this will be interesting

Все всегда считали Мику очень милым и стеснительным парнем. Кэйа пару раз шутя называл его цыплёнком из-за внешнего вида картографа. Самому Мике это не то чтобы не нравилось, но.. каждый раз было как-то неловко. Из-за всех шуток Кэйи всегда было неловко. Они всегда звучали так смущающе и в них словно была нотка флирта, которую капитан не то чтобы вкладывал специально, просто это было его манерой общения. И если все в Ордо уже привыкли к этой манере общения Альбериха, то Мика, только недавно вступивший в ряды рыцарей (хотя он не рыцарь, а картограф) Фавония, был крайне смущен этим. Он не привык к людям с такой манерой общения. Он не привык к таким людям как Кэйа, всё же он один такой во всём Мондштадте. Вообще, капитан кавалерии казался Мике сначала слишком развязным и излишне показушным, но первое впечатление далеко не всегда оказывается верным. Особенно если речь о Кэйе. Со временем мальчику стало ясно, что этот мужчина может быть серьёзным и ответственным, когда от него это требуется. Кэйа не всегда общается в шутливо-заигрывающей манере и, кажется он словно пытается что-то скрыть о себе. Может ли это быть связано со шрамом на его, обычно скрытом повязкой глазе? Об этом Мика боялся спрашивать не только самого Кэйю, но и в целом всех в Ордо, а что если это больная тема для капитана? Не просто так же, ради шутки юмора, он носит эту повязку? Нет-нет, такого точно быть не может. Кэйа же взрослый мужчина на высокой должности, а не ходячий цирк, чтобы осознанно подвергать себя опасности в сражениях, блокируя половину обзора повязкой, ради шутки над кем бы то ни было. Мика начал относится к Кэйе скорее уж как к... уважаемому коллеге у которого он даже может чему-то научиться. Научиться, конечно, в плане сражений, в плане картографии в Ордо не было никого, кто мог бы учить Мику, несмотря на его юный возраст. И, конечно, глупо отрицать, что Мика считает Альбериха привлекательным. Все его таковым считают, потому что капитан кавалерии объективно красив. Даже Донна, без памяти влюблённая в мастера Дилюка, не стала бы отрицать, что сэр Кэйа тоже вполне себе ничего. Мика, может быть, даже не отказался бы провести с капитаном ночь, но это совсем другая история. Но! в этом нет ничего постыдного, многие тоже не отказались бы, даже, может быть, мастер Дилюк, в которого без памяти влюблена Донна. Но в отличае от Мики, Дилюк своё желание признавать, кажется, на личный взгляд юного картографа, не хочет. Сам Мика принял это желание почти сразу и как-то оно ему жить вовсе не мешало, просто было где-то на задворках сознания с пометкой, что, всё же, если ему вдруг предложат, что вряд ли, потому что, кажется, он не во вкусе Кэйи, то он хотя бы немного подумает. Что до мыслей самого капитана кавалерии? Что ж.. Мика и правда не был в его вкусе. Милые мальчики, походящие на цыплят больше подходят ему только для милой околодружбы, не более. Всё же, Альбериха больше привлекают люди вроде мастера Дилюка или вот того рыжего из Фатуи, который Дилюку не понравился, кажется, даже больше новостей о том, что Кэйа шпион из Каэнри'ах. Да, очень широкий разброс конечно, но Мика в него ну никак не попадал. По крайней мере, пока Альберих считал его милым стеснительным цыплёночком, если бы появилось что-то неожиданное о Мике и он, чисто теоретически, перестал бы стеснятся кэйиных игривых шуток, а начал на них отвечать, то вот тут капитан бы заинтересовался. А так... Кэйа на находил ничего интересного для себя. Да, даже в сексе Альбериху хотелось найти для себя что-то интересное и интригующее, а иногда даже экстремальное, но это уже только с доверенными лицами. Мика казался ему в этом плане чем-то таким ванильным и нежным, что Кэйа просто не хотел бы "пачкать" его. - Кэйа, перестань сверлить в мальчике дыру взглядом, ему неловко, - звучит голос Рагвиндра из-за барной стойки и вырывает Кэйю из этих размышлений о непристойном. - Ох, это всего лишь случайность, - Альберих посмеивается, переводя своё внимание на мужчину перед собой. Вот в нём, Кэйа знает, есть то интересное, что он всё ищет для себя. Но об этом думать как-то очень грустно, потому что с Дилюком хочется чего-то серьезного, но кажется только Кэйе, а Дилюк уже давно похоронил их подростковую любовь вместе с Крепусом. Но сейчас не время думать об этом, Кэйа же ещё не настолько пьян, чтобы погружаться в грустные мысли о прошлом. Так что Кэйа встаёт со своего любимого барного стула, берёт свой бокал и направляется в сторону и так смущённого картографа, чем очень уж удивляет бармена, но тот решает промолчать. Кэйе хочется развлечься, хочется чего-то интересного. И, конечно, он мог бы пофлиртовать с Дилюком, посмотреть как краснеют кончики его ушей, пока он пытается сделать вид, что Кэйа его раздражает и вообще, "Проваливай из моей таверны!", но тот сегодня выглядит слишком уж усталым, Кэйа не хочет утомлять его ещё сильнее. - Привет, цыплёночек, - протягивает Альберих, осторожно садясь напротив милого мальчишки и ожидая реакцию, которая заставит его немного развеселиться. Мика чуть мнётся, всё же ему всё ещё неловко взаимодействовать с капитаном, но всё же заговаривает спустя небольшой промежуток времени. - Вы смотрите на меня весь вечер, сэр Кэйа. Вы что-то хотели? - Он правда старается звучать убедительно. - На самом деле, так засмотрелся на тебя я совершенно случайно, прошу простить меня за это. А сейчас я всего лишь хотел бы приятно провести время в приятной компании. - Альберих улыбается и чуть растягивает слова, у него сегодня такое хорошее настроение, может он хотел бы найти себе какую-нибудь интрижку на одну ночь, но в таверне нет никого интересного. Кроме бармена. Но о нём мы не говорим. О Венти на втором этаже таверны не говорим тоже, архонты Альбериха, как коренного каэнрийца, не привлекают, хотя этого он определённо мог бы занести в категорию интересного. - Вы уверены, что я именно та интересная компания, которую вы ищите? - Мика выглядит сегодня каким-то более уверенным чем обычно. Может в этом его стакане всё же не ненавистный Кэйе виноградный сок, а что-то поинтереснее. - Я всегда уверен в своих решениях. - Посмеиваясь, произносит Альберих и отпивает свою полуденную смерть. Они говорят ни о чём и обо всём одновременно ещё какое-то время, и Кэйа, на удивление, не теряет интерес где-то на середине диалога. Мика оказывается очень даже интересным собеседником, всё же мальчик он, хоть и неловкий, но вовсе не глупый, а даже очень умный. Может быть на него так влияет атмосфера таверны, а может он правда пьёт не сок, но всё же он, хоть и до жути неловко и смущённо, начинает отвечать на шутливый флирт Альбериха, что не может того не порадовать. Правда вот, в какой-то момент парень замечает время на настенных часах и, спохватившись, понимает, что ему уже пора уходить. Он спешно прощается с Кэйей, отказываясь от его предложения проводить, расплачивается за свои напитки и, неловко спотыкаясь на пороге, убегает. Дилюк с Кэйей остаются в таверне наедине: скоро закрытие, но Алберих особенный, он может остаться. - И что это было? - Спрашивает Рагвиндр, принимаясь протирать барную стойку. - Что? - Кэйа чуть посмеивается, возвращаясь на своё место у стойки и протягивая Дилюку уже пустой бокал, чтобы он отложил его в мойку. - Ты флиртовал с ним сейчас? - Дилюк не то чтобы выглядит раздражённым, но кажется что-то в их с Микой разговоре очень уж не понравилось. - А ты ревнуешь? - Кэйа снова посмеивается и кладёт локти и голову на часть стойки, которую мужчина уже успел протереть. - Он же как ребёнок. - Рагвиндр фыркает себе под нос, словно стараясь сдуть мешающую прядь волос. - Он не ребёнок, Люк, в Ордо больше не берут несовершеннолетних. - капитан устало вздыхает, легко улыбаясь и начиная выводить на поверхности барной стойки какие-то узоры пальцем. - Я знаю. Я не просто так сказал "как ребёнок." Я знаю, у тебя интересный вкус, но всё же не думал, что разброс у тебя от того рыжего из Фатуи до... вот этого цыплёнка. Кэйа лишь хмыкает и продолжает выводить узоры на столешнице. Он и не заметил, что правда успел устать. Дилюк уходит убираться на остальных столах первого этажа, а возвращаясь, вновь обращается к Альбериху. - Слушай, я не ревную... - начинает он, но его прерывают. - Да, я вижу, что ты не ревнуешь. - Кэйа смеётся, вставая со своего места и кладя на барную стойку мору для расплаты за сегодняшнее вино. Он не считал действительно ли у него хватает. - Кэйа.. - Рагвиндр устало вздыхает и потирает переносицу. - Просто... хаа.. мне не приятно, я не знаю почему. Не надо говорить мне ничего сейчас, я сам разберусь, мне не нужна помощь, просто.. иди домой. И не флиртуй больше с этим ребёнком при мне. Кэйа лишь посмеивается, понимающе улыбаясь Рагвиндру на прощание и правда уходит. Всё же, если Дилюк так прямо попросил его пойти домой, ему лучше правда это сделать. У Альбериха уже давно нет таких больших проблем с пониманием своих эмоций, как у Рагвиндра, так что он понимает, что да, скорее всего он ревнует. Но с чего бы ему вдруг это делать? Неужели надежды Кэйи на уход из Ордо и счастливую жизнь как помощника Дилюка на винокурне ещё не совсем разрушены?

***

Проходит несколько дней и Кэйа снова натыкается на Мику в таверне, но на этот раз это не "Доля Ангелов", а "Кошкин Хвост". Интересно, почему же этот милый мальчишка вдруг начал приходить в подобные заведения? Альберих подходит к картографу не сразу, всё же для начала ему нужно обдумать свои планы на этот вечер и уже в зависимости от результатов этих раздумий, заводить с Микой разговор. Всё же, может быть в этом мальчике есть что-то, о чём Кэйа не подозревает. Мика же, в свою очередь, ожидает, когда капитан подойдёт к нему первым. Он не хочет быть назойливым, да и подходить первым как-то неловко, так что он остаётся стоять в сторонке. В последнее время, после пары историй, которые он услышал совершенно случайно, Кэйа Мике стал намного более интересен в интимном плане. Всё же, такой мужчина как Альберих не может не привлекать к себе внимание в этом плане. Парню по какой-то причине очень уж интересно узнать какой этот ваш капитан кавалерии в постели. На удивление, об этом знает не так уж много человек. Всё же, вкусы капитана слегка... специфичны. И Мика искренне надеется, что не так же специфичны, как у героя известного эротического романа, который он как-то раз прочитал, из-за названия перепутав с книгой о художественной теории цвета. Картограф, конечно, узнал, что Кэйа интересуется только в тех людях, в которых находит для себя что-то интересное. И это, для Мики, прозвучало достаточно.. странно. По его мнению, всё же все люди по своему интересны. Но.. может у капитана кавалерии другое понимание интересности. И Мика правда хотел бы узнать, что именно это за понимание такое. Даже просто чтобы утолить своё любопытство, он правда хотел бы узнать. А Альберих, пока Мика про себя рассуждает о том, почему же ему вдруг стало любопытно узнать о сексуальных предпочтениях коллеги, решает, что была не была, может в этом цыплёнке есть что-то интересное, что просто так не обнаружишь. Всё же, во что-то в нём привлекает Кэйю. Может быть, он разочаруется, получив именно то, что ожидает получить, но попытка не пытка. Если что, он снова найдёт того рыженького из Фатуи, а то он кажется всё ещё не уехал обратно в Снежную: погода была неподходящей для отбытия. Кэйа неспеша подходит к Мике и садится на этот раз рядом, а не напротив. - Привет, цыплёночек. - Альберих улыбается и выглядит, мягко говоря, обворожительно. Он знает, если он что-то (или кого-то) хочет, то он это получит. - Здравствуйте, сэр Кэйа, - На щеках парня сразу появляется лёгкий румянец. Всё же впечатление, которое производит Кэйа.. несгладимое. - Выглядишь как-то одиноко сегодня. Не против, если я составлю компанию? Они вновь долго говорят о чём-то, на что никто из них почти не обращает внимания. Мика ещё более смело и активно, но всё ещё неловко, отвечает на флирт Кэйи, который сегодня вовсе не звучит так шутливо, как всегда звучал для Мики до этого. Этот флирт уже больше походит на то, что Кэйа говорит Дилюку каждый вечер. В какой-то момент рука Альбериха осторожно скользит по бедру парня рядом к оголённому острому колену, легко щекоча. Мика чуть вздрагивает от того насколько неожиданно холодные у Кэйи кончики пальцев, хоть сам он тоже носитель крио глаза бога. Альберих на это лишь легонько посмеивается. - Не находишь, цыплёнок, это место скучноватым? Может переберёмся в более интересную обстановку? - Кэйа редко говорит о сексе прямо в людных местах, но в его словах всегда чётко читается намёк. - Не находите, капитан, что вы как-то слишком уж долго тянули с этим предложением? - Мика решает, что терять ему в принципе нечего и он может перестать стесняться, раз уж он зашли так далеко. Кэйа удивлённо усмехается и на его лице появляется улыбка. Кажется, вот оно это что-то интересное, что он пытался найти. Кажется, он не будет разочарован сегодня ночью. - Мне казалось, что с тобой мне не стоит спешить. Неужели, скажешь, что я ошибся? - Ошиблись, сэр Кэйа. Если уж так хотели переспать со мной, то сказали бы прямо, зачем уж было так тянуть? Кэйе нравится. Ему определённо нравится.

***

Как они дошли до квартиры Кэйи никто из них особо не обратил внимания. Конечно, они оба не были сильно пьяны, они выпили лишь по стакану сидра вместе и то Мика свой не допил, но они были слишком уж увлечены друг другом, чтобы обращать внимание на дорогу. Да, конечно, они не целовались по пути и не вели себя вызывающе, но всё же. И, следует упомянуть, поцелуи в таких ситуациях для Кэйи табу. Он будет целовать только того, кого действительно будет любить. Мика это всего лишь развлечение на одну ночь, потом перестанет быть интересно. И Кэйа не скрывает этого, говорит прямо, и парень это понимает без проблем, всё же никто из них двоих тут не влюблён. Не в одного из них двоих, по крайней мере. Суть ситуации полностью доходит до Альбериха только когда эти, казалось бы, слабенькие хрупкие ручки валят его спиной на мягкую поверхность кровати и его быстро и ловко седлают сверху. Он улыбается и облизывается, уже выглядя слишком уж довольным, потому что вот оно то интересное, что он так хотел найти сегодня ночью. Мужчина осторожно кладёт руки на бёдра парня на себе и с нажимом проводит по мягкой гладкой коже. Ему нравится. Часть верхней одежды и штаны они потеряли где-то по пути в спальню Кэйи, оба слишком заинтересованные телами друг друга, чтобы переживать о том, что она помнётся. - Знаешь, Мика, я тут капитан кавалерии, а не ты, - посмеиваясь, подшучивает Кэйа над позой в которой они находятся. - И что же, хотите поменяться местами? - Мика даже звучит слегка удивлённым, видим он никак не рассчитывал на такое развитие событий. - Нет, что ты, мне нравится даже так. Продолжай, то что задумал. Кэйа действительно предпочитает брать роль павер боттома или топа на себя, но, кажется, с Микой ему придётся немного изменить своим привычкам. Но он не против. Он же как раз и искал нечто подобное. Мика чуть дрожащими пальцами расстёгивает пуговицы на рубашке Альбериха. Не то чтобы так много пуговиц, чтобы их расстёгивать, но всё же. Парень не спешит с эти, чтобы не опозориться в такой момент и, всё же справляясь с этой задачей, проводит руками по груди капитана. Кэйа с удовольствием вздыхает, откидываясь на подушки и, как бы показывая этим Мике, что он может делать что захочет. Альберих даже сам убирает руки, кладя их у себя над головой, потому что, ладно, стоит признать, иногда ему нравится полностью отдавать контроль. Или делать вид, что он отдаёт его. Мика наклоняется к шее мужчины под собой и, горячо выдыхая, проводит по ней языком, чтобы потом поцеловать, оставляя на коже засос. Кэйа сказал, что не против отметин на видных местах, так что юноша не будет себя сдерживать с этим. Кэйе же это очевидно очень нравится, он откидывает голову, давая доступ к своей шее и позволяя целовать её сколько хочется. Мика целует и лижет смуглую кожу, наслаждаясь тем, насколько отзывчиво Кэйа реагирует, не сдерживая своих стонов и вздохов. А Кэйа в свою очередь наслаждаться разрушением своих ожиданий. И, конечно, тем что его шею и ключицы, на удивление умело, расцеловывают и покусывают. Кэйа очень любит ощущение укусов, а Мика, кажется, очень уж любит их оставлять. - Блять.. чем вы там в этой экспедиции занимались, а? - подшучивая произносит Альберих. Он никак не ожидает, что за это его легко шлепнут по бедру и перестанут выцеловывать чувствительную кожу на шее. - Я не разрешал вам говорить, сэр Кэйа. И следите за языком. - Мика, говоря это, выглядит совсем не так, как обычно. И Кэйе чертовски это нравится. Он прикусывает губу, мыча и чувствуя как член в трусах дёргается от возбуждения, истекая смазкой. Всё это так сильно рушит ожидания Кэйи от этой ночи, что он чувствует, словно вот вот вознесётся на Селестию от того, насколько же ему нравится. Мика не возвращается к шее Албериха, а опускается ниже чуть прикусывая один из сосков и вызывая этим у Альбериха очень уж громкий полный наслаждения стон. Кэйа очень любит, когда с его сосками играют, то что надеется, что на одном укусе они не закончат. И не зря надеется. Мика облизывает укушенный ранее сосок, чуть посасывает и играться с ним как вздумается, сжимая второй сосок пальцами и перекатывая бусину между пальцами совсем не нежно, так как Кэйа и хотел бы. Альберих вскрикивает, прогибаясь в спине и, чёрт, как же ему нравится всё это. Как же ему нравится, то как над ним доминируют сейчас, хотя очевидно, он не тот, кто будет скакать на члене сегодня. К огромному сожалению Альбериха, после этого вскрика Мика отстраняется, но в следующую же секунду чуть ерзает задом на возбуждённом члене Кэйи, чуть съезжая с его бёдер, чтобы спустить с него трусы. Парень неспеша проводит по достаточно крупному органу перед собой ладонью, а затем поднимает взгляд на Кэйю. И, о архонты, Кэйа готов подавиться собственной слюной сейчас, ведь взгляд Мики такой холодный и это так контрастирует с тем, как юноша выглядит обычно.. Кэйа ни о чём не жалеет. - Ты кончишь, только когда я разрешу. Понял? - Без единой запинки, так уверенно произносит парень. - Понял. - Кэйа сглатывает слюну и выглядит сейчас так.. жалко. Вся его доминантность словно испарилась за одну секунду по щелчку пальцев. - Молодец. М.. - на секунду парень всё же заминается, но это ничуть не рушит атмосферу. - А где?.. - В верхнем ящике тумбочки. - Мике не нужно завершать фразу, Кэйа прекрасно понимает о чём можно спрашивать в такой ситуации и это явно не булочки с маком. Мика ничего не отвечает, лишь тянется за смазкой туда, где Кэйа сказал, что она должна быть. Правда к удивлению парня там оказывается далеко не один флакон, так что он удивленно выгибает брови. - Ну конечно у меня не только одна смазка. Это было бы очень скучно, не находишь? - Кэйа чуть посмеивается, потягиваясь. - В таком случае.. положусь тут на ваш выбор. - Мика как бы намекает, что Кэйа может выбрать сам и ему это только в радость. Он чуть приподнимается, перенося одну руку на талию Мики, чтобы тот случайно не свалился, а второй тянется в ящик за нужным флакончиком и находит его почти сразу на ощупь: у каждой склянки в ящике уникальная крышечка. Кэйа передаёт флакон парню и снова откидывается на подушки, занося руки над своей головой. Ему определённо хватит самоконтроля, чтобы продержать их там до конца. - Благодарю. Мика откупоривает флакончик от которого веет лёгкой прохладой и наливает содержимое себе на пальцы. И как только вязкая жидкость касается его кожи он сразу же понимает почему от флакона веет прохладой. Прохладой, очевидно веет от самой смазки, потому что она с лёгким эффектом крио. На лице Кэйи появляется ухмылка, когда он видит осознание на лице Мики. Но, всё же, они оба носители крио глаз бога, так что это им совсем не повредит. Мика фыркает и мотает головой, а затем наклоняется вперед, упираясь одной рукой на грудь капитана, а вторую занося за спину. Он осторожно закупорил флакон и положил обратно в тумбочку, для всех кто начал переживать об этом. Парень неспеша проводит пальцами вокруг анального отверстия, а затем так же неспеша вводит сразу два пальца: он сегодня уже играл с собой, думая о чём-то подобном. Да, ледяная смазка в его фантазии не входила, но... это вовсе не разочаровывает, а наоборот прибавляет необычных и приятных впечатлений. Юноша тихо постанывает, выгибаясь в спине и подставляясь под собственные движения, но как бы от них приятно ни было, хочется чего-то намного большего внутри себя. Кэйа выдыхает наблюдая за происходящим через плечо Мики, и как бы ему сильно не хотелось опустить руки и коснуться себя, он этого не сделает. Ему нравится мучать себя вот так вот. Это по своему приятно, по своему интересно, как Кэйа и любит. Он любит усложнять себе жизнь даже если никто его не заставляет это делать. В основном, конечно, он старается делать это только в сексе, но это не значит, что у него действительно хорошо получается. Мика не торопится с растяжкой и своими стонами и прочими звуками, которые он издаёт в процессе, заставляет Кэйю тяжело дышать и ёрзать от нетерпения. Член Альбериха уже болезненно изнывает от возбуждения, когда Мика всё же достаёт из себя пальцы и неспеша проводит ими по толстому стволу, вымазывая его в смазке. Кэйа с облегчение простанывает и сжимает руки в кулаки, предвкушая скорое удовольствие. И не ошибается. Мика берёт член в руку и осторожно, не торопясь опускается на него, замирая где-то на половине и стараясь отдышаться. - Не спеши, - тихо произносит Кэйа и уже хочет погладить юношу одной рукой по бедру, но вспоминает о своей немой договорённости с самим собой. - Я не.. - Мика не договаривает прерываясь на тихий стон. - Не разрешал тебе говорить. Кэйа лишь усмехается и вновь замолкает. Может Мике не нравится болтовня во время секса, что для Кэйи довольно печально, потому что он очень любит говорить множество непристойных вещей своим партнёрам. - Но я и не запрещал тебе трогать меня. - Замечает парень и опускается на член до конца, вырывая из Альбериха стон. - Я себе запрещал. Хочу хоть крупицу контроля сегодня, пусть даже над самим собой. Мика чуть посмеивается на эти слова Альбериха и слегка ёрзает на члене стараясь привыкнуть к размеру. У всех партнёров Мики, которых и так было немного, члены были значительно меньше чем у Кэйи, так что ему немного сложно совладать с ощущениями, даже хочется отбросить идею контролировать всё сегодня и передать контроль в руки, явно более опытному, Кэйе но это минутное помутнение сознания проходит быстро и Мика неспеша начинает двигаться на члене, выбивая из них обоих стоны. Кэйа стонет громко, явно не стесняясь себя, тогда как стоны Мики можно перепутать с тихими срывающимися вздохами, словно его родители в соседней комнате и он боится быть услышанным. Юноша неспеша набирает темп и чувствует себя всё более уверенно, а Кэйа чувствует, что весь контроль, кроме контроля над собственными руками, которые даже не дрожа, лежат над головой, который у него ненадолго появился вновь ускользает. И ему нравится. Нравится, до громких стонов и сдавленных хрипов. И, нужно признать, никто до этого не скакал на его члене так хорошо, как это делает сейчас Мика. Кэйа, ей богу, мог бы пошутить, что чувствует себя своей лошадью, но, о архонты, это будет очень не правильно, его не поймут. Альберих сейчас очень хотел бы попросить Мику стонать громче, потому что он делает для себя открытие, что ему очень уж нравится звук стонов этого парня, но он молчит, потому что говорить ему не разрешали. Мика жмурится, выпуская сквозь зубы сдавленный стон и слегка меняет положение, отклоняясь назад и упирая руки возле ног Кэйи. Так ему нравится даже больше, ведь почти каждый раз толстый член проезжается по его простате, выбивая всё более звонкие громкие стоны, что не может не радовать Кэйю, который в стонах не сдерживался изначально, но сейчас, каждый раз, когда Мика сжимается вокруг него, не сдерживается ещё больше. У Мики звезды перед глазами от того на сколько же хорошо ощущается член Кэйи внутри него. Словно он всегда и должен был там быть. Обоих будоражит, то с какой лёгкостью юноша принимает в себя такие внушительные размеры и с какой лёгкостью скачет на этом члене, словно он всю жизнь учился именно этому, а не картографии. Кэйа всё же нарушает данное самому себе обещание и кладёт руки Мике на бёдра, потому что слишком уж хочется. Он слегка сжимает нежные мышцы под пальцами и пару раз толкается внутрь юноши на себе сам. Мика может и хотел бы запротестовать, но получается, только наконец-то простонать во весь голос, что вызывает ухмылку у Кэйи на лице и он толкается вновь, перехватывая бедра Мики поудобнее для себя. Им обоим очень нравится, им обоим очень хорошо, хоть под конец всё идёт и не совсем так, как планировалось, но это не портит ощущений никому из них. - Позволишь мне кончить внутрь? - с придыханием всё же спрашивает Кэйа, потому что, чёрт возьми, теперь ему нужно услышать это разрешение. - Да, пожалуйста, - между стонами успевает ответить Мика и после пары особенно резких и глубоких толком чувствует лёгкий жар, контрастирующий с прохладой от смазки, и пульсацию внутри и кончает сам. Юноша громко вскрикивает, прогибаясь в спине и вскидывая голову вверх. Это, пожалуй самый яркий оргазм за его не такую уж обширную сексуальную жизнь. Кэйа осторожно помогает ему улечься на себя сверху и им обоим требуется несколько минут чтобы отдышаться и прийти в себя. Кэйа определённо не жалеет о том, что сделал именно такой выбор сегодня вечером. Ему определённо понравилась эта небольшая игра, может быть он даже повторил бы это, но с кем-то другим. Кем-то конкретным. Да, Кэйа определённо хотел бы, чтобы Дилюк так его объездил. Почему он думает о Дилюке после оргазма? Ну.. может потому что он беспросветно влюблён и этим сексом пытается заткнуть дыру у себя в сердце? Хаха, ладно, откуда ж в нём взяться такой большой дыре, не так ли? Кэйю их этих по какой-то причине печальных мыслей вырывает ёрзающий на его груди Мика, который сейчас выглядит как милый растрёпанный цыплёнок. Кэйа посмеивается и решает, что грустно подумает о Дилюке потом, а сейчас ему нужно приготовить для них двоих ванну.