Our Way

Томми подъезжает к Ювяскюля. Небольшой, тихий городок. Он не раз его проезжал в различных рейсах. Здесь спокойно, людей не так много, как в Оулу или в Хельсинки, и, кажется, даже воздух чище. На часах половина пятого вечера, и весь день прошёл за рулём грузовика. Несмотря на хорошую погоду, что обычно очень радует, было грустно. Лалли и поверить не мог, что разлука с Олли будет настолько волновать его. С ним даже рейсы были лучше… он ни в коем случае не отвлекал его своими разговорами и историями, а наоборот разбавлял однотипные виды и рутину лучезарной улыбкой и звонким смехом. Томми навсегда запомнит его милую щербинку между зубами. Она, кажется, называется диастема… так ведь Матела сказал? « — Боже, следи за дорогой, влюблённый идиот!» — заговорил воображаемый дьяволёнок на правом плече. « — Стоп, почему влюблённый?» — ответил ему второй, на левом плече. Нет, ангелочка там нет и быть не может. « — Глаза открой! Он влюбился ещё в Муонио!» « — Ему не нужны отношения!» « — А вот теперь иди и скажи то же самое той четырёхкамерной штуковине, которая в груди у него стучит!» Томми снова съедают мысли в голове. Быстрее бы уже довезти эти грёбаные ящики с лакрицей до торгового центра и отдохнуть. Лечь на кровать и ни о чём не думать. « — Как ты собрался ни о чём не думать, лёжа на кровати, где он стонал под тобой?» — пронеслось в голове. — Сука! — вслух прошипел Лалли, останавливаясь на светофоре.

***

— Матела, ты чё какой грустный? — Алекс закончил вечерний обход пациентов и пришёл в кабинет для медбратьев. — Я не грустный, — ответил Олли, смотря в одну точку где-то за окном, — Просто задумался. — О чём? — он нажал на кнопку на электрическом чайнике, — Чай будешь? — О ком, — поправил его друг, — Да, буду. — Томми? — сразу догадался Алекси. — У меня чувство внутри, что мы что-то делаем не так, — признался блондин. — Что именно? — Алекс собрал отросшие чёрные волосы в хвост и завязал их резинкой, снятой с запястья. — Неправильно мы с ним дружим, — Олли вернулся к своей давней мысли, услышав которую, его друг невольно усмехнулся: — Да уж. Друзья так не себя не ведут обычно. — Я не мог упустить такой шанс, Алекс, — он потёр уставшие глаза, — Не мог. Я бы такого мужчину больше никогда не нашёл. — А влюбился зачем? — брюнет кинул чайные пакетики в кружки. — Я не влюбился, — отрицал Матела. — Да что ты? — на лице младшего медбрата появилась лукавая ухмылка, — Если бы ты не влюбился, ты бы не думал о нём. И не захотел бы его во второй и в третий раз, потому что твоя мечта уже исполнилась. — Он сказал, что почему мы не можем быть друзьями, но при этом спать друг с другом при каждой встрече, если мы этого оба хотим, — передал Олли слова Томми. — Вы как слепые котята, — усмехнулся Алекси, — Никогда не задумывался, почему вы друг друга хотите? — Нет, — блондин захлопал глазками, — Может, потому что он выглядит как мужчина, с которым я мечтал оказаться в постели? — Ну? — подводил друга к верной мысли Алекс, — А он? — Потому что я был послушным рядом с ним… Олли задумался. Он несёт полный бред. — Чушь это всё, Матела, — брюнет поставил чашки на небольшой столик и достал из ящика шоколадное печенье, — Ты бы не стал так яро отнекиваться, а подумал бы о том, что ты к нему чувствуешь. — В любом случае, это не взаимно, — парень сделал глоток горячего чая, обжигая рот. — А вдруг? — подмигнул Алекси, — Он не просто так согласился. И целовал тоже не просто так. — Алекс, нет, — настаивал Олли, — Там всё намного сложнее. Мы разговаривали с ним и оба пришли к выводу, что нам не нужны отношения. Обоим, понимаешь? — Ты можешь меня сейчас не послушать, — ответил младший. Несмотря на то, что Матела его на пару лет старше, в отношениях он был явно опытней, — Но если ты сделаешь так, как я скажу, ты скажешь мне спасибо. — Что сделать? — Сначала объясни своему мозгу, что ты влюбился в Томми, — Алекси откусил печенье, — А потом признайся в этом самому Томми. — Ты с ума сошёл? — Олли распахнул глаза. — Вот увидишь, — парень был уверен, что чувства его друга взаимны.

***

До вечера ждать не пришлось, и Томми выгрузился в торговом центре сразу, как только приехал. Пока тщательно запакованные ящики один за другим покидали прицеп его грузовика, он решил перекусить в кафе через дорогу. Пока ждал заказ, он решил поискать в интернете ближайшую хорошую гостиницу, но отзывы её посетителей и других дальнобойщиков говорили, что лучше там не останавливаться. Далеко ехать парню не хотелось — он уже устал, да и таксометр будет явно против, возражая превышению суточной нормы громким писком из динамиков. После выгрузки Томми поехал на заправку, а затем на парковку. На ночь он принял решение остаться в грузовике.

***

В восемь часов вечера у Олли заканчивается смена в больнице, и к девяти он уже был дома. На скорую руку приготовив ужин, ведь для одного себя стараться нет никакого желания, он сел за стол. Рука сама потянулась к телефону и открыла чат с контактом, подписанным как «Томми». Большой палец нажал на кнопку «редактировать» и добавил к имени ещё и розовое сердечко, после чего написал: — Привет. Ответ не заставил долго себя ждать: — Привет. Ты уже дома? — Да. А ты где? — В Ювяскюля на парковке в грузовике. — А почему не в гостинице? — Пишут, что здесь не очень хорошая. А далеко тащиться я не хочу, мне и тут хорошо. — Да, у тебя в грузовике лучше, чем в пятизвёздочном отеле. Олли вспомнил уютные ночи в спальнике. Внутри разлилась тёплая грусть. — Чем занимаешься? — Ужинать сел. — Приятного аппетита. — Спасибо. А ты чем занимаешься? — Лежу, отдыхаю. Посмотрю сейчас что-нибудь на ютубе и спать. — Куда завтра поедешь? — Домой, в Оулу. — Надолго? — Не знаю. Как позвонит начальник, так и поеду. Кстати, хотел спросить, ты по какому графику работаешь? — Два дня работаю, два дня отдыхаю. — Я постараюсь заехать, если буду проезжать через Хельсинки куда-нибудь. — Я буду ждать, приезжай. Олли смог признаться самому себе, что скучает, что хочет видеть Томми, обнять его, лечь с ним в кровать и смотреть какой-нибудь скучный фильм. Помыв посуду после ужина и поставив её в шкафчик, он перебрался в спальню, и как только его тело коснулось кровати, из глаз чуть не хлынули слёзы. Единственным желанием сейчас было вернуться на сутки назад и снова испытать эти нереальные чувства. — Неужели и правда влюбился? — спросил он у самого себя, — Нет! Этого не может быть! Не может! Я не мог! Его мысли прервало сообщение от Томми: — Когда у тебя ещё отпуск будет? — Зимой, наверное. Только пока не могу сказать, когда именно. — Может, получится встретиться? — Ты зимой тоже в рейсы уезжаешь? — Конечно. Их не так много, но есть. — Это опасно. — Поверь мне, не опасней, чем в любое другое время года. Он поставил улыбающийся эмодзи, которое мгновенно согрело душу Олли. Как будто в жизни увидел его улыбку. « — Влюбился! — осознал он, — Ой, дурак! Дурак! Матела, ты полный идиот!» — кричал разум. — Можно попробовать встретиться. Ближе к делу договоримся. Откинув телефон, Олли уткнулся лицом в подушку. Вчера в то же самое время он лежал на этой кровати в такой же позе, только при других обстоятельствах. Тогда было невыносимо хорошо. А сейчас невыносимо плохо. Даже спать ложиться не хочется, хотя пора бы уже идти в душ и готовиться ко сну, ведь завтра рано вставать на работу. В районе одиннадцати вечера снова пришло сообщение от Томми: — Пора спать. Я пойду. Ты тоже долго не сиди, тебе завтра просыпаться в шесть утра. « — Такой заботливый», — пронеслось в голове Матела. — Я тоже в душ и спать. Спокойной ночи. — Спокойной ночи.

***

Сказать о том, что ты собираешься спать, легко, а вот действительно уснуть оказалось сложно. Мысли не могли оставить Томми в покое, заставляя думать о том, что происходило в этом грузовике на этой кровати. Верить в то, что он действительно умудрился влюбиться, парень наотрез отказывался. Нет, у него нет чувств. Ему просто понравился секс. Матела просто хорош в постели. « — Так почему ты тогда целовал его?» — спросил первый дьяволёнок откуда-то из закоулков разума. « — Почему ты до сих пор не меняешь постельное бельё?» — спросил второй. А ведь действительно — почему? Запах Олли давно выветрился. « — Почему я постоянно думаю о нём? — мысленно спросил он уже сам у себя, — Я же даже имена редко вспоминал после совместной ночи с кем-то. А этот чертёнок так в мозг въелся, что не забудешь никогда в жизни. Точно чертёнок» Лалли не мог успокоиться до часу ночи, терзая себя раздумьями и сомнениями. После усталость взяла своё, но он так и не решил, что ему делать дальше, ведь так это всё продолжаться не может.