Принятие

      Лёжа на земле и смотря вслед убегающему Диме, Игорь понял, что тот, наконец, повзрослел. С каждым чужим шагом его шансы выжить увеличивались, и Дубин это явно понимал. Возможно, скоро у Игоря будет надёжный напарник, достаточно умный, чтобы помогать, а не путаться под ногами.       Но это случится, только если Игорь сейчас сообразит, куда бы ему спрятаться, чтобы дождаться помощи. Нога была вывернута под неестественным углом и, скорее всего, сломана. Драться в таком состоянии он никак не сможет. А вокруг никаких укрытий не видно. Фигово.       Из-за гаражей выбежал первый преследователь, и Игорь поспешил вжаться в ближайшую стену, надеясь, что его не заметят. Вряд ли ему так повезёт, но хоть время выиграет. Он вновь огляделся и с сомнением взглянул на отходящую крышу соседнего гаража. Обычно, он легко бы туда пролез, но сейчас вряд ли сможет допрыгнуть и уж точно не останется незамеченным. Игорь остался на месте.       Мимо него пробежали двое, перекрикиваясь, и свернули в сторону, противоположную той, в которую убежал Дима. Что они там увидели? Не настолько же тупые.       — Мы поймали его! — закричали мужики, и раздался возмущенный визг. — Эт чё за…       Игорь подавил желание выглянуть и узнать, что там происходит. Раздались звуки драки, громкий мат и быстро удаляющиеся шаги. Мимо пронёсся ещё один бугай, но сразу же за поворотом остановился и загоготал.       — Вы щенка поймали? Нормальные вообще?       — Да он точно был тут, вот, выкинул.       — Выкинул? В помойку типа?       — Ну типа.       Они заговорили тише, и Игорь уже не мог разобрать слов. С минуты на минуту должен вернуться Дима с подмогой. А пока что его спас несчастный щенок, которого продолжали обсуждать эти уроды. Выживет — заберёт псину и назовёт Димкой.       Воздух разорвал резкий визг полицейских сирен. Обратно, сломя голову, пронеслись трое, и Игорь проводил их недовольным взглядом. Спугнули, идиоты, а ещё полицейскими называются. Спасатели чёртовы. Он поднялся по стеночке и добрёл до угла, взглядом отыскивая баки, в которых должен был остаться щенок.       — Игорь, стой! — раздался обеспокоенный возглас Димы.       Он подбежал, тяжело дыша, и перехватил под руку, не давая идти дальше. Игорь не то чтобы мог с такой травмой ходить без поддержки, но Дима, видимо, забыл.       — Димк, там щенок в баках, забери, а, — попросил Игорь и подтолкнул напарника.       Дима недоверчиво на него взглянул, буркнул, что скорая близко, и пошёл к помойке. Он рылся там больше минуты, но никого не нашёл. Игорь попросил его собаку всё же поискать, вдруг сбежала, и его погрузили в машину скорой помощи и повезли в больницу.

***

      В травмпункте его продержали около получаса. Врач вышел, как из фильма ужасов, запахивая окровавленный халат, быстро оценил его состояние, прикинул, что Игорь может быть с переломом, а может и с растяжением, и дал направление на рентген, а сам занялся более важными больными. Через пару минут Игорь уступил место пришедшей беременной с разорванным плечом, а сам привалился к стеночке и прикрыл глаза.       Скоро за ним приедет Юля, вызванная Димой, который вместе с Прокопенко не смог оторваться от дела. Также он сказал, что нашёл щенка — его забрали те самые бандиты. Прятали совсем крохотного под курткой, вот Игорь и не заметил. Дима пообещал ему собаку принести, но позже.       Юля и вправду скоро приехала, какой-то мужик помог Игорю доковылять до машины, и они отправились в больницу. Юля кинула ему свой телефон и попросила читать новостную ленту. Игорь так и не понял, она это сделала, чтобы он отвлёкся, или действительно не могла оторваться от недавних новостей. Среди прочих сводок ему попалось короткое видео от гаражей, на котором Игорь с удивлением увидел и себя. Оказывается, кто-то снимал, как они с Димой убегали. Неловко как-то вышло.       В больнице их приняли быстрее. Рентген показал, что у Игоря перелома не было, простое растяжение. Ему перевязали ногу, посоветовали прикладывать лёд, если очень сильно болеть будет, и отправили домой.       В коридоре Игорь решил присесть на стул перед тем, как начать спуск по лестнице. Юля села рядом, что-то набирая в телефоне, и не обращая на окружающих никакого внимания. Он уже собирался позвать её, когда в дверях появился Серёжа.       Разумовский ворвался в больничный коридор, окинул окружающих цепким взглядом и заметил Игоря. Широкими шагами он преодолел расстояние между ними и навис сверху, внимательно оглядывая его. Полы его плаща с тяжелым хлопком опустились, Игорь подавил желание убрать за ухо длинные рыжие волосы.       — Простое растяжение, — по привычке успокоил он, и только после нахмурился. — А ты откуда здесь?       — Вся лента в ваших подвигах, — ответила за Серёжу Юля. Тот лишь кивнул. — Игорь, поедешь со мной? Или вас оставить?       — Я хочу домой, — решил он и неловко поднялся. Юля не спешила подставить плечо, зато с другого бока сразу же прижался Серёжа.       — Давай хоть до машины доведу, — совсем не тем голосом, который представлял Игорь, предложил он.       Серёжа говорил мягче, хотя из жестов не пропала ещё стремительная резкость. Игорь удивился, как он раньше не замечал за Серёжей подобного, не мог же тот столь хорошо скрываться. Обычно Игорь обращал внимание на его неуклюжесть, а не силу. И всё же он перенёс вес на Серёжу, надеясь, что тот не рухнет вместе с ним на лестнице.       До Юлиной машины они добрались без происшествий. Она придерживала двери, позволяя беспрепятственно пройти вперёд, а Серёжа, хоть и дышал тяжелее к концу пути, но ни разу не оступился и под его весом не прогнулся. Игорь вспомнил, как Чумной Доктор почти выволок его из огня и отвернулся. Ему стоило раньше подумать, что Серёжа лучше физически развит, чем Игорь привык считать.       — Можно с вами? — почти робко попросил Серёжа, помогая устроиться на заднем сидении, и Юля уставилась на Игоря, перенаправляя вопрос. Обычно он любил её за это, но сейчас сам решать не хотел.       — Как тебе угодно, — всё же ответил он и уставился на водительское сидение, куда уже села Юля. — Пчёлкина, ремень.       Юля буркнула что-то явно нелицеприятное в ответ, но пристегнулась. Рядом опустился обошедший машину Серёжа и тоже щёлкнул ремнём безопасности. Хоть у кого-то мозги есть. Игорь привалился к дверце, и прикрыл глаза, слушая новости, которые включила Юля. О нём беспокоилась, значит. Хорошая она, хоть и навязчивая.       Серёжа ни разу за всю дорогу к нему не обратился, будто его и вовсе рядом не было. Юля время от времени на них поглядывала, но ничего не говорила. Уже у дома спросила, подняться ли ей, но Игорь лишь отрицательно мотнул головой. Она обняла его на прощание, шепнув в ухо «позвони, если что», и вернулась в машину. Махнула рукой и уехала.       — Что ж, лестницы, — глядя на двери дома, сказал Игорь.       — Надо было попросить её подняться с нами, — задумчиво ответил Серёжа. — Двери бы открывала.       Игорь лишь отмахнулся и попытался сделать шаг. Серёжа сразу же его подхватил, не позволяя наступить на больную ногу.       С трудом, но они добрались до Игоревой квартиры. Серёжа успевал и шутить, и ругаться, пока одновременно удерживал тяжелые двери и не позволял упасть Игорю, но в отсутствии Юли выглядел гораздо расслабленнее. Он чаще прикасался и улыбался, Игорь этого не понимал. Боится он её, что ли? Юля, конечно, умная, но вряд ли сможет разгадать его грязную тайну, раз уж сам Игорь за год совместной жизни не догадался.       Они ввалились в квартиру, и Серёжа сразу же определил Игоря на диван, а сам пошёл ставить чайник.       Ближе к ночи он задал давно назревший вопрос.       — Это ведь были они? Москвичи?       — Да, — нехотя ответил Игорь. — Мы должны были главаря схватить, но его там не оказалось. Хотя людей было даже больше, чем мы думали. Что-то с этим делом нечисто, не пойму, кто за этим стоит.       — Ильенко, — объяснил Серёжа. — Не понимаю только, зачем ему это всё. Занимался автомобилями и дорогущей строительной техникой — я с ним ещё со строительства башни знаком, — и зачем-то полез в бандитские разборки. Глупость же.       Игорь пожал плечами. Ответа он не знал, да и ни про какого Ильенко не слышал. Но раз уж Серёжа знает, то и Стрелков, однозначно, должен был знать. По идее, он этим делом не занимался, но с московскими коллегами общался теснее, чем кто-либо из питерских. Игорь допросит его, как выберется на работу, не дело это — такие важные моменты скрывать. Может, на Ильенко надавить можно, чтобы он бандитов своих отозвал.       — Всё ещё хочешь сам этим заняться? — с сомнением спросил Серёжа. — Не пойми неправильно, но кажется, будто только ты этим делом и интересуешься. Даже по сети слухи поползли, а обычно ведь на обсуждения уходит время. Знаешь, поговаривают, будто полиция забросила это расследование и на убийства закрывает глаза. И я молчу уже о тех грабежах и…       — Да понял я, — недовольно буркнул Игорь, жалея, что не может сейчас от обсуждения уйти. — Работаем мы. Просто не можем хватать случайных прохожих и сжигать кого-то без суда и следствия.       — Понимаю, — вздохнул Серёжа и, к счастью, тему закрыл.       Игорь и не думал, что подобный разговор повторится с Димой.

***

      В здание полиции Игорь заходил уже раздраконенный Димой. Тот в упор не понимал, почему Игорь хочет бежать и действовать даже с травмой, что только Игорь может как-то в этом деле разобраться. Дима же, как последний подлец, натравил на него Юлю и уехал опрашивать свидетелей самостоятельно.       Игорь счёл за лучшее с Пчёлкиной лишний раз не пересекаться и поплёлся черепашьим шагом в родное отделение. Там он пригодился: оказалось, что многие полицейские уехали по очередному сообщению о разбоях московской банды, и теперь в отделе людей не хватало. Игорь оформлял протоколы, опрашивал, уверял и вновь заполнял бумаги до самого вечера.       К концу рабочего дня мимо него прошла зарёванная девушка с перевязанной рукой, за которой спешил Стрелков. Игорь пошёл за ними: скорее всего, это жертва недавнего происшествия, раз уж москвич так хотел с ней переговорить.       Он остановился неподалёку от разговаривающих и прислушался.       — Мы уже приняли заявление, Вы не можете подать ещё одно, — без привычной улыбки уверял Стрелков.       — Но я хочу и в полиции написать заявление, я знаю, что те люди не были полицейскими, — девушка шмыгала, но в остальном была настроена воинственно. — Я хочу написать еще одно.       — Не положено, — отрезал Стрелков и заметил Игоря. — Чего встал? Иди делом займись.       — Я могу принять заявление, — проигнорировал его Игорь, напрямую обращаясь к девушке. Она нахмурилась. — Травма, за столом теперь работаю. Майор полиции Игорь Гром.       Девушка проигнорировала его протянутую руку и поправила волосы. Взглянула на заулыбавшегося Стрелкова.       — Вы при исполнении? — Игорь кивнул, и она гораздо теплее продолжила. — Покажите удостоверение, пожалуйста, я уже говорила с людьми без опознавательных знаков. И давайте сядем.       Игорь кивнул и отвёл её к столу. Девушка выглядела напряженной, и, узнав её историю, Игорь понял в чём дело и поразился её стойкости. Для одной из немногих выживших в уничтоженном борделе она выглядела на удивление хорошо. И пришла сразу после того, как её отпустили из больницы, занялась всеми этими не самыми приглядными юридическими вопросами — это достойно уважения.       — Мою сестру задушили, а после насиловали тело, — ответила девушка на его вопросительный взгляд. Игорь не знал, как выразить сочувствие. — Я добьюсь справедливости для неё и других девочек.       Это стремление Игорь понимал. Он отпустил девушку, пообещав, что проследит за правильным оформлением заявления и не позволит замять это дело. Та благодарно кивнула и записала его номер.       К его столу подошёл Стрелков, окинул взглядом бумаги, вчитался в строки.       — Написал про Ильенко? — Стрелков оскалился. — Зря. Лучше бы вообще ничего не писал. Теперь придётся его потерять.       — Ты не посмеешь, — грубо ответил Игорь. Это была угроза.       — Я и не стану, — внезапно миролюбиво сказал Стрелков. — Прими дружеский совет — не лезь в это дело. Сходи на физиотерапию, займись собакой. Щенки много внимания требуют. А про дело забудь, другие люди им занимаются.       Стрелков быстро ушёл, не позволив Игорю и слова ответить. Он скрипнул зубами и взял в руки заявление. Он выполнит обещание, убийцы не останутся безнаказанными.

***

      На следующий день оказалось, что даже Прокопенко промялся под «коллег» из Москвы. Сказал, что есть люди, которых нужно вывести из банды до того, как схватить её, и выставил Игоря за дверь.       Заявление потеряли. Стрелков ещё в ночь улетел в Москву, и Игорю некого было обвинять в произошедшем, кроме себя самого.       Он дождался Диму в отделе, и тот рассказал, что москвичи пришли на место Зильченко. Что-то о разделе сфер влияния и приватизации его свалки. Игорь плевать хотел на игры богачей, но бандиты вели себя слишком нагло.       — Ильенко своего сынка любит, — пожал плечами Дима. — И стоит за него горой. Только из-за мелкого ублюдка мы и не можем их всех переловить.       Дима отошёл от Игоря, будто недовольный собственными словами, и сел за стол, уставился куда-то в пустоту. Больше он ничего не расскажет. И Игорю теперь здесь делать было нечего.

***

      Он с большим трудом доковылял до Бустера, никакой таксист не согласился туда ехать, а общественного транспорта в таких местах, разумеется, не было. Игорь уже и забыл, насколько сложно добираться до отдаленных уголков Питера.       Зато Бустер ему обрадовался. Усадил за стол, даже какую-то газировку принёс. Последнее время Игорь к нему зачастил и почти не просил ни о каких одолжениях, видимо, тот и привык.       — Так что улицы шепчут? — закинул удочку он и устроился поудобнее — слушать. Бустер не подвёл — говорил без умолку, разболтав, пожалуй, все последние новости.       — И ты за своей цацей следи, — наконец, перешёл он к теме. — По следу не пускай, девчонок они не жалеют. Порежут или ещё чего похуже.       — Ко мне уже приходили с чем похуже, — кивнул Игорь. — Что интересное слышал?       — Да чего я мог слышать, — отмахнулся Бустер, но не сдержался, продолжил, наклонившись к Игорю и гораздо тише. — Слыхал, что бандюки эти к нам не припрутся. Что они только на место помоечных придут и успокоятся. А жаль, мы бы им устроили.       — А я другое слышал, — не впечатлился Игорь, чем заслужил снисходительный взгляд.       — Ты мышек своих слушай, но верь мне. Папаша евоный москвич и беспредельничать у нас не велел. Ну побесятся парнишки, их кто-нибудь пристукнет, чумные те же, они и успокоятся. Или упокоятся.       Игорь покачал головой. Чумные, как раз, никого пристукивать не собирались. Крысы трусливые.       — Ладно, разберёмся, — Игорь задумчиво посмотрел на курс валют, просчитывая варианты. — Верни-ка мне коробочку.       — А что в коробочке? — поинтересовался Бустер, ставя на стол требуемое. — Улики? Зарпещёночка?       — Любопытство, Игнат, — перетянул коробку к себе Игорь, — до добра не доводит. Спасибо.       — Сочтёмся, — тот довольно покивал и Игоря выпроводил.

***

      Впервые за долгое время Игорь завалился в башню без предупреждения. Серёжа встретил его, растрёпанный и нервно прячущий руки.       — Привет, Игорь, — неуверенно улыбнулся он.       — Ну здравствуй, птица-говорун, — Серёжа недоумённо приподнял брови, но ничего не ответил. — Одевайся.       Игорь тяжело опустился на диван и уставился на Серёжу. Тот непонимающе нахмурился, после на его лице проступила догадка, но сразу же сменилась на недоверие.       — Ты о чём, Игорюш? — мягко уточнил Серёжа, и они оба вздрогнули от обращения. Невовремя.       — Костюм, говорю, надевай свой, — Игорь вздохнул. — Полюбуюсь.       — Ты уверен?       — Серёжа.       Разумовский прошёл к Венере, постоянно оглядываясь на него. Игоря поразило его сходство с девушкой, сейчас выглядящей так же неуверенно и застенчиво. Он отогнал эти мысли.       Серёжа открыл тайник, и Игорь всё же отвернулся. Ещё раз сказал, что уверен в своём решении, но не ответил, что не пожалеет. На самом деле, его настойчивость была напускной — он сам ещё не знал, как отреагирует на Серёжу в облике Чумного Доктора.       Тот причитал себе под нос, больше не переспрашивая Игоря, и шуршал почти десять минут. Потом затих, постоял какое-то время. Игорь мог представить, как тот собирается с мыслями, как стирает неуверенность со своего лица. Он уже видел такое, и не раз. Игорь обернулся.       Чумной Доктор стоял у ног Венеры и смотрел на Игоря Серёжиными глазами. Такими яркими и невероятно грустными, родными. Игорь поднялся и неловко шагнул к нему. Чумной Доктор приблизился быстрее. Он подхватил Игоря под локоть и осторожно толкнул обратно на диван.       — Не вставай, ты чего.       — Иди сюда, — позвал Игорь и протянул руки.       Серёжа почти робко опустился рядом и повернулся всем корпусом к Игорю. Он позволил себя оценивать, хотя и смотрел в этот момент в окно, а не на реакцию. Игорь прикоснулся к груди, вспоминая, как в первый раз пытался ударить именно по этому месту. Обхватил за плечи, прикидывая, насколько прочная на них броня. Особенно тщательно осмотрел шею, не понимая, как эта тряпочная часть может защитить от пламени.       — Я ещё лицо закрываю обычно, — неловко заметил Серёжа. — В смысле, под маской тоже, вот.       Он натянул на нос ткань, потом поднял респиратор и надел поверх. Неловкими движениями заправил волосы. Только светлые глаза знакомо сияли на Игоря, смотря столь неуверенно, уязвленно.       — Ну вот, — глухо сказал Серёжа. Его голос уже было не узнать, хотя он ещё не был голосом Чумного Доктора. — Это всё.       — Почти всё, — ответил Игорь и достал из рюкзака маску.       Серёжа застыл, уставившись на неё. Его глаза были широко распахнуты, а зрачки сужены. Игорь помнил такой его взгляд по одному из особо тяжёлых приступов навязчивых мыслей. Тогда Серёжа также пристально смотрел в окно, более суток ожидая, что кто-то за ним явится и сотворит нечто ужасное. Игорь так и не узнал, что именно, но взгляд, сначала полный ужаса, а спустя несколько часов почти пустой, но неотрывный, запомнил на всю жизнь. И теперь Серёжа также наблюдал за маской.       Игорь медленно поднял её, оценивая Серёжину реакцию, и тот неожиданно взглянул ему прямо в лицо.       — Ты не обязан её возвращать, — что-то поняв по его выражению, тихо сказал Серёжа. — Я бы хотел, но ты не обязан.       Он больше не смотрел на маску, только устало, будто последние пятнадцать минут эмоционально его выжали, следил за Игорем. Тот перевёл взгляд на завершающий элемент костюма, оценивая свои ощущения. Отдавать её действительно не хотелось. Готов ли Игорь сам оживить образ Чумного Доктора?       Он вспомнил девушку, показания которой сегодня записывал. Парней, пробежавших мимо него. Их товарищей, почти сломавших ему ногу. Ильенко, чью фотографию он нашёл, и его сына, которого опознал на некоторых снимках, прикреплённых к файлу.       Стрелков сказал не вмешиваться в расследование, и раз уж даже он снизошёл до Игоря, то дело действительно гиблое. Никто за него не возьмётся.       По улицам продолжат ходить иногородние ублюдки, абсолютно безнаказанные. Игнат так и будет ждать, пока они заявятся на его территорию. Девочки из притона и прошлые из борделя так и останутся неотомщёнными. И сколько ещё будет таких девочек, на чью защиту никто не встанет?       Даже Прокопенко признал, что они не могут заняться бандой, пока в ней состоит Ильенко. Игорь ему верил, он никак не сможет это исправить, никак этого Ильенко не поймает и в Москву не вернёт. Игорь не решит проблему, тем более, со столь дурацкой мешающей травмой. Он попросту до главаря не доберётся.       Но Чумной Доктор доберётся. И избавится от верхушки банды — тогда она сама по себе начнёт сыпаться, а полиция сможет перехватить и возглавить это действо. Чумной Доктор мог решить его проблему и, что более важно, проблему всего города. Бездействовать было опасно, даже преступно, и Игорь, смотря в тёмные провалы на месте птичьих глаз, начал принимать мотивы преступника.       Были преступления куда страшнее сжигания падших людей. Людей, убивавших десятки и портящих жизни сотням.       Игорь встретился взглядом с Серёжей. Встал перед ним, решаясь. Серёжа не двигался, ждал его, как всегда, давал время, возможность обдумать всё самостоятельно, не подталкивал.       Игорь поднял маску к его лицу, обрывая зрительный контакт, и вместе они закрепили её на макушке и затылке. Игорь накинул капюшон и отошёл на шаг, оценивая представшую перед ним картину. Серёжа поднялся следом, но замер, не сделав последнего шага навстречу.       Игорь стоял напротив Чумного Доктора и не мог найти в своей душе ни отвращения, ни отторжения. Он смотрел на преступника и видел родного человека, способного совершить то, на что многие другие не решались, о чём даже помыслить боялись.       Но он понимал, что Серёжа не видит его чувств, не читает мыслей. Он старался быть чутким, но слишком плохо разбирался в людях, чтобы хотя бы Игоря предугадывать даже после года близких отношений.       Игорь сделал последний шаг, нежно обхватил чужую голову ладонями. Серёжа склонился к нему. Игорь коснулся губами клюва и прижался лбом ко лбу.       — Сделай, что должен, — тихо сказал он и отстранился.       Серёжа кивнул и поднялся, пошёл к дверям.       Игорь смотрел в спину идущего на убийство Чумного Доктора и не чувствовал ничего, кроме признательности.