Глава 4
21 ноября 2022 г., 12:18
Погода в этот день оставляла желать лучшего. Непрекращающийся сентябрьский дождь бесперебойно стучал по окнам дома. Одиннадцать утра. Морган с трудом открыл глаза. Он до сих пор не мог привыкнуть к тому, что уже не нужно куда-то торопиться, вставать четко по будильнику и нестись сломя голову. Он был уже, как год в отставке. Теперь у него было много свободного времени, которым он так экономично и жадно распоряжался. С кухни отчетливо доносился манящий запах свежеприготовленного завтрака. Мардж, как всегда, проснулась раньше и уже хлопотала на кухне. Он ценил в ней это. Ее заботливость, ее любовь и ласку. Несмотря на постоянно отсутствующего мужа дома, заваленного по уши работой, она умудрялась всегда встречать его как в первый раз. День за днем, она переживала за Моргана, не находила себе места, и боялась за него. Но тем не менее шла рука об руку с ним от самого начала и до конца.
Морган неохотно перевернулся на другой бок. Он не привык столько времени проводить в постели, но именно сегодня лень уже с самого утра начала одолевать его. Дверь комнаты слегка приоткрылась и Мардж тихонько заглянула, тепло посмотрела на мужа:
- Морган, милый, вставай! Я уже все приготовила. Завтрак на столе. – легкой походкой она прошла в комнату и села на край кровати. Своей ухоженной рукой она провела по взъерошенным волосам Моргана и ласково потрепала их.
- Я всегда тебе удивлялся … Мы столько лет вместе, а ты все еще как та восемнадцатилетняя девчонка, которую я встретил.
На ее лице появилась застенчивая улыбка. В свои пятьдесят пять Мардж достаточно хорошо выглядела. Она никогда не гналась за модой и не стремилась быть моложе, чем есть. Ее короткая стрижка элегантно смотрелась на седых волосах, а округлое и румяное лицо выделяли узковатые карие глаза, в которых все так же присутствовал блеск. Вспомнив о том, что она забыла поставить кофе, Мардж подскочила с кровати и скрылась в дверях.
Морган нерасторопно поднялся с постели, надел старенькие поношенные штаны в клеточку, легкую футболку и направился в ванную комнату. Включив воду, он посмотрел на себя в зеркало. Долгие годы службы в Департаменте полиции Нью-Йорка сделали свое дело. Широковатые скулы, острый нос, который уже давно потерял свою аристократичность. Осунувшиеся худые щеки и нездоровый цвет кожи создавали такое впечатление, что питаться Морган предпочитал в основном сигаретами, запивая крепким кофе. И впалые зеленые глаза, взгляд которых уже давно стал усталым и грустным. Возраст наваливался на него со всей тяжестью, и на нем это очень сильно отражалось. Его голову обильно окутывала ранняя седина, которая придавала ему нотки благородности. Легкая щетина, которая через неделю могла превратиться в полноценную бороду, была классикой его внешнего вида. Ему было шестьдесят, когда он покинул службу. Его время пришло. Он прекрасно это понимал, и что самое главное, он желал этого в душе́. Он чувствовал, что начинает уже терять былую хватку, те силы, которые у него были тогда, начинают иссякать.
Еще будучи неопытным юнцом, не вкусившим всю полноту жизни, он пришел устраиваться в Департамент полиции Нью-Йорка. Начиная с обычного патрульного, он день и ночь доказывал всем, что готов к большему, готов браться за любой вызов, а уже и впоследствии за любое дело. Дослужившись до детектива ему дали свой собственный кабинет, на дверях которого красовалась небольшая табличка: «Детектив Морган Рейвен».
Оторвавшись от своих мыслей он спешно умылся, почистил зубы и отправился на кухню.
На столе его ждал заботливо накрытый завтрак, глазунья из трех яиц с жаренным беконом, тарелка свежих овощей, поджаренный тост с сыром и кружка горячего крепкого кофе, аромат которого распространялся на всю кухню. Рядом с тарелкой предусмотрительно лежала газета “New-York Times”, раскрытая на колонке криминалистики. Мардж уже сидела за столом, аккуратно орудуя столовыми приборами в тарелке. Морган, словно маленький мальчишка, прыгнул за стол и ухватился за приборы. Они завтракали молча, смотрели друг на друга, улыбались, но не проронили ни слова. Их это устраивало. Некая идиллия была в этом, не нужно было никаких лишних слов, вопросов.
Прикончив свой завтрак, Морган отпил глоток уже немного остывшего кофе и другой рукой взялся за газету.
- Я думала, что за годы службы тебе надоест все, что связано с работой. Но каждое утро, день за днем, уже как год, ты внимательно штудируешь криминальную колонку. – Мардж глубоко вздохнула и встала из-за стола.
- А ты каждое утро, вот уже год, предусмотрительно ее мне открываешь. Это часть моей жизни. Хотя бы будучи в отставке, я должен знать, что происходит на улицах города. – Морган ласково посмотрел на жену и подмигнул ей.
Мардж принялась за домашние дела, а Морган продолжил неторопливо пить свой кофе и погружаться в новости.
Работая в Департаменте полиции, Морган смог осуществить их с Мардж общую мечту, купив свой собственный небольшой дом в северо-западной части Бруклина. Окрыленный новостью о скором пополнении в семье, Морган из кожи вон лез, чтобы сделать подарок своей любимой. Этот дом стал их сердцем. Они вкладывали в него всю свою душу, а когда на свет появилась Скарлетт, то он приобрёл еще больший статус маленького гнездышка. Каждый метр этого дома дышал любовью, к заботе о нем. Стены дома украшали семейные фото и небольшие картины природных пейзажей. Мардж очень любила цветы, поэтому возле дома она разбила маленький и уютный сад. Морган же в свою очередь гордился тем, что смог подарить своей семье тихую и спокойную жизнь. Каждый день уходя на работу, и целуя спящих жену и дочь, он понимал, что это все не зря. Что он живет только ради них. Если бы не одно событие, которое подкосило их обоих, полностью разбившее на осколки их жизнь.
Звонок мобильного резко зазвучал из спальни. Морган неспешно отложил газету и направился в комнату. На экране телефона высвечивалось фамилия «Сомерсет». Что-то щелкнуло внутри у Моргана, когда он увидел эту фамилию. Осторожными движениями он поднял телефон и нажал на кнопку вызова.
- Рейвен слушает! – как можно увереннее произнес Морган.
- Старина Морган, приветствую тебя! – голос был сдержанным и в то же время с плохо скрываемой радостью.
- Сомерсет, мой старый друг, здравствуй.
- Как жизнь? Как Мардж, все так же прекрасна как и всегда?
- Как может проходить жизнь детектива в отставке? Спокойно и размеренно, а Мардж делает для этого все.
- Прекрасно! Как же я тебе завидую, она восхитительная женщина. Сколько она прошла с тобой. Она очень сильная. – Сомерсет закашлялся и продолжил говорить. – Морган, нам давно пора встретиться, выпить по кофе, поболтать. Как ты смотришь на то, чтобы сегодня пообедать, примерно часа в три?
Морган услышал легкую неуверенность в голосе Сомерсета, что-то было не так.
- Думаю, что Мардж не будет против, если я встречусь со своим старым другом!
- Тогда до встречи! В три в «Аль Ди Ла».
Морган молча кивнул, словно выразив свое согласие, и положил трубку.
Уильям Сомерсет - начальник департамента полиции Нью-Йорка. Он никогда не церемонился со своими подчиненными, был резок, груб и поспешен в решениях. Несмотря на десятилетнюю разницу в возрасте и статус они были похожи. Своенравные, упорные и непреклонные в своих действиях. Но это не помешало им стать хорошими друзьями. После того как Морган ушел в отставку, Уильям часто его навещал. Они любили ужинать семьями каждое воскресенье в ресторане, а потом играть в бильярд и за бутылочкой пива обсуждать работу. Сомерсет не хотел отпускать Моргана. Он знал, что лучше него он никого не найдет и готов был костьми лечь, чтобы тот не покинул двери Департамента. Но Морган не мог дальше оставаться на своем месте. Он винил себя, ненавидел. Ведь он обещал ей найти его, но не смог. Каждый раз, когда он вспоминал тот день, он проклинал себя …
Морган молча вышел из комнаты и направился в гостиную, где его уже ждала, сидя на маленьком бежевом диванчике, Мардж. В последнее время, чтобы не изводить себя скукой и когда дела по дому были все сделаны, Мардж садилась на диван и начинала вязать. Она находила в этом какое-то умиротворение, спокойствие, которое покинуло их полтора года назад. Он взглянул на часы… 13:30.
Почувствовав, что Морган о чем-то задумался, Мардж с волнением на него взглянула.
- Морган, все хорошо? Ты выглядишь растерянным …
Морган словно не слышал слов жены, он полностью погрузился в глубокие воспоминания о тех днях, он пытался понять, что же такое смутило его в словах бывшего начальника и друга.
- Дорогой, с тобой все в порядке? – Мардж отложила вязание и подошла к Моргану. Она дотронулась до его лица рукой и заглянула ему в глаза. Морган, почувствовав нежное прикосновение, очнулся и посмотрел на Мардж. – Кто звонил? Что-то случилось?
- Сомерсет, черт его подрал! – пытаясь сымитировать радость, произнес Морган. – Хочет пообедать со мной, пригласил в три в нашу старую добрую тратторию.
- Ооо! Так это же замечательно! Передавай ему от меня привет и передай, что я для Франчески нашла прекрасный рецепт вишневого пирога. – Мардж крепко обняла Моргана и вернулась к своему вязанию.
Морган улыбнулся в ответ и побрёл переодеваться в спальню. Открыв дверцы шкафа, Морган уныло посмотрел внутрь. На вешалках висели два аккуратно выглаженных строгих костюма, а рядом на полке заботливо сложен домашний комплект одежды. Будучи еще детективом, Морган не любил выделяться среди других коллег. Его постоянный темно-коричневый костюм был его выходным на все случаи жизни. Второй, черный строгий без излишков, висел рядом. Это был запасной, который купила ему Мардж. Она всегда ругала его за это и не понимала, как такой уважаемый детектив, который на хорошем счету у всего Департамента, может носить один и тот же костюм.
Он быстро оделся, стряхнул с пиджака немного осевшую пыль, зачесал волосы и отправился на встречу. Проходя к выходу через гостиную, Морган ласково посмотрела на жену, которая усердно следила за каждым стежком и одарил ее теплой улыбкой.
***
Дождь не прекращался, тучи сгущались так, что казалось они вот-вот упадут на землю. Поднялся холодный пронизывающий ветер и рывком оттолкнул Моргана от двери. Осень давала о себе знать хлесткой рукой. На подъездной дороге близ дома стоял старый седан 1959 года модели Rambler Six, к которому Морган быстро подбежал, дрожащими от холода руками открыл дверцу автомобиля и в ту же секунду проскользнул на водительское сидение. «Аль Ди Ла» находилась на 248 5th Ave Бруклин. Сорок минут езды, и он на месте. Морган не спеша завел мотор своей старушки и медленно тронулся. Все движения Моргана были плавными и неторопливыми. Он ехал спокойно, четко фокусируясь на дороге. Почему именно этот звонок застал его врасплох? Что-то было в его голосе такое, он словно боялся мне что-то сказать. Мысль за мыслью крутились у него в голове. Морган не боялся опоздать. Какая-то частичка в глубине души не хотела ехать на эту встречу. Размеренное движение улиц, вечно спешащие прохожие, шум ветра, который лихо сдувал с них шапки. Деревья, листья которых кружили вальсом в воздухе и опадали легкой россыпью на землю. Даже звук дождя. Сегодня он был какой-то особенный, нетерпеливый, но при этом созвучный. Все как обычно. Как и должно быть. Раньше, работая детективом, он смотрел на это по-другому, он этого просто не замечал. Спешка, которой был подвергнут и он, закрывала от него такие мелочи. Подъехав к «Аль Ди Ла», Морган осторожно вышел из машины, глухо хлопнул дверцей и повернул ключ в замке. Еще пятнадцать минут. Время, которое он может провести в своем обществе. Крепкими шершавыми руками он нащупал в кармане пачку “Chester” и зажигалку. Едва слышно щелкнув пару раз, он зажег сигарету и сделал глубокую затяжку. Никотин тут же проникнул в каждую пору и клеточку организма, наполнив его и без того, еле живые легкие, тем самым неся за собой каплю успокоения. «Аль Ди Ла» было любимым местом двух старых друзей. Частенько после трудного рабочего дня, они заваливались с ним на кружку другую пива. Бесконечные дебаты, споры и разговоры о жизни, всегда удивляли персонал. Их там хорошо знали и всегда доброжелательно приветствовали. В чаевых они были не скупы. Их стол всегда ломился от выпивки и закусок. Но у них было одно единственное незыблемое правило. Никогда не говорить о работе. Что бы не произошло. 14:55. Пора идти. Морган последний раз сделал затяжку и выбросил окурок в ближайшую лужу. Промокший и немного побледневший от холода, он зашел в кафе. Проходящая мимо официантка по имени Джейн, играючи подмигнула Моргану, тем самым выказав свое приветствие. За баром, завидев старого завсегдатая, стоял знакомый бармен, который был рад пропустить с ними по стаканчику за интересной беседой. Морган подошел к нему, крепко пожал ему руку. - Сэр, а вас уже ждут, в конце зала за последним столиком. В этот раз, сэр заказал кофе! – бармен выдавил смешок и на его лице отразилось удивление. - Пожалуй и я в этот раз закажу кофе, Брайан. – хлопнув по столу рукой, Морган направился к своему собеседнику. Важный вид и серьезное лицо Сомерсета можно было разглядеть где угодно. Он всегда старался держаться гордо и солидно. Нахмурив свои густые черные брови, он сидел за столом глядя в окно, делая осторожные глотки горячего кофе. На его лице читалась некая тревожность. Он не отрывал взгляда от пробегающих мимо прохожих и словно не замечал, подошедшего к нему старого друга. - Здравствуй, Уильям! – грубым голосом улыбаясь, произнес Морган. Вся тревожность мигом пропала, Уильям растворился в дружелюбной улыбке и встал из-за стола, протянув руку Моргану. - Мой дорогой друг! Наконец-то ты приехал, присаживайся, тебе что-нибудь заказать? - Спасибо, я уже заказал себе кофе. Морган внимательно посмотрел на друга, тот просто не находил себе места, глаза бегали из стороны в сторону. Сомерсет достал из кармана пиджака сигарету и закурил. Морган вежливо пододвинул пепельницу на середину стола и снова взглянул на Сомерсета. - Ты знаешь, столько работы навалилось в последнее время … Нераскрытых дел прибавилось, выше стоящее требует от меня отчеты, а что я могу …. – Сомерсет нервно сделал затяжку. – Не хватает тебя, твоего взгляда … - Ты вырвался с работы, пригласил меня, чтобы пожаловаться? - Ты не голоден? Я голодный, как волк … - Уильям схватился за рядом лежащее меню и начал кропотливо его изучать. Спустя пять минут, он рукой подозвал официантку, которую Морган встретил в дверях, и сделал заказ. Выслушав и все записав, Джейн одарила мужчин улыбкой и растворилась в рабочей суете. - Уильям, черт возьми, что происходит? – не выдержав, повысил голос Морган. Докурив сигарету и грубо потушив ее, Уильям холодно посмотрел на Моргана и достал из своего кожаного портфеля папку. Он гулко ударил ей об стол. На вид папка была очень обшарпанная, надпись уже практически стерлась. - Что это? – сиплым голосом спросил Морган. Уильям, не моргнув, словно застывший на месте, ждал дальнейших действий. Морган бережно подвинул папку к себе и аккуратно раскрыл ее. То, что он там увидел, повергло его в шок. Его сердце начало биться так, если бы он пробежал марафон. Капли пота выступили на лбу. Он снова видит это. Мурашки разбежались по всему телу, он почувствовал животный страх при виде этих фотографий. Морган боязливо поднял глаза на Уильяма. Они испуганно смотрели друг другу в глаза, боясь проронить хоть слово. - Этого не может быть … - шепотом произнес Морган. - Теперь ты понимаешь зачем я тебя пригласил? Все это очень схоже с тем, что ты уже расследовал … Как будто он ждал чего-то, чтобы вновь вернуться … Мне нужна твоя помощь, Морган. – судорожные движения, руки Сомерсета не могли найти себе место. Он достал из спецовника салфетку и начал кромсать ее на маленькие кусочки. - О чем ты говоришь, какая помощь, я уже, как год в отставке … - не сводя глаз с фотографий сказал Морган. - Ты нужен мне Морган, ты – единственный, кто сможет поймать его и отомстить. Неужели тебе эти фотографии не напоминают? Как же Скарлетт, ты обещал! - Обещал! – вдруг резко закричал Морган – Но не смог! Я уже проиграл ему один раз, и что из этого вышло? – он рывком отбросил папку так, что фотографии распались по всему столу. - Ты один знаешь все детали и зацепки по этому делу. Ты связан с ним, как никто другой. Неужели ты хочешь, чтобы я отдал это дело какому-нибудь болвану из Департамента? Я даю тебе шанс найти этого ублюдка и расквитаться с ним за все. Я, так же как и ты, хочу, чтобы он сел за решетку. Если ты не забыл, у меня тоже есть дочь! – его глаза округлились от нервного возбуждения, лицо побагровело от злости. В самую гущу происходящего из ниоткуда появилась официантка с подносом в руках, на котором стояло горячее блюдо и чашка кофе. Увидев фотографии на столе она вскрикнула от ужаса чуть не уронив содержимое подноса. Поняв, что они упустили этот момент, Морган и Уильям в спешке принялись убирать фотографии. В то время как официантка поставила большую тарелку мраморного стейка с перечным соусом и чашку кофе, Уильям яростно сверлил взглядом Моргана. - У меня нет никаких полномочий браться за это дело … - Это будет неофициальное расследование. Дело я заберу себе, ты будешь главным, я всего лишь тот, кто будет помогать тебе всем, чем нужно. – скрежет ножа разрезал гнетущую атмосферу, царившую над столом двух мужчин. – Ее нашли сегодня около двенадцати часов дня возле какой-то забегаловки в Бронксе. Она лежала возле мусорных баков. Группа судмедэкспертов уже поработали там, взяли нужные материалы на экспертизу. Тело увезли на вскрытие, думаю к завтрашнему утру все будет готово. – смакуя каждый кусочек среднепрожаренного стейка, Сомерсет словно не замечал, что говорит о работе. Морган не отрываясь следил, как Уильям разрезает сочащийся стейк на кусочки, сок которого так часто путали с настоящей кровью. - Я не могу … Ты знаешь, как трудно мне тогда пришлось и что я пережил … - Вот именно! Я, как никто другой видел, как ты страдал. Ты человек, который стоял стеной на своем! Так соберись сейчас, ради Скарлетт, ради Мардж! – он резко отложил приборы не доев оставшийся небольшой кусочек мяса, жестом подозвал официанта и попросил счет. – Мне нужно ехать, Морган. – Уильям из кармана достал ручку, взял салфетку и что-то начал писать. – Я скажу одно, что я никогда не сомневался в твоих силах. Ты всегда шел напролом, ты был непреклонен, тебя трудно было сломать. – он поднялся с дивана, положил деньги на стол и положил руку Моргану на плечо. – И я знаю, ты до сих пор не сломлен, детектив Рейвен. Последние слова словно пощечиной вырвали Моргана из ступора. Уильям вложил ему в руки салфетку и направился к выходу своей уверенной и дерзкой походкой. Морган болезненно осел на диване. Его пульс забился в геометрической прогрессии. Он чувствовал как поднимается давление. «Нет, я не готов, я не смогу». Мысль за мыслью проносились в голове у детектива. Он начал растирать лицо руками в надежде хоть как-то прийти в себя. Но то, что было на фотографиях не давало ему покоя. Перед его глазами представал до боли жуткий и родной образ. Он пытался прогнать его, но знакомая картинка ужаса намертво засела у него в голове. Морган резко поднялся с дивана, ему срочно нужен был глоток свежего воздуха. Он второпях схватил лежащую на столе папку и салфетку, которую оставил Сомерсет и быстрым шагом выбежал из заведения, не попрощавшись. Он спешно шел к машине, то и дело набирая в грудь свежий воздух. Дождь, который усилился с тех пор, как он сюда приехал, омывал его седую голову. Он шел не видя перед собой ничего: лужи, людей, которых он расталкивал по пути, машины, которые ему сигналили, когда он перебегал дорогу. Его внутренний голос вторил ему, что все началось снова. Он проваливался в бездну, в темноту, которой так боялся и пытался забыть. Дойдя до машины он судорожно открыл дверь и спрятался от всего мира. Пересилив себя он еще раз взял в руки папку и принялся изучать фотографии. Он тщательно осматривал каждую деталь, вдруг этот ублюдок оступился, оставил какое-то послание, должно же быть хоть что-то. Ничего. Кроме фотографий лежала кратко собранная информацию на девушку. Стейси Вульф. Двадцать четыре года. Год назад окончила с отличием Нью-Йоркский медицинский колледж по специальности «Сестринское дело». Смогла поступить на бесплатное обучение. Получала стипендию. Выросла в благополучной семье. Единственный ребенок в семье. Отец занимается ремонтом машин, мать шьет одежду на заказ. Друзья и родные в один голос твердят, что Стейси была очень общительной и активной девушкой, всегда вызывалась оказать помощь любому человеку. Серо-голубые глаза, пухлые губы, точеная фигура, длинные темно-каштановые волосы – один и тот же типаж. Девушки европейской внешности. Неужели это снова повторяется? Неужели он опять вернулся за душами бедных, ни в чем неповинных девушек? Она лежала обнаженная возле мусорных баков какой-то забегаловки. От вагины до груди был вспорот живот, из которого мерзким образом вываливались кишки. Ее лицо. Ее яркая внешность была навсегда скрыта под большим количеством крови и порезов. Верхние веки глаз полностью отсутствовали. Четкая и аккуратная работа. Словно по линейке, по всему телу были ровно срезаны пласты кожи, как будто он хотел украсить ее тело. Большие круглые глаза изображали весь тот ужас, который пробирал до самых костей, ее пухлые губы были слегка приоткрыты. Она пыталась кричать, звать на помощь, но не успела… Нужно было срочно что-то предпринять, все хорошо обдумать. Он впопыхах завел машину и двинулся по направлению к дому. Он все чувствовал и даже в этот раз чутье его не подвело. Подступающий к горлу ком и наседающий жар говорили о том, что Нью-Йорк накрывает вновь пришедшая тьма.***
Сколько прошло времени с начала встречи с Сомерсетом, он не знал. На улице уже вечерело, темнота потихоньку опускалась на улицы Бруклина. Он практически бесшумно подъехал к дому. В окнах горел свет, в гостиной была приоткрыта форточка и из нее доносились мелодичные звуки. Мардж скорее всего уже готовила ужин, и чтобы заглушить тишину в ушах, которую она не любила, включила музыку. Он представил как она, легко пританцовывая, готовит отбивные на плите, параллельно нарезая овощи на салат. Как всегда она достанет бутылочку красного сухого вина, нальет себе бокальчик и будет напевать слова до боли знакомой песни. Теплая домашняя обстановка. Обстановка, которая была раньше, когда они втроем собирались за ужином и обсуждали как и кто провел день, рассказывали интересные истории, шутили и смеялись. А сейчас … Сейчас это просто игра. Игра, в которую они день изо дня играют, чтобы не дать себе утонуть в горе, которое с каждым разом поглощало их дом, их сердца. Морган с болью в сердце вышел из машины, держа в руках смятую салфетку, написанную Сомерсетом и папку с фотографиями. Слезы катились из глаз. Никакая маска не смогла бы их скрыть. Он осторожно повернул ключ в замке. В нос ударил приятный аромат свежих овощей, жаренного мяса и только что приготовленной спаржи. Мардж крутилась возле плиты, выдавая каждое свое движение в танце, напевая себе под нос слова песни и пробуя на вкус готовящийся соус. Он долго стоял и смотрел на нее, запоминая каждое мгновение этого вечера перед тем, как он скажет ей эту страшную новость, скажет, что возможно согласится и в этот раз найдет убийцу. Увидев стоявшего в дверях Моргана, Мардж весело улыбнулась, легкой поступью подошла к нему и крепко сжала в своих объятиях. Только потом, подняв голову, она увидела слезы, которые беспорядочно катились из глаз мужа. Его губы дрожали. Она отпрянула от него взяла за руки и отвела к в гостиную, посадив на диван. - Милый, что случилось? Ты весь дрожишь. – Мардж аккуратно смахивала слезы с его лица. - Мардж, послушай меня внимательно и постарайся понять меня правильно …. – Морган схватил руки Мардж, притянул к себе и стараясь поймать уравновешенное состояние начал рассказывать все то, что произошло на встрече в кафе. Он дословно передал разговор с Сомерсетом, рассказал про фотографии, при этом указав на папку, которая теперь лежала на журнальном столике. Он видел, как прекрасное лицо жены менялось, как к глазам подступали слезы, как задрожали ее руки, которые он сжимал так крепко, словно боясь ее потерять. Она слушала его внимательно, молча, не проронив ни слова, а когда Морган закончил, она дала волю эмоциям. Она рыдала, заходилась в исступлении, она хотела спрятаться от всего этого мира. Женщина, которая потеряла своего единственного ребенка, дочь, разрывала себя изнутри огромной тяжелейшей болью, которую нельзя ничем закрыть. Морган обнял ее, сжал ее маленькое тело в своих руках, давая возможность выплеснуть все, что копилось так долго. А после она подняла голову и произнесла одну фразу: - Чего бы это нам не стоило, найди его! – она вытерла слезы, поднялась с дивана и направилась на кухню выключить плиту. Вечер, который предвкушал быть проведенным спокойно и душевно, был омрачен. Музыка перестала играть, запах еды начал понемногу рассеиваться по комнате. Два одиноких человека молча поужинали, выпили по бокалу вина и так не заговорив разошлись по разным уголкам дома. Мардж стало не по себе и она отправилась в спальню готовиться ко сну. Но весь оставшийся вечер Морган слышал, как она плакала и звала свою дочь по имени. Он же сидел в гостиной, в кромешной темноте, перед ним лежала папка с фотографиями и салфетка, на которой было написано: «12. 00. 59 улица Лексингтон-Авеню, больница Святой Марии». Морган пытливо смотрел на записку, его душа разрывалась на несколько частей. Всем своим нутром он понимал, что если он согласится, то он ввяжется в настоящую охоту на зверя и уже не сможет остановиться. Закрыв глаза, он поднес руки к вискам и начал их потирать. Во мраке своих мыслей и воспоминаний, он видел всех тех девушек, которые были зверски растерзаны и брошены. Он видел родителей убитых девушек. Отцов, которые старались стойко перенести ужасную новость, но все равно ломались. И он видел ее… слезы сами начали наворачиваться на глаза. Сколько лет службы, множество закрытых дел, но только не это. Он проиграл этому ублюдку. С каждой минутой, детектив погружался в чертоги своего разума, пытаясь вспомнить все, что видел сегодня и сопоставить с тем, что знал. И с каждым разом его сердце начинало биться быстрее. Морган открыл глаза, он уже полностью погрузился во тьму, но продолжал видеть. Над телевизором на стене висела их совместная фотография: Морган, Мардж и Скарлетт. «Только не в этот раз! Только не в этот!» Твердой рукой он достал телефон из кармана пиджака и набрал номер, который он знал наизусть. Гудок. Еще один гудок. - Сомерсет слушает … - Уильям, я согласен ….
