Вечерний сюрприз

Свечи горят, так и намереваясь поджечь эти дурацкие обои с ветвистыми узорами. Что это? На цветы не похоже, но листья выдают на рисунке какое-то загадочное растение. Воск стекает на блюдце. Его уже скопилось достаточно. Такое ощущение, словно он уже выливается, а ведь будет жаль отдирать воск от дорогущей скатерти. Пламя источает свет, какой не способна создать никакая современная лампа. И это нравится им обоим. Это напоминает те славные дни, когда электричества ещё не было. Те дни, когда оно было сродни магии, которой один англичанин неумело пользовался. Рядом появилось ещё две свечки поменьше. Светло-розовое наполнение металлической посудки под тёплым светом потеряло свою нежность. Огонёк перебежал от одного фитиля к другому, а потом и к третьему. - Тебе света мало?- Вдруг послышалось недовольное бурчание откуда-то из комнаты. Тусклый огонь кое-как справлялся с обрисовыванием черт: скулы, нос, лоб и, конечно же, эти чёртовы брови. От этого зрелища на лице мужчины проскользнула ласковая улыбка. Артур пожаловал к нему на порог при всём параде: расчёсанные впервые за много месяцев волосы, выглаженная рубашка, аккуратно завязанный галстук и, самое важное, букет алых роз. Пришёл увидеться. И неважно, что ещё утром они поссорились. Казалось, они пытались докричаться друг до друга прямо из столиц. Телефон же был простым предметом, который не играл никакой роли. Гадости, высказанные в порыве ярости, забылись; события, упомянутые в ссоре, в миг потеряли своё значение. Когда Керкланд три раза коротко нажал на кнопку дверного звонка, Бонфуа отказался открывать. Глазок на двери выдавал Артура. Но только вот шум половиц выдавал, в свою очередь, Франциска. - Открывай же, я соскучился,- жалость в его голосе доказывала всё не хуже поступка. Преодолеть пятьсот километров ради банальной встречи - хороший способ загладить вину перед кем угодно, но не этим французом. - Ещё чего тебе?- С неприкрытой насмешкой поинтересовался он, скрещивая руки на груди. - Обними меня,- честно произнёс англичанин. Его лицо постепенно начинало копировать цвет бутонов. Стоять под порогом любимого человека в третий раз за месяц (хотя в прошлые разы всё казалось куда менее торжественно) было глупо. В конце концов приехал он не извиняться, а просто в очередной раз доказать свои чувства к этому столь ненавистному, но дорогому и любимому человеку. Соседи наверняка уже наблюдают за этой драмой. Щелчок замка и тихий скрип двери наконец показали взору зелёных глаз золотистые кудри, убранные в низкий хвост резинкой. Артура растрогался, ведь резинка была подарком после прошлой перепалки. Франц молча бросил букет на коврик и крепко обнял мужчину перед собой. Керкланд даже и не замечал язвительных комментариев о выбранном на кануне парфюме. Он был счастлив. Франциск отпил из бокала вино. В свете свечи оно казалось волшебным зельем. - Красиво горит. - Мне тоже нравится.