One piece of cake

      — Открывай! ОТ-КРЫ-ВАЙ! — в дверь тарабанили с завидной силой, да так — словно хотели вынести с петель. — Открывай, пока сама не зашла!       Уже рука болела стучать, а соседа-дурака не слыхать, не видать. Будет вообще здорово, если его и дома-то нет.       Вышедшая из квартиры напротив дама с собачкой — на прогулку с питомцем, зашла обратно, боясь попасть под горячую руку рассвирепевшей девушки. Стоявшей в шортах, футболке и резиновых сапогах по колено. Она знала, что ждало её. Клич пионера — всегда будь готов.       Зовут её, кстати, Ника. Придя домой после тяжёлого рабочего дня, с ощущением выполненного на все сто процентов долга она сняла лифчик и надевать его сегодня ещё раз не намеревалась… Но у судьбы на этот счёт были иные виды.       Долго ли, коротко ли, но Нике, наконец-то, открыли — из квартиры на неё хлынула вода. Как на Чёрном море, ей-богу. Открыл ей заспанный, длинный как каланча парень лет двадцати пяти в шортах, рубашке с сердечками и… в шапке? Из которой торчала буйная, светлая чёлка. Встреться они при иных обстоятельствах, она бы присвистнула ему вслед.       «Матушки родные…» — подумала она. — «Как чёрт из табакерки». Вид у него и впрямь был потасканный.       — Ты чо… спал?! — Ника аж подавилась от шока, когда тот зевнул, прикрыв рот.       — Я не спал. Я поскользнулся, ударился головой и потерял сознание, — объяснил он. Лучше Нике от этого не стало.       — Да я вижу, что ты ударенный! Ты меня топишь!       — Разве? До того, как я потерял сознание, я горел.       — У тебя тут ещё и пожар?! — глаза у неё стали размером с блюдце.       — Кажется, уже нет…       — Да ты чего стоишь-то? Делай что-нибудь!       Заметавшись на месте, не определив в какую сторону бежать первым делом, он поскользнулся и упал на задницу. Падать на пятую точку с такой высоты — врагу не пожелаешь.       — Так, понятно. С дороги! — отпихнув его в сторону, Ника забежала внутрь, оценивая масштаб катастрофы. — Послал же бог тормоза… — бурчала она под нос.       На балконе что-то потихоньку догорало, перепуганный, белый в чёрное пятнышко кот сидел на спинке дивана и шипел, а Нил вышел из берегов настолько, что добрался до квартиры неказистого парня и затопил Нику.       Сориентировавшись, она припустила в туалет — и как она и думала, этот чудрила даже стояк перекрыть не догадался. Следом за стояком сунула нос в щиток, пока их током не пришибло, пока парень стоял с мокрой задницей и обтекал.       — Сантехника вызвал? — крикнула она ему.       Почесав в затылке, он покачал головой, потупив взгляд.       И вот тут-то терпение Ники вышло из чата по-настоящему.       Подойдя к нему, она обратилась обманчиво спокойно.       — Знаешь ли ты, СКОЛЬКО я колупалась с ремонтом в своей квартире? Где-то сама, где-то людей нанимала, и всё на свои кровные. И тут ты — откуда не возьмись, из пизды на лыжах. Твоё счастье, что у меня потолок натяжной, а людей, которые будут разбираться с этим дерьмом, я уже вызвала. И если он прорвётся до их прихода, я на тя в суд подам. Доходчиво? Так что раздуплись уже и помоги мне разгрести твою запару.       — Вы какого хера тут устроили средь бела дня?! Орёте как сумасшедшие! Так ещё и с вашего балкона мне какая-то херь в окно коптит! — появление соседа сверху повысило вероятность летального исхода одного из присутствующих мужчин на тридцать четыре процента.       — Мужик, давай позже! — гаркнула она, даже не повернувшись. — Нам тут без тебя пиздеца хватает!       — Ты рот-то закрой, я щас мусоров вызову и пизда вам!       Только она собиралась послать его в пеший эротический поход с конём, как парень в шапке вышел вперёд и что-то достал из своей куртки. Увидев затылок и спину этого мистера грация, Ника тяжело вздохнула и шлёпнула себя по лбу. Нет, этот чувак точно её доведёт.       — Мусор уже здесь, — улыбнулся он, показывая ксиву. — У вас тоже проблемы с соседом? Мой вот, например, тот, что сверху, постоянно шумит после двадцати двух часов и периодически дебоширит. Давно его хочу взять на карандаш. Что думаете? Время уже пришло?       Соседа как корова языком слизала.       — Вау, — оценила Ника, сдержанно похлопав. — Красавчик. А теперь вызови сантехника и покажи, где тут у тебя вёдра с тряпками. Но сначала ответь на вопрос, тебе не больно?       Он нахмурился, будто пытался что-то вспомнить, но никак не получалось. Потрогал голову.       — Ты сказала и затылок заболел.       — Помнишь, как упал?       — Поскользнулся, стукнулся затылком. Очнулся от стука в дверь.       — Что ты за рукожоп такой, а?.. Сядь, пока не убился. Где у тебя аптечка? — злоба злобой, но сострадание не чуждо врачам даже в самой патовой ситуации.       — На кухне в первом от окна, верхнем ящике.       — Ага. С сантехником не тяни. Вызывай уже.       Закончив с оказанием первой помощи — она педиатр, конечно, но тут ещё подумать надо, кто перед ней сидит — ребёнок или мужчина, пришёл сантехник. Оба удивились, что тот пришёл быстро. Окончательно разрядила обстановку его фраза: — Чо, Аанг? Стихия вышла из-под контроля?       Поколдовав, тот определил, что протечка произошла до запорной арматуры — в общем стояке, следовательно, вина лежала на управляющей компании. Что неслабо так подняло настроение.       Пока приводили свои жилища в порядок, разговорились. Он рассказал, как вышел на балкон перекурить, как у него скворечник загорелся, как он собирался его потушить, но до этого не дошло. Она ему — как пришла домой, задремала на диване и если бы не подруга, которая внезапно позвонила, то быть беде ещё большей.       — …ты представляешь? Нащупала телефон, отвечаю. Сама глядь наверх, а у меня гигантский гандон по центру потолка! — рассмеялась Ника, показывая фотку.       Поздним вечером они, наконец-то, разобрались со всеми напастями.       — Собирайся, пошли.       — Куда?       — В больницу, — ответила она как само собой разумеющееся. — Коллеге своему тебя покажу.       «А то он на слово мне не поверит, что такой индивидуум аж до двадцати семи дожил», — хихикнула Ника.       — Тебя как зовут-то, горе луковое?       — Коразон.       — Иностранец, что ли?       — Полукровка. У меня мама из Испании.       — Круто! А я — Ника, — она протянула ему руку. — Самое отвратительное знакомство в моей жизни! — и рассмеялась абсурдности ситуации.       Припарковавшись, Ника вышла из машины и тихо ругнулась. У них же парадный вход раскурочили недавно, теперь вот перекрыли — ремонтируют. А с чёрного не зайти, в общем не жизнь, а — ёб её мать — сказка.       Обежав здание, Ника остановилась, подобрала камушек и бросила в окно второго этажа.       — Гера! Гера, впусти нас! — полуором-полушёпотом звала она коллегу травматолога. — Поссать, что ль, пошёл? Не дай боже опять уснул, паразит.       Пробежав ещё чуть вперёд, она остановилась у открытого окна, намереваясь забраться внутрь через коморку охранника.       — Чувак, эту историю мы будем рассказывать нашим внукам.       — Чего?       — Чего-чего, в кино тебя зову, — одной ногой в больнице — перекинув правую через подоконник, она выглядела очень уверенно и решительно. — Отказ не принимается, — не нащупав ногой опоры, она мешком картошки упала на сопелку охраннику, который сидел на диване.       Маты принадлежали одному грубому, мужскому голосу, а заливистое, почти что растворившееся в смехе: «Вечер в хату, Семёныч», — Нике.       Лезший следом за Никой Коразон думал о том, что впервые в жизни его неуклюжесть стала поводом для чего-то классного.