Попробуй вернуться в свою жизнь

Вы когда-нибудь задумывались, будет ли точно новый день? Что будет с человеком, если ваша жизнь стоит на грани между жизнью и смертью? Открыв глаза, Арсений просыпается в своей комнате. Такая же, как и всегда: тусклая и одинокая. А главное, единственный лучик солнышка сейчас спит не с ним. Он повернул голову в сторону, на которой всегда спит его любимый Шастун, и окончательно убедился, что его там нет. «Никогда не думал, что даже в такие моменты мне теперь будет не хватать тебя. » — думает про себя Арсений, и, немного улыбнувшись, встаёт, чтобы пойти и налить себе утренний кофе. Пройдя через гостиную, в уме всплывают приятные воспоминания, и сердце бьется ещё сильнее. Кажется, Антон давно вернулся домой, просто сидит на кухне и спокойно пьет чай, глядя какой-то видеоролик, а на столе с другой стороны стоит готовый кофе. Но, придя к кухне, Шастуна всё же не оказалось. Неужели, у Арсения возникло чувство потерянности? Почему Арсений так переживал? Сам понять не мог. Что-то внутри долбило чувство тревоги, заставляя мужчину нервничать. Арсений поставил готовиться кофе и пошел в душ. Под холодной водой мужчина прокручивал свои мысли по поводу вчерашнего разговора с родителями о переезде. Может, действительно, им стоит начать новую жизнь в другой стране? Выйдя из душа, Арсений услышал мелодию звонка. Пройдя по коридору, мужчина решил сразу зайти и взять готовый кофе. Довольно необычно, что Арсений не соизволил проверить свой мобильный, а изначально начал собираться на работу. Он не волновался за себя, потому что ближайший урок начинался только через час. Он не подумал об Антоне, надеясь, что тот либо всё же спит, либо уже давно в школе. Когда Арсений, наконец, взял телефон в руки — он замер. Больше 10 смс от Позова и более 5 пропущенных звонков от него же, которые были сделаны в момент отсутствия Арсения в ванной. Но самое главное — ни одного смс от Тоши. Для Арсения это было странно, потому что буквально вечером он не мог спать из-за того, что его посещали мысли о своем комочке счастья. Смотря в телефон темной ночью, он думал, что Шастун просто не хочет мешать ему спать. Стоит лишь заглянуть в чат заново, там только и стоит последнее смс: Тошенька Не волнуйся, все будет в порядке, обещаю. Я же к Позову на ночёвку иду, что может со мной случиться? 16:54 Никакого смс с тем, как они проводили вечер, никаких новостей по поводу вечернего фильма, никаких новостей о планах на следующий день. В прямом смысле — ничего! Попов, не читая смс, сразу же набрал номер Димы Позова. Долгие гудки сливались с довольно быстрым сердцебиением, вызванным сильным переживанием. Лишь малейшая мысль о том, что могло у них там случиться, сбивала Арсения с толку. Этот парень так для него чертовски важен, что даже все чудеса света не заменят его. Он переживает всей душой, сердцем и каждым кончиком пальцев, которыми он касался Тошкиного прекрасного личика. Вдруг гудки прекратились, и в телефоне уже было слышно сбитое частое дыхание Димы. Этот парень куда-то сильно спешил, шаги были очень громкими и быстрыми. Это и отвлекло Попова от его раздумий. –Ало? Дима, что случилось? — рука, в которой было кофе, уже начала немного подрагивать, — Я позвонил, как только услышал. Что-то с Антоном? Почему он мне не писал? Не молчи, пожалуйста. — Добрый день, Арсений Сергеевич! — немного отдышавшись, сказал Позов. — Пожалуйста, изначально просто послушайте, что случилось, а уже тогда поедете по адресу, который я скинул вам только что в смс. Я сам только узнал обо всем. — Ладно, я понял, слушаю. — Арсению уже это не понравилось. Только было слышно, что Позов куда-то постоянно идёт, не останавливаясь и даже не замедляя шаг. — В общем… Вчера, когда мы с Антоном разговаривали у меня в квартире, наш диалог прервал звонок от Андрея Александровича. «Что ему нужно?» — подумал в голове Арсений. Только на прошлой неделе тот человек говорил: «Антон ему не сын, и что видеть не хочет» — Антон, как всегда, трубку не брал, но после 10-го вызова решил взять и сказать: — Ну ты можешь от меня отвалить?! Задолбал! Что блокировать, что нет, бесполезно! — И сразу же с телефона Антона послышались крики отца. Он что-то говорил про то, что хочет убить вас, Арсений Сергеевич. Антон на громкую не ставил, но все равно было хорошо слышно. Шаст старался говорить с ним нормально, доказывать что-то и так далее по списку, ничего не помогало. В некоторых моментах Антон не мог себя сдерживать, благо мама ничего не услышала. Хотя она человек, который знает, что у Антона в доме творится, но тут был какой-то взрыв негатива. Честно, не помню, что он там ему говорил дальше, но после окончания звонка Антон сказал: — Пизда. Он, походу, сюда сейчас припрется. Он знает, что я у тебя. — Ну, и я, как друг, начал успокаивать. Мы даже подумали, что это какая-то тупая шутка. Даже успели начать смотреть фильм, но буквально через десять минут позвонили в дверь. Моя мама пошла открывать, а там стоял его отец. Мы вышли в коридор и стали наблюдать. Она хотела его выгнать, сказав, что «ему нужно поспать», но он замахнулся на неё и хотел ударить. Благо, я с Шастом был рядом, и удар прилетел не ей, а Антону, который успел подбежать. Потом он вынес Антона и закрыл дверь, придержав её ногой. Я слышал что-то по типу: «Из-за тебя мне пришлось платить много штрафов, мне было нелегко сбежать, а теперь ты пойдешь со мной, расплатиться надо». Он унес за собой Антона, а я не успел его остановить. Я начал собираться, чтобы хотя бы отнести ему вещи, но увы, в тот вечер попасть к нему я так и не смог. Ночью Антон мне позвонил и сказал, чтобы я вызвал скорую в его квартиру. Он едва дышал, кашлял и ныл от боли. Сразу же я бросился звонить в скорую и полицию. Кроме того, Антон говорил, что хотел очень написать вам, чтобы вы его забрали и спасли, но, увы, телефон был разбит, а мой номер был в телефонной книге его отца. Он стащил телефон, чтобы позвонить мне. В трубку он говорил только хриплым голосом: «Как же мне сейчас не хватает Арса — мой единственный, любящий человек». После этого в телефоне послышались долгие гудки, и мне больше ничего не приходило. На данном моменте Арсений смотрел прямо перед собой в окно и тяжело дышал. Внутри него все связалось в тугой узел: он замер на месте, его ноги стали ватными, а руки сжимались со всей силой. Не удержавшись, он случайно перевернул кружку с кофе на себя. В звонке послышалось шипение Арсения, и Дима, кажется, догадался, что могло произойти на той стороне. — Дима, что с Антоном? — он говорил тихо, его голос дрожал, а по штанам стекало горячее кофе. — Дима, не молчи, куда ехать, в какую больницу? — чуть ли не кричал Арсений в трубку, тяжело дыша. На что Позов лишь тяжело вздохнул. — Когда я пришел к Антону… — сзади послышался взволнованный голос Серёжи. Дима, видимо, уже ввел в курс дела своего друга, и они оба направлялись в сторону больницы. — Я начал стучать в дверь, но мне никто так и не открыл её. Когда хотел уже уходить, я увидел соседку, и она сказала, что наблюдала за вчерашней ночью, когда приехала полиция и скорая. Сказала, что видела, как уносили Антона. Он был полностью избит и без сознания. Она говорила, что ей безумно жаль мальчика, что его криков и вовсе слышно не было, а отца забрали в полицию. Она также сказала мне, в какой больнице он находится. — с придыханием сказал Позов. — После этой информации я начал бежать со всех ног и звонить вам. Адрес выслал смс-кой. Арсения будто бы заклинило, он стоял с открытым ртом, а в голове царил вихрь эмоций. Это я виноват. Это я отпустил его… Это я разрешил ему туда пойти. Я же оберегал его. Это я виноват. Он не должен был этого допустить. — Спасибо, я сейчас же выезжаю. — голос охрип, а звонок закончился вечными гудками. По частым вдохам можно было заметить, как на Арсения нападает паническая атака, но он держится. Все происходило, будто его закрыли в маленькой комнате, а Шастун был единственным его источником кислорода. Вызов завершился, и Попов мигом стянул с себя домашнюю одежду, оделся в что-то нормальное. Надевая джинсы, он заметил, какие же у него большие красные пятна на ногах. Эту боль он не чувствовал, самая большая боль была в районе сердца. В голове все так же крутилось: «Это ты виноват», «это ты допустил», «это ты не уберег», «это ты не спас». Выходя из квартиры, он надел теплую куртку и чуть не упал на ступенях. Выбежав на улицу, он забыл про гололед, но удача была на его стороне: он ни разу не поскользнулся и успешно прыгнул в машину. С дрожащими руками он позвонил Паше и почти сразу услышал ответ: — Ало, Арсений? — с ноткой обеспокоенности сказал Паша, отвечая на звонок. — Паш… Антон в больнице, меня не будет, я прямо сейчас туда буду ехать. — голос дрожал, и Паша уже понял, что дело очень серьезное. — Хорошо, Арс, я тоже поеду, тебе поддержка не помешает. Прошу, успокойся! Встретимся в больнице. — Паша начал собираться, в этот же момент, сгребая бумажки на своем рабочем столе. — Да, спасибо, Паш. — Арсений закончил звонок и откинул телефон на пассажирское сиденье. Арсений был в ярости, он бил по рулю своими ладонями. Нанеся пять новых ударов, он не выдержал и приземлил голову на гудок. Противный звон раздался по всему району, пока Арсений не поднял, тяжелую от мыслей, башку. Его эмоциям не было предела, на глазах начали появляться дорожки слез. Они стекали по его щекам в таком количестве, будто его прямо сейчас разрезают ножом, создавая глубокие раны, которые оставят после себя следы в виде шрамов. Просидев так минуты две, он немного пришел в себя. Все-таки Антон жив, Позов не сказал, что тот умер. Несмотря на все трудности, Арсений будет заботиться о Антоне, даже если тот останется инвалидом. Ему плевать на возможные трудности. Главное для него — жизнь Антона. Если Шастун умрет, Арсений всегда будет нести вину за это, как в трагических романах. Он не простит себя за потерю Антона, ведь он так сильно боролся за него. Арсений ясно поставил перед собой цель: как можно скорее добраться до больницы и узнать о состоянии своего Шастунишки. Человек, который был у него в голове — только один, Антон. Как же Попову хочется прижать это худощавое тело к себе и нежно целовать его шею. Как хочется сидеть с ним в обнимку и смотреть фильмы. Хочется просыпаться и видеть это, до невозможности милое, сонное личико. Как же хочется видеть то, как Антошка злится или улыбается, прям душу греет. Его греет человечек, который любит Арсения так же, как Арсений любит его. А самое главное, так хочется вспомнить, как они познакомились, и с чего все это началось. Это самое лучшее из всего, что могло случиться с Арсением, это уж точно. Судьба показала наконец, что Мистеру Сергеевичу выпала любовь. Хоть этот период был ужасным, но в любом случае — самым лучшим. Собравшись духом, Арсений нажал на педаль газа и рванул по оживленной дороге. Арсений был потерян в своих мыслях, не обращая внимания на окружающий город, обледенелые дороги и заторы. Ему пришла в голову идея объехать пробку, но, возможно, даже прогулка пешком казалась бы предпочтительнее. И вот Арсений мчится на высокой скорости, когда за поворотом появляется огромный грузовик, шатающийся на скользкой дороге. Несмотря на его попытку увернуться, столкновение неизбежно. Сильный удар следует за этим, и машина переворачивается, кувыркаясь по дороге и оказываясь в противоположной стороне. Вокруг вспыхивают мигалки, другие автомобили останавливаются, а на месте происшествия собираются люди, вызывая скорую помощь. В темной машине они обнаруживают человека, который почти лишился сознания. События развиваются, словно в тумане: мгновение перед поворотом, дрейф на скользкой дороге, грохот грузовика, пронзительный свист шин, мощный удар, запах горящей резины и наступившая тишина. –Тоша… Выжав с себя последние силы, Арсений проговаривает лишь одно имя и тяжело опускает голову, полностью отключившись. Добрые люди, сразу же среагировали, доставая уже отключившегося Арсения из автомобиля, отводя его подальше. Вспышка яркого жёлтого света — последнее, что помнил старший перед полным отключением. Громкий шум сирены скорой помощи, и Арсений, который так и не добрался до нужной цели. Лишь темнота окружила его сознание. И никто не знает, что будет дальше… Никто.

•••

1 сентября

Ясное, солнечное утро слепит глаза. Старая комната, которой уже давно требуется ремонт. Жёлтые стены, с которых начинают слазить обои оранжевого цвета. В довольно маленькой комнате небрежно разбросаны вещи, создавая атмосферу бардака. На столе стоят одинокие пыльные книги и лампа, а на кровати сейчас спит Шастун. Это обычное и скучное утро для десятиклассника. Звонит будильник на телефоне, Антон лениво тянется к нему, вяло ища рукой предмет на тумбочке. Выключив противный звук на гаджете, парень начал протирать сонные глаза руками. Он смотрит на потолок, в котором слышно, как дети, будто слоники, бегают сверху. Запах перегара бьет в его комнату с большой силой, и Шастун кривится от такого вроде и привычного, но резкого аромата. Вот и началось — веселье. Антон поднимается с кровати и идет к столу, чтобы взять вещи и одеться. Надев черную кофту и серые джинсы, он выбирает пару колец с тумбочки, которые подчёркивают его образ. Поправив волосы своей пятерней, он направляется к двери. Выйдя из комнаты, юноша закрывает нос рукой и идет открывать окно. Запах стоит отвратительный, ничего не скажешь, если родитель алкоголик, а мать даже не знает об этом, приедет только через месяца два, если вообще приедет. Куда уехала мама, даже Антон толком не знал, но она обещала, что когда приедет, обязательно заберёт сына с собой или снимет новую квартиру для него. Разбросаны бутылки пива и водки на полу, всякие упаковки вредной пищи. Стены избиты и на них даже виднеется остатки засохшей крови. Где-то лежит разбитое стекло, пыль и множество полиэтиленовых пакетов. Пройдя на кухню, Антон налил себе воды и направился в ванную, чтобы почистить зубы. Сразу после этого он направился на выход. Кушать он не хочет — совершенно нет аппетита в этой квартире, но у него всегда есть пачки «Доширака» на запас в комнате. Уходил он всегда сразу, потому что начиналось это: — Сюда иди, мерзавец! — из другой комнаты послышался хриплый голос мужчины. — Я же слышу, что ты уже проснулся. Антон не стал обращать на это внимание и начал обуваться в свои кроссовки. — Ей, я с кем говорю?! Принеси мне таблетку от головы! — голос был строже и громче, но Антон все также не отреагировал на это. Закатив свои глаза, он взял свой телефон с рюкзаком и вышел из квартиры. — Вот же тварь. Только попробуй вернуться домой, мало не покажется! — крикнул отец, но Антон не изменил эмоцию на своем лице. Он закрыл дверь и спустился вниз по ступеням. Каждый день одно и тоже. Антон выбежал из подъезда и потянулся в карман, там лежала его любимая пачка сигарет. Увы, в пачке осталось всего-то штук шесть. — Блин, по дороге домой нужно будет зайти в магаз. Так, что у нас тут по карманам… — перевернув к себе рюкзак, он начал проверять все карманы. К сожалению или к счастью, денег у Антона не осталось. — Ну ладно, у Поза или у Серого возьму парочку. — Антон откинул рюкзак на спину и взял сигарету, сразу же закуривая. Затяжки он делал большие, глаза смотрели в небо, мысли крутились в голове, создавая круговорот плохих эмоций. Транспортом он пользовался редко, идти всего-то минут двадцать. За это время он мог много чего осмыслить и выкурить сигареты три. Дойдя до школы, он пошел на задний двор, где никто никого не увидит, ещё и зайти можно сразу в школу не замечено. Потушив сигарету, Антон зашёл в школу и пошел к лестнице. Когда парень поднимался по ступенькам, у него завибрировал телефон. На экране высветился номер Позова. Не заставляя никого ждать, юноша поднял трубку: — Ало? — немного радостно сказал Антон, чтобы не показывать своих скучных эмоций. — Ало, Антон! — вскрикнул Позов и сразу же продолжил: — представляешь, через две недели у нас будет новый математик, и не будет этого старика! — Дима довольно радостно говорил об этом, а брови Шастуна поднялись в удивлении. Математик был очень строгим, из-за чего Антон ходил к директору довольно часто. Ему даже казалось, что математик сделал Шастуна своей мишенью для срыва негатива. Если ко всем он был даже очень хорошим, то только к Антону он был ужасно строгим. Поэтому новость про нового математика очень обрадовала Шастуна и сделала его день. «Будет над кем поиздеваться.» — подумал про себя Шастун, заметно улыбнувшись, ответил другу: — О, это замечательно! Осталось потерпеть какие-то две недели. Кстати, а почему две недели? — Шастун подошёл к входу в класс и посмотрел внутрь, заметив Позова за своей партой. Дима завершил звонок и подошёл лично. –В общем, того учителя понизили в должности и наш класс он вести вообще не должен, но так как новый математик сейчас за границей, он будет подменять уроки. — стукнув друга по плече он добавил: — Потерпи друг. — Мда. Ну знаешь, всяко лучше чем, если тот старик будет вести у нас математику ещё целых два года, это же ебануться можно. — И не говори. Пошли сядем и подождем Серого, как всегда опаздывает этот человек. — Дима улыбнулся, и Антон скопировал выражение его лица. Шастун сидел на четвертой парте, а перед ним должны сидеть Дима и Сережа, а справа за соседней партой Оксана Фролова — его лучшая подруга, и Ира Кузнецова — бывшая любовь. Как только они присели за парту, к ним подошла, только что пришедшая, Фролова. –Оо, Окси. — Шастун сразу встал с своего места и направился к ней в объятия. — Привет, Шастик, рада тебя видеть! — Оксана в ответ обняла друга и поздоровалась с Димой, так же его обнимая. — Давай, говори, где пропала? — немного нахмурившись от зависти, сказал Шастун. — Простите меня ребята, с родителями в отпуск ездила. Привезла вам сувениры из Египта. — она светло улыбнулась, достала с портфеля два прекрасных подарка, Антону кольцо с пирамидками, а Позову яркий золотистый брелок. — Ух-ты, Спасибо! — сказали оба парня, как только Оксана отдала им подарки. –Кто сказал подарки? — сзади подошёл Сережа и стал смотреть, что происходит, сразу же обняв Оксану. — Я с Египта приехала, подарки привезла, тебе кстати тоже, вот… — она достала из своего портфеля красивый магнит, на котором было объемное изображение пирамид, и вручила его Серому. — Спасибо, Окси! — они все по очереди подошли и обняли подругу. Прозвенел звонок, и начался первый урок. Линейка не состоялась, но всем было как-то плевать даже на неё. В класс зашла классный руководитель — Ирина Николаевна. — Добрый день, дети! Вы уже десятый класс. С сегодняшнего дня у вас начинается учебный год. Пожалуйста, готовьтесь к ЕГЭ, это очень важно. Вам стоит хорошенько взяться за ум, иначе второй год вам обеспечен ужасный, — немного улыбнулась учительница от вздохов подростков и продолжила: — Приветствуем новеньких… — Антон уже не слушал классного руководителя, ему совершенно было неинтересно. Он подпёр рукой свою голову и смотрел в окно. Он всегда учился на низкий балл. Он не понимал всего, и честно скажем, ему было просто лень учить. Он бы лучше зашёл на страничку ВКонтакте и смотрел там мемчики или же ходил гулять с друзьями. Проблемный ребенок, потому что положение в семье было ужасным. Все называли его довольно способным, но ленивым. Этот человек раньше и вовсе не видел смысл в обучении, потому что не видел себя в будущем. Довольно упрямый и конфликтный подросток. Что с таких взять? Все, что он хорошо делал, так это учил английский. Нет, в школе, естественно, на этом уроке он спал. Не потому что учительница была очень добрая — она просто давала ему тест, а когда тот напишет его на 4 балла, мог спокойно себе спать и никого не трогать. Когда его спрашивали, откуда он учил этот язык, он вспоминал свою тетю, которая ему помогала в этом деле. Он был маленьким, загорелся желанием учить этот язык, и у него даже очень хорошо получалось. Вот спустя года, мать где-то за границей, а отец — Алкаш, потому что они поругались в момент её вылета, а отец застрял в долгах. Знала бы его мать, как же сильно сейчас плохо её сыну, чуть-ли не каждый день новые синяки от ударов отца. И ничего не сделаешь. Если узнает полиция — плохо будет человеку, который сказал им об этом. Не пойми откуда, тот нашел себе банду помощников, которые могут найти и избить тебя до смерти, при этом останутся не замеченными. Хотя младший даже не догадывался, что может быть это не банда «обычных собутыльников.»

Спустя 3 урока:

Прозвенел звонок, и дети стали собираться на последний урок алгебры. — Ну нееет… — мученически протянул Шастун, выйдя из класса биологии к друзьям. — Какой черт придумал математику в первый день учебного дня? — с ноткой агрессии сказал Шастун и направился с друзьями в сторону кабинета «Ада». — Ну подумаешь урок Алгебры, не могут же тебя вызвать к директору в первый же учебный день. — с придыханием говорит Димка и стучит рукой по спине Антону. — Давай искать плюсы, — вмешивается Сямсис. — Даже если ты пойдешь к директору, сможешь, как обычно, с ним пообщаться. Мне иногда кажется, он знает тебя уже больше, чем мы.– с долей шутки в своих словах говорит Матвиенко. — Ага, спасибо. Дело мне до Павла Алексеевича ещё какое. — закатил глаза Шастун и зашёл в класс математики. Прозвенел звонок на урок, а по середине класса стоит тот самый математик, которого Шастун терпеть не может. Мужчина лет сорока пяти, весь такой в строгом черном костюме с бабочкой и уложенными русыми волосами. На его вид Антон уже закатил глаза и прикрылся книгой, чтобы не видеть этого ужасного человека. Вроде бы тихо и с поздравлениями прошло начало урока, до тех пор пока он начал проверять по журналу количество детей в классе. И вот она, та самая лучшая фамилия: — Шастун? — безразлично сказал математик. — Здесь, — выкрикнул Антон из своей парты. — А я надеялся, тебя уже здесь нет, — шепотом сказал учитель. — Я все слышал, — привстал с лежачего положения Антон. — Я с особой радостью жду нового учителя, чтобы не видеть вас на уроках, Юрий Иванович, — с пофигизмом высказал Антон и обратно лег на парту. — Что ж, я передам новому учителю все данные про тебя, и он будет относиться к тебе также, поэтому не уверен, что тебе повезло.– серьезно сказал учитель, немного повышая голос. — Это мы ещё посмотрим. — недовольно буркнул Антон. — Ты сейчас к Павлу Алексеевичу отправишься, если ещё раз услышу от тебя хоть писк. — встал учитель, чтобы начать урок с даты на доске. — я не собираюсь сегодня кричать, так что пеняй на себя, Шастун. — Мне так страшно, не могу. — вяло произнёс Антон и начал рисовать на полях тетради, он все равно мало что понимал и делать ничего не собирался. Учитель сделал вид, что ничего не услышал, и начал проводить урок. Когда прошла половина урока, учитель решил пройтись по рядам и проверить все ли пишут. А самый уникальный Антон клеточки зарисовывал в шахматном порядке, а на верху страницы записана только дата. — Шастун, сядь ровно, — агрессивно сказал учитель, подойдя к парте Антона, — развалился на парте тут. Ну и где то, что мы писали, Шастун?! — уже начал закипать учитель, смотря на тетрадь с прорисованными полями. — На доске. — нагло ответил Шастун на поставленный вопрос. — Иди к доске и отвечай, — чуть-ли не срывается учитель, решаясь хоть как-то заставить бездельника работать. — Я не знаю, не пойду. — с придыханием сказал Шастун, потому что знал, что его ждёт. — Шастун, к директору! — крикнул учитель. — Ура.– пробубнил Антон. Он скинул все вещи себе в портфель и прошел в сторону двери. –Очевидно может. — подытожил Дима, провожая Антона взглядом, пока Матвиенко еле сдерживал свой смех. — Не выносимый мальчишка, — рычит математик и подходит к Антону. — дальше сами делаем номер 20 и 22, приду и проверим. Взяв Антона за локоть, он вывел его из класса и направился к директору. — Неужели нельзя вести себя нормально? — вновь кричит учитель и идёт в сторону кабинета директора, даже не взглянув в сторону Шастуна. Тот плетется сзади, совершенно не слушая учителя, лишь летает в облаках. Зайдя в кабинет, занятой мужчина кинул на них свой взгляд. — Добрый день, Павел Алексеевич. Шастун опять огрызается, ничего не пишет, буквально спит на парте, к доске выходить не хочет, получил уже две единицы! Сделайте что-то с этим. — злостно смотрит на Антона учитель, тот лишь в свою очередь, закатывает глаза и молчит. — Спасибо, Юрий Иванович. Оставьте его мне, сейчас разберемся. — вздохнув, сказал Паша, наблюдая, как учитель уходит и закрывает за собой дверь. — Чё стоишь? Садись, проказник. — серьезно смотрит на Антона директор. Тот лишь тихо приземляется на стул напротив. — Ты можешь когда-нибудь не выводить из себя этого учителя? У него была цель за сегодня тебя не ругать, но, как я вижу, он не выдержал. — отложил в сторону какой-то журнал старший. — Простите, Павел Алексеевич, но я, по сути, сидел тихо и ничего не делал. Это он за меня схватился, как за мишень какую-то. Он не любит опоздавших, Кузнецова на 15 минут опоздала, и он, как «божий одуванчик», её пустил, не отчитал, а я, если опоздаю на минуту, то все «катастрофа» — беги и прячься. — Павел только улыбнулся от этого высказывания. — Веди себя подобающе Антон. Ты — прошлый хулиган, так ещё и двоечник. — громко выдохнул Паша. — от тебя за километр сигаретами несёт. Юрий Иванович такой человек, и ему не нравятся такие как ты. Ему нравятся люди, которые хотя бы что-то делают, а не протирают штаны. Начни меняться наконец таки! — серьезно высказал Паша и скрестил руки на груди. — Тебе повезло, что я знаком с твоей мамой, Шастун, но она даже не подозревает, как же сильно ты её позоришь. Если бы не она, ты бы был уже наказан и отчитан. Моя задача за тобой приглядывать, а твоя — учиться, Шастун. — выдохнул директор и закрыл рукой лицо. — Я понял, Павел Алексеевич, я постараюсь не выводить Юрия Ивановича. Можно я пойду домой? — сказал вежливым голосом ученик, а за дверью уже послышался звонок. — Свободен. — опустил голову Паша над документами, но перед тем, как Антон хотел выйти, Воля сказал: — Чтобы в первый и в последний раз, Шастун, понял? — Понял-понял. — вышел Шастун и оставил Пашу одного. –Ага, понял он. — выдохнул брюнет, продолжая свою работу. Выйдя из кабинета директора, Шастуна уже вовсю ждали Позов с Матвиенко. — Ну что? — спросил Позов, когда увидел друга. — Что-что, ничего. — махнул рукой Шастун. — Ну ты и жёсткий, конечно. — прокомментировал Сергей, когда они выходили из школы и пошли в сторону их любимого места. — Слушай, Поз… — замявшись, говорит Шастун, — можно я сегодня у тебя останусь? — Да, без проблем, Тох, мама только о тебе и говорит, — посмеялся Дима. — А мне можно тоже с вами? Чё, без меня тусить захотели? — спрашивает Серёжа, немного нахмурившись. — Ну, Серый, для тебя двери в мою квартиру всегда открыты, — ответил Поз. Весь вечер они провели на диване Димы и смотрели фильмы. Завтра в школу не нужно, потому что «1 сентября» был утром пятницы. Поэтому они спокойно кушали и не спали до полуночи.