друзья.

серость и сырость. холод и грусть. детская площадка и аякс. над головой, будто большое одеяло, небо, затянутое тучами. угнетало, давило на веки, заставляя их прикрыть, давило на губы, стирая улыбку, давило на душу, окуная в море густого тумана. под ногами, будто простынь, сырая после дождя земля, источающая ужасающий душу холод. грязный асфальт, грязная вода в лужах. и будто ты сам тоже весь грязный, сырой и холодный. подушка - твои мысли. как в кровати ты зарываешься носом в подушку, так и тут ты задыхаешься в своих мыслях, чувствах. растворяешься в тоске и одиночестве. в голове почти нет связных предложений - ты лишь существуешь здесь и сейчас, потухшим взглядом разглядывая свои руки. бледные от холода, они вдруг показались тебе самой интересной вещью во всём мире. от буйных порывов ледяного ветра скрипели старые качели, нагнетая. пустая детская площадка, окутанная серостью, вызывала тревогу. аякс сидел на горке, выпрямив ноги и откинувшись спиной на холодный металл. с трудом держа глаза открытыми, он всматривался в окна многоэтажного дома. ему казалось, что на всей планете сейчас остался только он и его заледеневшие руки. - хандра из-за погоды? куникудзуши подошёл почти беззвучно, только грязь под его подошвой неприятно скрипела. как обычно спрятал лицо в шерстяном шарфе; взгляд такой же усталый и пустой, как у аякса. - ага. куникудзуши ничего больше не сказал, только сел рядом с аяксом на горку и тоже уставился в окна, засветившиеся мягким светом ламп, так сильно выделявшимся на фоне пасмурного неба. они просидели так какое-то время, прежде чем куникудзуши снова заговорил. - пошли со мной к казухе. у него там шарлотка и ягодный чай. обогреватель, куча пледов. а ещё альбедо с коллеи. погода всех убила, вот и решили собраться, а то совсем погано в одиночестве. куникудзуши всё-таки сдался и закрыл глаза, устало навалился другу на плечо. аякс улыбнулся. - пошли.

***

дверь с грохотом закрылась, от чего все друзья поморщились. казуха, будучи самым стойким к всеобщему унылому настроению, ушёл заваривать горячий чай. коллеи вышла обнять аякса. она слабо улыбалась, но лучилась теплом. альбедо не смог заставить себя подняться с дивана, поэтому только промычал что-то в знак приветствия. куникудзуши развалился на полу, жалуясь на то, что именно его отправили за другом по холодным и страшным улицам. казуха вынырнул из кухни, на ходу говоря, что ему нужна помощь, но запнулся на полуслове, потому что чуть не наступил на своего парня. аякс расплылся в улыбке, еле сдерживая себя, чтобы не разрыдаться от нахлынувшего тепла и умиротворения. - я сам отнесу все кружки, а ты лучше соскреби эту лужицу с пола. аякс перешагнул через куникудзуши, который громко возмущался после слов друга. после аякс услышал мягкий смех коллеи, очень тихий смех альбедо и утешающий голос казухи, в котором играли весёлые нотки. квартира казухи источала тепло, как и её хозяин. она не была идеальной: потолок, с которого иногда сыпалась штукатурка, ободранные на углах обои, которые казуха старательно пытался привести в порядок, старая скатерть на кухне в клетку, вся испещрённая полосами от ножа, плитка в ванной, покрытая мелкими россыпями трещин, скрипящие стулья, старая мебель, которую казуха нашёл в интернете бесплатно и которую они все вместе собирали. она не была идеальной, но все друзья любили это место: даже в самые промозглые и грустные дни квартира казухи была наполнена теплом и уютом. на кухне на подоконнике, свернувшись клубочком, спал кот казухи. полосатый, маленького размера, слегка пушистый. казуха нашёл его на улице. - привет, мелкий. аякс погладил кота, тот потянулся и замурчал, довольно щурясь. из гостиной, которая по совместительству была спальней казухи, послышался смех и ворчание куникудзуши. тепло заполняло акса с ног до головы, гоня прочь холодный туман. он отнёс кружки в гостиную, наслаждаясь тем, как быстро согреваются его руки. через некоторое время казуха сообщил, что шарлотка готова и все пошли к столу. даже альбедо выполз из своего вороха одеял. приободрившаяся коллеи рассказывала им истории со своего недавнего похода. альбедо смеялся при упоминании шуток сайно. аякс и куникудзуши одобрительно хмыкали, когда она рассказывала о колких словах своего учителя, которому в очередной раз пришлось объяснять очевидные вещи прохожему человеку. казуха становился особенно заинтересованным, когда она упоминала грибы и травы. это заставляло улыбаться куникудзуши. все смеялись до слёз, когда она рассказала, как сайно выделывался перед тигнари очередной гениальной шуткой и, оступившись, упал в лужу. ближе к вечеру за столом остались лишь казуха с коллеи, продолжая обсуждать садоводство. альбедо и куникудзуши ушли спать, вымотанные долгими разговорами. аякс же сидел на кухне с котом на коленях, медленно поглаживая его по спине. - знаешь, мелкий.. друзья.. - он ненадолго замолчал, - это очень здорово. мелкий вопросительно мякнул и аякс тихо засмеялся, обнимая кота.