Хочешь вишенку?

– Сегодня ты пойдешь в этом свитере! – разглядывая Карину, заявила Милана. – С ума сошла?! Хочешь, чтобы нам был конец?! – истерила девочка, стягивая с себя цветастую одежду, которая кричала о том, что её носят члены ЛГБТ. – Ты же меня любишь? Ну, не упрямься! Весело же будет! – взяв девочку за плечи, начала сюсюкать учительница. Но та лишь громче раскричалась. – Весело! Весело! Весело должно быть в цирке! Почему я опять должна позориться, чтобы ты похихикала в углу?! Скучно? Так сама надень и свети всей школе, что ты такая! Может ещё на крышу залезим и от туда закричим о наших отношениях?! – Мне нельзя. Ты же знаешь во что это может вылиться. И что значит "опять позориться"? Не помню такого. – Перечислить?! Переписка, твои выкрутасы на уроках... А про то, что я в плане твоей мести историку урок срывала за то, что он тебя не особо замечает, я вообще молчу! – Ты же меня любишь! И я тебя люблю! Перестань. – прижала Милана Александровна к себе ученицу. – Ага, хороша любовь... Полтора месяца официально встречаемся, а ходим, как подружки. Ты даже целоваться со мной не хочешь. – обижено бурчала себе под нос младшая. – Хочешь вишенку? Заслужи. – шепнула Милана и, неожиданно захлопав в ладоши, громко сказала – Всё! Собираемся! И вообще, 1 апреля всё таки. Никто не подумает, что эта твоя выходка всерьёз. Одноклассники открыто заржали, когда Карина вошла в класс. – О! Это тебе твоя девушка подарила что-ли?! – нашёлся в классе особенно остроумный. Карина в ответ улыбнулась и грациозно приземлилась на стул. – Типо того. С первым апреля, ребятки! Готовы срывать уроки? – Как? – А это зачем? – указав на свитер, усмехнулась девчонка – будем раздражать учителей доисторических взглядов! Вместо уроков доказывать, что любви любой пол покорен. – А потом к соц. педагогу и директору? – невесело засмеялся сосед по парте. – Зачем? Если до этого дойдёт, то раскрываем карты, что розыгрыш и всё. – похлопав глазками, ответила инициаторша. Все согласились и всё вроде шло по плану. Многие догадывались, что их разводят и начинали рассказывать, что лучше бы доску мылом намылили. Но полноценных уроков не было. Карина больше думала, чем слушала. С Миланой становилось всё сложнее. Она владела, но собою владеть не позволяла. И это касалось не только тактиля. У неё так же были секреты. Какие-то тайные праздники в которые она напивалась и была невообразимо доброй. Также были дни, когда Карине казалось, что Милана хочет её просто уничтожить ни за что. А ещё она заставляла Карину вытворять какие-то глупости, чтобы повеселить себя. И вообще иногда она была слишком сложная. Перед уроком физики все как-то странно зашептались. Карине это не понравилось. Прямо со звонком к девочке подсела одноклассница и стала объяснять, что на физике они будут сидеть вместе, потому что на классную руководительницу у них большие планы. Полностью план ей не рассказали. Эх, чувствовало её сердечко, что планируемое выйдет ей боком. Чувствовала. Милана Александровна вошла в класс и с насмешкой посмотрела на учеников. У тех челюсти отвисли до пола. С трудом в этой женщине можно было узнать прежнюю учительницу. Свои светлые волосы она перекрасила в черный. Чёлка перекрывала белоснежный лоб. И вместо голубого костюма, её тело было обтянуто платьем вишнёвого цвета. – Так вот почему её с утра не было... – послышалось из конца класса. Новая Каринина соседка незаметно шепнула ей на ухо: – Вылитая ведьма! Карина не слыша, что та сказала, мотнула головой. Она была в шоке и немножко злилась, что Милана с ней не посоветовалась. Рассматривая платье, у неё в голове повторялась утренняя фраза женщины про вишенку. Почему-то хотелось смеяться. – Чего застыли? С 1 апреля! Проверяю сегодня кто меня узнает, кто нет. Ты, кстати, Троекуров, не поздоровался со мной. – захохотала учительница. Милана Александровна хорошенько высмеила Каринин свитер и начала урок. Подвохов она больше не ждала. А вот Карина чувствовала себя деревянной от ожидания. Вскоре кто-то подмигнул Мае, сидящей рядом с Кариной, и она шепнула соседке, чтобы она была спокойна. А затем быстро притянула Карину к себе и прижала её руки к своей талии и груди и громко засмеялась. Карина не успела отреагировать и понять, что происходит. А Милана Александровна уже смотрела в её сторону испепеляющим взглядом. Всё внутри девочки сжалось. Она ещё ни разу не давала Милане повода для ревности. И теперь ей в первый раз предстояло узнать, что она будет делать в этом случае. И это её совсем не радовало. Внутри Миланы извергался вулкан и её злость растекалась по венам, уничтожая всё на своём пути. Как? Как её Карина могла себе позволить лапать кого-то? Ей было плевать розыгрыш это или нет. Такого она девчонке не позволяла. Карина принадлежала только ей и точка! В голове начало что-то шевелиться и превращаться в мысли о плане мести. Значит полапать ей кого-то захотелось! Ну, так Милана не останется в долгу. Надо только подождать, а пока угомонить этих испорченных детей. – Чего лыбитесь? Я сказала, начали урок, значит начали! Надо знать границы! Сейчас этих двоих лягушек к директору вышвырну и всё! – Милана Александровна, ну, это же розыгрыш! Вы чего? – жалостливыи голосом заныла Мая. – Ах, розыгрыш! – зловеще взглянула женщина – Так и я сейчас пошучу. Телефоны быстро мне на стол! Все! – Зачем? – Контрольная работа! Поняв, что Милана Александровна вышла из себя, никто не стал спорить. Через несколько секунд множество телефонов украшали учительский стол. Учительница с недоверием взглянула на повинующихся детей и пройдя к задним партам нажала коллективный звонок в классном чате. На столе дрожали и выли звонки. А один послышался из пиджака одного пацана. Он вздрогнул, а Милана за секунду отобрала у него телефон, обозвав ничтожным лгуном. Затем она огрызнулась на двух девочек, сидевших сзади. И послала их в лаборантскую, чтобы они решали тесты отдельно. По причине того, что они всем могут дать ответы. Это за ними действительно водилось, плюс, они были главными собирательницами сплетен и ябедами в классе. Но то, что Милана закрыла их, детей начало возмущать. Но учительница не обращая ни на кого внимания и главный выход закрыла на ключ. – Она нас тут убить что ли хочет? – спросил кто-то, наблюдая, как она перекрывает выходы. А женщина села на свой стул и несколько минут просто смотрела на своих учеников. – Вы ждёте, что мы извинимся? Ну, извините. Мы не правы. – решился кто-то заговорить. Милана в ответ лишь ухмыльнулась и закатила глаза. – Зачем мне ваши извинения? На них ни хлеба не купишь, ни дом не построишь. Каратаев, к доске! Карина невольно вспомнила, как он написал тогда в закрытом чате, что бы хотел сделать с Миланой. А она читала и смеялась. Теперь всем было не до смеха. – Домашнее задание. Живо. – Я не выучил. – А что ты делал? Порнуху смотрел и меня в главной роли представлял?! Да?! – повысила на него голос преподавательница. – Гнет. С ччего Вы взяли? – краснея, замямлил Артём. Милана Александровна встала и обойдя со спины свою жертву, громко заговорила. – Да, я каждого придурка в этой школе знаю, который хотел бы меня! Повезло с внешностью, не правда ли?! Думаете, не видно? Какая похабщина! Смотреть на учителя и представлять такое... – с истинной злобой и ненавистью выговаривала слова женщина. – Да, только не стоит внимание каждого из вас ни гроша! Противно! Мне просто противно!... Все молча с огроменными глазами смотрели на вспылившую училку и невольно краснели. В какой-то момент она умолкла и закрыла глаза. В её голове варились какие-то мысли. И всем было страшно какой супчик из этого получится. Милана Александровна снова оглядела класс и, жутко улыбнувшись, перевела взгляд на красного, как помидор, Артема. – А может ты меня переубедишь? Ну, давай! Твой шанс. – серьезным тоном спросила учительница. Мальчик молчал. – Я так и думала... – вздохнула она и уже заметно начала приходить к своему привычному всем порядку мыслей. Но Артём неожиданно накинулся на Милану и прижал её к стене. Меньше, чем за секунду он прильнул губами к её приоткрытым от удивления губкам. Когда женщина, опомнившись, попыталась вырваться он её отпустил и отвёл взгляд. Испуганный взгляд Миланы сразу устремился на Карину. Теперь ненависть читалась в её глазах. Учительница, заметив это, виновато опустила свой взор и чуть пошатываясь, подошла к своему учительскому столу. Она прикрыла лицо руками и очень тихо попросила: – Пожалуйста, только не распространяйтесь об этом. Если об этом узнают, мне такое будет... Пожалуйста, давайте сделаем вид, что ничего не было. Хоть она сказала это очень тихо, все прекрасно слышали. Все утвердительно молчали. Но Артема видимо ситуация не удовлетворяла, он снова резко и неожиданно напомнил о себе. – Милана Александровна, я Вас люблю! Дайте мне шанс, настоящий шанс! Я Вас не разочарую! Я всё для Вас сделаю! – эффектно заговорил он. Милана даже на него не смотрела. Возможно, и не слышала. – Да, заткнись ты! Её из-за тебя уволить могут! – прервал его речи чей-то разумный голос. Артём замолчал. А владелец разумного голоса встал и начал свою речь. – Ребят, давайте реально постараемся, чтобы об этом никто не узнал. Нельзя рассказывать ни друзьям, ни тем более родителям, ни этим...– оратор мотнул головой в сторону лаборантской – Это серьезно. Карин, тебя это тоже касается. Понимаю, что у вас с Миланой Александровной сложные отношения, но тут у человека слишком большие проблемы могут получиться. И ты, Артём, если любишь, пожалей её. Подожди до совершеннолетия. Хорошо? Все согласны? – Да.