кто-нибудь узнает об этом. — Тогда мы, студенты-герои, должны сделать все возможное и разобраться во всем! — кивает Иида. Если он еще не был на борту раньше, он определенно есть сейчас. —Я устала от секретных тестов, — ноет Минета. — Я просто хочу уже получить высшее образование. Джиро вздрагивает. — На этот раз я согласена с виноградом. — Ну что? Кто-нибудь может связаться с Шинсо? — Я… возможно, знаю, как с ним связаться, — Каминари застенчиво машет телефоном в воздухе. — Денки? Все с удивлением поворачиваются к нему. — Почему у тебя есть номер Шинсо? — спрашивает Серо. — О, я чувствую запах чая. —Он присылает забавные кошачьи мемы, — говорит мальчик, пожимая плечами. Шота кивает в знак согласия. У его ученика есть вкус. Все просто смотрят. — Какого?! — Верно. Кошачьи мемы, — Ашидо толкает Каминари локтем, и все смеются вместе с ней. В конце концов, они решают приготовить три разные чашки кофе. Бакуго сделает свой собственный, потому что он утверждает, что это лучший, Хагакуре прокрадётся в комнату для персонала и возьмёт немного из чайника, а Яойорозу принесет самый вкусный и самый дорогой кофе, который она когда-либо пила. Шота кудахчет и наконец позволяет себе задремать.***
План не работает. Во-первых, Шинсо никогда не отвечает. Он даже блокирует номер Каминари. Во-вторых, Айзава-сенсей отвергает их всех и даже выплевывает кофе Каччана. Изуку изо всех сил старается не рассмеяться, когда это происходит, но не может сдержаться. И в-третьих... ну третьего не бывает. В настоящее время Изуку бродит по коридорам, отчаянно разыскивая Недзу. С его IQ он наверняка знает, как приготовить для Айзавы идеальную чашку кофе! Изуку просто надеется, что он не опоздал. Ему удалось ускользнуть незамеченным после того, как Каччан пригрозил убить его за смех над его кофе. Но Айзава заметит, что он ушел, как только закончит ругать кофе, принесенный Хагакуре, за то, что он слишком холодный, и кофе Каччана за то, что он слишком горячий. (Серьезно, кто кладет кайенский перец в кофе?!) Изуку бежит так быстро как может (он не может использовать один за всех в качестве ускорения), что почти врезается в Сущего Мика, который выбегает из-за угла в то же самое время. Двое останавливаются и смотрят друг на друга. — Сущий Мик… — взгляд Изуку скользит по кофе в его руках, — здравствуйте. — Мидория! Привет, — говорит он немного нервно. — Разве ты не должен быть в классе? — Мне нужно было кое-что спросить у директора Недзу. Куда ты направляешься? — Что-то подсказывает ему, что он должен спросить. — Я просто… шел к Шоте. Изуку приподнимает бровь. — С чашечкой кофе? Лицо Мика сморщивается на мгновение. Изуку, честно говоря, не ожидал, что он так легко сломается. Он даже ничего не подозревает, но эй, он не жалуется. — О, он несчастен, Мидория! Я не могу видеть его таким, а жжение в сердце даже не утихло. Одна чашка ему не повредит… верно? Ха, думает Изуку. Может быть, он все еще может спасти день в конце концов! — Мик-сенсей… как вы считаете, этот кофе — лучший, который когда-либо пил мистер Айзава? Мик чешет затылок, прежде чем кивнуть. — Д-да. Я думаю так. Он пьет только то, что я делаю для него по утрам. — А что, если я отдам его ему вместо тебя? — спрашивает Изуку, стараясь не казаться слишком нетерпеливым. Мик закусывает губу и делает шаг назад. — Хм. Я не знаю, маленький человек. Я не должен позволять тебе вмешиваться. О, для этого уже слишком поздно , Изуку нервно закусывает губу. Он действительно не собирается быть исключенным сегодня. — Все в порядке. Я не против, — говорит он, пожимая плечами. — Я имею в виду, подумай об этом. Таким образом, вам не придется так расстраиваться из-за того, что вы угостили его кофе! Профессиональный герой хмурит брови. — Хм, я бы все равно чувствовала себя предателем здоровья собственного мужа, но, может, по-твоему было бы лучше… Изуку ерзает со своей униформой, наблюдая за тем, что у Мика что-то похожее на внутренний спор с самим собой. Эта неделя была такой странной и просто… перевернутой. Айзава-сенсей такой хаотичный, а Мик относительно спокоен. Изуку решает, что ему это не нравится. К счастью, Мик наконец соглашается, и Изуку борется с желанием бросить в воздух кулак, — Плюс Ультра. — Хорошо. Давай сделаем это! Но ты должен пообещать, что ничего не скажешь. Изуку не может помочь. На этот раз он громко смеется. — Не волнуйтесь, Мик-сенсей. Твоя тайна в безопасности со мной!***
— Что мы будем делать? Айзава ненавидел весь кофе, который мы ему приносили, и он даже не попробует дорогой кофе Яойородзу. Мы потерпим неудачу! — Где Мидория, когда он нам нужен?***
— Что, черт возьми, должен делать Деку? — Каччан огрызается. Изуку слышит, как он бежит из коридора. Почему Каччан всегда должен быть таким громким? — У него нет причуды, которая делает лучший кофе или что-то в этом роде.***
—Мы не знаем этого наверняка. Мидория хранит много секретов, даже если он, кажется, не знает. Это определенно был Тодороки , со вздохом думает Изуку, подходя к комнате. — Ух, я знал, что работать с вами, ребята, было плохой идеей. — Тебе повезло, что мы даже позволили тебе присоединиться к нам! —Да, твой кофе был бы на вкус как виноградное дерьмо. Изуку врывается в дверь. Он пределенно сломал бы его, если бы он не был открыт. Все поворачиваются к нему, и Изуку изо всех сил пытается говорить между вздохами. — Ребята! — выдыхает он и подбегает. — Ребята, я здесь и принес кофе. — Ты опоздал, — хмурится Айзава. — Все вы провалили те… — Он внезапно останавливается и начинает нюхать воздух, как дикая собака. Наконец Айзава переводит взгляд на Изуку и рычит. — Где ты это взял? Изуку чувствует, что у него сейчас будет приступ паники и он взорвется, — Я сам его приготовил, — кричит он, прежде чем сунуть кофе в руки Айзаве, а затем укрыться за остальными одноклассниками. Все ждут, затаив дыхание, пока Айзава осматривает кофе, кажется, часами. Наконец он подносит чашку к губам и делает глоток. Его глаза расширяются, и он берет еще одну, затем еще три, прежде чем раздавить чашку и поставить ее на стол на удивление спокойно. — Мидория, ты сделал это? — тихо спрашивает он, не оглядываясь на них. —Д-да. С помощью всех в 1-А! — быстро добавляет он. — Извините, что было поздно. У нас были, э-э, технические трудности. Айзава выпрямляется и, наконец, оборачивается. Он кивает им и уходит. — Вы все прошли, — слышат его слова снаружи. Все издают коллективный вздох облегчения и падают друг на друга. — Это был... — — …самый трудный момент… — … в нашей жизни. — Теперь мы настоящие герои, — говорит плача Иида. — Я знал, что у Мидории есть секретная кофейная причуда, — говорит Тодороки. Если кто-то спросит, как он это сделал, Изуку говорит, что расскажет им за обедом, или, что предпочтительнее, когда Айзава еще не занимается изъятием средств. Никто не замечает, что Сущий Мик проходит мимо двери в тот же день и показывает Изуку два больших пальца вверх. Действительно, самый тяжелый момент в их жизни.