Our Way

— Ты уже уезжаешь? — спросила тётя Хейди, увидев, как Олли упаковывает вещи в чемодан. — Да, я поеду, — ответил тот. — Останься ещё ненадолго, — попросила она, кладя руки ему на плечи. — К сожалению, не могу, извините меня, — Матела сделал жалобный голос, — Мне нужно из отпуска пораньше выйти, коллегу заменить. — А тебе потом отдадут эти дни обратно? — тётушка переживала за отдых своего племянника. — Конечно, ещё и оплатят то, что я раньше вышел, — соврал Олли, ведь ему не нужно было раньше выходить на работу. — Ну ладно, — грустно вздохнула Хейди, — Будем тебя ждать, приезжай ещё! — Обязательно приеду! Он застегнул чемодан и накинул на плечи рюкзак, после чего крикнул в сторону кухни: — Рику, я поехал! Пока! Брат вышел в коридор, чтобы проводить его: — Может, тебя до аэропорта довезти? — Нет, спасибо. За мной знакомый заедет, — ответил Матела. — Тот самый? — ухмыльнулся Рику. — Да, он. Отстань только от меня, — засмеялся младший. — Вы о ком? — Хейди удивилась, ведь ей никто не рассказал о приключениях племянника в пути. — О дальнобойщике, который привёз меня сюда, — ответил Олли, — Всё, меня ждут, поехал. Пока! — они обнялись на прощание, и Матела вышел из дома. Поставив чемодан у лавочки, он встал под крышу у подъезда, потому что, как и в тот самый день, начался дождь, и стал ждать Томми.

***

Ровно в десять утра, как и планировал, Лалли выехал из Кеми в сторону Оулу, чтобы забрать Олли и затем вместе ехать в Хельсинки. Перед выездом он встал пораньше и зашёл в аптеку за смазкой и презервативами. Всё-таки он решил не слушать навязчивые мысли, которые выдавал его мозг каждый раз перед сном или в дороге. Погода снова была не очень, как и в день их первой встречи. На улице снова лил дождь, но уже не такой сильный, по стёклам стекали мелкие капли, которые тут же смывали без остановки работающие дворники. Спустя два с половиной часа Томми увидел указатель с надписью «Оулу». Сердце забилось в волнительном ожидании — он скоро увидит Олли. Снова. Парень взял телефон и позвонил по уже выученному наизусть за недолгое время номеру. — Алло, — послышалось на том конце провода. — Я въехал в Оулу, — сказал Лалли. Всё это время они только переписывались и даже не скидывали друг другу голосовые сообщения, поэтому, когда Томми снова услышал голос Олли, почувствовал, как тело начинает наливаться теплом. Матела, стоя у подъезда своей тёти, ощутил, как по ногам и рукам побежали мурашки, а глаза невольно прикрылись от той капли удовольствия, что разлилась по его телу, когда он услышал этот голос. — Я уже стою у подъезда тёти. Помнишь адрес? — спросил он, глубоко вздохнув. — Да, я помню, куда ехать. Ты скидывал в сообщении. Минут через двадцать буду, — сказал Томми. — Жду, — они сбросили вызов. Несмотря на дождь и прохладную погоду на улице, Олли стало жарко. Сам не понимая причину, он потрогал лоб — вдруг простудился, и поднялась температура? Нет, жара нет, всё в порядке. Но почему-то стало душно, будто перекрыли кислород и оставили в сауне с запертой дверью. Парень достал из рюкзака бутылку воды и сделал несколько глотков. Вроде легче. Но в груди поселилась приятная тревога перед встречей с Томми.

***

Машина Лалли уже подъезжала ко двору, где живёт тётя Хейди. Сердце забилось всё чаще и чаще, ладошки вспотели, от чего начали немного скользить по рулю. И вот, он припарковался у подъезда и увидел знакомые светлые кудри. Поставив грузовик на ручник, он вышел из кабины: — Привеет, — широко улыбнувшись, он подошёл под крышу к Олли и прижал его к себе. Матела уткнулся в его грудь, обхватывая руками спину: — Привет. — Как отдохнул? — спросил Лалли, смотря вниз. — Хорошо. А ты как поработал? — младший поднял голову вверх. — Тоже неплохо. Не без сюрпризов, конечно. Но вроде всё нормально, — ответил тот, — Давай помогу, — он взял чемодан парня одной рукой и закинул его в кабину в шкафчик сверху, а рюкзак оставил недалеко от кровати в спальном отсеке. Олли тем временем уже устроился на пассажирском сидении: — Нам долго до Хельсинки ехать? — спросил он. — Посмотрим, — ответил Томми, пересаживаясь за руль, — А ты куда-то торопишься? — У меня ещё неделя отпуска. — Ну за неделю-то точно доедем, — рассмеялся он, заводя автомобиль, — Ну что? Поехали? — Ага, — улыбнулся Матела, снимая кофту. Старший еле заметно закусил губу, увидев руки парня, и постарался сконцентрироваться на дороге. — Через шесть часов останавливаемся, — предупредил водитель, ведь дальше ему будет нельзя ехать до утра. — Хорошо, — согласился Олли, — Кстати, а что мы везём? — Тонны стирального порошка, — усмехнулся Лалли, — В гипермаркет, в Сокос. — Прикольно, — посмеялся младший и начал смотреть на дорогу, которую еле-еле было видно из-за дождя, с каждой секундой становившегося всё сильнее. В кабине грузовика повисла неловкая тишина. Томми боялся смотреть на Олли, а Олли боялся смотреть на Томми. Да даже разговаривать друг с другом было страшно. Оба, втайне друг от друга, были уверены — если их взгляды встретятся, а тела соприкоснуться, им будет всё равно и на груз, и на дорогу, и на то, что они едва знакомы. Та ночь мгновенно повторится. Но Лалли не хотелось казаться озабоченным, а Матела не хотелось казаться легкодоступным, поэтому оба продолжали подавлять в себе желание прильнуть к чужим губам, коснуться друг друга руками и закрыться от всего мира в спальном отсеке. — Как там тётя с братом? — Томми первым не выдержал угнетающего молчания. — Всё отлично, — ответил Олли, смотря в окно, — Брат работает, тётя всех откармливает. Ждут меня снова в гости. — Приедешь? — водитель остановил машину на светофоре. — Наверное приеду как-нибудь, — пожал плечами младший. — Если я буду дома, заходи. Напиши мне только перед этим, — Лалли любезно пригласил его в гости. — Хорошо, — тот улыбнулся, — Ты тоже заходи, если в Хельсинки будешь. — Ладно, — и снова неловкое молчание. Томми тронулся, набирая максимальную разрешённую скорость, стараясь проехать за день как можно больше, но спустя буквально полчаса пришлось значительно замедлиться: погода совсем не даёт спокойно доехать до пункта назначения. Началась гроза, ливень стал ещё сильнее, на дорогу падали деревья, которые приходилось объезжать, на трассах образовывались пробки из-за ДТП. — Томми, что это? — воскликнул Олли, смотря в окно. — Фура в кювет ушла, — спокойно ответил тот, замечая упавший с дороги грузовик и разбросанные вокруг него коробки, из которых высыпались пачки чипсов. — Давай чипсики спиздим? — засмеялся Матела, на что водитель также ответил смехом: — Тебя на место аварии не пустят. Да и нехорошо это, — ответил он, — Хотя парнишке всё равно неустойку придётся платить. Если он выжил, конечно. — А что? Мог не выжить? — ахнул Олли. — Конечно. Всё бывает, — старший пожал плечами, объезжая место происшествия. — А ты когда-нибудь попадал в аварии? — после небольшой паузы спросил Матела, поворачивая голову на Томми и прожигая его взглядом. Тот будто даже не моргал. — На грузовике в такие серьёзные не попадал. На легковой да, — ответил тот, не выражая ни единой эмоции. — Ты за рулём был? — Конечно, — сказал Лалли, — Я всегда за рулём. Я принципиально не сажусь на пассажирское сидение ни в одной машине. — Почему? — удивился младший. — Фобия, — чуть опуская взгляд, признался водитель. Он явно не хотел показывать Олли, что он чего-то боится, ведь он кажется парню большим, сильным, властным и бесстрашным надёжным мужчиной. — Какая? — тот не унимался. — Я даже не знаю, как тебе объяснить, — замялся Лалли, — Я боюсь умереть по вине другого человека, — он заметил непонятливый взгляд Матела и пояснил: — Я не боюсь погибнуть в ДТП, если за рулём я. Я сам буду виноват в своей смерти. А если за рулём буду не я, то получится, что я умру по вине другого человека. Я хочу сам нести ответственность за свою жизнь. — Аа, понял, — Олли снова замолчал, и в машине в очередной раз повисла тишина. Ещё около часа они не говорили друг другу ни слова. Когда парни начали подъезжать к более менее крупному населённому пункту, Томми спросил: — Ты голодный? — Пока не очень. Если что, мне тётя в рюкзак засунула почти шведский стол, — усмехнувшись, ответил Матела, — Можем никуда не заезжать. — Отлично, тогда сейчас на аварийку встанем, когда будет поудобнее, и перекусим, — сказал Лалли, — А вот на заправку всё же придётся заехать. — Хорошо, — согласился Олли.

***

— Расскажи что-нибудь про рейс, — спросил младший за обедом, — Чем ты занимался? Как всё прошло? — Ехал, чем я ещё мог заниматься? — с усмешкой ответил Томми, — Было пару косяков, но всё решаемо. Не критично, скажем так. Доехал нормально, только на въезде в Кеми пробки пиздец, простоял несколько часов на одном месте. — У тебя даже выходных не было? — немного жалостливым голосом спросил Олли. — Были два, но я предпочёл просто поспать, — ответил старший, — Как раз перед выездом. — Молодец, тебе нужно отдыхать. Ты постоянно за рулём, тебе нужно высыпаться, чтобы быть внимательнее, — улыбнулся Матела, на что у Томми потеплело в груди. Он никогда себе не признается в том, что он скучал по этой улыбке. После перекуса парни снова хотели отправиться в путь, но вызов по рации не позволил им это сделать. — Слушаю, — сказал Лалли. — Доезжай до парковки, продолжишь завтра, — начальство, зная любовь Томми к своей работе, тщательно следило за таксометром, чтобы водитель не проводил в дороге больше положенного времени. — Уже? — удивился тот, но как только посмотрел на часы, понял, что время действительно вышло — уже семь вечера. — Да. Кстати, можешь никуда не торопиться, — усмехнулся начальник. — Почему? В смысле? — Водители из другой компании задерживаются, и у тебя выгрузка через неделю. Можешь даже где-нибудь остановиться на день-два, чтобы на парковке не торчать несколько дней, — пояснил мужчина. — Ладно, спасибо, разберусь, — ответил он и поставил рацию на место. — Нихера себе, — прокомментировал Олли. — Так и живём, блять, — усмехнулся Лалли и стал искать в навигаторе ближайшую парковку или заправку, на которую ему как раз и было нужно, — О, тут недалеко. Поехали.