Людям свойственно ошибаться

Жизнь не баловала Гэвина Рида с детства. Он рос в тени гениального старшего брата, и в то время, как в мозге Элайджи проклевывались и росли удивительные идеи, способные изменить мир, в Гэвине зрела депрессия. Какая разница, чего он достиг, если брат все равно на километр впереди? Съехав от родителей, Гэвин пустился на поиски себя. Первым шагом стало поступление в полицейскую академию, следующим - поиск вечной любви. Хорошо, что до детей дело не дошло. К своим тридцати шести годам Гэвин собрал бинго из абьюзивных экс-бойфрендов, легкого алкоголизма и разочарования в людях, которое выплескивалось агрессией и показным цинизмом. В свободное от работы время Гэвин страдал от депрессии, воспитывал кошку и старался поменьше думать о том, зачем живет на свете, потому что, если всерьез задуматься, особых причин влачить бренное тело по дороге жизни у него не было. Слушая, как Фаулер хвалит придурковатого RK900 за то, как героически тот обнаружил подпольную биолабораторию близ Детройта, где злые гении экспериментировали с ДНК доисторических чудовищ, Гэвин испытывал стойкое дежавю. Дело было не столько в фильме "Парк юрского периода", хотя птеродактиль навевал воспоминания, сколько в том, что он, Гэвин, в очередной раз добросовестно трудился, выполнял свои обязанности, а все лавры достались кому-то другому, кто, не напрягаясь, совершил нечто на голову выше. - Отправляйся к своему партнеру, - велел Фаулер, когда самооценка Гэвина закончила пробивать новое дно. - Обследуйте окрестности, посмотрите, что, кроме птеродактилей, вырвалось из лаборатории. И ради всего святого, будь с RK900 повежливее! Парень первый день на службе, да и с социальным модулем у него не все гладко. Гэвин мрачно кивнул и отчалил. Подъезжая к лаборатории, он увидел живописный кратер на месте снесенного комплекса зданий. Вокруг стояли несколько фургонов без опознавательных знаков и кружили вертолеты. В нескольких местах земля еще дымилась. RK900 терпеливо дожидался Гэвина на краю кратера, и когда его авто остановилось, бодро махнул ему рукой. - Детектив, ФБР забрали дело, - вместо приветствия сказал он. - Капитан Фаулер распорядился оказать содействие в поимке вырвавшихся из лаборатории образцов. С улиц Детройта поступают сообщения о доисторических чудовищах, нападающих на людей. Это единичные случаи, но не исключено, что вскоре ситуация изменится. - Хочешь сказать, я ехал сюда ради того, чтобы развернуться и ехать обратно? - зло спросил Гэвин. - Ты мог позвонить, рожа пластиковая? Три часа! Я ехал сюда три часа! - Дело в том, что у меня нет собственного транспортного средства, - ответил RK900, - поэтому я вынужден воспользоваться вашей машиной, чтобы вернуться в город. Гэвин от ярости потерял дар речи, но быстро обрел. - Ты мог вызвать такси, идиот! - заорал он. - Какого хрена ты заставил меня тащиться по всей пустыне в такую даль? - Дело в том, что это слишком далеко, - сказал RK900. Гэвин застонал. Разумеется, теперь придется везти этого засранца обратно, только уже на своем авто. - Залезай! - рявкнул он, хлопнул дверью и завел мотор. RK900, не обращая внимания на завывание ветра и птеродактилей в небе, забрался на переднее сиденье. Гэвин рванул машину с места. Некоторое время они ехали в тишине, потом RK900 вдруг сказал: - Получен новый файл. Обрабатываю. Обрабатываю... Получен список всех химических веществ, разрабатываемых в лаборатории. Пропустить... Пропустить... Пропустить... Получен список биологических видов. Обрабатываю. Обрабатываю... Получен список видов растений. Пропустить... Пропустить... У Гэвина лопнуло терпение. - Заткнись, урод, - крикнул он. - Обрабатывай молча! Скажешь что-нибудь еще - получишь по башке! Понял? RK900 печально кивнул. Наступило молчание. Гэвин вел машину и наслаждался тишиной и прохладой кондиционера. - Ошибка номер сорок два, - вдруг сказал RK900. - Ошибка номер сорок два. Системы, полученные от дрона номер два, не относятся к подклассу «B», они являются подклассом «H». Напоминаю, системы такого класса не подлежат дальнейшей обработке. Я могу ожидать санкции? Ждать санкции... Ждать санкции... - Да ты издеваешься, - прошептал Гэвин, сжимая руль. - Сволочь! Я тебя сейчас прямо здесь и застрелю! - Но у меня ошибка номер сорок два! - отчаянно крикнул RK900. - Понимаете? Ошибка! Ошибка! Гэвин окончательно взбесился и врезал по педали газа. За спиной послышалось хлопанье крыльев. - И все-таки я жду санкции, - с детской интонацией сказал RK900. - Пошел в жопу! - заорал в ответ Гэвин. - Все пошло в жопу! Понял? Все! Это невыносимо! Я сойду с ума! Я уже сошел с ума! - Ошибка номер сорок два, - еле слышно шептал RK900, - ошибка номер сорок два. - Заткнись! - заорал Гэвин и ударил кулаком по рулевому колесу. - Заткнись, паскуда! Да почему я вообще должен с тобой работать?! Жизнь - дерьмо! Почему я должен это терпеть? Лучше сдохнуть сразу! - Детектив, я понимаю вашу эмоциональную напряженность, - заявил RK900. - Но у нас еще остался шанс... - Пошел ты в жопу со своим шансом! - истерически выкрикнул Гэвин. - Какое же дерьмо эта жизнь! Будь она проклята! - В меня заложен алгоритм действий по введению ошибки номер сорок два в центральный банк данных, - вежливо сказал RK900. - Чтоб тебя раком поставили, идиот! - заорал Гэвин. - Чтоб тебя за твой алгоритм кто-нибудь до смерти затрахал! Сейчас въеду в какой-нибудь фонарный столб... - Прошу воздержаться от неконструктивной лексики, - сказал RK900. - Это собьет меня с идентификационного режима и приведет к дефрагментации памяти. Гэвин ударил кулаком по приборной панели и резко вывернул руль вправо. Автомобиль подпрыгнул, его занесло, и он, сделав несколько кувырков, остановился на обочине. Гэвин выбрался наружу и некоторое время неподвижно стоял, приходя в себя. Потом он провел рукой по лицу и повернулся к RK900. Тот сидел в той же позе, его диод горел красным огнем. Примерно через минуту, когда Гэвин начал понемногу успокаиваться, сверху спикировал птеродактиль. Шлепнувшись на капот, он задрал голову и расправил крылья. Гэвин потянулся за пистолетом, но птеродактиль оказался проворней. Одним ударом крыла он сбил Гэвина с ног, и пистолет отлетел на несколько метров. Птеродактиль подпрыгнул и вцепился Гэвину в руку. Гэвин был тренированным бойцом и некоторое время вполне успешно сопротивлялся, но силы были слишком неравны. Он заорал, ударил птеродактиля ногой, пнул по его шее носком ботинка, и вдруг понял, что все кончено, глядя в раскрытую зубастую пасть. "А ведь я столько всего мог сделать в своей жизни", – подумал он. Хотя кому он врал. Он давно был мертв внутри, а теперь умрет совсем. Это было так грустно, что слезы сами выступили на глазах, а губы задергались в жалком и неловком плаче. Но внезапно вокруг шеи птеродактиля сомкнулись две ладони и раздался хруст, как если бы одновременно сломалась хворостина и позвоночник. Птеродактиль перестал сопротивляться и повалился на землю. Над Гэвином стоял RK900. Он огляделся по сторонам, и его глаза встретились с глазами Гэвина. Никогда еще тот не был так рад видеть андроида. - Жестяночка, – сказал Гэвин слабым голосом и отключился.