Это терпимо

Над Пентосом занимался рассвет. Стоя на крыше замка, Деймон смотрел, как светлеет небо и начинается утро его последнего дня в этом месте, к которому он привык, пусть и считать своим домом полностью так и не стал. Теперь ему следовало вернуться в Вестерос и погрузиться в необъятную тьму проблем, скопившихся за его десятилетнее отсутствие. Ему нравилось их решать. Но он также понимал, что будет скучать по этой мирной жизни в изгнании — без обязательств, интриг, но с почётом и уважением жителей и принца Пентоса, возможностью проводить время с женой и спокойно наблюдать за взрослением дочерей. Деймон опёрся ладонями о каменный парапет и мысленно обратился к прошлому, вспомнив, какими были эти десять лет. * * * …Они улетели с Лейной на драконах сразу после свадьбы, не став дожидаться окончания пиров. В Пентосе их приняли достойно, местный принц сразу выделил комнаты, посулив целый замок для пребывания, коль скоро они согласились помочь в решении местных проблем. После щедрого ужина — и прозвучавших извинений за то, что он не настолько обилен, как полагается принцу Вестероса, едва вступившему в брак, — их с Лейной сопроводили в комнаты на верхнем этаже и оставили готовиться ко сну. Встав у оконного проёма, Деймон посмотрел на простирающийся внизу Пентос и поразился инаковости этого места. — Как здесь тихо. Королевская гавань никогда не могла похвастаться тишиной, не спала по ночам, и сам воздух, казалось, звенел от заговоров, амбиций, тревог и интриг. В ней всегда приходилось быть начеку, просчитывать риски, реагировать на угрозы. В последние дни напряжения стало слишком много, потому Деймон был рад оставить его за Узким морем. — Да, здесь всё совсем по-другому, мой принц, — услышал он за спиной и оглянулся, успев забыть, что прибыл сюда не один. Лейна из дома Веларион стояла в нескольких шагах от него, сжимая левое запястье правой рукой, и смотрела взволнованно. Пожалуй, даже слишком, тем более она почему-то до сих пор не додумалась присесть. — Что? — кратко спросил он, уповая на её догадливость и готовность объяснить своё дело. Лейна не подвела: — Сегодня наша первая брачная ночь, мой принц. — Ах да. Как ты хочешь? Лейна нахмурилась. — Простите, мой принц? — Не принц. Деймон. Мы семья, — напомнил ей он, ощутив раздражение из-за этого титула. — Ты невинна? Лейна удивлённо распахнула глаза и воскликнула: — Конечно! — Точно? — на всякий случай уточнил он. — Я без осуждения. С возмущением Лейна справилась быстро, сделав всего пару глубоких вдохов. Гордо расправив плечи, она изобразила светскую улыбку и выдала приятно-почтительным голосом: — У меня не было мужчин, мо... — она запнулась. — Деймон. — Понятно. Достоинство и самообладание поверх лихого нрава драконьей всадницы — пожалуй, за это Деймон её и выбрал для обязательного второго политического брака. И для новой жизни вдали от Вестероса и Рейниры, раз уж до этого дошло. С такими качествами она казалась по-настоящему привлекательной, и под этой красотой был ещё и ум, — всё вместе выгодно отличало её от Реи Ройс, демонстрировавшей гордость и ничего более. Стоило, однако, Деймону полностью развернуться, сделать шаг навстречу — и Лейна едва не попятилась. Потом, правда, выдохнула с досадой на себя, но Деймон уже остановился и, отступив обратно, присел на край оконного проёма. Он не хотел, чтобы его боялась жена, и искренне считал, что в их новом большом приключении вдали от Вестероса она должна доверять ему и уж точно не видеть своим врагом. Драконьим всадникам надлежало держаться вместе, потому терпеливо спросил: — Тогда вернусь к первому вопросу: как ты хочешь? У тебя не было мужчин, но ты наверняка представляла себе... Или не хочешь никак? Это тоже возможно. — Нет! — испуганно выкрикнула Лейна и сама шагнула навстречу. — Нет, мы не можем! Мой долг... — Оставь, будь любезна, долги, мы говорим о желаниях, — повысил голос Деймон. — Твоих в браке со мной. Поэтому подумай о себе, Лейна, и реши: чего ты хочешь? Поразмыслив немного, она уверенно подошла к нему и, остановившись совсем близко, негромко, но твёрдо сказала: — Я хочу, чтобы ты взял меня как мой муж. — Так. — Сегодня. — Продолжай. — И настолько хорошо, как ты умеешь. Я слышала, у тебя было немало женщин, и они говорили немало лестного. — Занятные у вас в Дрифтмарке слухи, — усмехнулся Деймон. — Но будь по-твоему, ты не разочаруешься. Двое в узком проёме бы не поместились, потому он раздвинул колени в стороны, предлагая сесть на одно из них. Лейна так и поступила, слегка поёрзала, тогда он притянул её к себе за подбородок и поцеловал в губы. Всё, что оставалось дальше, — это придерживать её за талию, отвечать на жаркие поцелуи и улыбаться её лихорадочному желанию не останавливаться, касаться лица и плеч, перебирать волосы, прижимаясь всё теснее. Лейна вела себя так, будто сбывалась её мечта, спешила удовлетворить любопытство. И Деймон охотно ей это позволил, сначала — сидя на краю окна, а затем поднял её с колена, перенёс на постель и помог справиться с застёжками платья. Рубашку с него она стянула быстро, как досадную помеху. Остальное снял Деймон и, нависнув над Лейной, принялся исполнять данное обещание, делая всё, что обычно нравилось женщинам. Целуя, лаская, касаясь так, что она охотно подавалась навстречу и продолжала сама изучать его тело, гладить и сжимать всё, до чего получалось дотянуться. Он вошёл в неё, не думая, замер лишь, осознав это, глядя в её почерневшие глаза, и уже через секунду услышал нетерпеливое: — Двигайся, Деймон! И, поцеловав её, так и поступил: сначала — медленно, потом — постепенно прибавляя темп. Лейну это устроило. Она стала ещё нетерпеливее, ещё более жадной до поцелуев и ласки, ещё более шумной — когда Деймон шепнул: — Я хочу тебя слышать. Не сдерживайся. Ему нравилось то, как она повторяла его имя. Как, поёрзав под ним, нашла для себя самое удобное положение и блаженно улыбнулась, — и он постарался именно это положение сохранить. Нравилось то, что его откровенно желали, и с удовольствием на это отвечал, так что в итоге позволил ей кончить не один раз, прежде чем сделал это сам. Ночной Пентос снова стал тихим. Лёжа рядом с новой женой и переводя дух, Деймон разглядывал потолок и, когда её дыхание стало ровнее, спросил: — Не разочаровалась? Он услышал смешок и затем ощутил прикосновение пальцев к плечу, а с ними и касание губ. — Нет. Все занятные слухи превзошёл мой супруг. Покосившись на её довольное лицо, Деймон потянулся за одеялом и тщательно укрыл себя и Лейну, приобняв её под ним. * * * Последовавшая жизнь в Пентосе удалась вполне. С Лейной они помогли вольному городу справиться с врагами, лихо избавили от противников на море, спалив драконьим пламенем и потопив все посягавшие на эти земли корабли. Полёты, прогулки и пиры стали обычным занятием на долгое время, затем забеременела Лейна. Выслушав рекомендации мейстера, она направилась прямиком к своей драконице Вхагар и, пока Деймон благодарил его, забралась на неё. — Лейна! — Я в безопасности на своей Вхагар, Деймон. Она позаботится обо мне. Натянув поводья, Лейна взлетела. Что ж, пока не было видно живота и ничто не мешало ей, Деймон решил положиться на здравый смысл жены и её знание своего тела. Через несколько месяцев стало тревожнее: мейстер Пентоса объявил, что им стоит ждать двойню. — …Любые высокие нагрузки опасны, мой принц. Ваша жена чувствует себя хорошо, но двойня — это всегда большие риски. Я обязан предупредить, что… Наблюдая поверх его уважительно склонённой головы за Лейной, Деймон видел, как всё более часто и сердито она дышит, едва сдерживает раздражение, и потому вскоре перебил мейстера: — Спасибо за ваши советы. Мы вас больше не задерживаем. Почтительно поклонившись, мейстер забрал своих помощниц, и они вместе покинули комнату. Едва последняя скрылась из виду, Лейна взволнованно и твёрдо заявила: — Не смей! — глядя Деймону в глаза. Они оба всё понимали. Советы мейстера прекратить полёты на драконе звучали понятно и разумно, их естественно стоило ожидать женщине с двойной беременностью и таким большим животом. И во власти Деймона было их запретить — всё-таки Почти Королева Рейнис воспитала свою дочь быть покорной мужу в браке. Но он видел и отчаяние в глазах Лейны. Страх, что одно его слово — и ей придётся месяцами неприкаянной слоняться по комнатам замка, тосковать по свободе и возможности оторваться от земли. Он знал, насколько важны драконьим всадникам крылья, и потому, взвесив на чашах весов риски и свободную волю, в итоге спокойно пожал плечами. — Я и не смею. Лейно поражённо охнула. Неловко поднявшись с кресла, придерживая обеими руками живот, она торопливо пошла к выходу из комнаты, будто опасаясь, что он передумает. И вздрогнула, когда он позвал: — Лейна? Она несмело оглянулась. — Да? — Держись крепче. — Хорошо, — с облегчением выдохнула Лейна. — И я буду летать рядом с тобой, — принял решение Деймон и тоже встал. Он знал, что женился на очень отчаянной женщине, и собирался присмотреть за ней там, где не сможет никто. По счастью, после его слов Лейна перестала выглядеть так, будто была готова избить его своим же животом, и даже благодарно взялась за предложенный локоть, поглядывая с улыбкой. Полёты в итоге не навредили: две девочки родились здоровыми в положенный срок в очень ясную ночь. Когда их забрали, Деймон присел на край кровати рядом с обессиленной Лейной и взял её за руку, поцеловал ещё влажные от пота костяшки пальцев. — Спасибо за дочерей. — Я надеюсь, следующим будет мальчик. — Нет, — покачал головой Деймон, припомнив, как сложно далась ей вся эта ночь. — Нет? Ты не хочешь сына? — недоверчиво прищурилась Лейна. — Мой брат Визерис жаждал сына так, что заставил жену проходить через беременности снова и снова. Пока одна из них её не убила. Этого я для тебя не хочу. — Предлагаешь, чтобы мы не делили с тобой больше ложе? — в голосе Лейны прозвучал откровенный испуг. Деймон давно не видел её такой и потому спокойно возразил: — Я собирался отыскать для тебя лунный чай. Я намереваюсь убрать риски, а не остаться без жены. Что ты об этом думаешь? Облегчение разлилось по лицу Лейны, она даже слабо улыбнулась: — Не сомневаюсь, что ты его найдёшь. Поцеловав её в лоб, Деймон встал и отошёл от кровати, давая слугам поднести к Лейне детей. Временами он мог чувствовать себя мерзавцем, но не подлецом, а потому не собирался оскорблять мать своих новорождённых дочерей словами о том, что в действительности не хотел сына не вообще, а от неё. Не желал смотреть на него и думать, что он мог бы родиться в его браке с Рейнирой, белокожим ребёнком с гладкими светлыми волосами. С дочерями, к счастью, таких мыслей не возникало — они обещали вырасти похожими на мать, смуглую красивую женщину, и Деймон не возражал по поводу того, что красивых женщин рядом с ним теперь стало трое. * * * На исходе третьего года в Пентосе мирная семейная жизнь нарушилась с очередным письмом из Вестероса. За несколько лет его бывшая шлюха Мисария создала целую сеть шпионов по всему королевству и теперь щедро делилась новостями о жизни в стране. В очередном послании оказалась весть о том, что, пока Лейнор Веларион менял мужчин, Рейнира Таргариен родила долгожданного первенца, чрезвычайно похожего на начальника городской стражи сира Харвина Стронга. Деймона это задело неожиданно сильно. Он продолжил заниматься текущими делами, что-то ответил Лейне, так же узнавшей новости, но из письма брата… Вечером напился и попытался забыться в постели с женой, но всё пошло неправильно. Целуя Лейну, он вспоминал торопливые поцелуи в борделе с Рейнирой, проводя руками по спине видел не смуглую, а белую кожу, живо представлял себе гладкие, а не вьющиеся волосы, рассыпавшиеся по плечам. Слышал голос и вздохи Рейниры, отвечал на них, двигался так, будто был с ней… Наваждение отступило, когда он, тяжело дыша, рухнул на постель и растёр ладонями лицо. Потом посмотрел вправо, на Лейну, и поразился тому, насколько тяжёлым был её взгляд, насколько много всего передавал он. Лейна никогда не было глупой, и Деймон спросил: — Я назвал тебя чужим именем? Он услышал тихое: — Нет, — и понял, что окончательно выдал себя, пусть даже лицемерить сейчас у него в любом случае не было сил. Молча встав с постели, Лейна накинула халат и вышла из спальни. Деймон же стукнул кулаком по кровати. Рейнира… Лейна… Женщины, волею богов оказавшиеся на его пути. Очень гордые, очень красивые, очень разные, — и они обе были ему дороги, каждая по-своему. Теперь, когда прояснилось в голове, Деймон мог спокойно подумать об обеих — и мысли стремились к Лейне как той, кто не заслужила такого обращения от него. Выждав некоторое время, чтобы дать ей остыть, Деймон оделся и вышел на поиски, нисколько не удивившись, когда обнаружил её на крыше у каменного парапета. Он подошёл и остановился за её спиной, очень близко, но не рискуя пока коснуться. Лейна, не шелохнувшись, с гордо поднятой головой и напряжёнными плечами смотрела вдаль. — Не хотел причинить тебе боль, — негромко и искренне сообщил Деймон. Желание положить ладони на плечи стало очень сильным, но он удержался, даже крепко сжал пальцы, чтобы не поддаться соблазну, понимая, что сейчас это право не у него. Лейна отреагировала на его слова едва заметным и быстрым поворотом головы и отрывисто возразила: — Мне было хорошо. Лучше, чем когда-либо ещё. — Моя гордая девочка, — на грани слышимости прошептал Деймон, соображая, что тут можно предпринять. Но Лейна вдруг сама развернулась и спросила прямо: — Ты меня так и не полюбил? Ответить на это было просто: — Полюбил. По-своему. Ты определённо лучше моей первой жены, с тобой мы растим детей. — С первой женой завести не получилось? — С первой женой я ни разу не спал, — честно признался Деймон. — О, ну тогда я счастливица. Со мной ты, по крайней мере, попытался. — И хотел бы ещё. Если захочешь ты. — Отчего нет? — деланно непринуждённо пожала плечами Лейна. — В постели с тобой хорошо, а кого ты там при этом видишь… — пауза. — Не так важно, пока ты со мной. — Тебе видеть некого? — Деймон, моим единственным желанным образом всегда был ты. И он воплотился. А чувства... Я могу и додумать. Попробую представить, что те сегодняшние твои направлены на меня. Это был выход. Дерзкий, позволяющий сохранить гордость — Лейна брала решение в свои руки и доказывала, что она не жертва, и всё происходит на её условиях. Деймон мог это принять, мог позволить ей так думать. Он бы ей многое позволил, чтобы она себя не чувствовала оскорблённой, но счёл важным уточнить: — Ты уверена? Лейна прижала ладонь к его груди. — Когда мы прибыли сюда, ты спросил, чего я хочу. Я хотела тебя. Знала, что твоё сердце отдано другой, но хотела тебя, и ты сделал, чтобы мне было хорошо. Я надеялась со временем заменить для тебя её, но сегодня поняла, что этого не будет, и… — Лейна… — не выдержал Деймон. Она прижала пальцы к его губам. — И я смогу с этим жить. Правда. Тем более, что ты всё же ко мне добр — мало кому в Вестеросе в браке так же повезло, и уж точно не леди Ройс. Деймон перехватил её руку, убрав ото рта, и поцеловал кончики пальцев, давая возможность продолжать. — Деймон, я ценю то, что ты со мной. И я не прошу того, чего не можешь дать ты. — А чего просишь? — В главном — доверять мне, — пожала плечами Лейна. — Помнить, что я на одной стороне с тобой. А прямо сейчас… Идём со мной. Деймон позволил увести себя за руку с крыши, обратно в теплоту комнаты, на оставленную постель. Не став даже думать о том, чего ждать, он отдал инициативу Лейне, вновь захотевшей близости в ту ночь, позволил ей быть сверху, делать всё, что захочется, лишь отвечал на её желание и её страсть, загораясь от них. Позже услышал: — Теперь ты. И охотно откликнулся на этот призыв, выполняя каждую просьбу, двигаясь так, как хотелось Лейне, и почти видя разгорающееся между ними двоими пламя, будто они сами превратились в двух драконов… Безумие закончилось к удовлетворению обоих, отчего и Деймон, и Лейна долго не могли отдышаться. Потом она заметила вслух: — Что ж, нам может быть отлично вместе даже с тенью твоей Рейниры. — Я сейчас её не представлял. Кажется, Лейну это удивило, она приподнялась на локте: — В самом деле? — Мы договорились о доверии, — глядя ей в глаза, напомнил Деймон. — Какой смысл мне врать? — Хм. — Можешь быть довольна собой, дорогая. В постели мы снова только вдвоём. Лейна улыбнулась. Деймон ответил тем же с благодарностью к ней. Всё-таки боги одарили его по-настоящему мудрой женой. * * * Наваждение больше не возвращалось, и весть о втором сыне Рейниры Деймон принял гораздо проще — откинул в сторону письмо Мисарии, поймал взгляд прочитавшей послание от Лейнора жены и улыбнулся ей. Он не представлял себе больше другую в постели с Лейной, по-настоящему ценил и уважал её, и, даже думая временами о Рейнире, четко отделял эти мысли от реальной жизни и семьи. Новость о внезапной беременности Лейны он воспринял спокойно, решив, что пусть родится ещё одна дочь, и не особо поверил мейстеру, полагавшему, что вероятнее всё же сын. Но на него стал давить прожитый в Пентосе срок — десять лет, мысли о том, что их путешествие не должно было затянуться настолько. Тем более в Вестеросе спокойствием и не пахло: слабел король, поднимали головы стервятники вокруг Алисенты, плелись интриги. Проводя ночи на крыше, Деймон колебался между стремлением держаться подальше от этой грязи, обеспечить семье спокойную и благополучную жизнь, и долгом перед другой частью семьи, жалостью к брату, нежеланием, чтобы трон достался недостойным людям вместо его племянницы и так и не угасшей любви. Хуже всего было то, что Лейна прекрасно это замечала и откровенно его жалела. Убеждала, что и сама хотела бы вернуться в Вестерос, деля бремя ответственности за это решение, — но помилуйте! Стала бы она тогда задумываться о том, чтобы выдать за принца Пентоса их дочь? — Ты выше этого, Деймон. Тот, за кого я вышла, был выше этого. Мысленно согласившись с Лейной, он тогда предложил: — Давай сменим тему. — Хорошо, — продолжив гладить его по плечу, ответила Лейна. — Но другая тебе тоже не понравится. — Что там ещё? — развернулся к ней Деймон, готовый к любым проблемам. — Рейна считает, что совершенно не нужна тебе. — Что за чушь? — Ты проводишь время с Бейлой, учишь валирийскому её, помогаешь заниматься с её драконом. Я застала нашу дочь с яйцом, которое она держала перед прутьями каминной решётки. Она так жаждет, чтобы вылупился дракон, и тогда ты, быть может, обратишь внимание на неё… — Я не… — Деймон, я передаю то, что видела и слышала. И я не сомневаюсь, что этого достаточно, чтобы ты всё учёл. Деймон вздохнул, погладил её округлившийся живот, запахнул от ветра полами расшитого золотом халата. Потом глянул в лицо. — Да, этого достаточно. Здесь становится прохладно, идём. — Идём. Взяв его под руку, Лейна не проронила больше ни слова, пока они, не торопясь, шли к башне, а после спускались по ступеням. Но стоило им выйти в коридор, как туда же выбежала Рейна в обнимку с драконьим яйцом. — Ох, я просто… Услышала шаги. Деймон и Лейна остановились. Слишком своевременной оказалась встреча, так что Деймон, поймав вопросительный взгляд жены, предложил ей: — Иди. Я разберусь. И был вознаграждён признательной улыбкой, после чего Лейна, поравнявшись с дочерью, поцеловала её и пошла дальше, пожелав: — Спокойной ночи, милая. — Спокойной ночи, мам. Она вскоре скрылась в спальне, плотно прикрыв за собой дверь. Деймон же перевёл взгляд на Рейну — очень взволнованную, зябко переминающуюся с ноги на ногу. Опустив голову, она часто дышала, судорожно прижимая к себе яйцо, будто стараясь закрыться им, как щитом. Он нахмурился: страх дочери смотрелся неуместно и жутко. Рейна, заметив это, опустила голову ещё ниже, и Деймон вздохнул. Последнее, чего ему хотелось видеть, — это как его боится собственная дочь. Так что он подошёл к ней и приглашающе протянул руку. Помедлив, Рейна уцепилась за неё холодными пальцами и послушно пошла рядом, не задавая вопросов и старательно удерживая под мышкой яйцо. Ему нравилось любоваться видом окрестностей с крыши, однако дочку требовалось согреть, так что он отвёл её в гостиную, где ещё горел камин, а затем укрыл её плечи пледом, замотав по самые уши. Сев рядом, Деймон предложил: — Давай попробуем вместе, — и был вознаграждён несмелой улыбкой, когда Рейна поделилась с ним тяжёлым яйцом, которое они вместе поднесли к каминной решётке. Вряд ли это, конечно, ускорило бы вылупление дракона, но огонь отлично согревал всё вокруг, и очень быстро у Рейны порозовели руки и щёки. — У меня две дочери, Рейна, — спокойно напомнил ей Деймон. — Вы родились в один час, и одна не может быть важнее другой. Дракон тут ни при чём. — Ты охотнее занимаешься с ней. — Она охотнее занимается со мной, у нас больше общих интересов. Но если ты найдёшь что-то привлекательное для нас обоих, мы займёмся этим с тобой. — Правда? — Да, — серьёзно кивнул Деймон и с удовлетворением увидел, как обрадовалась Рейна. — И я не выдал бы тебя за лорда Пентоса, ты достойна большего. Тем более я сначала обсудил бы это с тобой. Радости на лице дочери стало ещё больше, она заметно расслабилась, расправила плечи. На такую Рейну было приятнее смотреть, а когда у неё устали руки, она опустила яйцо рядом с собой и сказала: — Я знаю, что у вас с Бейлой больше такого, что нравится вам обоим. Вы учите язык, катаетесь на драконах. Я очень жду, когда вылупится мой, и верю, что это произойдёт. — Раз веришь, так и будет, — подтвердил Деймон — в упрямстве женщин из рода Веларион он не сомневался. — Пока добудешь своего, можешь полетать на Караксесе со мной. — Правда? — Всегда могла, вообще-то. И что бы ты себе ни думала, я никогда не забывал, что ты — моя дочь. Рейна смутилась, виновато опустила глаза. — Пап, я… понимаешь… — Понимаю. Иди ко мне. Деймон приглашающе развёл руки в стороны. Едва заметив это, Рейна кинулась в объятия и крепко прижалась головой к его груди. — Родная девочка, — тихо сказал он и поцеловал в макушку. И лишь гораздо позже, убедившись, что она полностью согрелась, отправил её спать в ту ночь. * * * От выбора, лететь ли в Вестерос, Деймона избавили внезапно начавшиеся у Лейны роды. Он испытал тревогу, услышав от мейстера неутешительный прогноз, и кинулся искать жену, выскочил за ней на крышу, но было поздно. Струя пламени Вхагар превратила страдающую от родов женщину в груду обгоревших костей и пепла. На негнущихся ногах Деймон приблизился к ним, потрясённо уставился на них и услышал над собой горестный рёв драконицы. — Ты не виновата, Вхагар, — подняв голову, сказал он. Вхагар продолжала реветь. Несчастное создание, проклятое своим же поступком — убийством наездника, и потому обречённое на скорую смерть. — Она сама так решила. Поревев ещё, Вхагар расправила крылья и улетела, тогда Деймон тоже позволил себе яростный крик. Он чувствовал боль. Как никогда понял своего брата и, опустившись на корточки, невидяще смотрел на пепел, пока не услышал за спиной двойной крик дочерей. Потом на крышу сбежались другие люди. Что-то говорили мейстер и те, кто помогали ему. Деймон увёл дочерей подальше от всех, на другую часть крыши, и там долго обнимал их обеих, говорил, какой храброй была их мать, и оставил плачущих девочек, когда понял, что со своим горем они хотят побыть одни. * * * Над Пентосом окончательно рассвело, показалось солнце. Услышав лёгкие шаги, Деймон развернулся к держащимся друг за друга дочерям. Бейла тихо спросила: — И что теперь будет, пап? У Деймона не осталось сомнений. — Мы поступим так, как хотела ваша мама. Полетим на её родину в Дрифтмарк, к ней домой.