Аск по фанфику "Жизнь до шоу"

Пока наши любимые герои занимались своими обыденными делами, через их забытый многими городок ехали два автобуса. В них колесили ребята, что решили поездить по городам России. И у них совершенно не было в планах останавливаться именно здесь, но резко громыхнувший двигатель одного из автобусов вынудил их закончить путешествие. —Что произошло? — воскликнула антропоморфная красная панда по имени Келли, резко вскакивая с дивана. Человек сидящий на переднем сидении и управляющий самим автобусом, с лëгкой тревогой поправлял пиджак и снимал цилиндр. Иксатор открыл дверь автобуса и вышел на дорогу. Второй автобус остановился рядом. Из него вышли несколько людей. —Почему вы остановились? У вас поломка? — нервно виляя хвостом спросила Чай. —Надеюсь нет. — добавила свои слова Кустик поглаживая свои зелëные волосы и щипая листики на них. Иксатор в это время уже рылся в двигателе, но после быстро отойдя и кашляя, начал объяснять: —Да, у нас небольшая поломка. Здесь потребуется много времени, чтобы всë починить. Не меньше пяти часов точно. —Пяти часов!?! Я не выдержу столько! Я лучше пойду прогуляюсь где-нибудь. — воскликнула недовольно Воши, после выпрыгивая из автобуса и начиная уходить в сторону городка. —Может. Нам тоже стоит прогуляться? — спросила невзначай Спул дëргая себя за ниточные волосы, с лëгкой улыбкой — Если здесь есть рядом город, сможем купить продуктов, искупаться в общественном душе и по нормальному сходить в туалет. Может узнаем что-то интересное. Как... В Гравити Фолз! —Вау! Отличная идея Спул! — радостно воскликнула Чай подбегая к девушке и забирая еë из автобуса. Только все согласились с этой идеей, как к автобусам подошла Воши, а рядом с ней была высокая голубоволосая девушка. —Хей ребят, смотрите кого нашла. Она нам может помочь. — сказала розововолосая указывая на Лампчку. —Привет! Вижу у вас небольшие трудности с транспортом. У меня с собой пока нет инструментов, но я сказала моей подруге Чарджери их принести и помочь мне помочь вам. — воскликнула добродушно светящаяся. К девушке сразу подошëл Иксатор. —Вы разбираетесь в автомобилестроении? — спросил он одевая цилиндр. —И не только в нëм. Можно взглянуть? — спросила Лампчка. Он в ответ кивнул и разрешил подойти к автобусу и начать рыться в двигателе. У Лампчки всегда был длинный язык, поэтому даже несмотря на своë не самое удобное положение, она рассказывала о городке, о его жителях, о своих друзьях. Даже пару раз лишнего взболтнула. Хотя всë это с самым большим интересом слушали застрявшие здесь гости. —Вау. Всего одиннадцать людей! — удивилась Чайник, взмахнув драконьим хвостом. —Есть робот. — продолжил Иксатор. —Есть бар. — кокетливо хихикнула Атея. — И ходячий мертвец, который знает больше нас. — продолжил барашек Женя. Лампчка удивлëнно глянула на ходячее облачко. —Вау. Этот барашек интересный. А кто он? — спросила механик. —Он экстрасенс. Полезный чел, благодаря ему, я узнала, что мой первый брак закончится разводом. Хотя меня больше интересует как я вышла замуж. — ответила на вопрос Лампчки Сандра. —А можно нам задать пару вопросов тебе? Просто нам стало так интересно после твоего рассказа. — невинно улыбаясь сказала искрящимися глазами Чай. —Конечно, я отвечу на ваши вопросы! Ну, постараюсь. — с радостью воскликнула Лампчка уже с нетерпением ожидая какие же вопросы ей зададут путники. —Наверно очень мило иметь друга, что так заботится о тебеее... Но всегда ли он был такой... Холодный? Не было ли того самого момента "до", когда он в принципе был добрым даже на людях? Или он всегда был такой "стесняшкой" после знакомства с тобой? — бекнул Женя, задавая первый вопрос. —Оу. Отвечу по порядку. Кнайф заботится обо мне не так гиперопекающе, но мне и правда кажется очень милой его забота. Но на счëт холодности. Когда мы были ещë детьми, Кнайфа воспитывали методом "кнута и пряника". Поэтому он редко когда показывает свою добрую и заботливую сторону, но она всë же есть. Хотя на его характер всë же очень сильно повлияло взросление и воспитание. —Слушай, ты с чего-то не того начал. Сначала более простые и лëгкие вопросы, а потом уже посложнее. — сказала Николь скептически взглянув на Женю, а после подошла к Лампчке — Как твоë здоровье? —С моим здоровьем пока что всë хорошо. Хотя если Кнайф узнает, что я помогаю незнакомцам чинить двигатель, я уже не буду такой здоровой. —Поздравляю тебя с выпиской из больницы! — хором поздравили Лампчку Валера и Спул. —Хи-хи. Спасибо вам. —У тебя есть любимый вид роллов? Когда впервые их попробовала? — спросила Спул, дëргая спицы в волосах. —На самом деле я ещë не ела роллы, но хочу их обязательно попробовать. —Когда доделаешь эндоскелет 01 из Fnaf? — хором крикнули Спул и Солши. —Я его уже доделала. Когда-нибудь он мне пригодится. Теперь всегда буду его носить в кармане. Хи-хи. —Происходило что-то очень смехотворное/смущающее за эти два месяца в больнице? — спросил Валера, поправляя чëлку. —Ох. На самом деле много чего. Мне три раза пришлось идти на рентген, где приходилось снимать футболку перед Кнайфом. И я стояла перед ним без верхней одежды, нижнего белья... А он даже не моргнул, ему было всë равно, но это и хорошо, он ведь врач. Хотя это ещë что. Ведь когда я спала две недели ему наверняка приходилось переодевать меня и мыть... Я не хочу об этом думать. Зато теперь я могу спокойно снять перед ним футболку совершенно ничего не стесняясь, тем более он мой близкий друг. Просто теперь я без комплексов. —Какая из процедур, что проводил с тобой Кнайф, тебе больше всего не нравилась? — спросила Спул. —Мне не нравились многие процедуры. От болючих антибиотиков внутримышечно, до горьких таблеток. Самыми нормальными казались капельницы. —В чëм заключается твоë хобби? — задала вопрос Мари, пряча руки в карманах шорт. —Сколько у тебя хобби? — так же задала вопрос Солши, встряхивая с волос соль. —Хе-хе. Какое из? У меня их около пятидесяти. —Почему из всех тебе хочется стать лучшими друзьями именно с Кнайфом? — хором спросили Сандра и Мари, после удивлëнно взглянув друг на друга. —Просто... Кнайф мой самый первый друг. Мне хочется, чтобы наши дружеские отношения достигли самого высокого уровня. —Сколько лет было тебе и Кнайфу когда вы познакомились? И как? — не останавливалась Спул. —Я была очень одиноким и гиперактивным ребëнком. Мне нужно было внимание, но его никто почти не давал. В четыре года я уже читала атласы и энциклопедии. Вообщем, мне было чем заняться ведь я была на домашнем обучении которое мне давал мой папа. Он был учëным-изобретателем и постоянно был занят. Обучала меня Чарджери. Когда я закрепляла одну тему, я с грустью ждала повторения этой же темы, которую я прекрасно усвоила с первого раза. Поэтому я не раз сбегала и тайком выходила во двор. Ещë тогда, там был высокий забор, а я была низкой. Это я потом вымахала под метр восемьдесят. Не суть. В один из таких дней, я резвилась во дворе, пока меня искала в доме Чарджери. Я ещë хитрая была, заперла снаружи дверь, чтобы за мной раньше не пришли. Во дворе было дерево, на нëм качели. Я на них каталась и смотрела как дети за забором живут свободной жизнью: играют, веселятся и делают глупые детские вещи. Я тоже хотела этого, но понимала, что сейчас у меня никак не получится сбежать. Я решила залезть на дерево, чтобы получше рассмотреть детей. Уже сидя на ветке, я затаила дыхание и наблюдала. Ох, как же я тогда хотела прыгнуть и побежать к ним, чтобы присоединиться к игре, но не могла. И тут в меня прилетел футбольный мяч. Я успела уклониться и он просто застрял между веток. Потом ко мне прибежало пару мальчишек, они сначала не заметили меня. Среди них был Кнайф. У него ещë тогда не был сломан нос, но был выбит зуб, так что выглядел он уморительно. Он искал мяч здесь, пока его друзья ушли искать подальше. И тут он заметил меня. Я до сих пор помню его слова: —Опа. Девчонка. Что ты здесь забыла? Да ещë и на дереве чужого двора. Как забралась? Воровка что-ли? Я завизжала от радости и от того, что впервые говорю с ровесником. У нас завязался короткий диалог. Я отдала ему мяч, после чего Кнайф решил уходить, но вернулся и сказал, что скоро прийдëт. И он не обманул. Он вернулся и мы продолжили разговаривать. Я была вне себя от счастья, но всë быстро закончилось, когда меня всë же нашла Чарджери. Он крикнул, что прийдëт поговорить и поиграть завтра. И он пришëл. И приходил каждый день. Тогда мы с Кнайфом и познакомились. Ему было где-то десять, а мне семь. Вау, это получается у нас юбилей! Нашей дружбе уже десять лет! —Планируешь с Кнайфом что-то большее, чем стать лучшими друзьями? — двигая бровями спросил Валера, после чего к нему присоединилась и Солши с Мари. —Оу... Эм... Хе хе. На самом деле я даже не задумывалась, то есть... Я конечно думала об этом, но только в виде мыслей перед сном из-за которых ты долго не можешь заснуть, но в серьëз – никогда. Я не знаю, Кнайф для меня как друг, на большее я не рассчитываю. К тому же я никак не могу представить меня и Кнайфа в отношениях. Это слишком... странно? —Какой максимальный ток может пройти по твоим венам, прежде чем твоë тело даст трещину? — поинтересовалась Солши хлопая светло-бирюзовыми глазами. —Охохо. На самом деле я не помню. Отец часто использовал моë электричество в своих экспериментах. Я сама на это соглашалась, вы не подумайте. Так я избавлялась от лишнего электричества, а сейчас так не получится к сожалению. И когда я долго не сдавала электричество у меня как раз трескались кожа и когда я шла на его сдачу, Чарджери насчитала около 500 или 600 вольт. Так что думаю на 600 вольт кожа трескается и я перегреваюсь, 800 я раскаляюсь и на всëм моëм теле трещины, 1000 я умираю. Поэтому мне желательно не ходить в грозу. —Есть ли у тебя зависимость от чего-то? — спросил Иксатор поправляя пиджак. —Только зависимость от друзей! —Что-то кроме особенного вида ихтиоза тебе передалось от родителей? — задумался Валера, поглаживая кофту. —Почти вся моя мутация это генетика. Я состою из моих родителей. Как бы это странно не звучало. —Как ты справляешься со своей мутацией? Расскажи о ней ещë. — продолжил Иксатор. —Как я и говорила раньше, у моего папы была машина, которая высасывала моë электричество, сейчас она сломана и я не могу еë починить, так как чертежи от неë потеряны. Я была очень активным и эмоциональным ребëнком и не могла себя контролировать, да и сейчас не особо могу. Поэтому Чарджери мне и сказала занимать себя хобби. Они хоть немного, но снижают количество тока, что я вырабатываю, когда нервничаю или слишком сильно поддаюсь эмоциям. Йога и шахматы особенно хорошо помогают успокоиться. Ещë я иногда заряжаю электроприборы, но делаю это осторожно, потому что они могут сгореть. Ну ещë я иногда пью успокоительное, что тоже немного помогает. —Какое успокоительное ты пьëшь? В каких дозах употребляешь в день? Или же в неделю? — спросила Атея взъерошив свои длинные, чëрные волосы. —Ой, когда как. Могу иногда валерьянку выпить, иногда глицин под язык положить. Хотя сейчас Кнайф мне дал какое-то новое успокоительное, но я не помню как оно называется. —Ты всë детство провела с Чарджери? — вновь поинтересовался Валера, сузив карие глаза. —Да. Она в основном занималась моим воспитанием и обучением. Еë я даже больше помню рядом с собой, чем отца, а маму тем более не помню. —А для каких целей твой отец создал Чарджери? — задала вопрос Мари. —Изначально папа создал Чарджери как робота лекаря, которая будет лечить людей, что тяжелее всего перенесли радиацию. Когда родилась я, он перепрограммировал еë на робота-няньку. Она должна была заменить мне маму, что у неë успешно получалось. После второй волны радиации, когда я уже повзрослела, я начала понимать, что тоже должна помогать людям. У меня был иммунитет и я не могла никак пострадать, спасибо большое папе и его экспериментам. Пока я сидела в своей комнате, строила чертежи и созванивалась с Кнайфом как с врачом, папа снова корректировал Чарджери. Он знал, что почти никого не останется, но он слишком любил этот тихий городок, что решил сделать из Чарджери искусственный интеллект, что сохранит этот город. И она продолжает выполнять поставленную ей задачу, даже после смерти еë создателя —Чарджери тебеееее кто? Я знаю, что она робот, но кем ты еë ощущаешь? Мачеха? Сестра? Босс? Или может наоборот... — загадочно бекнул Женя. —Оу... Да. Чарджери для меня далеко не чужой че... робот. Она столько времени со мной провела, что я не могла не воспринимать еë как маму, но папа ругал меня за это. Я до сих пор не могу развидеть как она пусть и без чувств, но читала мне мою самую любимую книжку по физике на ночь. Я стараюсь перестать еë воспринимать как маму и хочу увидеть еë как хотя бы подругу, но это сложно. Все мои семнадцать лет она была рядом со мной. Я не была бы собой, если бы не она. И я рада, что еë программа дала сбой. Теперь она выглядит живой и счастливой. Пусть и не со мной. —Как вообще случилось, что ты стала электриком? — расспрашивала Мари. —Это произошло когда только началась вторая волна радиации. Я понимала, что на папиных деньгах всю жизнь не проживу и мне надо устраиваться на работу и хоть как-то зарабатывать. Я уже оставила попытки придумать способ защититься от радиации и думала о том как жить и продлить жизнь отца прикованного к кровати. Он как раз во время закончил совершенствование Чарджери и посоветовал мне обратиться к ней. Она уже во всю работала над городом и беседовала с Нансенсу. Так Чарджери и дала мне работу. —В каких случаях ты излучаешь свет? — продолжала спрашивать Мари с интересом хлопая зелëными глазами. —Яркие эмоции и нервы. Нервная система выделяет электричество, которое может храниться во мне долгое время и накапливаться. Светиться я могу при сильном волнении, стрессе, слишком радостном или злом настроении. —Насколько сложно жить с такой мутацией? Были моменты, когда она мешала в быте? — спросил Женя, почесав свою шерсть на голове. —Сначала всегда сложно, но потом вбиваешься в такт и это становится не так и проблемотично. И да, моменты были. У меня все лампочки перегорели и электроприборы сломались. Мне пришлось всë чинить и заменять. —Все рано или поздно уйдут из этой жизни навсегда, время тех мышек уже пришло, почему ты так сильно разволновалась из-за этого? — чуть нервничая и теребя рукава, спросила Солши, грусто глянув на Лампчку. —Оу... Я. Я не могла допустить этого. У абсолютно всех существ есть шанс жить, за него надо лишь во время ухватиться. Я хотела помочь им, ведь после стольких смертей, что я видела, не хочу допускать ещë. Даже если это грызуны, они тоже живые. У нас итак никаких животных не осталось, а я так скучаю по своему псу, который тоже умер от радиации. Я бы оставила их у себя или отпустила. Просто сейчас животные большая редкость. И птиц стало меньше от чего насекомых поразвелось. Но по прогнозам папы, всë должно наладиться через год. Уже весной они появятся. —Помнишь что-то про родителей? — спросил Иксатор. —Да. Помнишь что-то из детства? Про отца например? — тоже поинтересовалась Мико блеснув своими янтарными глазами. —Конечно помню. Кроме одного. Моя мама умерла при родах. Мутация очень сильно влияет на организм людей. Из-за чего роды стали очень часто заканчиваться смертью, но мои родители хотели меня и всë же смогли добиться моего трудного рождения. Маму я естественно не помню. И пусть больше времени со мной проводила Чарджери, папа тоже любил меня. Он видел во мне такого же учëного. Первый раз он провёл меня в свою лабораторию в 10 лет и дал инструменты. Я тогда создала свою первую, не самую удачную и рабочую модель дрона. На первом же полëте он и разбился, но папа похвалил меня, а после выделил отдельную мастерскую в доме. Он стал учить меня тому, что знал. Это были лучшие часы, что мы вместе проводили. —Вау. Столько всего узнали. Мне захотелось задать парочку вопросов и другим. — воодушевилась Мари взглянув в сторону городка. —Да, мне тоже, но как же автобус? — непонимающе спросила Мико. —Ох, вы можете идти прогуляться. Сейчас должна подойти Чарджери с инструментами и мы всë починим. — ответила Лампчка. —Я пожалуй останусь и буду чинить вместе с вами. Кстати. Небольшой подарок от меня. Может тебе понадобится. — сказал Иксатор протягивая медный кабель Лампчке. —О! Я тоже хочу кое что подарить. — воскликнула Николь взмахнув чешуйчатым хвостом и протянув Лампчке серебристый браслетик. —Вау! Спасибо вам огромное! Я обязательно это сохраню. — с улыбкой на лице произнесла девушка. —А можно тебя обнять? — спросили Валера и Атея. —Да, конечно. Я не против. — ответила Лампчка раскинув руки для объятий, после чего к ней подлетели путешественники, теряясь в еë объятьях. После этого оставшаяся часть компании пошла в сторону города, пока по дороге они не встретили робота с большой сумкой на плече.