Сердца, опалённые жизнью

Вторник, 11:10. - Хей, Николо. Есть заказ. Да. Нужна мука. Много муки и сухих специй. Самые ароматные. Можно что-нибудь из новинок. Если новые, то немного, на пробу. Не тяни долго, пожалуйста. Жду. Пока, - отключив связь, Армин довольно посмотрел на Райнера, сидящего неподалёку. - Ты всегда так легко это делаешь. Совсем не боишься, - едва ухмыляясь, сказал Браун, своими словами вызвав безмятежную улыбку на лице Армина. Встав на ноги, он подошёл к Райнеру и, спокойно приземлившись рядом, ответил: - Нет. Каждый раз боюсь. Но я ничего не могу поделать с собой. Мы уже… восемь лет этим занимаемся? – спросил он, внимательно глядя на лицо напарника. - Мы? – неприятно смутившись, уточнил Райнер, делая вид, что ему послышалось. Естественно, он признавал свою причастность к происходящему. Но такой вопрос являлся безуспешной попыткой понизить градус своей ответственности. - Да, именно. И не отводи глаз, Райнер. Ты же посредник, не забывай. Одно дело, если бы у меня был только бизнес в виде ночного клуба и сети мини-ресторанов, где ты не принимаешь никакого участия. Ты бы сейчас был каким-нибудь простым рабочим и за год не заработал бы сумму, которую теперь легко получаешь за месяц. Это благодаря мне у нас с тобой есть общий, маленький источник дохода в виде магазинчика. Мы продаём хорошую муку и безобидные травки, чтобы разнообразить еду. Плюсом ко всему, ты защищаешь меня от обнаглевших покупателей, которые не хотят платить за вкусные снэки и пишут недовольные отзывы в книгу жалоб, - максимально убедительным тоном объяснился Армин, напомнив другу об их общем деле. Прикрываясь обычными примитивными словами, он говорил о товаре, который не следует упоминать нигде, ибо даже у стен есть уши. Не отрывая взгляда от большеглазого блондина, Райнер испытывал горечь сожаления по причине того, как когда-то согласился участвовать в этом. Будучи доставщиком наркотиков и мстителем нерадивым покупателям, а также всем, кто тем или иным образом покушается на всё, что связано с Армином, Райнер имеет значительный доход. Поначалу он какое-то время страдал от мук совести. Дальше стало значительно проще ввиду того, что клиентами Армина были в основном люди только по названию, как тот считал. Теперь, когда Райнер добился расположения Кристы, хотелось всё чаще завязать с запрещённой деятельностью. Тем более что девушка периодически подстрекала его на это. Сокрытие от Арлерта отношений с Райнером было вынужденной мерой для Кристы. Она категорично отказалась рассказать ему и убедила Брауна в том же до определённой поры. Но когда именно наступит подходящий момент – не знала сама Райсс. В один из дней, неравнодушно заикнувшись перед Армином о его приятеле, она наткнулась на грубый запрет любой связи с ним. Под предлогом обманчивой внешней оболочки и грязной работы, брат всё же не переубедил Кристу познакомиться с Райнером поближе за его спиной. Браун терпеливо принял просьбу девушки о неразглашении их нынешнего статуса, заботясь исключительно о спокойствии любимой и возможности быть вместе, пусть и тайно. Выслушав Армина, Райнер вспомнил неприятную историю, связанную с уличением того в продаже наркотиков. Род Райсс заплатил большую сумму, чтобы оправдать сына и замять возбуждённое по этому поводу дело. После случившегося, Армин стал действовать весьма осторожно, и даже сменил фамилию и документы, чтобы обезопасить семью. Все в ближайшем окружении, кроме матери и Леонхарт, знали о его тёмных делах, но попытки отговорить Армина от занятий подобным ремеслом заканчивались полнейшим игнором, а потому и вовсе прекратились. - Я помню, как Леви Аккерман едва не засадил тебя. Если бы не отец и его влияние…. – произнёс Райнер, но был прерван. - Ты бы тоже сидел, - перебил его Армин и подошёл к столу, как только услышал сигнал сообщения в смартфоне. - Ну конечно, кто бы мог сомневаться, что ты меня сдашь. На что я надеюсь, - иронично ответил Райнер, проследив за парнем. Обернувшись к нему, Армин сунул телефон в карман джинсов и по-доброму усмехнувшись, сказал: - Ты ещё и надеешься? А я думал - в тебе нет ничего хорошего. Ладно. Мне надо ехать. На днях позвоню, как заказ будет готов. Не забывай, - обернувшись к небольшому настенному зеркалу, Арлерт поправил волосы и принялся собираться в дорогу, чем вынудил Райнера последовать его примеру. Внешне совершенно безразличный к озвученной правде на свой счёт, Браун едва сдержал всплеск негативных эмоций, весьма уязвлённый произнесёнными Армином словами. - Привет, Фалько, - бодро поздоровалась Габи с блондином из параллельного класса, умышленно настигнув его. Одобрительно глянув в ответ на откровенно неравнодушный взор, юноша ограничился лишь этим. Не теряя надежды в очередной раз сблизиться с ним, Габи спросила: - Как дела? Чем сегодня занят после школы? Не хочешь в клуб сходить? Хотя бы на пару часов, - нагнетая своим присутствием, не говоря уже о назойливом общении, она вынудила Фалько остановиться. Собрав смелость в кулак отказать девушке в предложении, а именно - без намёка избавиться от её присутствия, он сдержанно сказал: - Прости, Габи. Я не могу сегодня… - Ну, в любой другой день можно, - упрямо перебила она, чем зажгла в юноше огонь раздражения. Едва сдерживая эмоции, Фалько намеренно посмотрел вдаль, и вновь собравшись с мыслями, ответил: - Ничего не обещаю. Много задают. Извини, - услышав звонок на урок, он облегчённо вздохнул, не заметив явно испорченное настроение в лице Габи. - Окей, - коротко сказала она и спешно покинула юношу. Пару секунд глядя ей вслед, он с толикой огорчения признал, что не может ответить взаимной симпатией девушке. Но это было мимолётное угрызение совести, ибо он не испытывал к ней никаких чувств. Ободрённый уходом Габи, Фалько побежал на урок, даже не подозревая, как сильно задел девушку своим, как ей показалось, пренебрежительным отношением, в особенности отсутствием даже самого банального «Привет».