Психология любви

Шли дни, недели. Джон старался делать вид, для самого же себя, что Жени никогда не было в его жизни. Что от одиночества мозг придумал ему девушку, которая согласилась помочь. Выходило трудно, ибо сам, внутри себя, Доу знал, что это была правда. Женя была правдой, самой настоящей, какая только могла быть. И от этого парню становилось хуже. Казалось, что он сходит с ума. Вечерами он замирал в одну точку по несколько минут. В голове было пусто, в глазах тоже читалась пустота. Везде одна пустота. Она заполонила все жилище парня и его душу. Доу плакал. Очень много. Плакал по разному поводу, начиная с тишины, которая как обычно ждёт его, по возвращению домой, заканчивая тем, что теперь его жизнь вернулась в обычное русло. Он вновь закрылся от всех, не желая ни с кем контактировать. Соседи на лестничной клетке, пару раз замечавшие, как девушка жаловала к нему домой, не упускали шанса расспросить Доу. Доу перестал выходить из квартиры. Еда давным давно закончилась в холодильнике… А разве она была нужна? Не думаю. Вещи он стирал редко. Не видел надобности, ибо смысл, если он все равно никого не ждёт? Спросите, что он делал дома? Рисовал на стенах. Писал на них. Все что вздумается. Мат, фразы, крики о помощи, несмешные анекдоты, которые сохранились в его памяти. Расписывал Доу стену в гостиной, но в самой дальней части. Почему? Я без понятия. Гулял он тоже в квартире. Даже вставал в 7 утра, чтобы пройтись неспешным шагом от одной комнаты, до другой. Бывало, дойдя до второй комнаты, Доу останавливался, осматривался, будто он здесь впервые и наслаждается утренней прохладой. А после возвращался в комнату, откуда он начал свое путешествие и падал на диван, залипая в одну точку. Так прошла неделя. Доу так и нее выходил из квартиры. Он потерял связь с миром, не знал какое сегодня число и сколько сейчас времени. Иногда ему снились сны, где он стоит в поле, пустом, усеянном пшеницей, а рядом стоит девочка и смеётся. Ее голос был настолько звонкий и радостный, что Джон просыпался со слезами на глазах. Ему было больно, одиноко. И все, чего он хотел, это смеяться и быть счастливым, но все казалось таким недосягаемым, что он просто терял надежду, отворачиваясь к стене и смыкая глаза. —— Всю эту неделю Женя работала как вне себя. Она пыталась забыться, погрузившись в работу. Начальник по началу был рад, что у него появился такой работник, как она, но после стал переживать и волноваться. Слишком много. Девушка не чувствовала себя виноватой за то, что тогда случилось, что она ушла и решила больше никогда не возвращаться. Все, что она ощущала, так это отвращение к себе, к своей прошлой работе. В выходные дни, девушка так же продолжала работать хоть и из дома, но продолжала. Кажется, она совершенно забыла, что такое привычная жизнь, отдых, спокойствие. Для девушки этого больше не существовало, как и самого Доу. Джон лежал на кровати, слушая тиканье часов. Смотря на белоснежный потолок, юноша думал над тем, чем бы ему заняться, ведь пролежать так весь день не выход. Хотелось с кем-нибудь поговорить, обнять. В голове промелькнул образ Жени. Ее глаза, голос, ее теплые руки, прикосновения. Парню показалось, будто он вновь расплачется, но услышав тихое «Джон доу " в конце комнаты, что-то заставило его подняться и слезы скрылись в глубине глаз, как будто их и не было. Подойдя к источнику звука, парень свел брови, смотря и недоумевая от картины. Перед ним сидел он же сам, только в 7 раз меньше и улыбался. Доу младший держал в руках маленький ножик, которым он вырезал на стене фразу «Джон. Джон Доу. " Резким движением, хозяин квартиры схватил безобразника за шкирку, как котенка и поднес к лицу, дабы лучше рассмотреть его. И действительно, это был он, только в несколько раз меньше, что еще больше напрягало Доу старшего. Младший тем временем сжался, как только мог и теперь действительно походил на кота, который только что нашкодничал. Посмотрев на строгого хозяина дома своими крошечными глазками, Джонушка расхохотался и по случайности выронил ножик. — Кто ты, черт возьми?! Не выдержав, спросил Джон, все так же глядя на пакостника. Мальчишка ничего не отвечал, продолжая заливаться смехом. Когда-же он слегка успокоился, то произнес несколько слов. — А ты сам-то знаешь, кто ты? А, Джон Доу, кто же ты? Психопат, наркоман, одиночка. Может ты вовсе не человек, м? Мелкий не умолкал с вопросами о том, кто же такой Доу, иногда посмеиваясь со своих же слов. Его голос был звонким, детским, будто эта та девочка из сна. Джон старший отнес копию себя на диван, посадив его и сев рядом. — Меня не интересует кто я. У меня вопросы только к тебе. Кто ты такой и что вообще здесь делаешь. Юноша сердился и недоумевал, откуда это создание у него в квартире и самое главное — как оно здесь оказалось? Мелкий вновь залился смехом, а после целый час объяснял старшему свою историю. По сути, в ней ничего не было дельного. Больше походило на выдумку, но почему то Джону хотелось верить во все это. Выслушав " создание «, парень зарылся руками в собственные волосы. — Что мне делать с тобой? Спрашивал сам у себя Джон, смотря куда-то в пустоту. — Не знаю. Можешь оставить и тебе будет не так одиноко, а можешь выбросить, как ненужную вещь и вновь вернутся к прежней жизни. М? Решение лишь за тобой. Маленький Доу смотрел на старшего с едкой улыбкой, водя глазами из стороны в сторону. — Оставайся. Будто от тебя что-то изменится. Джон перевел взгляд на создание, а после глубоко вздохнул. -- Новая неделя и новые жители квартиры Доу. Точнее житель. По началу юноша думал, что маленькая копия его же будет мешать, но все оказалось наоборот. Все оказалось по другому …