Обратная сторона клинка

      Очередное рабочее утро вторника в торговой компании Кибуцуджи началось явно не с кофе, ведь менеджер отдела уже опаздывал как мог. Танджиро Камадо заступил на должность совсем недавно, но уже успел отличится опозданиями и одной провальной сделкой. Девушки из бухгалтерии не упускали возможности похихикать над ним, особенно белокурая красотка Даки, которая честно говоря не переносила на дух красноволосого парня. Сам Камадо был довольно привлекательным, умным и трудолюбивым юношей, которому просто не везло. То в лифте застрянет, то в пробку попадет, а один раз, представляйте по рассеянности наглотался уксуса вместо воды. Но кто бы что не говорил, а старательности в этом малом было не занимать и потом очень порядочным был, сейчас таких работников трудно подобрать. Но видать сама судьба вмешалась, так что это опоздание Танджиро запомнит на долго.       Упарившись в душном лифте бедолага добежал к своему рабочему месту вываливая папку с документами на стол. Парень послабил галстук и расстегнул пуговку что бы отдышаться от незапланированной утренней пробежки, как вдруг из-за дверного проема показался его коллега — Аказа. Честно говоря эти двое держались очень осторожно друг друга, а последний не упускал возможности похвастать лишний раз и поязвить, он ведь работник месяца, практически правая рука заместителя директора компании. —Какая отговорка на сегодня? —мурлыкнул Аказа. —Только тебя не хватало…— шепнул парень разбирая бумажки — Иди-ка ты в отдел кадров! К слову об отделе кадров, Доума, который был там царем и богом жуть как донимал розоволосого парня до такой степени, что на последнем корпоративе, чуть не угодил лицом в салат. Об их борьбе за место секретаря директора ходило множество слухов. Но Доума по непонятной причине отошёл от основных дел и занялся кадрами, а Аказа видать не дорос до такой серьезной должности. Хуже Доумы наверное мог быть только маркетолог Кёджуро-сама, которого Аказа тоже старался избегать. —Не слышал разве? Тебя увольнять собираются…— продолжил тот. Танджиро обернулся: —Врешь. —А вот посмотрим — улыбнулся желтоглазый, скрывшись в офисной шумихе. Камадо не придал особого значения словам этого выскочки и занялся своими привычными делами. Проверил пару отчётов, перебрал документы о поставках, рассмотрел некоторые деловые предложения, которые потом обговорит с начальником или же отдаст заметки секретарю, так как директор был человеком занятым и не терпел когда его беспокоили. Да уж, их босс умел сплотить коллектив, ценил и поощрял, но при этом мог запугать до смерти одним своим недовольным видом. Если он в плохом настроении, то нужно было бесшумно порхать, что бы лишний раз не отхватить штраф или что похуже. Поговаривали даже, что он довел четверых своих жен до самоубийства! Ну просто чудовище, а не человек! Но при всем при этом очень успешный, обходительный, молодой холостяк о внимании и ещё больше о состоянии мечтали многие. Да и чего скрывать, Кибуцуджи был симпатичен, высок и строен. Работал больше по-европейским стандартам, не любил этих традиционных формальностей в виде утренних мотивационных речей или ненужной встряски коллектива вроде перестановки людей, каждому по способности и труду как говорится. Пока Танджиро возился с таблицами где просматривались расходы и доходы компании время плавно поступало к обеду. Красноволосый наверное так и сидел бы за компьютером, пока по деревянной дверной отделке скромно не постучали. На сей раз это оказался Зеницу — друг и бывший одногруппник по экономическому университету. —Камадо-сан, обедать идёте? — улыбнулся Агацума. —Необязательно так официально…—отвлекшись от компьютера пояснил Танджиро. —Мы ведь на работе и потом ты старше меня по должности…—одна из особенностей японского офисного менталитета, обращаться по фамилии. Несмотря на бо́льший уклон европейских стандартов, многие сотрудники уже привыкли к старым обычаям. А так как светловолосый был только стажёром, он соответственно обращался ко всем сотрудникам и выполнял практически любую работу (не без нытья конечно)). —Ладно, идём на обед — видимо доделав часть работы Танджиро встал из-за стола и вместе с Зеницу направился на нижний этаж, где можно было перекусить.       Как правило обед состоит из трёх блюд, обычно это Мисо-суп или Рамен, основные блюда и десерт. Можно обойтись салатами или сэндвичами. Словом, кафетерий их офиса был тем оазисом в котором можно было найти любое явство даже зарубежной кухни. Танджиро берет якитори с рисом, рамен и небольшое пирожное, усаживается за крайний стол рядом с приятелем. Парни время от времени переговаривались о насущных делах, шутили наслаждаясь прекрасной едой. До того как торопливый и грозный секретарь босса Кокушибо не подошёл к их месту трапезы. —Камадо, вот ты где. Тебя ожидает директор — поправил очки секретарь —Так что давай дожевывай и поднимайся на верх, времени у тебя до конца перерыва. Ах да, и захвати все документы на подпись. Кокушибо в этот момент был больше похож на вестника сатаны нежели на человека. Мужчина в основном был замкнутым, но общался со всеми неплохо, в конце концов это часть его обязанностей. —Я понял — Танджиро встал и легко поклонился старшему, тот ответил тем же и ушел. Высокопоставленным работникам тоже ведь нужно делать перерыв на обед. Красноволосый вернулся обратно к еде не замечая перешептывания вокруг и дрожь друга сидящего на против. —Что с тобой Зеницу? — как-то совсем недоумевающие спросил Танджиро отрываясь от капкейка. —Что со мной?.. Что со мной?! Это с тобой что не так?! Ты ведь идёшь к господину Кибуцуджи! Значит слухи не врут и тебя действительно уволят. Боже мой, какой ужас! А если ты останешься безработным, что же будет? Что будет?! Как ты будешь оплачивать счета?! — начал истерить парнишка, глаза уже начали наливаться слезинками и это не предвещало ничего хорошего. —Все хорошо—улыбнувшись и выставив ладони перед собой заверял Танджиро. Но его коллегу было уже не остановить.

***

      По наставлению Агацумы красноволосый сменил рубашку на более свежую затянув галстук да по-сильнее, что бы можно было прямо на месте упасть в обморок. Более того, Танджиро даже повторно почистил зубы перед тем как подниматься на высший этаж, что бы хоть немного успокоить вопившего Зеницу. И вот в условленное время парень уже стоял у кабинета собираясь с мыслями, а ведь и вправду уволить могут и пойдет он коротать свои будни в каком нибудь Макдональдсе, перебиваясь от зарплаты до зарплаты. Согласитесь, не самое радужное будущее. Момент икс, красноволосый негромко стучит в дверь получая разрешение войти.       Просторный кабинет Музана встречает большими панорамными окнами где с высоты можно было рассмотреть город. Слева небольшой стол для приема деловых партнёров и небольшие мягкие стулья. Совсем рядом огромная старинная ваза, коллекционная скорее всего и очень дорогая. Справа стенка с полками где покоились папки, книги и прочие рабочие принадлежности, а так же награды и пара комнатных растений. Напротив непосредственно располагался стол начальника, который внимательно изучал рабочие соглашения. Более умиротворенного лица сейчас на директоре не было, сразу видно как человек сосредоточен. Наконец расправившись с этими бумагами Музан оглядывает подчиненного и бархатно просит пройти. Танджиро слушается и ложит на стол все на рассмотрение и подпись делая шаг назад. Камадо пускает взгляд на внешний вид босса. Как всегда идеально, черный костюм, такая же рубашка, не пятнышка, ни ниточки. Серебряное кольцо на левой руке. Все подобранно со вкусом и сто́ит соответствующе. Если бы Танджиро был бы девушкой, наверное согласился быть его любовницей. Тм более и разница в возрасте у них была не такая уж большая, четыре года. Боже, да о чем он сейчас думает?! —Ну что ж, тут все в порядке — наконец говорит мужчина подписывая все бумаги откладывая их в сторону. Устроившись удобнее в кресле тот продолжил — Садись, Танджиро. Камадо не осмелился перечить и потом ноги дрожали, так что в пору было и присесть на стул, что был в двух шагах от стола брюнета. —Ты сегодня снова опоздал. Почему? — строго спрашивает Музан. —Не успел на электричку в метро…—робко ответил красноволосый. Он же сейчас просто в желе превратится от этого придирчивого взгляда начальника. «А стул точно не электрический?» — пронеслось в голове красноволосого. Уж смеяться или плакать в этом случае? — Работаешь ты у нас уже три года, ты на хорошем счету в этой компании. Но эти твои опоздания никуда не годятся. Я старался закрыть глаза на это, штрафовал…— директор поднялся и встал напротив Камадо, оперевшись об тот же стол и скрестив руки на груди—Ну, что будем делать? Я не могу тебя уволить, ты ведь упорно старался что бы получить повышение. Или могу? — алые глаза игриво сверкнули в сторону Танджиро, который точно вот-вот свалится на пол от давления. Камадо встал склонившись перед мужчиной в поклоне: —Прошу, простите меня, я обязательно исправлюсь и буду работать ещё больше. —Охотно верю. Но мне нужно наказать тебя, что бы ты точно запомнил о своем обещании. —Оштрафуете?..—поднял было голову красноволосый. На этот вопрос Кибуцуджи пожалуй уже готов дать ответ, а потому плавно, одними кончиками пальцев поднимает голову юноши так что бы тот посмотрел на него. Парень был ниже Музана почти на голову. Брюнет все ещё удерживает подбородок Танджиро чувствуя как тот сглатывает слюну, а после говорит: —До этого ты не придавал значения сокращению зарплаты. Попробуем по-другому —на этих словах Кибуцуджи улыбается одними уголками губ, да в такой хитрой манере, что тут уж все становится ясно. Зрачки подчиненного расширяются, то ли от страха, то ли от мыслей, что потихоньку лезут в задурманенную голову. Хотел быть любовницей самого Кибуцуджи Музана? Вот пожалуйста. Получите-распишитесь! Последней точкой не возврата стал поцелуй босса. Давно красноволосого так не целовали, жгуче, желанно, даже ноги млеют, но чёрт побери, он же мужчина! Его начальник! Хотя попробовать хотелось. Танджиро был свободным отношений и, пожалуй Музан был тем человеком которым не брезговал парень. Интересно что сейчас руководит Камадо, простое любопытство, дурость, может быть чувства? Кто знает, кто знает… Рука брюнета хватается за упругую ягодицу парня и тот приоткрывает рот в стоне, тут то Музан и углубил поцелуй, окончательно пьяня подчиненного. Камадо отвечает, с наслаждением прикрывая глаза, стоя на носочках, это пожалуй было единственным неудобством, которое было уже не заметно. Язык Кибуцуджи, свободно хозяйничая во рту подчиненного, разжигая пламя возбуждения для обоих. В какой-то момент Танджиро просто подхватывают на руки и несут прямиком к хозяйскому креслу, осторожно усаживая парня на колени. Пиджак красноволосого за ненадобностью был снят и откинут в сторону вместе с галстуком, верхние пуговицы потихоньку расстегивались и поцелуи распространялись уже по телу медленными движениями от уха к к шее. Дорожкой поцелуев Музан спускается к ключицам, но видимо передумав губы снова возвращаются к шее. Чувствительную кожу нежно кусают и ставят ярко-алый засос. Оторвавшись от парня брюнет откинулся в кресле, приводя дыхание в порядок, они обо охвачены жаром, сгорают друг для друга. —Поработай немного — шепчет Кибуцуджи дотрагиваясь пальца до губ парня. Тот послушно сполз с ног, расстегнул ремень, не церемонившись спустил брюки старшего с бельем. Откуда только смелость берется? Ему и самому не ясно, но Кибуцуджи в восторге и ожидает действий. Прикоснувшись губами к розовой головке Танджиро прикрыл глаза, наверное так будет лучше. Слизнув терпкий секрет с уретры, парень вобрал член старшего до половины, слегка посасывая. Совсем неумелые, но приятные ласки не оставили Музана равнодушным. Его рука опустилась на голову парнишки задавая нужный темп. —Попробуй помочь себе ручками…—проговаривает директор, почти моментально сжимая волосы на голове Камадо—Ах… Вот, так.Черт возьми… Красноволосый старается. Вылизывая языком все чувствительные места́ от головки, ведя влажную дорожку по выступающей венке и завершая касанием смыкающихся у основании губ, сводят с ума начальника. Неприличные, хлюпающие звуки нарастают вместе с темпом действий, доводя Кибуцуджи до исступления. Мужчина закусывает нижнюю губу, кончая в ротик красноволосого, поглаживая того по голове в качестве похвалы. Юноша переводит дух, выпуская из разгоряченного рта орган старшего, облизывая при этом губы все ещё стоя на коленях перед Кибуцуджи. Обоим кажется что этого не достаточно, достаточно просто взглянуть друг на друга. Мужчина встает и одевается, приводя себя в порядок, он поднимает Танджиро за талию и шепчет на ухо окончательно сводя бедного парнишку с ума: —Порезвимся ещё, душа моя.       Оба спускаются на лифте, делая максимально невозмутимый вид, как будто бы ничего не происходило. Садятся в машину брюнета и едут прямиком к нему домой где они могут предаться безудержной страсти.

***

      С тех пор Танджиро никогда не опаздывал, потому что теперь его подвозил Кибуцуджи Музан собственной персоной. А уж вообразите как скорчилась физиономия Аказы, когда Камадо не только не уволили, но и стали подвозить на дорогой тачке. И пускай для своих воздыхательниц Кибуцуджи так и оставался непокоренной крепостью, лишь для одного красноволосого паренька тот был гораздо больше чем просто босс. Ну а что же спровоцировало такой сильный возбуждающий эффект? Возможно дело было не только в обаянии брюнета и желании обоих. Уж буфетчице Аой известно наверняка.