The Mermaids Pearl

***

      Когда корабль капитана пришвартовался в порту, над головой палило солнце, морской бриз, нежно проникающий в окно Юнги, был солёным приветствием, когда Юнги пошевелился на кровати, лениво проводя рукой по волосам Хосока, шепча: — Принцесса, мы здесь.       Хосок зашевелился, потягивая свои новые ноги, протяжно зевнул и потёр глаза.       — Где мы?       Юнги ласково улыбнулся: — В порту, милый. Земля, о которой я тебе рассказывал. Я хочу провести тебя по всем магазинам и тавернам. — рука Юнги опустилась с волос Хосока на его пухлые щёки.       Хосок сонно моргнул ещё несколько раз, прежде чем до него дошли слова Юнги.       — Земля? — воскликнул он, и его глаза загорелись.       Юнги кивнул, напевая: — Хм, я думаю, мы посадим тебя в инвалидное кресло, чтобы твои ноги не устали. — он усмехнулся: — Если только ты не хочешь, чтобы я держал тебя, принцесса. Гиги будет держать тебя рядом весь день, если захочешь.       Хосок прижался ближе к груди Юнги, слегка спрятавшись под одеялами.        — Но ты иногда не отпускаешь меня туда, куда я хочу. Как вчера вечером за ужином ты сказал, что в столовой было слишком много людей.       Юнги посмотрел на обнажённое тело Хосока, зацелованное солнцем, прижатое к его собственному, с только красивым бюстгальтером, застегнутым на груди. — Мы собираемся нарядить тебя во что-нибудь, принцесса. Помни, только Гиги может видеть тебя таким. Ты помнишь об этом, верно?       — Ты часто так говоришь, Гиги, — проворчал Хосок. — Я не понимаю, почему я не могу просто носить свои ракушки, но это важно для тебя.       — Это очень важно для меня. Я хочу быть единственным, кто увидит твои особенные новые детали. — Юнги уткнулся носом в волосы Хосока. — Моя красивая русалка. Почему бы Гиги не нарядить тебя во что-нибудь красивое, а потом мы найдём тебе красивое розовое платье в порту? Что-нибудь подходящее для такой принцессы, как ты.       Хосок застенчиво улыбнулся Юнги.       — Хотел бы я спрятаться под водой, когда ты говоришь такие вещи. От этого мои щеки становятся тёплыми. Он сделал паузу, вспоминая слово: — Краснеют.       Юнги быстро обхватил щёку Хосока, широко улыбаясь: — Моя милая принцесса краснеет? — дразнил он: — Такая красивая, самая красивая в мире. Такой красивый румянец.       Хосок спрятался поглубже под одеяло.       — Прекрати, Гиги, ты снова заставишь меня чувствовать себя так же, как прошлой ночью.       Юнги ухмыльнулся, наклоняясь над одеялами, скрывающими Хосока.       — Ты не хочешь почувствовать себя хорошо, когда я буду трахать тебя своим члена, малыш?       Хосок вздрогнул и выглянул из-под одеяла.       — Гиги…       — Да, малыш?       Хосок снова заскулил, застенчиво.       — Гиги…       Юнги наклонился ниже, дёргая одеяла: — Моя маленькая принцесса зовёт меня? Моей хорошенькой малышке нужна помощь Гиги?       Хосок вздохнул и закутался в одеяла Юнги. Он медленно скатился с кровати и неуклюже поднялся на ноги.       Юнги выскочил из кровати, спеша поднять Хосока, чтобы спасти его от падения на слабые ноги.       — Осторожно, принцесса! Ты всё ещё привыкаешь к своим ногам, Гиги должен тебе помочь.       Хосок храбро вдохнул и начал шагать вперёд неуверенными шагами, Юнги держался позади него с вытянутыми руками на случай, если он упадёт назад. Наконец Хосок добрался до места назначения, скользнув в ванну Юнги, не выпуская из рук одеяла.       Юнги тихо и грустно вздохнул: — Милый… — прошептал он, стягивая одеяла с Хосока, прежде чем включить воду, — Скучаешь по воде, не так ли?       Хосок надулся.       — Я хотел одеяла, Гиги.       — Одеяла намокнут… — Юнги сделал паузу и покачал головой, снова заворачивая Хосока в одеяла. — Эта надутая, — прошептал он, — Это властная, милая, маленькая мордашка. — Юнги поцеловал Хосока. — Ты можешь получить всё, что захочешь, принцесса.       Хосок улыбнулся и начал подворачивать одеяла вокруг своих ног, эффективно воссоздавая свой хвост.       — Гиги, смотри!       Юнги мягко улыбнулся: — Моя красивая русалка. — прошептал он, проводя рукой по на мокшим одеялам. — Ты всегда будешь моей хорошенькой русалочкой, ты знаешь это, верно?       Хосок радостно кивнул.       — Вот только ты не разрешаешь мне плавать под водой.       Юнги усмехнулся: — Со временем ты сможешь, но давай по шажочку. Ты не можешь дышать под водой, и Гиги не хочет, чтобы ты случайно поранился. Гиги бы очень расстроился.       Хосок надулся.       — Я не хочу тебя расстраивать.       Юнги потянулся к воде и целомудренно поцеловал Хосока в губы.       — Мой малыш, ты такой идеальный…       — Привет! Эй, привет! — с другой стороны двери раздался более чем знакомый голос, а затем деревянная дверь распахнулась, в дверном проёме появился Тэхён, улыбающийся квадратной улыбкой, а Чонгук, поспешно входящий следом: — Это день порта! Пойдём… оу. — глаза Тэхёна расширились, когда он увидел Хосока в ванне.       — Убирайся! Я запер дверь, как ты сюда попал?! — быстро закричал Юнги, швырнув ближайшую щётку через всю комнату в сторону Тэхёна, схватил свою рубашку, стянув её одним быстрым движением, и прижал к груди Хосока.       Тэхён поймал щётку после того, как некоторое время повозился с ней, Чонгук ударился о его спину, когда тот кувыркнулся вперёд.       — Хосок-хён в лифчике?!        — Он что? — крикнул Чонгук позади Тэхёна.       Юнги зарычал на них: — Откуда у вас ключ от этой комнаты?! И забудьте то, что вы только что видели, иначе я заставлю вас забыть!       Тэхён фыркнул, прежде чем броситься к ванне: — Хосоки-хён! Тебе нравятся такие девчачьи штучки? Неужели… — он наклонился, чтобы прошептать, косясь на Юнги, — Капитан подговорил тебя на это? Он пытается сделать из тебя девушку…       — Что такое девушка… — начал было спрашивать Хосок, когда Юнги схватил Тэхёна за воротник, потянув его назад и подальше от ванны с силой моряка.       — Ты закрой свой проклятый рот, малец. Он русалка, пусть будет таким, каким хочет. — зарычал Юнги: — А теперь убирайся!       Тэхён снова проигнорировал Юнги, изо всех сил борясь с капитанской хваткой на его рубашке: — Хосоки-хён, девушка — это человек, у которой иногда длинные волосы и большая грудь, и у них нет таких членов, как у нас, у них есть…       Юнги встал, схватил Тэхёна за воротник и вытолкнул из комнаты.       — Ты сегодня акулье мясо, язычник.       — Подожди, Тэ-тэ, Чонгуки, смотри! — воскликнул Хосок, упираясь руками в ванну и поднимаясь на ноги, одеяло начало сползать с его талии.       Юнги задохнулся, вслепую нащупал на земле выброшенную рубашку и набросил ее на голову Чонгука, чтобы прикрыть глаза, а сам бросился вперёд, придерживая одеяло Хосока до пояса, — Сок-а, — настаивал Юнги, — Ты должен прикрыться, милый.       Хосок моргнул, глядя на Юнги, а затем наклонился к нему, чтобы прошептать.       — Ты имеешь в виду, что я должен прикрыть свой член, да?       — Да. — Юнги вздохнул: — Только я могу видеть этот симпатичный маленький член, только Гиги. Чонгук и Тэхён не могут видеть твоё красивое тело, как это делает Гиги.       — Почему нет? — заскулил Тэхён, поднимаясь с пола: — Хосоки-хён, если ты когда-нибудь захочешь поиграть с Чимини и мной…       — Тэхён! — Юнги в ярости рявкнул: — Вон!       Спина Тэхёна выпрямилась, когда он повернулся на каблуках: — Вас понял! Я буду в порту!       — Гиги, — снова прошептал Хосок, — можно мне посмотреть на их члены?       — Конечно! — прощебетал Тэхён, оборачиваясь.       — Нет! — Юнги снова рявкнул, глядя на Тэхёна: — И если Тэхён и Чонгук не уйдут прямо сейчас, у них будут проблемы.       — Хорошо хорошо. — Тэхён усмехнулся, подмигнув Хосоку, прежде чем развернуться и пойти к двери.       — Чонгук, сходи за инвалидной коляской для моей принцессы. — приказал Юнги: — Я хочу, чтобы он мог видеть всё отчётливо, а его маленькие ножки не уставали. — Юнги поднёс к Хосоку ещё одно полотенце, чтобы вытереть его.       Глаза Чонгука загорелись.       — Отличная идея, капитан!       — Чонгуки тоже может помочь мне с инвалидной коляской? — спросил Хосок Юнги.       — Это работа для Гиги. — заверил Юнги: — Но Чонгук может пойти с нами, если хочешь.       Хосок просиял.       — Ты слышал, Чонгуки?       Улыбку Чонгука невозможно было ничем сдержать.       — Я скоро вернусь, Хосоки-хён! — воскликнул он, исчезая в коридоре.       Юнги занялся переодеванием Хосока в его старую одежду, помогая ему выбраться из ванны и забраться в свои объятия.       — Ты готов, принцесса?       Хосок кивнул.       — Я хочу посмотреть порт. Здесь есть школы сухопутных рыб?       Юнги промычал, вытирая волосы Хосока: — Здесь много школ, красавчик. Здесь так много всего интересного, и мы можем поискать ракушки, чтобы сделать тебе ещё одно ожерелье.       Хосок улыбнулся и провёл пальцами по ожерелью из ракушек, которое он продолжал носил с тех пор, как жил под водой.       — Гиги, мы сможем найти ещё одну ракушку для моего ожерелья, когда мне понадобится моя двадцать восьмая ракушка?       Юнги прикоснулся к щеке Хосока: — Мы найдём тебе самое красивое ожерелье, любовь моя. — пообещал он, нежно целуя Хосока: — Мы отметим твой день рождения множеством человеческих сладостей и, возможно, вместе поплаваем в океане, когда придёт время.       Хосок немного споткнулся, когда в волнении рванулся вперёд.       — Ты хочешь поплавать со мной в океане?       — Я готов сделать для тебя всё на свете. — признался Юнги, ухмыляясь: — Всё, что угодно, лишь бы видеть эту улыбку.       Хосок сиял, хихикая от удовольствия.       — Я буду плавать с Гиги~!       — И я буду плавать с моей самой красивой русалкой в ​​мире~! — Юнги хмыкнул в ответ, целуя щёки Хосока.       Хосок улыбался в поцелуи Юнги, делая его щёки круглыми и давая Юнги больше поверхности для поцелуев. Хосок крепко обнял Юнги за плечи.       — Я люблю тебя, Гиги.       — Я люблю тебя больше, принцесса. — прошептал Юнги в ответ, как обещание в солёном бризе.

***

      — Юнги смотри! — крикнул Хосок из своего кресла-каталки, указывая на сотую вещь, которая привлекла его внимание с тех пор, как они сошли с корабля. — Поторопись!       Юнги подтолкнул Хосока в инвалидном кресле, проследив за взглядом Хосока: — Что такое, принцесса? Что ты видишь?       — Смотри! — настаивал Хосок, указывая на место сильнее, чем раньше. — Посмотрите на всех рыб!       Глаза Юнги расширились, он посмотрел на рыбный рынок, прежде чем отвернуть инвалидную коляску Хосока.       — Милый, почему бы нам не пойти в эту сторону, здесь есть красивые вещи.       Хосок надулся и попытался обогнуть Юнги, чтобы посмотреть на рыбу, но вскоре его внимание привлекло что-то ещё.       — Юнги. — Хосок ахнул и указал на окно магазина вдоль пирса. — Смотри, это жемчужина! — воскликнул он, наклоняясь вперёд, чтобы рассмотреть на изящное ожерелье с единственной жемчужиной на конце.       — Не хочу, чтобы ты видел мертвую рыб… — пробормотал объяснение Юнги, увидев надутые губы Хосока, но был прерван новым интересом Хосока. — Ожерелье? — спросил он, напевая песенку, когда подвозил Хосока ближе: — Тебе нравится это, принцесса? Хочешь, чтобы папа купил его для тебя?       Губы Хосока сжались в тонкую линию, пока он изучал витрину ювелирного магазина.       — Ожерелье? — повторил он это слово и поднёс руку к своему ожерелью из ракушек на шее. — Как мои ракушки?       Юнги кивнул, хмыкнув: — Точно такие же, как твои ракушки, милый. Вот, — Юнги поднёс палец к Хосоку, чтобы тот подождал, покопался в карманах в поисках нескольких монет и положил их в руку торговца, прежде чем вернуть ожерелье Хосоку, — Для моей сладкой принцессы.       Глаза Хосока сверкнули, когда он поднял изящное ожерелье. Он улыбнулся этому и посмотрел на Юнги.       — Ты должен надеть его, Гиги.       — Но я купил это для тебя, гуп. — пошутил Юнги, помогая застегнуть ожерелье на шее Хосока вокруг его затылка, тёплыми пальцами касаясь кожи Хосока, — Так у тебя всегда будет твоя жемчужина русалки.       Хосок улыбнулся, когда Юнги застегнул ожерелье на его шее.       — Интересно, моя ли это жемчужина?       Юнги нахмурился: — Надеюсь, что нет. — прошептал он.       Хосок нахмурился в ответ.       — Я больше не могу делать жемчуг… Было бы неплохо иметь жемчужину, чтобы помнить о жизни под водой.       — Но ты делишься своими жемчужинами только тогда, когда тебе грустно. — Юнги погладил Хосока по щеке: — Раньше я гонялся за жемчужинами, но теперь я с трудом могу их видеть, всё, о чём я думаю, это твои красивые, грустные глаза, наполненные ими.       Хосок тихо надулся на Юнги.       — Я обещаю, что больше не буду делать жемчуг.       Юнги поцеловал Хосока в губы.       — Обещай, что также не будешь плакать?       — Я обещаю это тоже, — улыбнулся Хосок. — Но только если ты тоже пообещаешь! — фыркнул он.       Юнги усмехнулся, целуя Хосока в лоб, а потом сказал: — Если тебе никогда не будет больно, то это обещание я могу дать. — прошептал он, глаза его загорелись, когда он увидел что-то развевающееся на ветру вдалеке: — Принцесса! — обрадовался он, толкая инвалидное кресло по улице вместе ко всем портовым торговцам: — Вот несколько платьев, которые могут подойти тебе.       Хосок всё ещё крутился в своём кресле, пытаясь увидеть всё то, что Юнги заставил его пройти мимо так быстро.       — Гиги… — начал было он жаловаться, но остановился, увидев красивое простое розовое платье в витрине магазина. — Смотри.       — Я вижу, принцесса. — Юнги ухмыльнулся, обнажая свои дёсна в улыбке, когда вытащил из кармана ещё несколько монет. — Укажи на платья, которые ты хочешь, гуп, и папа достанет их для тебя.       — Вот это. — просто сказал Хосок и указал на розовое.       Юнги взял розовое платье размера Хосока.       — Мы возьмём это. — Юнги опустил монеты в ладонь торговца, заметив ярко-синее кольцо того же оттенка, что и глаза Хосока, сверкающие, как море на свету.       Юнги снова повернулся к Хосоку: — Всё твоё, принцесса.       Хосок задорно улыбнулся Юнги.       — Теперь я могу его надеть? — нетерпеливо спросил Хосок, начиная расстегивать рубашку, одолженную у Юнги.       Юнги бросился вперёд, собирая рубашку вместе: — Принцесса, помни! Только Гиги разрешено видеть это. — настаивал Юнги, прежде чем вздохнуть: — Пойдём, здесь внизу есть туалеты, Гиги поможет переодеться в твоё красивое платье.       Хосок заворчал, когда Юнги толкнул его.       — Я не понимаю в чём проблема, Гиги! Ты не заставлял меня носить это, когда у меня был хвост.       — Это было до того, как у тебя между ног появилась эта милая маленькая штучка, гуп. — Юнги возразил: — Эта маленькая штучка, которая принадлежит только Гиги, и никто, кроме тебя и Гиги, не должен её видеть.       — У меня тоже был такой, когда я был русалкой, — пробормотал Хосок.       — Я… — Юнги сделал паузу, — Я должен был попросить показать мне свой милый маленький член в образе русалки, держу пари, он был таким же маленьким и милым.       Хосок хмыкнул.       — Я никогда не спаривался, поэтому я никогда не использовал его, — он сделал паузу, — Я хотел быть тем, кто получит гуппи в любом случае.       Юнги закусил губу, чтобы сдержать ухмылку.       — Ты был бы таким хорошеньким с гуппи, милый. Весь в них. — он остановил их перед полными туалетами, напевая, прежде чем решить отвести их в лесную зону, заведя Хосока за большое дерево, подальше от посторонних взглядов.       — Гиги. — воскликнул Хосок, глядя на деревья вокруг него полными удивления глазами: — Что это такое?       Юнги усмехнулся: — Деревья, дорогой. Они похожи на водоросли, которые поднимаются из-под земли здесь, на суше.       У Хосока перехватило дыхание, когда он посмотрел на зелёные листья и шершавую кору. Хосок медленно поднялся на ноги, желая сделать шаг вперёд и ощупать дерево.       — Ух ты.       Юнги быстро поймал Хосока, крепко удерживая его.       — Милый, ты должен быть осторожнее, — настаивал он, — твои ноги ещё слабы, деревья всегда будут здесь. — он помог Хосоку вернуться в кресло-каталку, помогая Хосоку снять рубашку.       — Гиги, никто не должен видеть! — упрекнул Хосок, в его голосе прозвучала нотка человеческого сарказма.       Юнги поднял бровь: — Я здесь никого не вижу. Ты что, боишься, что деревья увидят твои хорошенькие маленькие соски? — Юнги слегка потянул один из них и поцеловал губы Хосока, после чего стянул с Хосока юбку.       Глаза Хосока расширились.       — У деревьев есть глаза?       Юнги рассмеялся: — Глаза? Гуп, ты видишь глаза на том дереве? — поддразнил он: — Нет, я пошутил, иди сюда. — Юнги помог Хосоку одеться через руки. — Только я один вижу моего красавчика.       — Красивая русалка, — пробормотал Хосок, пока Юнги помогал ему просунуть голову через отверстие в платье.       — Моя красивая русалочка. — Юнги согласился: — Самая красивая русалка в мире, во всём море и на всей земле. Самая красивая русалка для меня. — промычал он, разглаживая платье, и вздохнул, немного запыхавшись: — Ты выглядишь… о, ничего себе….       — Выглядит нормально? — спросил Хосок, теребя тёмно-розовый бант на белом воротнике платья.       — Это выглядит…. ты выглядишь… вау…. — Юнги покачал головой: — Ты прекрасно выглядишь, чёрт. Ты выглядишь потрясающе, это платье было создано для тебя, Хосок, моя милая, красивая принцесса.       Хосок захихикал, розовый румянец в тон его платью появился на его щеках, когда он протянул руки к Юнги.       Юнги наклонился вниз, прижимая Хосока к себе после поцелуя в щёку. Юнги подхватил Хосока на руки и закружил его: — Моя прекрасная принцесса~       Хосок хихикнул и крепко обнял Юнги, не отпуская его, пока они кружились.       — Ты — принц, если я — принцесса!       Юнги усмехнулся: — Ты прав, красавица, — он поцеловал Хосока в губы, — Моя прекрасная принцесса, я всегда буду твоим принцем.       Хосок улыбнулся поцелуям Юнги, но затем переключил своё внимание на дерево, к которому Юнги приблизил их. Он протянул руку, коснулся шероховатой поверхности и издал удивлённый стон.       — Это ощущается совсем по-другому, Гиги.       — Это кора. — мягко сказал Юнги, держа свою руку поверх руки Хосока, чтобы поднести ладонь мужчины к зелёным листьям: — А это — лист. Осенью они окрашиваются в коричневые, оранжевые, красные, жёлтые цвета.       Хосок поражённо уставился на листья и голубое небо за ними.       — Красиво, — прошептал он.       Юнги знал, что небо было прекрасным, но его глаза не отрывались от глаз Хосока с изумлённым выражением лица: — Оно прекрасно, не правда ли. — прошептал он, целуя Хосока в щёку.

***

      — Вот вы где, ребята! — знакомый голос — Тэхёна — раздался издалека: — Мы искали вас повсюду! Идёмте! Корабль Намджуна-хёна только что пришвартовался здесь. Пойдёмте, посмотрим, может мы найдём какие-нибудь оставшиеся сокровища!       Юнги прорычал: — Я потоплю весь чёртов корабль Намджуна.       Хосок оживился в объятиях Юнги и помахал Тэхёну.       — Тэ-тэ! Иди посмотри! Это кора и листья!       — Я знаю, что это кора, Хоби-хён, я живу здесь, помнишь?! — объяснил Тэхён, слишком взволнованный, чтобы терпеть и помчался за Юнги, толкая его в спину: — Пойдём! Пойдёмте, пока другие пираты не нашли всё это!       — И для чего именно мы тебе нужны в этом плане?! — огрызнулся Юнги, прижимая Хосока ближе к себе, срывая с дерева большой зелёный лист и вложил его Хосоку на ладонь, пока они шли обратно к порту.       — Может быть, Хоби притянет сокровище, как магнит. — пробормотал Тэхён: — Это была идея Чонгука!       — Вот ты где! — раздался голос Чонгука, когда он появился прямо у линии деревьев. — Ты убежал, хён!       — Чонгуки! — Хосок просиял.       Юнги защищал Хосока от этих двоих.       — Ты не подпустишь мою русалку к этому проклятому кораблю!       Хосок в тревоге повернулся к Юнги.       — Гиги, я больше не русалка. Я человек, помнишь?       — Тише, милый, — мягко прошептал Юнги, — ты всегда будешь моей русалкой.       Тэхён застонал: — Почему ты самый худший капитан на свете. Ты даже не хочешь идти за сокровищем! Это то, что должны делать пираты!       — Значит, я не пират. — отрезал Юнги. Он усмехнулся, обращаясь к Хосоку: — Я — король.       Глаза Хосока расширились.       — Ты король?       — Я твой король, маленький гуп. — Юнги поцеловал Хосока в лоб.       Хосок ещё немного времени полюбовался на Юнги, прежде чем снова обратить внимание на своих друзей.       — Посмотрите на моё платье, которое мне купил Гиги! — пропел он, вытягивая ноги так, чтобы юбка до лодыжек развевалась в воздухе.       — Ух ты! — воскликнул Чонгук, бросаясь вперёд, чтобы похвалить Хосока. — Оно такого же цвета, как твой хвост, Хоби-хён!       — Вау, он купил тебе это…? Он использовал монеты из сокровищницы? Я думал, что получил все его монеты раньше… где… — задумчиво прошептал Тэхён, дёргая ткань платья, изучая её.       Юнги свирепо оттащил Хосока от Тэхёна: — Моя принцесса заслуживает самых лучших вещей, которые может предложить этот порт. И я намерен полностью удовлетворить все его желания и потребности.       Глаза Чонгука так и сверкали.       — Ты такой крутой, капитан.       Юнги усмехнулся, фыркнув: — Я знаю.       Внимание Хосока снова переключилось.       — Если корабль Намджуна здесь, значит ли это, что Джин-хён тоже здесь?       — А разве вон там не Джин-хён? — Тэхён указал вдаль, где Намджун и Сокджин шли по пристани, глаза Тэхёна расширились, когда он понял, что Чимина с ними нет… — Я вернусь! Я забыл, что всегда первым делом встречаюсь с Чимином на корабле! Пока! — кричал он, убегая.       Юнги нахмурил брови: — Всегда?! Этот язычник. Его никогда не пускали на этот чёртов корабль.       Хосок начал беспокойно ворочаться в руках Юнги.       — Гиги, я хочу пойти к Джин-хёну!       Юнги быстро покачал головой: — Нет, нет. Я понесу тебя, детка, пусть хён позаботится о тебе.       Хосок надулся.       — Ты никогда не позволяешь мне ходить.       Юнги поцеловал губы Хосока.       — Потому что мой ребёнок такой красивый, слишком красивый, чтобы ходить.       — Я могу помочь Хоби-хёну ходить! — предложил Чонгук, и глаза Хосока заискрились надеждой на Юнги.       — Ни в коем случае. — Юнги отрезал быстро и не задумываясь. — Я позабочусь о нём.       Хосок извивался в руках Юнги в последний раз, прежде чем позвать Сокджина большим взмахом руки.       — Джин-хён! Я здесь, и Гиги не даёт мне идти!       Голос Хосока привлёк внимание Сокджина, его глаза расширились, когда он выпустил руку Намджуна и тут же бросился к нему: — Милый!       — О, нет. — пробормотал Юнги, прижимая Хосока ближе.       — Милый! — повторил Сокджин, подойдя ближе, глядя на Юнги: — Что значит, Юнги не отпускает тебя ходить?!       Хосок снова зашевелился.       — Он говорит, что позаботится обо мне, но я очень хочу обнять тебя.       — О, иди сюда, милый! — Сокджин проигнорировал протесты Юнги, быстро-быстро притянув Хосока к себе на руки, крепко прижимая его к себе. — Я так рад тебя видеть! — он отстранился, улыбаясь новообращенному человеку, подбадривая улыбкой: — Только посмотрите на это розовое платье!       Хосок улыбнулся в ответ.       — Гиги купил его!       — Хорошо. — Сокджин поцеловал Хосока в лоб: — Убедись, что он купит тебе всё, что ты захочешь, а я куплю для тебя немного сладостей.       — Я собираюсь купить их для него. — Юнги надулся.       Намджун наконец догнал их, обхватив Сокджина за плечи и неловко кивнув Юнги.       — Мин.       — Придурок. — Юнги фыркнул.       Намджун кивнул.       — Придурок? — повторил Хосок.       Сокджин резко вдохнул и посмотрел на Юнги.       Глаза Юнги расширились, он покачал головой.       — Нет, нет, милый, Гиги так не говорил, это не слово для моей принцессы. Гиги сказал — он сказал — сопляк. Намджун — сопляк.       — Нет, ты сказал придурок, — поправил Чонгук.       — Не сейчас, Чонгук. — Юнги застонал.       — Мой Джуни не сопляк и не придурок. — возразил Сокджин.       Хосок хмыкнул и снова обратил своё внимание на Сокджина.       — Хочешь ещё больше послушать о подводном мире, Джин-хён?       — О, да! — Сокджин хлопнул в ладоши, улыбка достигла его глаз. — Но больше всего на свете я хочу показать тебе что-то такое сладкое, — усмехнулся он, — Шоколад.       Глаза Хосока загорелись.       — Что такое шоколад?       — Хоби-хён никогда не пробовал шоколад? — Чонгук вскрикнул, но остановился. — Эй, а куда делась его инвалидная коляска, капитан?       — Она за деревом. — Юнги кивнул головой: — Но я не отпущу его, мы можем пойти вместе.       — Я надеялся, что мы сможем выпить вместе, Мин, — сказал тогда Намджун, — как в старые добрые времена.       — Нет. — Юнги легко ответил.       Сокджин закатил глаза и взял Хосока за руку.       — Милый, не мог бы ты сказать своему парню, что ему нужно пойти выпить со своим лучшим другом.       — Гиги? — сказал Хосок, поворачиваясь к Юнги. — Мы можем перекусить позже, если ты уйдешь.       Юнги открыл было рот, чтобы возразить, но тут же закрыл его: — Можно я покусаю тебя сейчас… принцесса? — тихо спросил он, чтобы его услышал только Хосок.       Хосок улыбнулся.       — Быстрые покусывания.       Юнги принялся за дело, покусывая всё лицо Хосока, пока тот не захихикал от смеха, болтая ногами в воздухе от головокружительной радости, когда Чонгук вернулся с инвалидной коляской.       — Вот, Хоби-хён! — звонко сказал Чонгук, прежде чем застенчиво повернуться к Сокджину. — Можно я тоже поем немного шоколада?       — Конечно, Чонгуки, давай. — Сокджин позволил, убедившись, что платье Хосока красиво распушилось, когда Юнги усаживал его в кресло-каталку.       — Чонгуки и Джин-хён! — радостно пропел Хосок. — У меня никогда раньше не было друзей. Гиги тоже.       — Моя красивая русалка со всеми своими друзьями и своей парой. — прошептал Юнги, прижимаясь поцелуем к голове Хосока, когда он взял руку Хосока в свою, поцеловав ещё раз: — Джин-хён позаботится о тебе, принцесса, если тебе нужно — знаешь что, я просто пойду с тобой. Давай купим тебе шоколада…       — О, нет, не надо! — Сокджин дёрнул Юнги за ухо пальцами, оттаскивая его назад, подальше от инвалидной коляски, в сторону Намджуна. — Вы двое должны пойти выпить и помириться, немедленно, иначе у тебя на руках будет очень расстроенная русалка и муж.       — Я расстроен? — спросил Хосок у Сокджина.       — Да, милый, сыграй со мной роль, давай. — прошептал Сокджин, скрестив руки на груди и подталкивая Хосока сделать то же самое.       Глаза Юнги расширились, когда он переводил взгляд то на Сокджина, то на Хосока, то снова на Сокджина.       — Х-хорошо! Хорошо, мы идём! — торопливо заговорил он, схватив кулаком плечо Намджуна и потащив пирата за собой в сторону таверны. — Сначала мне нужно кое-что купить.       — Пошли за шоколадом, Джин-хён! — пропел Хосок, напевая старую песню русалки.

***

      Юнги нахмурился, когда бармен протянул ему ещё одну большую кружку пива.       — Полегче, Мин, — вздохнул Намджун, делая большой глоток своего пива.       — Полегче. — Юнги насмешливо фыркнул: — Мне станет легче, когда мой так называемый лучший друг ни с того ни с сего не решит украсть любовь всей моей жизни и попытаться убить его…       — Это всё ты, Мин, — проворчал Намджун, от пива его голос стал громче. — Я мирно возвращал твою любовь. — хмыкнул он, глубоко и задумчиво. — Откуда мне было знать, что ты влюбился в него?       Юнги указал пальцем на Намджуна, его голос был невнятным от алкоголя: — Это он! — Юнги защищался, как будто это было так просто, как будто это было элементарно. — Как я могу не влюбиться в него, как я могу… — икота: — Не спариваться с ним!       Глаза Намджуна расширились.       — Мин. — он задохнулся.       — Что. — Юнги посмотрел на Намджуна, бросая вызов: — Ты собираешься попытаться забрать мою пару?!       — У тебя был секс с русалкой? — вместо этого прошептал Намджун.       — Да. — Юнги допил остатки своего напитка. — Я трахал его сильнее, чем волны во время урагана.       Намджун откинулся на спинку стула. — Чёрт. — он сделал паузу. — Как? У него была… дырка или…?       Юнги усмехнулся: — Хочешь знать? — через мгновение он добавил: — Засранец.       Намджун хмыкнул.       — Это ты засранец, засранец. Поджёг мой корабль.       — Забрал мою чёртову русалку. — Юнги чуть сдержался, поманив официанта принести им ещё одну порцию напитков. — Я бы потопил твой корабль, если бы у меня была возможность, и освободил его.       — Я возвращал его! — закричал Намджун, хлопая допитым пивом о барную стойку. — Ты не смог бы догнать мой корабль, если бы я на самом деле украл его.       — Я бы смог! — Юнги возразил: — Твой корабль — самый медленный из всех пиратских кораблей, которые я когда-либо видел в этих водах, но мой…       — На моем корабле есть принц, которого нужно защищать! — рявкнул Намджун.       — А у меня есть русалка! — возразил Юнги.       — Это… — вернулся официант, нерешительно ставя на стол два пива, — Здесь всё в порядке?..       — Нет. Он пристаёт ко мне. Выгоните его. — Юнги кивнул туда, где сидел Намджун, потянувшись за пивом и сделав большой глоток.       Глаза Намджуна выскочили из орбит.       — Мин, тебя уже выгоняли! Ты не в том месте, чтобы обвинять!       Официант воспринял это как сигнал уйти, а Юнги пробормотал: — Нас выгнали вместе, придурок.       — И по чьей вине? — воскликнул Намджун.       — Твоего чёртового парня. — зашипел Юнги: — Не может держать свой чёртов рот на замке.       Намджун фыркнул и скрестил руки на груди.       — Следи за своим языком о нём.       Юнги посмотрел на Намджуна сбоку: — Смотри. — он опустил свой стакан на стол, снова пьяно указывая на Намджуна: — У нас обоих есть свои пары. Так что ты просто оставайся на своей полосе, а я останусь на своей.       Намджун покачал головой и хлопнул Юнги по спине, сильнее, чем он намеревался, и заставил Юнги подавиться пивом.       — Нет, Мин. Ты мой лучший друг. А я твой единственный друг.       — Да пошёл ты, я твой единственный друг! — рявкнул Юнги, вытирая пиво с губ и кашляя между словами.       — Спорно. — Намджун ответил. — Но мы всё, что есть друг у друга. Так что давай просто снова оставим воду между нами.       Юнги проворчал что-то невнятное, стукнув бокалом с пивом о бокал Намджуна: — Только потому, что мне тебя жаль, придурок. Тебе нужно больше друзей.       — Как скажешь, придурок, — проворчал Намджун и чокнулся своим стаканом с бокалом Юнги. — За наших пар.       Улыбка тронула губы Юнги, когда он подумал о Хосоке, его голос был самым нежным за весь вечер, когда он поднял свой бокал.       — За наших парней.       — Кстати, о наших любимых, — Намджун оглянулся и увидел, как входит Сокджин, толкая Хосока, пока Чонгук о чём-то болтает. Намджун вскочил на ноги, пересёк барную стойку, притянул Сокджина к себе и впился долгим, влажным и пьяным поцелуем в губы своего парня.       Юнги бросился вперёд, спотыкаясь: — Принцесса! — позвал он, подбегая к Хосоку и заключая того в объятия: — Ты в порядке?! Они не причинили тебе вреда?       Хосок крепко обхватил Юнги.       — Нет, Гиги! Мы ели шоколад, помнишь?       Юнги вздохнул с облегчением: — Хорошо. Я рад, что они не повредили моё сокровище. Я так беспокоился о тебе. — признался он, откинувшись назад, пьяно и нежно улыбаясь своему парню: — О, гуп, — прошептал он, вытирая рукой шоколад с губ Хосока, — Ты любишь шоколад?       Хосок радостно хмыкнул.       — Очень понравилось! Но Джини-хён сказал, что у меня будет болеть живот, если я съем слишком много. — он надулся.       — Он не должен был отказывать тебе ни в чём, детка. — Юнги нахмурился, прекрасно понимая, что сделал бы то же самое, чтобы избавить Хосока от боли. — Гиги купит тебе шоколад на корабль.       — Эй! — Чонгук защебетал из-за спины Хосока: — Я думал, нам нельзя…       — Да! — Юнги бросил взгляд в сторону Чонгука, когда тот слегка попятился назад: — Принцессам разрешено есть шоколад, когда они хотят. А малышам — нет.       — Я не ребёнок… — начал Чонгук.       — Гиги, от тебя странно пахнет, — прервал Хосок, уловив явный запах алкоголя в дыхании Юнги.       — Что? Он же ребёнок! — Юнги возразил, прежде чем понял, что Хосок говорит о его дыхании: — О. Дерьмо. — прошептал он, широко раскрыв глаза. — Принцесса, — Юнги прислонился к инвалидному креслу, — Гиги не хочет пить вот так рядом с тобой, но Джун вывел меня из себя, и я увлекся. Но я тяжеловес, так что Гиги даже не чувствует разницы. Всё равно любит вас всех одинаково.       Хосок на мгновение улыбнулся, прежде чем снова обратить внимание на Сокджина.       — Джини-хён! — завопил Хосок и протянул руку к Сокджину, чтобы Юнги увидел его ладонь. — Расскажи Гиги о кольце!       — Кольцо? — Юнги изогнул бровь, наклоняясь, чтобы Хосок оказался в клетке, и посмотрел на Сокджина.       Сокджин напряженно хихикал, когда Намджун пытался поцеловать его в щёку: — Джун. Только не перед русалкой. — прошептал он напряжённым тоном, прежде чем повернуться к Хосоку и нежным голосом: — Он уже знает о кольце, милый. Но могу ещё раз поделиться историей. Она мне очень нравится.       — Мне тоже, — пробормотал Намджун, жадно целуя линию подбородка Сокджина.       Сокджин оттолкнул Намджуна: — Ты слишком пьян, Джун. — прошептал он: — Ты знаешь, что я не люблю играть с тобой, когда ты в таком состоянии, ты такой сентиментальный.       Намджун сдулся и надулся. Он повернулся к Чонгуку, схватив его за плечо.       — Давай научим тебя пить, парень.       — Что?.. — начал было Чонгук, но Намджун быстро увёл его.       — Ха, предоставь Джун учит чёртового ребёнка, как… — икнул Юнги, — пить как мужчина!       Сокджин фыркнул, оттолкнув Юнги от Хосока, чтобы легко докатить Хосока к тихому столику в углу: — Вы хотя бы помирились?       — Нет. — Юнги изо всех сил пытался удержать Хосока за руку, в то время как Сокджин передвигал его инвалидную коляску, чтобы сесть на место рядом с человеком. — Он мерзавец.       Сокджин кивнул, пересаживаясь напротив них.       — Значит, вы всё-таки помирились.       — Джини, кольцо. — нетерпеливо воскликнул Хосок.       Сокджин нежно вздохнул, глядя на кольцо на пальце: — Кольцо, моё кольцо. — прошептал он: — Эта история действительно нечто. Это было… ну, как вы знаете, я принц. У меня была совсем другая жизнь до того, как Намджун нашёл… — он сделал паузу, его голос стал мягче и уязвимее, — спас меня. — он вздохнул: — Нет нужды говорить, что к пиратскому образу жизни не так-то просто привыкнуть. Особенно такому образованному человеку, как я, да еще попавшему на корабль с кучкой людей-обезьян? А самым большим человеком-обезьяной был тот, кто… ну, вы понимаете. — Сокджин махнул рукой.       Юнги залился смехом: — Человек-обезьяна! Это что-то новенькое! — он крикнул через толпу Намджуну: — Эй, человек-обезьяна!       В ответ Намджун только поднял средний палец на Юнги.       — Что такое человек-обезьяна? — озадаченно спросил Хосок.       — Тот, у кого нет мозгов, милый. — мягко ответил Сокджин: — У Намджуна нет мозгов, — пожал плечами Сокджин, — но он мой Джуни. В любом случае, мне было трудно приспособиться, и это было… в море было одиноко. Во дворце было одиноко, но там, в море было ещё более одиноко, поэтому я запирался в своей комнате и читал все книги, которые мог найти на корабле.       Юнги вздохнул: — Ты рассказываешь всю историю, не так ли?       — Тсс! — Хосок шикнул на Юнги, сверкая взглядом на Сокджина.       Сокджин продолжил с ухмылкой: — Я читал, читал и перечитывал одни и те же книги, и это было здорово, а однажды мой Джуни вошёл и спросил, что я делаю, я думаю, он беспокоился обо мне. Я показал ему книги, и тогда я узнал, что он так и не научился читать. — Сокджин с нежностью улыбнулся при воспоминании о своём кольце: — Итак, я читал ему.       — Я тоже не умею читать, — изумился Хосок.       — Я прочту тебе, принцесса. — быстро ответил Юнги, серьёзно сжимая руку Хосока обеими руками.       Сокджин улыбнулся: — Однажды, когда я читал ему сказку, он признался мне в любви. — он прикусил губу, чтобы улыбка не растеклась по его щекам: — На следующий день в порту он вывел меня на пляж и опустился на одно колено. Он сделал это без раздумий, всё было так просто, он сказал, что любит меня и никогда не полюбит другого. И вот так мы и оказались друг у друга. — мягко объяснил Сокджин, потянувшись вперёд, чтобы взять Хосока за свободную руку: — Он попросил меня стать его парой, милый.       Глаза Хосока сверкнули.       — Тогда у тебя будут гуппи, Джини-хён?       Сокджин задорно усмехнулся, довольный: — Может быть, однажды, милый. Хочешь помочь мне позаботиться о них? Ты был бы таким хорошим папой, или… — Сокджин многозначительно подмигнул Юнги, — мамой.       Юнги обнял Хосока за талию: — Если моя принцесса хочет гуппи, я найду способ дать ему гуппи.       — Ты действительно так думаешь, Джини-хён? — поспешил сказать Хосок. — Гиги говорит, что я больше не могу иметь своего собственного, потому что теперь у меня есть только член…       — Принцесса! — Юнги поспешил перебить Хосока: — Запомни, милый, только Гиги может говорить с тобой о твоём маленьком члене, и только Гиги может его видеть, этот член Гиги.       — О боже. — Сокджин зажал нос. — Меня так многому нужно его отучить из-за тебя, Мин.       — Очень приятно, когда Гиги прикасается к нему, — объяснил Хосок Сокджину.       — Милый, что только что сказала Гиги? — попытался повторить Юнги.       — Милый, — мягко, но серьёзно начал Сокджин, — ты больше не можешь носить гуппи в животике, но ты всё ещё можешь их усыновить. Пусть они не от тебя, но они будут твоими особенными, которых ты будешь растить и любить.       — Мы можем найти тех, кто еще в яйцах? — спросил Хосок у Юнги.       — Яйца…? — Юнги поднял бровь.       — Русалки вылупляются из яиц, Мин. — объяснил Сокджин: — Милый, люди не вылупляются из яиц, мы появляемся на свет маленькими человечками от наших мам, но есть много маленьких человечков, которым нужен любящий дом, хорошие мама и папа, которые будут их любить. Мы с Джуном в последнее время всё чаще и чаще говорим об этом.       Хосок хмыкнул, поднимаясь на шатающиеся ноги.       — Я могу научить их петь и говорить с рыбами.       Юнги поднялся на ноги в считанные секунды, его тело внезапно протрезвело, когда он потянулся, чтобы поддержать Хосока.       — Осторожно, принцесса!       — О, Мин, ты слишком много о нём беспокоишься. — Сокджин отмахнулся от Юнги: — Ты можешь научить своих гуп всему, чему захочешь, милый. Только пообещай, что будешь оставлять их у дяди Джини и Джуни на ночь, чтобы баловать их время от времени!       — Договорились! — Хосок засиял, когда начал маленькими шажками идти к двери бара.       Юнги обнял Хосока, прижав его к себе.       — Принцесса, — хихикнул он, — ты действительно хочешь гуппи с Гиги?       Хосок хмыкнул.       — Ты ещё не моя пара, Гиги, — объяснил он, как будто это было очевидно.       — Я не?! — рявкнул Юнги в ответ в лёгком замешательстве.       — Я не вижу никакого кольца на его пальце, Мин. — напевал позади них Сокджин, подкатив инвалидную коляску, чтобы Хосок мог сесть обратно.       Юнги помог Хосоку вернуться в инвалидную коляску, погрузившись в свои мысли, пока Хосок боролся с желанием ходить.       — Тебе нужно не спешить с твоими новыми ножками, детка. — мягко сказал Юнги: — Я… — он посмотрел на Сокджина, затем снова на Хосока, — Принцесса, — мягко начал он, взяв Хосока за руку, — Я хочу отвести тебя кое-куда.       — Я собираюсь купить кольцо, Гиги, — пробормотал Хосок, продолжая делать свои неуклюжие шаги.       Юнги усмехнулся, целуя Хосока в щёку и неохотно направляя Хосока обратно в кресло-каталку.       — Тебе не понадобится кольцо. Поверьте мне.       Глаза Сокджина расширились: — Ах, ты собака!       Юнги усмехнулся, поднеся палец к губам, чтобы заставить Сокджина замолчать, и обойдя кресло-каталку, чтобы вытолкнуть Хосока из таверны: — На пляже есть одно местечко, куда я хочу тебя отвезти, гуп. Ты доверяешь Гиги?       — Ммм, — промычал Хосок, выгибая спину, чтобы осмотреть каждую витрину в поисках кольца.       — Я серьёзно, ты не найдешь то, что тебе понравится.       Хосок фыркнул и продолжал напрягаться, чтобы посмотреть.       — Может быть, если ты позволишь мне пройтись.       — Ни за что, помни, — он поцеловал Хосока в макушку, выкатывая Хосока на песчаный берег, — О принцессах нужно заботиться.       Надутые губы Хосока испарились, когда он переключил своё внимание на океан.       — Гиги, я хочу поплавать.       — Если моя принцесса хочет поплавать, то, я полагаю, пора лезть в воду, не так ли? — Юнги остановил инвалидное кресло, двигаясь, чтобы подхватить Хосока под руки. — Но помни, не окунай голову, и всё время держись рядом с Гиги.       Хосок извивался в руках Юнги, когда тот начал заходить в воду.       — Хорошо, я обещаю, Гиги.       Юнги опустил их в солёное море по пояс, прижимая Хосока к себе, позволяя воде взять на себя вес Хосока, но руки по-прежнему крепко обхватывали человека.       — Твои голубые глаза были прекрасны, принцесса, но мне кажется, что твои карие глаза мне нравятся ещё больше. — прошептал Юнги: — Думаю, я их очень люблю.       Хосок улыбнулся, забыв о своём желании уйти под воду и снова увидеть свой дом.       — Они теперь как твои глаза.       — Ага. — согласился Юнги, словно впадая в любовный транс, прежде чем покачать головой: — Подожди, нет, твои глаза красивее, гуп.       Хосок продолжал улыбаться Юнги.       — Хочешь на кое-что посмотреть, Гиги?       Юнги улыбнулся: — Конечно.       Хосок перевел взгляд на горизонт, изучая его.       — Видишь вон там большой камень? — указал он.       Юнги прищурил глаза, чтобы увидеть: — Тот? Да, а что там, гуп?       — Там я вылупился, — улыбнулся Хосок.       Юнги улыбнулся, прижимая Хосока ещё ближе.       — Ты вылупился на том красивом камне? Моя принцесса? — напевал он: — Давай сегодня вечером возьмём одну из шлюпок и поедем посмотреть на неё, пусть Гиги позаботится о тебе там так же, как я прошлой ночью, чтобы ты чувствовал себя так хорошо. Наполним тебя всем необходимом на красивом камнем, где ты вылупились.       Хосок хмыкнул, уткнувшись носом в подбородок Юнги, глядя на воду.       — Я так счастлив, что встретил тебя, понимаешь? Ты действительно… ты действительно изменил всю мою жизнь. — мягко признался Юнги.       — Я думал, что принадлежу океану, — тихо объяснил Хосок, — Но я вижу, что всё это время я принадлежал Гиги.       — Ты мой. — Юнги поцеловал Хосока в макушку: — Моя принцесса, моя любовь, моё сокровище. — прошептал он: — Принцесса, теперь моя очередь. — он сдвинул их так, чтобы Хосок мог встретиться с ним взглядом. — Могу я тебе кое-что показать?       Хосок кивнул.       — Это то место, где ты вылупился?       Юнги тихо усмехнулся, покачав головой.       — Нет, милый, — Юнги отвел назад одну из своих рук, пошарил под водой и показал что-то голубое, круглое и мерцающее в лучах заходящего солнца. Юнги посмотрел на Хосока так, словно Хосок держал все семь морей прямо у себя в глазах: — Хосок, я люблю тебя.       У Хосока перехватило дыхание при виде кольца, вскарабкался на руки Юнги и со своими неуклюжими новыми конечностями завалился назад в воду. Он сразу же прижался обратно к Юнги.       — Кольцо?       Юнги быстро поймал его, трепетно улыбаясь: — Я люблю тебя. — повторил он, как будто этого было достаточно, как будто любовь к Хосоку имела такой же смысл, как и любовь луны к своим приливам и отливам. — Я люблю тебя, и я… для меня было бы честью называться твоей парой. Быть твоим Гиги, навсегда.       Хосок болтал, издавая остатки звуков, которые он произносил под водой. Он нетерпеливо кивнул, цепляясь за Юнги.       — Ты моя пара! Ты моя пара! — повторял он, словно давая понять океану, что наконец-то нашёл свою половинку.       Юнги рассмеялся, чувствуя головокружение от ликования, когда прижал Хосока так же крепко.       — Да? Ты хочешь быть парой? Настоящей парой? На всю жизнь?       — Русалки создают пару на всю жизнь, — болтал Хосок. — Могу я надеть кольцо, Гиги?       — Ага, да! — кивнул Юнги, он не мог сказать, плачет ли он или морская вода была на его лице, но его затуманенное зрение, когда он дрожащими руками надел голубое кольцо на палец Хосока, сказало достаточно. — Прекрасно. — прошептал он, любуясь кольцом на пальце Хосока: — Моя прекрасная принцесса. Моя.       — Голубое, — выдохнул Хосок, любуясь цветом и сравнивая его с водой вокруг них. — Прекрасный синий.       — Синий, как море, которое ты так любишь. — прошептал Юнги: — Голубое, как море, в котором я нашёл своё сокровище, любовь моя. — Юнги глубоко и страстно поцеловал Хосока, вода обняла их, когда луна начала своё восхождение.       — Гиги, я скоро вернусь! — воскликнул Хосок, используя отвлекающий манёвр, чтобы выскользнуть из рук Юнги и отплыть подальше, исчезнув под водой.       Сердце Юнги внезапно остановилось, глаза расширились от страха: — Хосок! — крикнул он вслед своему сокровищу, ныряя под воду в его поисках.       Руки Хосока поймали Юнги и вытащили его обратно на поверхность, хихикая, когда он держал их в более глубокой воде.       — Куда ты идёшь, Гиги?       Юнги обнял Хосока, поддерживая его вес.       — Ты просто исчез! Я волновался, милый, ты не можешь дышать под водой, как раньше.       — Я знаю! — защищался Хосок и немного надулся. — Но я хотел подарить тебе это, — сказал он, поднимая над водой устрицу, чтобы показать Юнги.       — Устрица…? — Юнги поднял бровь, взяв предмет в свободную руку. — Это традиция русалок?       Хосок кивнул.       — Устрица защищает наши слёзы, — объяснил он, как будто это было кристально ясно. — И, отдав её тебе, я доверяю тебе свои.       Взгляд Юнги начал слезиться.       — О, принцесса… — он прижал устрицу к груди, — Я сохраню её навсегда. Клянусь. Обещание пирата.       — Теперь ты должен защищать меня, как устрица защищает мои слёзы, — уточнил Хосок.       Юнги улыбнулся: — Я с радостью защищу тебя ценой своей жизни, я обещаю всегда защищать тебя. Ты — моё сокровище, а пират посвящает свою жизнь защите своего дорогого сокровища. Чтобы сохранить его в безопасности. — Юнги поцеловал Хосока в губы: — О, боже, я люблю тебя.       — Я тоже тебя люблю, — сказал Хосок, свернувшись калачиком в объятиях Юнги и тихонько мурлыча.       Юнги на мгновение позволил себе отдышаться, вода покачивала их в тихом танце. Солёный воздух наполнил лёгкие Юнги, когда он прижал Хосока к себе, глядя на неизведанные воды, где луна отбрасывала своё ночное сияние.

            Неизведанное море, полное сокровищ, ждущих своего часа.

            И в его объятиях,

            Было самое драгоценное сокровище из всех.

            Сокровище русалки.