Они влюбились в октябре

Сынмин уже несколько часов переворачивается с боку на бок, но уснуть все никак не может. Хёнджин отрубился еще в девять вечера и младший, если честно, ему завидовал. Хотя потом он вспоминал, что это все побочные действия таблеток и становилось стыдно. Он искренне желал, чтобы Хёнджину стало лучше. Пролежав еще полчаса без сна он не выдержал и встал с постели. Возможно, если он подышит свежим воздухом, то ему это поможет. Он надел толстовку и вышел на улицу. Недолго думая, сел прямо на лесенки и тяжело вздохнул. Взгляд сам собой скользнул к домам соседей. Свет горел лишь на первом этаже дома, где жили Минхо и Джисон. Некоторое время Сынмин смотрел на источник света, потому что больше особо некуда было смотреть. Но когда он заметил в окне старших, которые медленно танцевали, прижавшись друг к другу, он отвернулся. Сынмин не знает, сколько проходит времени, но сон так и не идет. Зато приходит кот и запрыгивает на колени, вызывая улыбку. — Привет. Кот довольно мурлычет, когда ему чешут за ушком, и начинает впускать когти в ногу Сынмина. Тот морщится, но ничего с этим не делает. Немного погодя он слышит звук открывающейся двери, а затем видит сонного Хёнджина, закутавшегося в плед. — Ты чего здесь сидишь? — Не могу уснуть. Хёнджин зевает и садится рядом, пуская Сынмина под плед. Младший с удовольствием прижимается к теплому боку и переплетает их руки. Хёнджин укладывает голову на чужое плечо и прикрывает глаза. — Здесь так хорошо. Не хочу уезжать. — Мое предложение все еще в силе. Мы можем переехать. — Я не знаю. Это все звучит так сложно. Не уверен, что мне хватит сил всем этим заниматься. — Я сам всем займусь. — Нет, Сынмин. Ты не должен делать это один. — Но я правда хочу. Хочу, чтобы мы оба были счастливы. Хёнджин смотрит виновато и Сынмин вздыхает. Ему так хочется, чтобы старший его услышал. Чтобы перестал чувствовать вину из-за своего состояния. — Может быть, я правда хочу принимать роды у коров. Он надеялся, что это хотя бы немного рассмешить старшего, но он никак не отреагировал. Кот с его коленей перебрался на колени Хёнджина. — Я просто… я боюсь, что ты это предлагаешь только потому, что этого хочу я. А ты на самом деле не хочешь. Я просто… не надо относиться ко мне как к больному. — Разве хоть раз я дал тебе понять, что отношусь к тебе как-то по особенному, после того, как узнал? — Нет. Прости. — Все в порядке. Сынмин целует руку Хёнджина и Вызывает этим слабую улыбку. Они замолкают и какое-то время сидят в тишине. Вот только благодаря этому младший вновь начинает задумываться о том, как он не заметил. Чувство вины поселилось в его груди с тех пор, как Хёнджин все Ему рассказал. — Ты ведь не считаешь меня плохим партнером? — Нет, с чего бы? — Я просто не понимаю, как я не заметил. Неужели я был настолько… — Эй, не говори глупости. Мы оба были в работе и, к тому же, я сам не хотел, чтобы ты знал. Сейчас я не понимаю, почему решил это скрыть. Возможно, скажи я раньше все бы не было… так. Сынмин срывается и оставляет на лице старшего несколько хаотичных поцелуев. Ему так хочется, чтобы Хёнджин чувствовал то, насколько он важен. Не всегда получается донести это словами. Ему всегда казалось, что прикосновения и какие-то небольшие действия куда красноречивее. — Сынмин, я бы не мог мечтать ни о ком другом, кроме тебя. Мне кажется, что в тебе нет никаких недостатков. Ну кроме того, что ты вечно не допиваешь чай и везде оставляешь кружки. Сынмин хихикает и тянется к Хёнджину за поцелуем. Они вновь прижимаются друг к другу, но не проходит и минуты, как Хёнджин говорит: — Я задницу отморозил. Приходится встать и зайти в дом. Хёнджин поднимается на второй этаж, чтобы надеть толстовку. Сынмин же отрезает коту кусок колбасы, но тот лишь обнюхивает её, отказываясь есть. — Ну, как хочешь. Мне больше нечего тебе предложить. Кот смотрит своими мутными слепыми глазами прямо в душу. У Сынмина от этого взгляда бегут мурашки. Но животное быстро теряет интерес к сынмину и запрыгивает на подоконник, сворачиваясь в клубок. — А вот и я! Хёнджин наваливается сзади и целует младшего в затылок, обвивая руками талию. Сынмин прикрывает глаза, наслаждаясь моментом. — Сделаешь мне чай? — Хорошо. Сынмин включает чайник и достает из шкафа кружку. Затем кладет в нее чайный пакетик и пять ложек сахара. После этого разворачивается в руках Хёнджина, который его так и не отпускал и оставляет поцелуй на кончике носа. — Люблю тебя. Хёнджин нежно улыбается и укладывает голову на плечо младшего, прошептал тихое «я тебя тоже». Они продолжают так стоять до тех пор, пока не вскипает вода. Сынмин заваривает чай и они не сговариваясь идут на диван. — Такая ночь хорошая. Младший кивает и накрывает ноги Хёнджина пледом, чтобы не замерз. Он делает это скорее неосознанно, нежели намеренно. старший вновь Улыбается и отпивает чай. Сынмин всегда старался сохранить подобные моменты в своей памяти. Для него они были самыми ценными. — Согрелся? — Да. Ты тепленький. Хёнджин ставит пустую кружку на столик и прижимается к боку младшего. А Сынмин в этот момент почему-то вспоминает соседей и его голову посещает одна мысль. Он встаёт с дивана и берет в руки телефон. Старший недовольно мычит и вопросительно смотрит. А Сынмин включает давно забытую песню. — Потанцуем? Сынмин протягивает руку и Хёнджин сразу же тянет свою в ответ. Именно под эту песню они танцевали школьный вальс, заранее договорившись с девочками, которые были их парами официально. Все учителя и родители были чуть ли не в обморочном состоянии. Где это видано, чтобы парень танцевал вальс с парнем? Но едва ли их это волновало, они наслаждались друг другом. А в конце песни вообще поцеловались. И, конечно же, такая самодеятельность не могла остаться безнаказанной. Их тут же отправили к директору, грозились не выдать аттестаты. Чем их только не пугали. К счастью, все это осталось лишь пустыми словами. — Как же я давно её не слышал. — Никогда не забуду лицо нашей классной. — Я думал она взорвется по-настоящему. Классная руководительница была той еще стервой. Сынмин с Хёнджином не могли не устроить для нее и для школы маленькое представление. Хёнджин прижимается к младшему вплотную и они продолжают кружится в медленном танце, совсем не обращая внимания на музыку. И даже когда она заканчивается, они не отрываются друг от друга еще очень долго. — Сынмин. — М? — Тащи сюда ноутбук. — Зачем? — Будем выбирать наш будущий дом. Сынмин нежно улыбается и целует Хёнджина в висок. Остаток ночи они проводят за просмотром разных вариантов домов. И, кажется, даже находят подходящий.