Нам нужно разучиться молчать

Кэйя в ожидании ответа от Джинн пристально смотрел на её тёмный стол. А если быть точнее, на пыльные, слегка помятые бумаги лежащие на этом столе. Такое ощущение, будто их не трогали уже года так 2, но это было бы не похоже на Магистра. Взгляд капитана постепенно перемещался с бумаг на Джинн, осматривая достаточно уставшую девушку. Она наверняка слишком устала от своей работы, но не бросать же ей всё это на произвол судьбы? В тайне от всех эта женщина придерживается правила «доверяй только себе», по этому после стольких лет работы отдавать это в чужие руки, естественно, не хотелось. — Можешь идти, нужные люди подменят тебя. Что-ж, я желаю тебе удачи. Рыцари будут приятно удивлены, если Дилюк прекратит избегать все и вся. — раздался голос Магистра, разрывающий эту напряжённую тишину. Такой красивый, но в то же время неописуемо уставший голос Джинн нравится каждому жителю Монштадта. Он необъяснимо тёплый, родной. — Я постараюсь всё уладить. Благодарю за понимание обстоятельств да и меня в целом, до встречи. Кэйя и Джинн быстро переглянулись между собой, после чего они разошлись по своим делам. Альберих слегка ускорив свой привычный шаг начал выходить из Штаба. В голове было так много мыслей, так много вопросов… Сегодня предстоит важный разговор. « Новость о том, что Дилюк собирается покинуть Монштадт навсегда, шокировала наверное абсолютно всех, кто услышал еë. Не удивительно, что эта новость дошла до меня из чужих уст, а не из уст Дилюка. Не думал, что этот тип меня настолько недолюбливает. Нам есть что обсудить, пока не поздно. Нужно спешить, я не хочу терять этого человека. » Капитан Кавалерии с очень хмурым на удивление лицом ступал в таверну. Некоторые люди по пути звали его, желая поговорить обо всём, или же просто высказать свою благодарность, но ему сейчас было не до этого. Пристальные взгляды жадно поглощали Кэйю, но разве ему когда-то мешало это? От этого у него лишь скапливался дискомфорт в области живота, но не более. А сейчас этого парня не возможно остановить, потому что у него есть цель, и он знает какая. Дилюк. Всё не должно так закончиться. Не то чтобы Кэйе всегда нравилось держать их взаимоотношения под контролем, но сейчас это необходимо. Идя по району где находилась таверна, Кэйя первым делом заметил подозрительную активность: было ощущение, что половина Мондштадта собралось здесь, но это было не самым странным. Здесь было очень много работников и знакомых Дилюка, и именно они играли роль "преграды" в пути капитана кавалерии. Не уж то их Дилюк подговорил, чтоб перекрыть все пути разговора? Но даже если и так, это делает игру только интереснее. Кэйя начал нервно толкаться сквозь толпу, игнорируя чужие слова и тела. Единственный человек, который всё же смог остановить его, дак это бармен Чарльз. — Мистер Кэйя, господину сейчас не хотелось бы видеть людей в таверне, в том числе и нас. Даже меня, как вы можете увидеть, попросили выйти. Вам стоит… Подождать.? — запутываясь словами произнёс бармен, слегка размахивая рукой. — Я знаю, но я должен зайти к нему. Мне не интересна эта Санта-Барбара, в плане понравится ему мой визит или нет. Он обязателен, и мастер Дилюк прекрасно понимает это. — Ох, ну если дело совсем серьёзное… Пожалуйста, помогите ему. Взгляд Чарльза заметно потускнел, а сам он отошел от главной двери. «Помогите ему»? Судя по всему этот бармен тоже не хочет расставаться с приятелем. Кэйя кратко кивнул, после чего распахнул дверь и удалился в здание. Дилюк молча сидел в углу комнаты, распивая алкоголь. Погодите? Распивая алкоголь? Что-то здесь не так. Альберих медленно начал идти по деревянному полу, двигаясь в сторону брата. Подойдя совсем близко, он присел к нему на длинную скамью. — Не думал что ты выпиваешь. Не против если я составлю компанию?

В ответ тишина.

— Хм, не хочешь разговаривать? Ох, если бы это было не обязательной мерой, я бы ни за что не навязывался, так что извини.

Кэйя начал тянуться своими руками

к плечам Дилюка, но рыжеволосый

быстро остановил его.

— Что и требовалось доказать, — слегка улыбнувшись произнёс Кэйя — мой братец не спит, просто он очень не разговорчивый. Может ты просто бухой в стельку? — сам не осознавая того пошутил капитан, чуть ли не залившись смехом. — Я в отличие от тебя не напиваюсь до опьянения 8 степени. — Ого, ты умеешь разговаривать? Ладно, шутки в сторону. Ты знаешь зачем я пришёл, верно? Рагнвиндр натянул недовольное выражение лица, после чего кивнул. Со стороны полуночного героя было бы странно не догадаться. Наконец-то рыжеволосый парень приподнял голову, давая возможность смотреть ему в лицо. Кэйя же воспользовался этим, и начал рассматривать лицо Дилюка. — Слегка опухшие глаза, красные щеки и засохшие губы… Ты плакал? — Не твоего ума дело. — Хорошо хорошо, — уже более тихо начал говорить Кэйя, понимая что если будет спорить с рыжим, то только испортит атмосферу вокруг них — может быть мы наконец-то поговорим? — Поговорим? — Именно. Давай не врать друг другу, мы всегда нуждались в этом разговоре, но не могли начать. Мы оба ждали друг от друга каких-то действий, и никто из нас их не делал. Сейчас же я думаю отличное время поговорить об этом. Дилюк снова прикрыл лицо, на этот раз рукой. Всё потому что он почувствовал холодок в лице, который как бы говорил, что ещё немного и владелец этого места разревется. Почему же его так трогает тот факт, что о его чувствах тоже кто-то заботится? Рыжий привык делать всё в одиночку: начиная от сражений, заканчивая поддержкой самого себя. Он давно не ощущал этого. Все важные разговоры шли о битвах, работе и о чем-либо ещё, и Рагнвиндр даже не помнит, когда он затрагивал тему собственных чувств и переживаний. Кэйя же не торопил его, он прекрасно понимает в этом плане своего брата, ведь он сам скрывает своё состояние, да и не хуже рыжеволосого. Он всегда был жизнерадостным парнем в глазах других, никогда не давая повода думать о нём как-то иначе. Что же этих братьев связывало? Наверное то что они видят те вещи, которых не видит никто. Альберих всегда видел в Дилюке растоптанного юношу, который хочет высказаться, но не знает кому. Сам же Дилюк всегда видел в Кэйе его фальшивые улыбки и эмоции, и мог отличать их из-за того что знал, как искренне улыбается и смеётся Альберих. Наследник винокурни медленно начал перемещать свой взгляд на капитана кавалерии, замечая ответный взгляд. — Ну и… Почему же всё так вышло? — задался вопросом Дилюк, смотря в одну точку. — Наверное потому что ты мне не дал возможности поговорить с тобой? — начал крутить стеклянным бокалом в своей руке Кэйя, — Тогда, после гибели Крепуса. Я пытался успокоить тебя, но ты лишь жаждал поединка. Что ты, я тебя не упрекаю, — чуть сильнее приоткрыв глаза сказал Альберих, замечая более нахмуренные брови собеседника — просто произошло не то, чего я ожидал. Поединок то произошёл, но что потом? Нас откинуло тогда обоих, и всё же не смотря на свою боль я помчался к тебе, лишь бы узнать как ты себя чувствовал. Мне не хотелось тебя ранить, я бежал через это чертовское расстояние только чтоб узнать сильно ранен ты или нет. Я ужасно испугался. А ты даже после этого инцидента не хотел со мной разговаривать. Я твою просьбу исполнил, — более грубым голосом сказал Кэйя — но вот моя просьба с годами так и не была исполнена. Сейчас же ты всё-таки соизволил это сделать. Я… Рад? — вернув свой нежный голос закончил свою речь Альберих. — Мне не хотелось видеть тебя, слышать тебя, и думать о тебе тоже не хотелось. — признался Рагнвиндер — Я думаю ты и сам в курсе этого, но всё же это лишним не будет. Осознание того что отец рано или поздно погибнет рушило меня изнутри, но когда это произошло наяву… — громко взглотнув слюну остановился рыжеволосый парень, пытаясь сдержать своё желание плакать –… Это ранило меня ещё сильнее. Почему ты не смог поддержать меня тогда, прям на месте происшествия? Почему на твоём лице не было ничего, кроме как спокойствия? Кэйя опять, как и в тот раз встал в ступор. Он не понимал как ему ответить на вопрос. Если капитан начнёт рассказывать про то что реакция у людей бывает разная на подобные случаи, то это скорее всего запутает их обоих, ведь причина была совсем не в этом. Кэйя не то что бы как-то более безэмоционально отреагировал на смерть, он наверное в тот момент действительно никак не отреагировал, потому что мысли были забиты немного другим. — Я скажу честно, даже если это и прозвучит эгоистично. Я не мог разделить с тобой горе только потому что… Потому что я не мог понять как мне поступить. Дилюк вопросительно посмотрел на него, слегка сузив глаза. — Я не знаю как это объяснить, я… Господи, я только сейчас понимаю как это прозвучит ужасно, но… После смерти твоего отца я почувствовал свободу. Боже… Я знаю что после этих слов меня хочется размазать по стене но, мхм, пойми меня, если ты конечно сможешь. Я не заставляю тебя простить меня, просто я не хочу быть в твоих глазах извергом. Кэйя медленно начал кусать свою нижнюю губу, смотря в собственные ноги. Ему было стыдно раскрывать правду перед братом, но на удивление Альбериха, единственное что сделал Дилюк, дак это молча положил свою голову ему на бёдра. — Я не смогу понять такого, потому что не был в твоей шкуре, но можешь знать что извергом я тебя не вижу. — Ох, эм… Меня это радует. Я наверное не должен оставаться в живых сейчас, из-за… Ммм… Моей первой работы. – начал перебирать слова Кэйя. — Кэанри'ах? — Именно. Я же принц, или что-то в этом роде, и если Кэанри'ах был разрушен, то следовательно я должен быть разрушенным вместе с ним. – с не большой грустью сказал капитан кавалерии. — Ты не правильно мыслишь. – начал пожимать руками Рагнвиндр – Ты должен был быть принцем, но ты им не стал из-за своего умалишённого отца. То что случилось с Кэанри'ах уже не должно волновать тебя. Оно просто напросто... Не касается тебя. — Почему ты так отзываешься о человеке, с которым никогда не разговаривал лично? — Тебя сейчас серьёзно волнует именно разговор о твоём отце? – опять нахмурив брови сказал Дилюк, – Может потому что бросать своего маленького ребёнка не понятно где – не самое хорошее что можно было придумать? — Может быть у него были причины на это. — Ты ему ещё и будешь оправдания искать? Ты всегда мне казался странным. Кэйя усмехнулся, после чего отпил немного вина. Дилюк же начал прикрывать свои глаза, то-ли от выпитого алкоголя, то-ли от чувства безопасности и расслабленности. — И как давно ты выпиваешь? — А как ты давно заметил такую шумиху на улице и выгнанных работников? — Хм, тоже верно... – вздохнув ответил Альберих, понимая к чему так ответил Дилюк. — Пойдём на винокурню. Аделинда скорее всего беспокоится из-за моего отсутствия. Да и скажу по секрету, каждый твой визит для неё как повод для праздника. Только не говори ей о том, что я тебе сказал это. Кэйя ярко улыбнулся во все свои 32 зуба, умиляясь с рыжеволосого парнишки. — С радостью, Мастер Дилюк! Я думаю нам ещё будет что обсудить!