Двое для одного.

Наверное единственное, о чём мечтает Феликс к концу учебной недели – напиться до потери сознания, да и вообще оторваться так, чтобы тело ещё долго вспоминало эти события. Боже, в его голову пришла просто шикарная идея! Он хочет позвать с собой в клуб возлюбленного. Точнее…двух возлюбленных. Да, у его Хёнджина есть брат-близнец – Хёну, и он сам безумно ахуел, когда узнал об этом. Было это очень смешно, потому что когда он поступил в универ, до его ушей не сразу дошла новость, что на втором курсе учатся близнецы, он видел только Хёнджина. Вернее…возможно, он видел их обоих, просто не вместе. «Чёрт, ну они так похожи, что невозможно отличить! Да у них даже цвет волос одинаковый – чёрный!» – думал про себя Феликс, стараясь заметить самые маленькие крупицы на их лицах, чтобы начать уже их отличать. Однажды, набравшись смелости, он заговорил с Хёнджином, и тот был даже рад, хитрым взглядом окидывая тело Феликса. Но когда он подошёл к нему на следующий день со словами «Привет! Как у тебя дела? Я написал тебе вчера, но ты так и не ответил.», Хёну(который, как думал Фел, был Хёнджином), лишь поднял брови, не понимая о чём говорит этот безумно красивый парень. Тепло улыбаясь, он лишь усмехнулся, поправляя свои супер обворожительные волосы, на что Ликс приоткрыл рот. — конфетка, я не понимаю о чём ты говоришь. И, кажется, ты написала совершенно не туда. Я дам тебе свой инстаграм, напиши мне,–сказав младшему свои данные, Хёну ему лишь подмигивает, уходя прочь. Так, на следующий день встречаясь уже с Хёнджином в столовой, он всё узнал, лишь возмущаясь на то, почему Джинни его не предупредил. А братья–близнецы ещё долго заливались звонким смехом, умиляясь с того, как Феликс в это время дул свои и без того пухлые губы, тайно влюбляясь в этот смех. Не придумав ничего лучше, как позвать всё-таки близнецов Хван с собой в клуб, Ликс уже стоял у зеркала, подкрашивая свои глаза чёрным карандашом. Ох, Феликс обожал этих двух идиотов. Красивых, горячих идиотов. Они так и заставляли только своим взглядом уронить Ликса на колени, да отсосать им прям в коридоре университета, с удовольствием облизывая свои губки. Ликс на эти фантазии и дрочил, чувствуя прикосновения к своему телу. В эти моменты ему казалось, что он – та самая ебанутая девчушка, бегающая за своим возлюбленным, прикрикивая ему «Оппа!», а вечером, закрываясь в своей комнате, начинала дрочить на него. Так и Феликс, только у него две супер-сексуальные фигуры, и огромная куча развратных мыслей. Размазывая своим маленьким пальчиком блеск на губах, Ликс слышит звонок, мысленно догадываясь кто его беспокоит. И он прав. Наклоняясь над телефоном, Ликс отвечает на звонок и сладко улыбается, причмокивая своими очаровательными губками. — да, Хёну, я тебя внимательно слушаю, –обдумывая, как безумно сладко это звучало, Фел ожидает ответа, хотя слышит пока только смешок со стороны близнеца. — конфетка, ты уже готова? Просто мы уже ужасно заебались ждать тебя. Ты там что, зад намываешь?–интересуется, в то время, как Хёнджин начинает смеяться, врываясь в разговор. — чур я первый испробую тебя, малышка,–шепчет Джинни, получая от своего брата-близнеца лёгкий удар в плечо. — эй! Я хотел, значит я и испробую. Надо было очередь занимать, а не сидеть и… — так, хватит,–перебивает их Ликс, начиная смеяться своим басистым голоском. — я конечно с радостью, но у нас немного другие планы. «кому мы врём? Правильно, себе» – думается в голове Феликса, на что он усмехается. — я уже готов, поэтому вызывайте такси и езжайте. Я тоже скоро подъеду, осталось выбрать ботинки… — бля-ять,–тянет Хёнджин, хныкая. — Ликси, звезда моя, давай ты выберешь самые первые и не будешь заставлять нас ждать ещё два часа? Я устал сидеть, я хочу выпить,–устало шепчет парень, разваливаясь на кровати. — Джинни, у меня не так много обуви, поэтому с этим я справлюсь скорее. Всё, выезжайте, я следом вызову такси. — до встречи, малышка,–слышит от Хёнджина Феликс, пока краснеет в области щёк. Боже, ну и как их не любить? Вот и у Ликса не получилось. *** — а вот и они,–улыбаясь, Ликс смотрит на двоих парней из окна, стоящих у входа в клуб. Расплачиваясь с таксистом, Феликс аристократично выходит из машины, бережно касаясь ручки. Своей походкой стервозной сучки начиная подходить к ним, Ликс аккуратно касается их спин своими ладошками, ярко улыбаясь. — мои принцы так и ожидают меня,–хихикает, зарываясь в объятия Хёнджина, на что тот обхватывает талию Феликса, прижимая к себе. — твои принцы уже заебались ждать тебя,–недовольно бурчит Хёну, наблюдая за «милыми» объятиями тех двоих. — я уже слышал о ваших долгих ожиданиях по звонку,–Ликс губки дует, носом зарываясь в грудь Джинни. — признай, братишка, ты сейчас так бесишься, потому что малышка обнимает меня, а не тебя,–щебечет, играя бровями. — это самое глупое предположение, которое я слышал в своей жизни. Раз не можешь говорить что-то определённо умное, то лучше заткнись, иначе засмеют,–Джинни собирается ответить своему близнецу, но Ликс своей ладошкой накрывает его губы, с яркой улыбкой поворачиваясь ко второму – Хёну. — милый, так ты ревнуешь?–этим троим нравится так разговаривать: называть друг друга милыми, любимыми, сладкими и прочее. Их это не напрягает, хотя в душе Ликс мечтает, чтобы эти слова были не дружескими, а любовными. Наполненными настоящей, искренней любовью. Хотя даже и не догадывается, что в таких сладких выражениях близнецов и скрывается самая настоящая любовь. — любимая, мне плевать,–отчеканивает Хёну, но после незамедлительно обнимает младшего, который уже во всю прижимается к нему, чуть ли не залезая на него. — ладно, всё, пойдёмте уже. Мы бухать приехали, а не обниматься,–замечая нахмуренный взгляд Ликса, Джинни вздыхает, несколько раз кивая. — мы приехали отдыхать и отжигать. Пожалуйста, проходите,–цедит сквозь зубы, провожая своего брата и очаровательную милашку своей тёплой улыбкой. Оказываясь внутри, парни сразу проходят к бару, усаживаясь на стульчики. Стульчики высокие, а Ликс не два метра ростом, как эти двое, поэтому решив, что он постоит, вздыхает, выбирая коктейли. Джинни же, замечая, что Ликс облокачивается на барную стойку рядом со свободным местом, подходит к нему, рукой одной обхватывая его талию. В следующую секунду Фел уже оказался на этом свободном месте, хлопая своими пышными ресничками. Джинни же получает поцелуй в щёчку в качестве благодарности за помощь, и брюнет довольно улыбается, усаживаясь рядом с Ликсом. Теперь, когда Фел сидит посередине между двумя своими эротическими фантазиями, спокойно выбирает коктейль, стараясь выбрать самый красивый и вкусный. — ну что, уже выбрали что будете пить? Лично я хочу «Егермейстер со спрайтом»,–отчеканивает Хёну, после чего улавливает возмущённый взгляд своего братца. — заткнись, ничего не говори. Мне нравится этот напиток, в твоём мнении я не нуждаюсь. — идиот, да я и против ничего не имею. Я тоже хочу его, закажи парочку. Малышка, ты что выбрала? — а я выбрал «Текила санрайз»,–улыбается, глядя на бармена. — вот как…решил сразу на стойку залезть?–усмехается Джинни, получая дозу миленьких глазок. — хорошо, милая моя,–по коленке его рукой проводит, мягко улыбаясь. Когда коктейли были уже перед парнями, они заулыбались, переглядываясь. Первый берёт коктейль Ликс, сразу отпивая. То-ли он хмурится, то-ли довольствуется – непонятно. Не дожидаясь отзыва от веснушчатого чуда, близнецы следом берут свои напитки и тоже отпивают, начиная чуть хмуриться. — очень вкусно! Мне так нравится,–облизывается Ликс, словно кот, по-очереди глядя на парней. Они же, в свою очередь, медленно кивают головами, тем самым показывая, что их напитки им тоже очень нравятся. *** Конечно со временем не обошлось без «парни, ну дайте сделать глоточек, пожалуйста! Что вам, жалко? Всего глоточек!», как бы близнецы этого не избегали – бестолку. Если после первого стакана текилы Ликс просто просил, то после второго уже хотел вырывать из рук стаканы. Причём все. Всё же Хёнджину пришлось дать ему свой стакан, чтобы тот попробовал и наконец отстал. А точнее – продолжил культурно выпивать, любуясь ими двумя. — Ликс, заказал бы себе этот напиток, да пил. В чём проблема-то?–недоумевает Хёну, наблюдая за тем, как белые пряди волос скатываются на глаза младшего. — проблема в том, что я уже напился, и мне уже плохо…–начинает икать Феликс, прикрывая глаза. — поэтому пить мне больше ни-ни,–хихикает, прося у бармена водички. — а пойдёмте на танцпол? Все танцуют, а самый сексуальный парень сидит. Так нечестно! — о ком ты так сексуально отзываешься?–интересуются близнецы, получая совершенно не тот ответ, которого ожидали. — о себе конечно,–глазки прикрывает, личико закрывая своими маленькими ладошками. Усмехаясь, близнецы лишь поднимаются вслед за шатающимся Ликсом, который направляется в сторону большой толпы. Останавливаясь где-то с краю, Феликса за руку берёт Хёну, чтобы не потерять его. Ликс шатается, от чего он сталкивается по пути с другими людьми, произнося свои извинения под своим же носом. Так они и доходят до середины, под возмущённые взгляды танцующих. Ликс отдаёт своё тело музыке, а мозг и разум заполняется алкоголем всё больше, больно и в тоже время приятно ударяя волной по всем точкам тела. Прикрывая глаза, он продолжает извиваться под музыку, словно змея под флейту. Передвигаясь с ноги на ногу, он буквально в шаге от столкновения с каким-то парнем, но Джинни его резко за талию прижимает к себе, не давая пострадать никому. — ещё бы чуть-чуть, и получил бы пиздюлей,–пытается перекрикнуть музыку Хён, носом утыкаясь в шею младшего. По телу будто электрический ток проходит, и Ликс тихо скулит, прижимаясь ко второй фигуре сзади. Это был Хёну. Обвивая талию его со спины, теперь Ликс зажат между этими двумя близнецами, и ни о чём не жалеет, нагло протираясь своим задом об пах Хёну. Брюнет на это лишь глаза раскрывает, поворачивая парня лицом к себе. А Феликс долго и не думает, потому что нечем, и сразу же оставляет на его губах короткий поцелуй. В глаза его смотрит с мольбой некой и вновь целует, прижимаясь сильнее. Сказать, что Хёнджин в огромном шоке – ничего не сказать. Он не спорит, с братом они много раз обсуждали как хотят поцеловать эту сплошную огромную веснушку, но чтоб Ликс сам…да и по сути не удивительно, он же пьяный. Джинни, отходя к барной стойке, чтобы выпить ещё стакан, лишь ухмыляется на эту ситуацию, наблюдая за этими двумя, которые скрываются в огромной толпе. Хёну, отстраняясь попросту от того, что заканчивается воздух, удивлённо смотрит на Ликса, улыбаясь тепло. Тот же ладонью по щеке его проводит и губами лишь шевелит, пытаясь сказать внятное «хочу вас. Обоих». Джинни собирается возвращаться как раз в тот момент, когда Ликс говорит о том, что хочет уехать с ними двумя. А Хёну и не сопротивляется, кивая его затее. Встречаясь со взглядом близнеца, Джинни вопросительно поднимает голову. — что случилось?–глядит на Ликса, который переваливается с объятиями на него. — Джинни, я хочу уехать с вами,–на носочки встаёт, дотягиваясь до его ушка. Мочку уха облизывает и кусает совсем легонько, прижимаясь сильнее некуда. — хочу вас обоих в себе, очень хочу,–скулить начинает, носиком своим утыкаясь в грудь его. — Ликс, я всё понимаю, но ты пьян, и завтра будешь… — не буду я жалеть, я жажду вас ровно с того момента, как мы познакомились!–бушует младший, ручками сжимая белую рубашку на спине Джинни. — просто давайте уедем и…и я вам доставлю удовольствие, если вы не захотите доставлять его мне,–обидчиво прикусывает губу, прикрывая глазки. Ощущая в следующий миг холодные пальцы на своём подбородке, глаза резко открывает, встречаясь со взглядом старшего, который сейчас тепло улыбается. — дурак ты, Феликс,–в губы его несколько раз чмокает, хохотать начиная. А Ликсу хочется ещё поцелуев, ещё прикосновений, которые не будут заканчиваться никогда, но Джинни ему этого не даёт. Пока не даёт, потому что вызывает такси. — тогда едем к нам?–спрашивает Хёну, умиляясь внутренне с того, как Ликс сейчас пытается обнять их обоих сразу. — да, попробуем его уложить спать. А завтра уже отправится домой на такси,–по голове Ликса поглаживает, после чего слышит возмущение тихое вместе с рычанием. — эй! Я сказал, что хочу потрахаться с вами, а не спать. Джинни, ты уши давно чистил? — малышка, по шапке получишь, если будет так хамить старшим. — накажешь меня за это? — всё, хватит,–Хёну не может остановить смех, слушая разговор этих двух. Глядя на подъезжающую машину, он берёт Феликса под руку и ведёт к машине, в которую после и усаживает. И, кажется, не усадить Ликса на детское сиденье было огромной ошибкой. Феликс, залезая на колени Хёну, сразу в поцелуй его вовлекает, жадно сминая его губы. Джинни же на это закатывает глаза и цокает, а Ликс, услыхав, руку опускает и тянется ею к его брюкам, расстёгивая ремень. Хёнджин и среагировать не успевает, как тут же открывает рот в немом стоне, ощущая тёплые пальцы младшего на своём члене. И ведь при всём этом он успевает своим пахом протираться об чужой, чувствуя в своём рту юркий язычок Хёну. — прошу вас, прекратите!–шипит Джинни, убирая руку Ликса из своих боксеров. Ликс же, не понимая, почему Хёнджин так агрессивно реагирует(действительно, почему? Он всего-то хотел подрочить ему в такси, пф, дела), отстраняется от поцелуя и хмурится, наклоняясь к брюкам Джинни. Убирая его руки, до конца спускает с него нижнее бельё, язычком своим проводя по розовой головке, задевая уретру. Руки Хёну же оказываются на ягодицах Ликса, начиная их не сильно сжимать, да шлёпать, наблюдая за всей картиной. Джинни еле держится, чтобы не замычать на весь салон машины, а поэтому рот свой своей же рукой закрывает, покусывая всё чаще, а Ликс тем временем уже взял наполовину, медленно качая своей головой. Наверное самое ужасное, что парни в своей голове не прокручивали, но услышали, так это – «приехали». «Пиздец!» –эхом проносится в голове Джинни, потому что ему сосут! Да и не кто-то там, а Феликс! И сейчас придётся ждать, пока они поднимутся и зайдут в квартиру, Господи…За что? По дороге Ликс не упускает моменты чмокнуть их обоих в губки и лучезарно улыбнуться, но Хёнджину, блять, не весело. У него стояк, он возбуждён, и вместо удовольствия плетётся в квартиру, причём как можно скорее, чтобы наконец получить заслуженный отсос и трахнуть это чудо, после чего он с морем нежности обнимет его, поглаживая по волосам. — вставай на колени,–говорит Джинни, скидывая с себя обувь и верхнюю одежду, а Феликс повинуется, медленно и язвительно глядя в его глаза, но опускаясь, как велено, на колени. Подзывая к себе и Хёну тоже, Ликс одной рукой снимает брюки с Джина, а другой – с Хёну, и незамедлительно начинает посасывать головки парней, пытаясь успеть за обоими. В конце концов, открывая свой рот шире, Ликс впускает в свою полость сразу две головки, не шевелясь больше, потому что не получается. Зато языком шевелить получается, частенько задевая уретру обоих. Уговаривая Джинни, что он скоро вернётся, Ликс полностью становится на колени перед Хёну и вбирает в свой рот его член больше, чем наполовину. Мычит, пуская вибрацию, головой двигает и язычком проводит, а у самого в штанах уже ядерный объект, готовый взорваться с минуты на минуту. Хёнджин, не дожидаясь совсем, Ликса поднимает и приказывает ему встать раком, сдирая с него чёрные джинсы, которые так идеально обхватывали его ноги и задницу. Пальчиками проводя по члену его, усмехается от того, насколько же он мокрый, и своими пальцами начинает собирать предэякулят, размазывая у колечка мышц, которое непроизвольно сжималось. Ликс за бёдра Хёну хватается и сосать ему продолжает до тех пор, пока не чувствует в себе первый палец. Он ругается, вскрикивает и не сжиматься пытается, зажмуриваясь. Хёну же его по голове гладит и ласкательные слова на ушко шепчет, чтобы успокоить. — твою налево…м!–рот в немом стоне открывает, начиная хныкать от неприятных ощущений. — ещё немного, сладкий, и тебе будет хорошо,–проговаривает Джинни, двигая уже тремя пальцами, нащупывая простату. Аккуратно надавливает на неё и вскрик удовольствия слышит, довольно улыбаясь. — ну вот, теперь будет всё прекрасно,–Ликс, не успевая ответить, громкий стон издаёт, когда чувствует, как головка Джинни в колечко мышц проходит, проходя всё дальше. А Хёну момент не теряет и член свой в рот его суёт, на затылок руку кладёт и заставляет по-тихонько двигать головой, меняя направление и темп постепенно. Для Феликса эти первые толчки длятся просто вечность. Он стонет от лёгкой боли, т.к давно не игрался с собой, а по щекам пару слезинок скатываются, в то время, как он продолжает ртом работать, засовывая в себя всё дальше член, делая уже горловой минет. Наконец, когда Хёнджин уже полностью двигаться начинает, он сразу по простате проезжается, от чего Ликс вскрикивает громче прежнего и член изо рта вытаскивает, уже в пол голоса крича: — Хён, Боже!–хватается за бёдра Хёну младший, носом утыкаясь в его живот. А близнец сзади только продолжает входить и по ягодицам его шлёпать, сжимая уж слишком часто их. — спасибо за такой комплимент, Господом я много раз бывал,–отшучивается Джинни, получая на свои слова лёгкое шипение. Хёну пряди волос Ликса перебирает, на макушку глядит и улыбается, с близнецом своим переглядываясь. Сам же Ликс в этот момент кричит в пол голоса, продолжая утыкаться в торс Хёну, да языком по кубикам пресса водить. Поднимая руку к паху, он несколько раз по члену его ладошкой своей проводит, а после и язычком проходится, сладко улыбаясь, глядя брюнету в глаза. Лишь головку в себя суёт и сосать продолжает её, причмокивая специально и щёки свои втягивая, создавая вакуум. И было всё замечательно ровно до тех пор, пока у Ликса не начала отказывать спина. — Джи…Джинни, стой–останавливает его Ликс, выдыхая. — у меня всё…спина болит, но я хочу ещё кончить. Давайте приляжем?–блондин получает два лёгких кивания головой, а следом руки, которые повели его на кровать. Ликс сразу же на спину укладывается, дыхание восстанавливая, а сзади пристраивается Хёну, рукой своей обхватывая его талию и укладывая блондина на бок. Джинни же становится перед кроватью и перед лицом Феликса, улыбаясь своему «двойнику». — Хёну, войди уже, прошу тебя,–хнычет, сразу Хёнджина перед собой замечая. Улыбаясь довольно, своей маленькой ладошкой обхватывает его член, начиная надрачивать, а Хёну в это время головкой по промежности водит, специально поддразнивая. Только было хотел возмутиться Ликс, но не успевает, а лишь стонет, ощущая, как брюнет начинает в нём двигаться. — как же в тебе узко…–проговаривает близнец, начиная проникать глубоко, но нежно. Вот казалось бы, два близнеца, но делают всё по-разному. Хотя как сказать всё…меньшую часть. Если Хёнджин трахает грубо, быстро, при этом шлёпая по ягодицам, бёдрам и сжимая их, то Хёну придерживается более нежного и глубокого темпа, своими холодными руками касаясь талии, сосков и ручек, при этом всём целуя с той же нежностью, с какой и трахает. И Феликс соврёт, ужасно слукавит, если скажет, что ему не нравится. Ему очень нравится. После таких грубых толчков перейти на нежные – просто рай. Звёздочек в глазах не хватает только, для полноценной картины. — Боже, я не могу, я сейчас…мх…кончу!–щебечет Ликс, от удовольствия уже глаза закатывая, но его обламывают. В блондине сразу прекращают двигаться и просто усаживают на свои колени, своим тёплым, но в тоже время приказным тоном проговаривая – «прыгай». И Ликс подчиняется, обхватывает шею Хёну руками и начинает скакать, глаза закатывая от такого проникновения. Он кричит от удовольствия, коготками в кожу брюнета впивается легонько и желает, чтобы его сейчас оттрахали так, чтобы он кончил раза два. Но на эту ночь, пожалуй, ему хватит одного. Когда Ликс уже на крайнем пределе, начинает уже на всю квартиру безумно орать, как же любит этих двоих, на что они смеются, и Хён затыкает Феликсу рот своим членом. — соси скорее, чтоб мы пришли к разрядке все вместе,–блондин слушается. Быстро головой качать начинает и член Джинни в горло пропускать, смакуя наикрасивейший член в его жизни. И Феликс же первым и кончает, громко вскрикивая и пачкая живот Хёну. Следом, через пару толчков, кончает и сам Хёну в Ликса, протяжный стон издавая, и руками хватаясь за его ягодицы, и уже напоследок заканчивает треугольник Хёнджин, который кончает в рот Феликса. Блондин устал, причём ужасно, и поэтому не сразу замечая, как по его подбородку, а дальше и по груди начинает литься сперма Хёна, довольно улыбается, проглатывая всю жидкость. — всё, мальчики, я спать…–осипшим голосом проговаривает Ликс, потому что уже заебался орать и сосать им. Заебался, но так доволен этим. Никогда и ни с кем ему не было так хорошо, как с этими двумя. И может утром он многое будет не помнить, но сейчас он желает отдохнуть, а поэтому слезает с колен Хёну и лезет к подушке, на которую и укладывается. — укройте меня одеялом, пожалуйста, а то я того…я замёрзну!–глаза слипаются, а язык ещё что-то бормочет, пальчиками бегая по постели. Хёну смеётся и укрывает его одеялом, оставляя поцелуй на его губах. Близнецы же, натягивая на себя шорты, укладываются по обе стороны от блондина, крепко обнимая его за талию. — всё, теперь вы оба – мои парни,–отчеканивает Ликс в последний момент, следом же проваливаясь в сладкий сон. — как скажешь, конфетка,–проговаривают близнецы, смеются и следом глаза свои прикрывают, ощущая, как вся тяжесть уходит, и приходит что-то лёгкое, невесомое, под названием «сон».