Пока ты способен взмахнуть крыльями..

Феликс останавливается на половине пути в их с Хёнджином спальню. В глазах начинает темнеть, голова безумно сильно кружится, да и в общем ощущение такое, будто его поместили внутрь колокола и ударили молотком. Ангел упал на пол, взявшись за голову. Его руки посветлели, а вокруг появилась яркая аура, исходящая в разные стороны. — Феликс, ты чего, птичка моя? — в коридоре откуда ни возьмись появился Хёнджин. Он взволнованно посмотрел на сидящего на полу ангелочка, а затем опустился рядом с ним, пытаясь понять, чем Ликс тут занимается. — Что происходит? — он заметил странное свечение, исходящее от младшего. Демон поспешил взять его за руку, и тут же свечение прекратилось, а ангел поднял свой взгляд на Хёнджина. — «Призыв» начался… Vuri koramĩn yusia — ответил Феликс. Из-за этого Хван насторожился, потому что давно не слышал, чтобы парень использовал свой родной язык. К тому же, демон до сих пор не понимал ни слова на ангельском. — Serum haso patera hejirã yun valiokarǔ… — Ликс помотал головой из стороны в сторону, а затем бросился к Хёнджину в объятия, будто бы в поиске защиты. — Что такое «призыв»? — Я.. Не знаю. Но не отдавай меня им, пожалуйста! Я чувствую, что меня хотят забрать… — ангелочек схватился за ткань чужой одежды. — Не беспокойся, — он обнял парня в ответ — Ни за что и никому тебя не отдам. ••• Вскоре после этого Хёнджин направился к Чану, чтобы попытаться выяснить, что происходит с Ликсом. Непонятный «призыв» все больше заставлял демона волноваться за своего возлюбленного. Ангелочек боялся отходить даже на несколько метров от старшего и постоянно держался за него. Потому что стоило только прервать телесный контакт, снова возникало непонятное свечение, которое Феликс не в силах был контролировать, и это его пугало. — Крис, есть дело. — Хван заходит в кабинет, держа за руку своего робкого ангелочка. — Дай-ка угадаю, тебя интересует Призыв? — он усмехнулся, поворачиваясь к собеседнику. — Как раз он недавно начался… Что ж, как бы тебе объяснить… Это явление, когда Бог созывает всех ангелов разом на небо для защиты своих владений. Значит, кто-то вторгся на Небеса и устроил там беспорядок. Теперь придется держать ангелочка на коротком поводке, чтобы он не сошел с ума и не улетел наверх. Чем младше ангел, тем ему сложнее сопротивляться воле Господа, поэтому… Следи внимательнее за ним. — Вот как? — Хёнджин кинул взгляд на Феликса и чуть крепче сжал его руку. — А где Чонин? — Он улетел разведать обстановку. — Разве нет вероятности, что он больше к тебе не вернется? — парень поднял одну бровь, слегка удивившись. — Конечно, есть, но… Во-первых, ему довольно много лет, а во-вторых, на всякий случай я поставил на него особое заклинание. — Что за заклинание? Нельзя такое же на Феликса поставить? — Нет, он более восприимчив к темной магии. Если применить на него что-то подобное, то крылья могут снова потемнеть. — на этой фразе Ликс плотнее сложил свои крылья, а Чан перевел взгляд на него — Вы же не занимались всякими непотребствами с помощью темной магии больше? Ангел в миг залился краской и опустил взгляд, а потом и вовсе закрылся своими крыльями, ничего не говоря. Стало понятно, что он отчаянно пытается скрыть факт веселого времяпрепровождения с Хёнджином. За время того, как ангел жил у Хвана, он стал гораздо чаще смущаться и понимать сокровенный смысл многих личных вещей, таких как секс. Судя по всему, эти двое не послушали совета Чана и продолжили использовать темную магию, чтобы развлекаться. Но крылья Феликса на этот раз не были даже капельку почерневшими. Его белоснежные перья оставались все такими же чистыми и невинными. Возможно, ангелочек получил гораздо большую сопротивляемость скверне, возникающей из-за демонической магии, чем раньше. — Ну… Он на меня такими глазами смотрел, что я не мог отказать… — ответил Хван, а потом кинул взгляд на свою птичку — Этот маленький развратник своим соблазнительным видом способен заставить меня сделать все, что угодно. Но, кстати, после последних нескольких раз крылья вроде не меняли свой цвет. Хёнджин взялся за крыло Ликса, расправляя его и показывая Чану, что там нет ни единого черного перышка. — Festero unu aluk biěu hejien magicka — сказал тихо Ликс. После этого Хёнджин отпустил его крыло и руку. — Неужели опять «призыв» начался? — взволнованно сказал он, когда младший заговорил на ангельском. — Нет, он просто сказал, что ему стыдно за то, что попросил тебя использовать магию для удовлетворения, хоть это и опасно. — Крис подозвал Хёнджина к себе жестом, а Ликс присел на свободное кресло. Чан отвел демона в сторону от крылатого парня, и только потом продолжил разговор. — Итак, вы практиковали темную магию.. Для чего бы то ни было… Но это больше не имеет значения. Думаю, ты все-таки можешь поставить на Феликса заклинание, но придется приглядывать за его воздействием. Это гарантирует, что он от тебя не сбежит, но… Возникнут некоторые другие побочные эффекты. Последствия могут быть непредсказуемыми. — Давай ближе к делу, Крис. Ты видишь, его руки опять начинают светиться… — Хван обернулся на сидящего на кресле Феликса, который боязливо поглядывал на демонов и пытался остановить собственное свечение. — В общем, он не такой, как я, ты или Чонин, в его голове не живут грешные помыслы, даже если учитывать ваши с ним… Взаимоотношения. Он все еще молод и невинен настолько, что его разум очень легко подчинить. И Господь Бог определенно будет этим пользоваться. Если Ликс улетит, то, скорее всего, вынужден будет снова получить Золотой символ и примкнуть к рядам Святой Армии. Навсегда. — вздох. — Ты знаешь, что такое «печать присвоения» или же заклинание принадлежности? Крис подробно объяснил, как и зачем нужно наложить колдовство на ангела. Также он уточнил, что эффект будет немного неприятным. Чтобы создать нужное заклинание, Хёнджину требовалось полное спокойствие, поэтому он вместе с Феликсом отправился снова домой. ••• Демон сел на кровать и похлопал рукой по своим коленям, после чего его крылатый возлюбленный охотно опустился на них. — Ну что, птичка, неужели ты хочешь улететь от меня? — спросил Хван, поправляя прядь чужих волос, а затем ласково поглаживая парня по щеке. — Не хочу. Но… — он опустил взгляд и взялся за чужую руку — У меня такое ощущение, что скоро Они меня заберут. — Ты не против, если я наложу на тебя заклинание, чтобы избежать нашей разлуки? Возможно, это будет неприятно или даже больно, поэтому я должен спросить у тебя разрешения.. — демон уткнулся лицом в грудь сидящего у него на коленях Ликса — Я правда не хочу тебя потерять. — Мне все равно, что я буду чувствовать, если ты меня заколдуешь… Главное, что это поможет мне остаться здесь. Yun xeru anayÿ… Лучше тебе начать сейчас, я думаю, что скоро случится новая волна Призыва. И я не уверен, что смогу harunatẽ… сдержаться. Хёнджин слегка отстранился, устанавливая зрительный контакт и кивая младшему. Рядом с ангелом он всегда чувствовал некое умиротворение и покой, а сейчас присутствовало волнение за него. Потому что Хван знает, что не сможет остановить ангела, если он поддастся Призыву и уйдет. Если раньше демон мог атаковать его с помощью темной магии, то сейчас просто не стал бы вытворять такое. Он пообещал себе, что больше никогда его не ранит ни физически, ни духовно. — Тогда… Начнем. Демон положил ладони на чужую талию. Вплоть до самого плеча его руки залились черным цветом, а Феликс прикрыл глаза. Хван мог чувствовать, что тот немного дрожит от страха перед неизвестностью. Но Ли доверял старшему и знал, что тот никогда намеренно не причинит ему боли. Вскоре Ликс начал чувствовать, будто внутри его тела образовались некие магические потоки, они шли от рук старшего и распространялись по всему телу. Это было не очень приятно, но и сильного дискомфорта тоже не доставляло. Просто появилось ощущение паники, а внутри прямо сейчас будто сталкивались грех и святость. Парень приоткрыл глаза и заметил, что по всему его телу стали появляться светящиеся черным цветом отпечатки рук. Это определенно были все те места, где Хёнджин когда-либо касался его. Потому что больше никто не делал этого. Хван выглядел сосредоточенным, а его глаза были закрыты. Ангелу так и хотелось прильнуть к его губам и начать нежный поцелуй, но было рискованно отвлекать его от сотворения заклинания. Вдруг в таком случае оно не сработает? На самом деле Ликс боялся даже шевельнуться, чтобы не отвлечь любимого от важного дела. «Satou maneunǔ» — почти одними лишь губами произнес ангел. Эта фраза редко используется ангелами, и то обычно только по отношению к Богу. Она имеет несколько значений, но в данный момент в этих словах находилось отчетливое признание в любви. Не просто любви, а самой искренней, самой чистой и сильной привязанности, потому что ангелы по-другому не умеют. Феликс положил руки на чужие плечи, двигаясь чуть ближе, а затем снова прикрыл глаза. ••• Ангел не понял, сколько времени прошло, но в какой-то момент в груди он начал чувствовать резкую режущую боль. В голове вдруг стали появляться голоса, говорившие с Феликсом на ангельском. Их количество все увеличивалось и увеличивалось. Парень приложил руку к своей груди, прямо к сердцу, где сейчас чувствовал просто невыносимую боль. Он хотел было позвать Хёнджина, но не мог даже открыть рот, чтобы сказать что-то. А вскоре ему и вовсе показалось, что демон исчез. Вот в этот момент ангела и сковал безумный страх. Парень будто находился в непонятном сне или трансе, где не было ничего, кроме темной пустоты. По крайней мере все так видел Ликс. На деле же Хёнджин продолжал читать заклинание, но вдруг заметил, что его ангел сидит с совершенно пустым взглядом и сжимается от боли. Однако, колдовство было вовремя закончено до того, как началась следующая волна Призыва. — Феликс… Взгляни на меня. — Хван хотел было дотронуться до парня, но его руку обожгла странная светлая аура младшего. — Милый, ты в порядке? Ангел вдруг забил крыльями и поднялся в воздух, но тут же упал на пол, сильно ударившись и разбросав собственные перья вокруг. Его защитная аура тут же исчезла. Ли тяжело дышал, через несколько секунд его глаза приняли не привычный оттенок, а засветились божественным светом. Феликс поднялся на ноги, встав прямо перед своим возлюбленным, а затем руки крылатого засветились. Парень вытянул одну из них вперед и создал священный меч, направляя его прямо на демона. Старший наблюдал за происходящим, он был предупрежден Чаном, что может случиться что-то подобное во время новой волны Призыва. — На меня направила оружие невинная птичка, которая принадлежит только мне. — сказал он вполголоса и встал на ноги. — Но даже Бог не сможет настроить тебя против меня… Вдруг на теле ангела проявился один из отпечатков ладони Хёнджина. Он находился на руке парня и сразу принял глубокий черный оттенок. Феликс отступил назад, он явно очень сильно ощутил это воздействие темной магии. Его разум был под контролем высшей силы, но при этом заклинание принадлежности, которое наложил Хван, не давало парню сдвинуться с места. Вскоре появился второй отпечаток, затем и третий, и четвертый… Все тело Феликса в несколько мгновений покрылось этими следами, даже на его щеке был один. Ангелочек поднялся в воздух и попытался вылететь через окно, но вместо этого ударился крылом о стекло и снова упал на пол комнаты. Меч отлетел в сторону. Хёнджин поднялся и подошел к младшему. Действительно, все выглядело так, будто Ликс «откатился» обратно к заводским настройкам и снова приобрел птичьи повадки, такие, как, например, желание вылетать через закрытые окна. Крис и об этом предупреждал. Хван присел на одно колено перед младшим и коснулся его крыла, а ангел поднял на него свои светящиеся глаза, полные страха. — Я тоже… Satou maneunǔ — сказал Хёнджин, а затем протянул руку, положив ее на голову загнанного в угол Феликса. Последний внезапно выдохнул и прикрыл глаза. Было понятно, что он видит эту ситуацию безвыходной, пока находится под контролем Бога. Ему не дают вернуться на небо, что может быть хуже? Какой-то демон загнал его в угол! Именно такие мысли диктует ангелу Всевышний. Хёнджин начал колдовать, уже окончательно активируя темную магию, которая сейчас была наложена на Ликса. А именно: заклинание принадлежности, которое буквально присваивает разум и тело ангела тому, кто сотворил колдовство. Это сопровождается появлением черных отпечатков на коже в тех местах, где демон касался младшего, что олицетворяет все грехи, которые пришлось совершить. Чем их больше — тем сильнее устанавливается связь между заклинателем и жертвой. Но избавляться от физических отметин на теле потом придется… интересным способом. Глаза младшего приняли свой обычный оттенок и перестали излучать свет, как только он снова их открыл. Ангел огляделся, тут же набросился на старшего и повалил его на спину, сев сверху и снова уронив несколько перьев на пол. — Что ты только что мне сказал? — А, так ты все слышал… — Хёнджин улыбнулся. — Нет, я… Я был в пустоте и темноте… Мне было страшно, больно и холодно. Но в какой-то момент я услышал твой голос, и все вокруг начало разрушаться. А потом я очнулся. Но я не понял, что ты говорил… — Я сказал то же самое, что и ты шептал мне, когда я сотворял заклинание. — после этого Ли задумался на секунду и тут же залился краской — Смущаешься? Ох, значит, мне не показалось, что ты признался мне в любви? — Я… Я не думал, что ты услышишь. И, постой! Ты же не знаешь ангельский! — Teäqû… Тесная связь, так это называется? Похоже, я тоже освоил этот прием с перениманием знаний, когда присвоил тебя себе. — Что значит «присвоил»? — ангел наклонил голову набок, выглядя при этом совершенно очаровательно. — А ты как думаешь, каким образом я вырвал тебя из лап Бога? Присвоил тебя себе, наложил заклинание принадлежности, завладел твоим телом и душой. — парень задумался — Но через какое-то время должно произойти еще кое-что. Одно из последствий темной магии. Вдруг Ли захотел сложить свои крылья, которые до этого были полностью расправлены и лежали на полу. Только вот одно крыло собрать не получилось. Из-за сильных ударов о пол и окно крыло было повреждено, хоть и не серьезно. Ангел болезненно зажмурился. — Что такое, птичка? — Повреждение… — было даже удивительно, что Феликс не заметил этого раньше, ведь ангельские крылья довольно чувствительны. — Ничего страшного, это быстро заживет, думаю, к завтрашнему утру. Кстати, когда пропадут эти отпечатки? Они чуть ли не на каждом сантиметре моего тела. — Когда начнется завершающий этап заклинания, тогда они постепенно начнут пропадать. — ответил Хёнджин, вставая с пола и поднимая младшего на руки. Он посадил своего любимого на кровать, а сам сел рядом. Демон взял все нужное, а затем принялся отрабатывать порез на чужом крыле. — Что ж, а в чем заключается этот этап, ты мне скажешь? — Нет. Сам потом узнаешь. Я думаю, это будет… Весело. ••• Следующая ночь — Хёнджин… Я.. Странно себя чувствую. — он пытается разбудить лежащего рядом демона, но тот никак на это не реагирует. Ангел поднимается из лежачего положения. Все его тело горит, а мысли заполнены всякими… грязными вещами. И прогнать эти мысли никак не получается. Он чувствует очень сильную нужду в том, чтобы согрешить. Но… Как сделать это, если его демон не хочет просыпаться и помогать с этим? — Хён~и — протянул парень, а затем запрыгнул на любимого сверху. Кажется, тот находился в глубоком сне. — Я… Не могу сейчас терпеть, пожалуйста… Ликс так и не смог разбудить своего любимого, поэтому решил развлечься самостоятельно. Он уселся поудобнее, а затем скинул с кровати одеяло, чтобы не мешалось. Спали парни оба без одежды, что было довольно удобно прямо сейчас. Феликс не чувствовал никакой неловкости, он сел так, чтобы член Хвана соприкасался с его собственным. Ангел стал аккуратно ерзать на месте, тереться о пах старшего своим. Он продолжал делать это минут пять, пока не услышал голос демона. — Все же решился пошалить, пока я сплю? — сказал Хёнджин. Он открыл глаза, застав довольно соблазнительную картину. — Что ж, продолжай, я не буду тебе мешать. — парень ухмыльнулся. — Ты не спал? — Ли остановил все свои действия. — Так ты обманул меня, чтобы я согрешил в одиночку? — Да. И у меня получилось. Но, на самом деле, я не думал, что последняя стадия моего заклинания настанет именно сейчас. Похоже, из этой комнаты мы не выйдем до тех пор, пока не согрешим ровно столько раз, сколько отпечатков у тебя на теле. — Что?! — ангел приподнял брови от удивления — Но… Это довольно много раз. — Не беспокойся, чем больше раз ты получишь удовлетворение, тем сильнее будет расти желание. — Мое желание итак уже на пределе… — он приподнялся и снова опустился, но немного пододвинувшись вперед, отчего половой орган демона уперся меж ягодиц. — Прошу, Хён~и, не заставляй меня делать все самому… — Ох, хорошо, ангелочек, я немного помогу тебе. Но разве что немного. — он взялся руками за чужие бедра и помог парню начать насаживаться на свой член. Руки демона почернели, и буквально тут же Ликс ощутил бабочек в животе и расходящееся внизу возбуждение. Его тело итак уже горело, когда парень проснулся, а теперь прикосновения Хёнджина заставляли ангела чувствовать себя течной кошечкой. Феликс стал принимать в себя член дальше. Ему не было больно, видимо, так действовало заклинание. Парень даже чувствовал облегчение, когда демон оказывался в нем все глубже и глубже. — Хорошо, а теперь моя очередь дразниться. — он усмехнулся и снова стал ерзать туда-сюда, не поднимаясь обратно. — Мм, малыш, давай без этого. Ты же послушный ангелочек? Феликс проигнорировал слова старшего. Он так и не стал двигаться в вертикальном направлении, только шевелил бедрами вперед-назад, вызывая у демона нешуточное возбуждение. — Ты выглядишь немного зловеще, когда расправляешь крылья в стороны… А если учесть, что ты в это время сидишь на моем члене и дразнишь меня, то и вовсе становишься похож на суккуба. — Хёнджин дождался, пока младший сложит свои крылья, а сразу после этого перевернул позицию и уложил его на спину. — Придется взять все в свои руки. Ну что, птичка, время удвоить количество твоих грехов? — Да, пожалуйста — Ли выдохнул. Он уже автоматически приподнял ножки и скрестил их за спиной старшего, двигаясь ближе и позволяя Хёнджину снова войти до конца. — Хён~и… Пожалуйста, на этот раз не сдерживай магию. — ангел взял лицо Хвана в свои руки и приподнялся, начиная нежный и полный чувств поцелуй. Хёнджин ответил, и постепенно нежность переросла в страсть. Демон стал потихоньку выходить из партнера и толкаться обратно, повторяя эти действия друг за другом. Вокруг демона вспыхнула темная аура, которая сразу начала переходить на его любимого. Эту темную магию привлекало тело Феликса, ведь он ангел, наполненный светлой энергией. Даже если парни до этого развлекались с помощью демонических заклинаний, Хван все равно всегда сдерживал их и не давал слишком сильно воздействовать на Ликса. Потому что демон не знает, какое количество колдовства способен выдержать младший. Но сейчас ангел сам захотел, чтобы его любимый показал ему весь спектр ощущений с помощью магии. — Я чувствую, что тебе страшно. — Совсем немного. — Ли улыбнулся — Мои мысли заполнены грехом, мое тело и моя душа принадлежат тебе. Больше всего на свете я хочу быть с тобой, и я должен научиться принимать всё. Я хочу этого. Темная аура Хёнджина вдруг загорелась с новой силой. Парень знал, что тоже может потерять контроль, если магия завладеет ими обоими, но, судя по всему, Ликс только этого и добивается. Демон немного ускорил движение, когда разговор прекратился, а также стал активно зацеловывать младшего. Тот простанывал ему в губы и иногда сжимался из-за приятных ощущений. Стоило в комнате раздаться первому громкому стону, и Ли почувствовал, как склизкие демонические щупальца обволокли его белоснежные крылья, пока Хёнджин наслаждался всем остальным телом. Это до жути приятно, настолько, что крылья начали дрожать от физической и магической стимуляции чувствительных точек. Демон спустя какое-то время еще больше ускорился, начиная втрахивать своего ангелочка в кровать. Количество темной магии вокруг все увеличивалось, она будто каким-то волшебным образом проникала внутрь ангельского тела и в несколько раз усиливала все ощущения. По крайней мере, именно так это чувствовал Ликс. Он недолго продержался, а в итоге выгнулся в спине и кончил себе на живот. Парень чувствовал себя обездвиженным, ибо его крылья со всех сторон обволокли щупальца, а тело прямо сейчас было под Хёнджином. После полученного оргазма глазки Ликса сверкнули азартом, он закусил губу, а затем выдохнул в чужие губы. Его возбуждение только начало бушевать внутри с новой силой. — Теперь точно никакой Бог больше не посмеет завладеть тобой. — смысл этих слов смутно дошел до младшего, потому что он постепенно терял способность полностью осознавать ситуацию. Он утопал в удовольствии и наслаждался собственной греховностью в полной мере в этот самый момент. Хёнджин тут же заметил, как пропал один отпечаток его ладони с правой руки ангелочка. — Не беспокойся, любимый, мы только начали. ••• Через два дня. Феликс проснулся первым после двухдневного развлечения со своим демоном. Он сразу заметил, что все его тело в укусах, засосах, следах от темной магии, но зато не было ни одного отпечатка заклинания принадлежности. Несмотря на то, что у ангелов довольно устойчивая к повреждениям оболочка, из-за воздействия магии Ли был ослаблен. Поэтому он чувствовал боль по всему телу и жуткую усталость. Обычно до такого состояния парень не доходил во время секса с Хёнджином. Он заметил что-то черное позади себя краем глаза, а когда захотел оглянуться, то понял, что это были его собственные крылья. Парень был в недоумении. Он подлетел в воздух и понял, что не потерял способность летать, несмотря на то, что об этом говорил Чан. Но такое резкое изменение цвета явно вызвало у ангелочка волнение. Ли сел обратно на кровать и начал будить старшего. — Хён~и, просыпайся! Пожалуйста! Хван не сразу проснулся, но вскоре поднялся в сидячее положение и кинул взгляд на младшего. — Ох, видимо, это произошло из-за того, что нами овладела темная магия… Прости, мне не стоило терять контроль над происходящим. — он протянул руку и коснулся чужого крыла, поглаживая от основания к концам. — Я.. Все еще могу летать. Просто теперь они такого цвета. — Интересно получается… — Хёнджин задумался на секунду. Где-то он уже видел черные ангельские крылья. — Точно! Бан Чан! — Что? — У него тоже черные крылья, пусть большую часть времени он и находится в человеческом облике. Это может значить только одно —Хёнджин установил зрительный контакт, а Ликс наклонил голову набок — Ты теперь падший ангел, милый. Наверное, это и есть те самые «последствия», о которых Крис вскользь упомянул. — Это… Значит, что я тебе больше не нравлюсь? — он опустил взгляд и виновато притянул крылья к себе. Кажется, самое большее, что его сейчас волновало - не потерял ли демон свой интерес. Хван же слегка нахмурился и взял парня за руку. — Как ты можешь о таком думать? То, что ты «пал», означает только то, что не имеешь больше никакого отношения к Небесам. Теперь ты только мой. — Вот как? Тогда я хочу услышать признание в любви. На этот раз осознанно услышать. — Satou maneunǔ — по слогам проговорил Хёнджин, потянув ангела за руку к себе. — Так-то лучше — он ярко улыбнулся и кинулся к любимому в объятия.