Глава 7 – Люблю...
10 ноября 2022 г., 20:20
Сань Лан не был доволен тем, что его низвергли, сидел на земле и смотрел в сторону небесных чертогов. Но в бешенство его привела мысль о том, что его разлучили с принцем. "Как вернуться в небесную обитель? А это вообще возможно? Вряд-ли. Но Се Лянь точно пойдет меня искать... Стоит вернуться во дворец." – дойдя до первого поселка, Хуа Чен сразу же поинтересовался где он находится. Место смутно казалось знакомым, однако не ясно - почему. Как только он вошёл в деревеньку, сразу вспомнил это место, место, где он впервые убил. Совесть его до сих пор не мучила. Почему юноша не признал столь важную для его будущего деревушку сразу? Поселение сменило название. Раньше деревня имела в названии что-то связанное с посевом риса по весне, а теперь это «Деревня мертвецов».
"Как бы худо всё не было, но вы сами себя нарекли мертвецами. Потому моей вины нет в том что вы можете умереть и через пару минут."
Из-за внешности Сань Лан выделялся. Довольно таки высокий, красивый и молодой парень. Пока он шел через деревню и тот самый злополучный базар, пара девушек внимательно рассматривала его, это ведь потенциальный жених. Еще и не из этой деревушки, возможно даже из столицы. Хуа Чен давно почувствовал эти взгляды и был недоволен, внезапно перед ним встал мальчик девяти лет и показал на Сань Лана, говоря: Он, он, это он!
На это темноволосый только похлопал ресницами, мол, что вообще происходит?
«Что я?», – спросил Хуа Чен, погладив мальчика по голове и сдерживая свой гнев.
«Его я видел, это он убил тут всех! Он!», – мальчик кричал на всю деревню, многие обернулись. Парень молча пошёл дальше, не желая тратить золотое время на этих людей, чтоб не разминуться с принцем.
«Простите его, пожалуйста... Он на всех странствующих путешественников так указывает. Возможно он вас оскорбил... Ваш наряд выглядит дорого... Молодой господин, простите пожалуйста моего сына.», – девушка спрятала за собой ребенка. К счастью у Сань Лана было хорошее настроение, ведь скоро вновь увидится с Се Лянем, он улыбнулся и решил зайти в постоялый двор, взяв комнату и от греха подальше оставив меч, он вышел на улицу. Сел у трактира и взял себе вино, он прекрасно понимал, что принц не сможет вернуться прямо сейчас и потому решил не идти на ночь глядя по лесу, переночует и пойдет. Владелец трактира налил ему зелёного чаю и Сань Лан, подперев голову рукой, наблюдал за детьми. Им приходилось играть игрушками из камней, палками и это было крайне неприятное зрелище, однако делать что-то кому-то кто не Се Лянь, и без просьбы принца - ни за что он этого не сделает. Выпив чаю и заплатив за него он всё же вернулся в комнату, взял меч, что уже потерял свою остроту и пора бы задуматься о том, чтоб сделать другой, удобный для себя. Он взял специальный камень странной формы и принялся водить им по мечу, точит его. Звуки лезвия проходящего по камню режут слух.
Не выдержав любопытства Хуа направился в столицу сразу, как наточил острие меча. По лесу он шел всю ночь и на утро вышел на главную улицу. То, что его насторожило - люди в трауре. Мельком он услышал разговор:
«Ты слышал? Говорят Его высочество Наследный Принц Сянлэ - умер.»
«Слышал, говорят он утопился в озере. Всю неделю страна будет в трауре.»
«Ага, слышал, что его замучила совесть и он решил покончить со всем, утопившись в отравленном озере. Его только сегодня достали из мертвых вод.»
Разговор о самом близком для тебя человеке, ведущий в сторону его смерти - пугает не на шутку. "Бессмертный и умер, это же смешно смешно!", – утешал себя Хуа Чен, рассматривая тех людей.
«Где сейчас тело?!», – юноша прервал двоих сплетников от 'важных' разговоров.
«Скорее всего он в храме, храме где покоится вся императорская семья.», – испуганно тораторил лавочник, завидев у Сань Лана меч в ножнах, к которому никто еще не прикасался. Услышав ответ юноша рванул по координатам. Действительно, храм, на большой и каменной плите с вырезанными словами о вечном покое стоит гроб. Гроб из редкого красного дерева, украшен разным шелком. Стоя у входа Хуа Чен отказывался поверить в то, что в гробу именно Се Лянь, потому и не решался подойти к гробу, заглянуть внутрь. В мгновение ока появились двое мужчин, охранников, что попытались выпроводить юношу, однако их попытки были тщетны. Кажется, сейчас от горя Сань Лан уничтожит всю столицу, сравняет с землей всю империю. Из всех сил он сдержался и оттолкнул двоих мужчин с большой силой, нерешительно подойдя к гробу он заглянул в него и не обнаружил никого и ничегр.
«Это шутка какая-то?!», – вскрикнул парень и посмотрел на стражников. «Где Наследный принц?!»
Охранники были шокированы. «Так он же в гробу...», – они подошли и указали на пустое место. Этих людей ничего не смущало.
«Вы хотите сказать, что видите на пустом месте тело Наследного принца?», – один из охранников окинул Хуа Чена взглядом, полным недоверия, ведь засомневался в адекватности Сань Лана.
«Ты слепой? А ну проваливай отсюда!», – вскрикнул второй. И уже оба вытолкали Хуа Чена из храма, где ведется подготовка к похоронной церемонии. Не понятно почему, но по телу подростка прошел озноб. С одной стороны он был рад, раз тела нет, то Се Лянь жив. Но пугало и то, что другие видят его тело. "Если бы оно было, труп бы видели мы все. Небожители ведь так же материальны, как и люди?"
Мыслить стало тяжело. "Если Се Лянь не умер, то почему хоронят пустой гроб? И кого видят в этом гробу? Кого приведут к власти следующим, если кроме Се Ляня никого не осталось из императорской семьи". В своих мыслях мужчина провел около суток, сидя у ворот храма. Не отрывая взгляда от земли, не отвлекаясь на нужды человеческого тела. Одна из молодых девушек статного происхождения подошла к подростку:
«Вы сидите здесь уже около суток... Вот уж кого точно можно назвать преданным верующим.» – девушка накрыла Сань Лана накидкой из дорогого черного шёлка с золотой нашивкой "наложник" и хихикнула. Хуа Чен мгновенно поднялся и скинул с себя накидку, даже не догадываясь о том, что на ней написано, ведь внимания его это не достойно.
«Прошу прощения, мне нужно отправиться на поиски моего пропавшего возлюбленного.»
«Возлюбленной? Как жаль... Ты такой красивый, что ревную тебя даже зная, что ты уже чей-то. Однако буду рада такому умному и красивому парню в гареме, даже если твоё сердце будет любить другую, и первый раз был не со мной.», – девушка нежно улыбнулась и при этом властно провела рукой по торсу Хуа Чена, словно он принадлежит ей.
«Возлюбленного.», – процедил сквозь зубы юноша.
«То есть?», – недоумевала девушка, рассматривая серьезное и недовольное лицо Сань Лана.
«Я люблю Се Ляня, даже если он скажет, что ненавидит меня, я останусь рядом с ним и буду его защищать не смотря ни на что.», – он смахнул женскую руку со своего торса и направился прочь. Вновь вернувшись во дворец Хуа Чен никого не обнаружил, даже грязи, пыли или пауков. Казалось бы история повторяется, вновь полное одиночество и тревожащая сердце тишина. Но в этот раз все намного серьезнее. Есть вероятность, что любовь всей жизни Сань Лана умерла. Конечно он не верил в этот бред, но в глубине души очень боялся узнать о смерти Се Ляня. Страх увеличивался с каждой секундой.
Прождав неделю он заметил нечто странное. Каждый день люди выполняют одно и тоже действо, точь-в-точь, словно в кукольном спектакле. Из окна можно было с трудом видеть город, потому Хуа Чен не был до конца уверен. Прачка на протяжении семи дней выходит в одно и то же время, повторяет одно и то же действие, говорит с подругой около полутора часов посреди улицы. Старичок наблюдает за детьми, сидя за столом находящемся снаружи трактира. Дети, что уже семь дней играют в одну и ту же игру. Это все можно списать на простое совпадения. Однако подготовка церемонии похорон длится неделю. Каждый день преподносят разные принадлежности для ее проведения, ведь принести все в один день - грех. Словно в один день справились со всем и на остальные шесть дней позабыли об умершем. Однако в храм постоянно заходит один и тот же человек с пятном от грязи на правом плече, с той же корзинкой, в одно и то же время. Вывод, что стоял в голове юноши уже несколько дней напрашивался сам на себя: "Сянлэ замер во времени.". Здесь на протяжении недели повторяется день 'смерти Се Ляня'.
Прожив в таком хаосе, Хуа Чен направился на поиски возлюбленного. Ведь если принц жив, то точно не остановится в одном дне и так же пойдет искать того, кто не 'спит'. Юноша оставил записку, указав даты, когда будет возвращаться во дворец.
Прежде чем отправиться, Сань Лан взял что-то отдаленно напоминающее блокнот и на твердую внутреннюю часть обложки вклеил карту, сложенную в четыре раза.
Для начала ему пришлось пройти по столице. Потратил на изучение столицы он два дня. В первый день Сань Лан заметил роженицу, записал время, место и внешность девушки, у которой были схватки. Час дня, десять минут второго, вышла из ветхого дома на окраине и ее сопровождал мужчина. Оба темноволосые и темноглазые. Далее на глаза попались двое детей, ровно в семь вечера мальчик с зелеными глазами и черными волосами упал на дороге, содрав колено и локоть в кровь. В половине восьмого он увидел похороны молодого паренька, вновь записал время, место и при этом записал номер похоронной ямы. Девять вечера, трактир, мужчина закончил чинить дверь.
Остановившись в постоялом дворе Сань Лан вычеркнул то, что могло показаться совпадением и оставил лишь то, что указано выше. Роженица дважды не родит, парня дважды не захоронят, у мальчика раны за ночь не затянутся для появления новых, дверь так-сяк, однако тоже дважды такая вмятина не останется.
Проспав всю ночь в постоялом дворе, Хуа Чен пришел в два к дому роженицы, прождав десять минут он увидел ту же картину, что и вчера. Темноволосая девушка еле держится на ногах, рядом тот же мужчина поддерживает ее под руку. В блокноте Сань Лан записал напротив пункта с роженицей - "Повторилось". Дождавшись семи вечера, сидя на улице у трактира он увидел, как мальчик ровно в семь часов упал и содрал локоть с коленом в кровь. Так же отметил в блокноте о повторении и в пункте с мальчиком. Зайдя на кладбище Хуа Чен заметил, как несут гроб и отметил об этом. Вернувшись в трактир он взял себе рисовый сакэ и наблюдал за дверьми. В половине девятого был богатый и недовольный клиент, что хлопнул дверью так, что снес ее с петель. В без десяти девять пришел мужчина и принялся чинить, ровно в девять починка была окончена и дверь выглядела так же, как вчера. Отметив, что и это повторилось, Хуа Чен пометил столицу на карте проверенной. Не медля ни секунды он направился в соседний городок...
***
Спустя не ясно сколько лет, Сань Лан уже лишился глаза, создав прекрасный клинок из частички себя. Не мудрено, что оружие обладало немыслимой мощью исключительно в руках Хуа Чена. Так же Эмин имеет свою душу, на редкость общителен и характером напоминает еще совсем маленького хозяина глаза, из которого он был создан. Конечно ходить большим дядей с ростом почти в два метра и одним глазом - привлекает слишком много внимания. Потому будучи уже Князем демонов, он все еще искал принца. Сянлэ все так же находится во временной петле. В один из дней, когда Сань Лан отчаялся и хотел запереться где нибудь, не желая встречать людей, внезапно одна из серебряных бабочек донесла своему хозяину о том, что нашла какого-то монаха на окраине Сянлэ, в лесу подле озера, в довольно уютной хижине. Не медля ни секунды Хуа Чен ринулся к хижине за бабочкой. Внезапно раскрыв дверь и напугав жителя, мужчина улыбнулся и обнял своего возлюбленного.***
«Тысяча лет прошла, Се Лянь...», – нежно гладил демон бога по голове, что лежала ушком на плече Хуа Чена. «Да... Целая тысяча... И за это время я разобрался в своих чувствах к тебе...», – сонно произнес небожитель, заинтриговав актива, – «Люблю тебя... Сань Лан...», – провалившись в сон пробормотал Се Лянь. Сань Лан прошептал на ушко небожителя: «Ты все такой же маленький и все так же твои блюда прекрасного фиолетового цвета с не менее прекрасным вкусом.» В тишине двое мужчин, лежащих без одежды после жаркого воссоединения, на постели в уютной хижине, уснули сладким сном, разобравшись во всем, что им и мешало в прошлом.
