Качели

Последний месяц был насыщенным: нечисть разбушевалась после того, как из четырех непревзойдённых остались двое. Она хлынула бесчинствовать, как будто почувствовав вседозволенность. По этой причине немало работы было у небесных чиновников. Боги Войны сосредоточили силы  на своих подконтрольных территориях, дабы запечатать нечисть и устранить тот хаос, который они успели навести. Сегодня состоялся ежемесячноое собрание в Главном Военном зале, ранее распологавшееся во дворце Шэньу, ныне – во дворце Сяньлэ. По итогам можно сказать, что все в порядке. Небожители отчитались о ситуации на своих землях и благо, все действительно устаканилось. Когда зал опустел, остались лишь Фэн Синь, Се Лянь с облегчением вздохнул. — Ваше Высочество, вы снова много потрудились, оказав помощь чуть ли не каждому. И без вас они прекрасно бы справились, разве стоит тратить свои силы впустую? — Помог так помог, какой смысл сейчас обсуждать это? – Принц пожал плечами. — Верно, вы не изменяете себе, – Генерал Наньян улыбнулся. — Прямо сейчас я пойду отдыхать, тебе не о чем переживать. Спасибо, Фэн Синь. В ответ он вежливо откланялся. Се Лянь надел доули и используя заклинание, моментально перенесся из дворца в Храм Водных Каштанов. В нескольких шагах от него, перед курильницей и портретом Божества, Хуа Чэн опустил зажженную палочку благовония. Потом обернулся, улыбнулся и почти в прыжке преодолел расстояние между ними, заключая Его Высочество в объятия. — Гэгэ! Се Лянь расплылся в улыбке, крепко обнимая демона. До чего же неописуемые ощущения испытывает он в такие моменты, когда тебя дома ждут и встречают с такой любовью. Эти теплые объятия способны согреть в самую холодную пору, отогнать все невзгоды и заставить поверить в самые невероятные чудеса. Хуа Чэн мягко отстранился. — Гэгэ, закрой глаза, пожалуйста. — Зачем? – Чисто из любопытства спросил Се Лянь, никогда не сомневаясь в муже, и сделал то о чем попросили. — Просто верь мне, – демон нежно взял его за руку и повел за собой. Вот они вышли из храма: скрипнула дверь. Смазать нужно будет. Спустились со ступенек на траву. От лёгкого ветерка листья вокруг так громко шелестели, с веток щебетали птицы, а в травинках стрекотали кузнечики. Они обошли храм, выходя на задний двор. Послышалось легкое журчание ручья и в нос ударил благовоние ароматных полевых цветов. Еще через несколько шагов Хуа Чэн наконец остановился и отпустил руку. Се Лянь разлепил веки и увидел перед собой только мужа, хотя, нужно признаться, этого более чем достаточно. — Помнится мне, что гэгэ любил это,– с этими словами демон сделал несколько шагов в сторону. Оказывается, они стояли под большим деревом. С одной из его веток, той, что самая толстая, на белых прочных веревках свисала отполированная дощечка. — Это... Качели? Во-первых, прямо сейчас это было настолько неожиданно. На самом деле, могло быть все что угодно, как думал Се Лянь, пока они шли сюда. Во-вторых, нахлынули воспоминания из детства. Как он всегда пытался поймать момент, чтобы покататься на качелях на горе Тайцан, как он любил чувствовать будто взлетает на них. Где-то из глубины души раздался собственный ребяческий голос, полный радости и восторга. Се Лянь опомнился и в миг на его лица отразились все эти эмоции, он подскочил к дощечке и сначала осмотрел, потрогал, только потом сел. Мысли все еще не могли собраться в единое и выразить словами все то, что он сейчас испытывал, просто напросто невозможно. Вместо того, ухватился рукми за веревки и оттколнулся ногами, «взлетая» ввысь. Совсем как в детстве! Казалось бы, что может сделать Се Ляня еще счастливее? Прямо сейчас он вновь ощутил себя обычным ребенком, которому достаточно порезвиться на качелях и больше ничего. На самом деле, только Хуа Чэн способен осчастливить Се Ляня еще больше, чем есть. Он стоял сбоку и с широкой улыбкой наблюдал за своим божеством. Не передать точно, как хорошо чувствует себя демон. Не каждый человек при жизни так счастлив, что уж говорить о духах? Когда принц остановился, Хуа Чэн подошел к нему со спины и опустил руки на его плечи, скрестил их и таким образом обнял. — Ты сам их сделал, пока я был в столице? — Да. Сначала я хотел сделать другие, но подумал, что возможно тебе больше понравятся самые обычные, нежели из дорогой древесины и золотыми узорами. — Сань Лан, на самом деле, совершенно без разницы! Последний раз я катался на качелях еще до вознесения, когда мне было меньше 16. А ты.. только что подарил нечто большее, чем просто дощечка на веревках. За все время я впервые почувствовал себя маленьким ребёнком, без всяких забот. Это невероятно. Спасибо тебе большое, Сань Лан. Я очень люблю тебя.   С этими словами, Се Лянь убрал со своих плеч руки Хуа Чэна, сел на качелях лицом к нему и, прежде чем обнять, заметил, как слезинка из левого глаза скатилась, оставляя за собой дорожку мокрого следа. Собиратель Цветов Под Кровавым Дождем плачет?! — Ты.. почему- — Я счастлив, – поспешил ответить Хуа Чэн вытирая щеку. – Самое ценное для меня – видеть твою улыбку. Теперь Се Лянь встал и крепко-крепко обнял, что есть силы. Руки демона аккуратно легли на голову принца, поглаживая по волосам. Он поцеловал его в макушку несколько раз. Самое мучительное – видеть как любимый человек страдает и не быть в силах ему помочь, потому что сам ты слаб и ничего сделать не можешь. Вся его боль отражается громче в тебе, сердце разбилось в дребезги на тысячи мелких осколков ровно столько, сколько раз меч пронзил божество. Самое ценное – видеть как любимый человек звонко смеется, что делает тебя счастливее вдвойне. Наблюдая, как он широко улыбается, после всего произошедшего, застывшее сердце в груди будто вот-вот вновь забьётся, да только опять остановится, от перехвативших дыхание чувств.